Часть 71: "Видение" (2/2)
– Вот так. – улыбнулся кролик – Тебе наверное тяжело передвигаться со сломанными рёбрами и ногами.
– Ч-что? Откуда?..
Писатель не удивился бы, если бы Освальд сказал только о ногах. Их в конце концов было видно, в отличие от перемотанного тела под футболкой.
– Борис заходил к нам и рассказал о вашем приключении. – пояснил кролик, всё ещё не отпуская писателя – Я боялся, что ты будешь невпорядке, но кажется ты бодрячком.
– П-понятно... – опустил голову кот и печально улыбнулся – Я не очень хорошо проявил себя тогда. Меня придавило картиной, я должен был тогда увернуться и помочь ребятам. Столько опыта в путешествиях, а в самый ответственных момент так сплоховать...
– В этом нет ничего страшного. – стал утешать его Освальд – Знаешь, иногда и я на самых важных выступлениях лажаю. Все мы люди и все ошибаемся. Главное, чтобы это не привело к плохому финалу.
Феликс вновь взглянул на кролика. Тот улыбался, свелетельствуя о своей искренности. Эти слова для Феликса были приятны, они тронули его.
– Спасибо.
– Кхм-кхм! – послышался громкий кашль Шебы позади⁹ – Вы проходить-то будете?
***</p>
У входа дежурил высокий бульдог в возрасте, одетый в военную форму. Суровое лицо, казалось, готово было разоврать острыми зубами на части любого, кто ступит на порог охраняемого со всех сторон и угулов тюремного здания. Не шевеля головой, он тут же устремил взгляд на зашедшую троицу полулюдей. Освальд придерживал тяжёлую дверь для Феликса из-за его ран и для Шебы, потому что та была дамой.
– Мистер Мессмер! – грозное лицо тут же засветилось восторгом – Как я рад вас видеть! Как ваше самочувствие?!
– Благодарю, хорошо. – отозвался кот – Вы-
– Вы знаете, я ваш большой фанат! – невзначай перебил его бульдог – Я читал каждую вашу книгу и...
Мужчина продолжал говорить кучу любезных слов неостанавливающимся потоком, из-за чего Шеба и Освальд не могли вставить даже слово.
– Ну вот опять! – вздохнула кошка скрещивая руки на груди – Как же тяжело, когда твой друг знаменитость!
Кролик перевёл взгляд с Шебы обратно на Феликса, которому во всю пожимали руку. Он решил не вмешиваться, хотя даже со спины казалось, что писателю было некомфортно. Слово ”знаменитость” засело в голове Освальда. Он и не думал, что его знакомый такой известный, ведь он раньше не слышал о его работах. Кролик вообще давно не интересовался индустрией развлечений.
– Я рад вашему знакомству, мистер... – Феликс отдал автограф бульдогу и покосился на него, ожидая, что тот скажет своё имя.
– Джек, сэр! – радостно произнёс мужчина, виляя хвостом.
– Вы работаете надзирателем здесь, верно? – поинтересовался писатель, будто не знал ответ.
– Верно, я главный надзиратель! А так же ветеран авиационных войск нашей страны! – Джек отдал честь, как это обычно делают солдаты, отчего его красный берет чуть не слетел с головы. Затем взглянул на часы в холле и вмиг стал серьёзным – Извините за эту задержку. Я знаю, у вас не так много времени. – теперь он обращался и к Освальду с Шебой – Пройдёмте со мной, я проведу вас к тому человеку.
Путешественники наконец сдвинулись с места. В коридорах тюрьмы было кошмарно тихо. Угнетающая атмосфера одиночества и безысходности, казалось, впиталось в стены. Когда Феликс и остальные дошли до камер, полных заключёнными, коту стало не по себе. У людей, что сидели за решёткой, не было злых лиц. Они все были бледны и пусты, будто покойники.
– Что с ними такое? – прочувствовав мёртвые взгляды на себе, спросила у Джека Шеба.
– Все они были незаконно осуждены бывшим мэром. Сейчас ведутся повторные слушанья по их делам. Вы бы знали, как быстро пустеет эта тюрьма...
Бульдог печально вздохнул. Освальду стало неприятно от всего этого. Подумать только - пробыть столько лет в заключении из-за того, чего не делал или потому что случайно перешёл дорогу не тому человеку. Может их и выпустят, но какой в этом толк, если столько жизней уже было поломанно?
– За той дверью. – произнёс Джек.
Перед путешественнами предстала очередная железная дверь. Двое охранников-людей в военной форме стояло рядом, вооружённые до зубов оружием и аптечками. Всё вокруг кричало об опасности, о том, что по ту сторону находился опасный преступник. Но Феликс знал, что тот ничего не мог сделать без детали. Не имея сил, Джордж Уилл был самым обычным человеком.
Писатель кивнул своим спутникам перед входом. Его больше не одолевало смущение перед Освальдом. Волнение кольнуло его в кончиках пальцев. Медля ровно секунду, они наконец зашли внутрь.
Бывший мэр лежал на тюремной койке в полусидячем положении. Он был прикован наручниками ногами и руками к кровати, но не они сдерживали его. Джордж был подключён к медицинскому аппарату, поддерживавшему его жизнь, что означало, что врачи следят за его самочувствием. Однако самих докторов поблизости не было, но были камеры наблюдения, как и во всё здании.
