Глава 3. (1/1)
Рассвет встречал путников своими приветливыми легкими лучами зари, как раз, когда тяжелый Летучий замок ловко лавировал среди часто встречавшихся в этих краях высоких сосен, плавно перемещаясь от одного холма к другому и пересекая извилистые русла рек. Правящий этим чудны?м строением маленький огненный демон прилагал все усилия, чтобы движение по воздуху было ровным и размеренным, дабы никак не потревожить хозяев замка, спящих в этот час. Кальцифера так и распирало поставить замок где-то, желательно неподалеку, а самому пуститься в утренние похождения. От желания он разгорался всё сильней, так, что Хинн, примостившийся у очага, пробудился от столь яркого свечения. Он жалобно заскулил, даже вернее сказать - засопел, что было вполне в его манере поведения, и Кальцифер понял, что эти звуки в данном случае обозначают нечто вроде утреннего приветствия.
- Как насчет остановки, дружище? - попытался прошептать Кальцифер, но вышло довольно-таки пискляво и с хрипотцой. Он с надеждой покосился на распахнутое окно. Снаружи заманчиво задувал ветер, смешанный с неповторимым благоуханием горных трав.- Не вздумай притормаживать, славный огонь, - раздался ласковый голос из кресла-качалки в противоположном углу просторной комнаты, -Не здесь, и не время еще... Придется тебе подождать.Кальцифер запылал еще сильнее, теперь уже от негодования: да как она может ему всё портить! Он недовольно воззрился на бабулю и раздосадованно выпалил:- Как всегда, ты всё знаешь наперед, да? Старая ведьма, - тихо буркнул он себе под нос, завернувшись в пепел, словно в покрывало, чтобы не видеть этих доброжелательных глаз. Бывшая Ведьма Пустоши, как всегда, была с ним приветлива, но, как назло, мастерски предсказывала ближайшее будущее. Ее ни в чем нельзя было ослушаться: эта добродушная ведьма на самом деле умела кого угодно живо поставить на место, Кальцифер давно это понял и не лез на рожон. Еще он заприметил, что, когда бабуля ни с того, ни с сего о чем-нибудь говорила, это чаще всего потом оказывалось полезнейшей истиной. Как никак, а дар прорицания был, пожалуй, единственным ее оружием, притом сильнейшим. За последние несколько месяцев, что они провели в лётном пути, ведьма не раз несказанно помогла им, предупредив о таившихся в новых краях опасностях заблаговременно. А это было не что-нибудь, а Великанья долина, Обманная юдоль и Опаловые скалы, что пересекли они в пути. Страшно представить, какая участь могла настигнуть остановившихся там небесных странников. Вечерами бабуля всякий раз рассказывала правдивые "сказки" об обитателях здешних мест, что Кальциферу, впрочем, нравилось, как и юному Марклу. Хаул и Софи обычно не слушали этих "бредней", как говорил Хаул. Ни он, ни его подруга не желали верить тому, чего не видели собственными глазами."Что-то не видно Маркла" - мелькнуло в мыслях огненного демона. Отсутствие Хаула и Софи его нисколько не удивляло - Кальцифер знал, что они любят всю ночь проговорить, промечтать, или что они там делают, а потом, задремав лишь под утро, - спят до обеда. Тонкие огненные губы Кальцифера невольно растянулись в улыбке, когда он представил этих двоих, беспечно радующихся жизни. Он никогда не забудет, что они для него сделали, отпустив на волю, и потому всегда будет лишь радоваться их счастью, иногда присоединяясь со своими назойливыми высказываниями и замечаниями. Иногда Кальцифер прилетал к Хаулу и садился тому на руки, ничуть не обжигая. Он лишь хотел временами почувствовать вновь стук его сердца, к которому так привык.