Джордж был в ужасном состоянии. Вены и артерии почернели, просачиваясь через бледную кожу. Они напоминали чернильные реки, что жили своей собственной жизнью. Руки и ноги исхудали настолько, что были видны кости. Лицо было видно слабо из-за плохого освещения, но оно напоминало череп, только с высохшей кожей. Только живот оставался как прежде круглым, с всё такой же вмятиной на нём, но более большой и углублённой. Феликс тут же вспомнил гниющую плоть на теле мэра. Каждую чёрную кость, что торчала из него, даже запах разлогающегося мяса. От воспоминаний кота чуть не стошнило, но он сдержал позыв. Он не ожидал, что состояние бывшего мэра настолько ухудшится.
– Боже... – шокированно прошептал Освальд. Ему нечего было сказать.
– Фил, что с ним? – напуганно произнесла Шеба – Почему он так выглядит?..
Феликс повернулся к своим спутникам. Он не знал, что им ответить.
– Может это проклятье детали?..
Услышавший голоса Джордж громко прокашлялся, выплёвывая чёрную субстанцию. Шеба, до этого уверенная, что перед ними лежал труп, в страхе пискнула. Выплюнутое бывшим мэром напомнило Освальду чернильную болезнь и он с удасом отшатнулся назад. Кошка предержала его за руки, чтобы тот пришёл в себя.
– Кто... здесь?..
Голос бывшего мэра был настолько хриплым, что разобрать что-либо было тяжело. Феликс обернулся на него, затем опять на друзей.
– Иди. – прошептала Шеба.
– Сэр, это... – медленно подошёл писатель – Я Феликс Мессмер, писатель. Мне нужно-
– Я знал... – хриплый голос эхом разнёсся по камере, напоминающей палату психиатрии
– Что?..
– Он говорил... Вы придёте и заберёте её... Деталь...
– Не могли бы вы ответить на несколько вопросов? – осторожно спросил Феликс.
– Ещё могу. Но вскоре... вскоре я... умолкну навек.
Писатель взглянул в чёрные глаза бывшего мэра. Он смотрел сквозь кота, не видя его перед собой. Было видно, что его время на исходе. Но Феликсу не было его жаль. Он знал, на что шёл, и в итоге поплатился за свои деяния.
– Я знаю, что вам нечего терять. Прошу, ответьте на мои вопросы. – уже увереннее произнёс писатель.
– Да...
Джордж на удивление легко согласился, что удивило Феликса. Но он не потерял уверенности в лице. Кот приготовил блокнот и ручку, предчувствие полсказывало ему, что он узнает нечто невооброзимое.
– Он приходил ко мне... в видении...
– Кто? – спросил писатель.
– Джоуи Дрю...
Джордж вновь закашлял, затем прохрипел что-то невминяемое и продолжил.
– Это не просто видение... Это он!.. Точно он...
– Почему вы уверены в этом?
– Я... просто знаю...
Феликсу казалось, что он не врёт. Что-то было в его призрачном выражении лица. Джордж будто говорил не о человеке, а о боге.
– И что же он вам сказал?
– Грядёт возрождение... Кошмары оживут... Они... его детища... вернутся назад... Машина затащить их обратно... в пучину ада... Туда, где... всё начиналось...
– Что это значит? – встревожился Феликс, сжимая ручку в своих руках.
– Чернила...
Это слово. Оно говорило о многом, но при этом не рассказывало ни о чём. Всё замешанно на чернилах. Чернильная болезнь, чернильная машина, Чернильный демон. В голове писателя всплывало множество теорий. Он решил подойти с другой стороны, чтобы получить новые ответы.
– Его детища. Кого он имел ввиду?
– Демон, волк и... ангел...
Феликс сразу понял, что речь идёт о б-братьях и их сестре. Не значит ли это, что им грозит опасность от Чернильной Машины? Кот готов был бы побежать за ними прямо сейчас, предупредить об опасности. Но он не мог. Он ещё не всё узнал. К тому же успокаивало, что Бенди и Борис ещё были в поисках деталей.
– Что вам ещё известно о Джо Дрю? – спросил Феликс.
– Он... мечтатель... – произнёс бывший мэр – Он рассказывал мне... в видении... Он мечтал... создать жизнь... Он... основал... студию для этого...
– JoeyDrewStudio? – уточнил Феликс.
Джордж медленно кивнул.
– Это был... 1921 год...
– ”Около 80-ти лет назад... Тогда и появились Бенди и Борис?”
– Затем... Чернильная... Машина...
– Она была создана в 1963 году, верно? – спросил кот.
– Нет... Раньше...
Феликс застыл от удивление. Он точно помнил: дата на грамоте, предназначенной для Джо Дрю, была 12 сентября 1963 год. К тому же этот год фигурирует во всех известных записях о Чернильной Машине.
– Тогда может 62-ой год? – спросил писатель, надеясь на опечатку
– Нет... 40-ые... Ты... говоришь о... другой машине...
– То есть их две?! – выкрикнул Феликс. Он и сам не ожидал, что получится так громко. Кот обернулся к Освальду и Шебе, которые в удивлении ничего не говорили. Была их реакция от крика писателя или же от всего услышанного, он спрашивать не стал.
– Одна... Он переделал её...
– Кто переделал? Джо?
– Нет... Дрю никогда... не создавал машину... Он... только придумал её... Дрю всё присваивает себе... Он... так сказал... в видении...
– Тогда кто же её создатель? – в нетерпении спросил Феликс.
Бывший мэр вновь прокашлялся, затем хрипло отозвался.
– Томас... Коннор...