21. Остров Смерти (1/1)

Обито лежал на спине, крепко прижав к себе дрожавшего Какаши. Сердце дробно стучало в груди, сжимаясь от разлившегося по телу тепла. Дыхание сбивалось. И сознание подернулось легкой дымкой. На висках выступил пот, а горло еще саднило от жара и кружившего в Дзигоку горячего пепла.Он это сделал. Достал Какаши из Ада, выполнил обещание и облегченно вздохнул. Теперь уж он его ни за что не отпустит. Будет крепко держать и прижимать к себе до конца жизни, если понадобится.От этой мысли все внутри успокоилось, и наступило приятное блаженство. Словно он обнимал не товарища по команде, а кого-то очень близкого и родного.И вдруг все закончилось. Кто-то вырвал Какаши из его рук. Движение резкое, почти болезненное. Теплая, связавшая их ниточка оборвалась. Обито распахнул глаза и вскочил.Какаши жалобно вскрикнул. Старуха из книжного магазина вцепилась в его волосы и потащила к выходу.—?Ты… маленькая дрянь,?— всхлипывала она,?— какого черта ты сюда заявился? Что еще тебе от нас надо?На голову Какаши обрушился тяжелый удар. Он пискнул, словно мышонок, и закрылся руками.Обито едва не захлебнулся от ярости, сжал кулаки и ринулся вперед. Плевать, что она старая. Плевать, что женщина. И что не шиноби, тоже плевать. За Какаши он готов был разорвать ее на части. Но Минато-сенсей не дал ступить и трех шагов. Обхватил под ребра и дернул назад.—?Нимура-сан, прекратите. Это не выход. Оставьте мальчика.Она присела перед Какаши на корточки и снова схватила за серебристые волосы. Заставив смотреть на себя.—?Никакой ты не мальчик, да? Не человек. Риоко сразу тебя раскусила. Теперь и я хочу знать. Кто ты такой?Какаши жалобно всхлипнул.—?О чем вы?Она врезала ему пощечину тыльной стороной ладони, встала и яростно топнула ногой.—?Не прикидывайся! Ты все знаешь. Зачем ты убил всех этих людей? Скольких еще ты собираешься убить?Обито попытался вырваться из захвата учителя, но тут его перехватил полицейский.—?Заберите на допрос,?— приказал Еичи.—?Это больше не в вашей компетенции,?— возразил Минато и снова шагнул к Нимуре. —?Пожалуйста, успокойтесь. Какаши ни при чем.—?О, не говорите мне, что он не виноват, Намиказе-сан,?— вскинув голову, заговорила она. Голос дребезжал и надламывался. —?Он появился в ее жизни, и все сразу пошло не так. А теперь она мертва. Моя девочка. Моя единственная дочь мертва. Из-за него…Стены задрожали, словно при землетрясении. С полок посыпались вещи.—?Немедленно прекрати рушить мой дом! —?взвизгнула она.Какаши отполз в сторону, и зажав голову руками, ошарашено огляделся по сторонам.—?Это не я…—?Заберите его, ну,?— приказал Еичи, но двое полицейских испуганно сверлили Какаши шаринганами, не смея подойти ближе.Еичи тоже активировал додзюцу и ахнул. Воспользовавшись заминкой, Обито вырвался из захвата и кинулся к Какаши. Минато снова его перехватил.Двое полицейских ступили в сторону перепуганного оборотня. Не сумев подняться на ноги, Какаши на четвереньках дополз до стены и забился в угол.—?Не подходите… я не хочу… не хочу…Тонкий провод люстры оборвался. Она рухнула на пол и рассыпалась, будто хрустальная. Минато отскочил в сторону, за шиворот утянув за собой ученика.—?Да отпустите же! —?рыкнул Обито.Раздался треск. Окна полопались и брызнули осколками. Портрет затрясся и свалился со стены, следом повалилось зеркало.Какаши весь сжался и закричал, обезумев от страха. Не верилось, что это он?— лучший выпускник академии шиноби за последние несколько лет. Хатаке Какаши, сын Белого Клыка, ниндзя, который ничего и никого не боится.Совсем близко рухнул книжный шкаф.Полицейские приближались, и Обито чувствовал, что не стоит подпускать их к нему.—?Не надо! —?крикнул он и с размаху наступил Минато на ногу. Вырвался и кинулся вперед. Пронесся мимо полицейских, едва не сбив их с ног, и упал на колени напротив Какаши. —?Эй, я здесь. Все хорошо.Но Какаши на него не смотрел. Широко распахнув глаза, он устремил взгляд к дальней стене мимо всех присутствующих.—?Папа? —?тихо шепнул он.Обито обернулся, пустил чакру к глазам и увидел. У дальней стены стоял человек. Нет, скорее образ, словно вырезанный со старой черно-белой видеопленки. Мужчина с серебристыми волосами. Хатаке Сакумо.—?Все хорошо,?— едва слышно проговорил он. —?Успокойся.Из магазина донесся страшный грохот, и Какаши снова закричал, зажав уши руками. Изображение Сакумо дрогнуло и исчезло, будто кто-то оборвал сигнал.Обито перевел на Какаши кроваво-красный взгляд и увидел в груди черную дыру, закрутившуюся воронкой.—?Эй,?— шепнул он, обращая на себя его внимание. Осторожно стянул маску с лица. Глубокий порез на щеке перечеркивал печать шарингана.Какаши всхлипнул и ткнулся носом в плечо Обито, и тот снова прижал его к себе, восстанавливая невидимую связь.По телу разлилась новая волна таинственного тепла. Он облегченно вздохнул. Что же это за чувство? Неужели чакра Какаши так на него действовала?Стены замерли, и на мгновение в комнате повисла тишина. А потом Еичи повернулся к Минато и проговорил, четко разделяя слова:—?Что за чертовщина здесь творится?Джирайя был уверен, что вырубится, как только сядет на корабль и поест, но отданные Микайо записи не дали и минуты покоя. Он еще раз осмотрел фотографию театральной труппы и принялся за чтение.На фотографии за спиной Садако висел плакат тогдашнего представления:?Сердце Бакума?.Саму пьесу Микайо не нашел, но смог разузнать примерное содержание.Самая обычная военная драма про девушку сосланную на проклятый остров Смерти. Написана пьеса была по реальным событиям. По крайней мере, местные островитяне верили, что Изо и есть тот самый остров Смерти, на котором родился Бакум.Существовала древняя легенда о Бакуме, с которой и были связаны все суеверия, и уходила она корнями к самой первой Великой Войне. Только война эта не та, которую назвали Первой, а та, что была за долго до нее.В ту страшную пору стычки разгорелись по всему миру. Почти каждый уголок земли с кем-нибудь воевал, не имея ни одной мало-мальски стоящей причины. Маленькие княжества нападали друг на друга из-за всего подряд, от мелкой обиды, до ?потому что могу?. И ежедневно умирали тысячи человек, не редко невинных работяг, оказавшихся под рукой у воинов.Однажды стычка разгорелась вблизи священного Древа Жизни. По неосторожности один молодой воин вонзил в кору Древа клинок, чем оскорбил его божественную суть.В наказание Древо наслало на него страшное проклятье. Он вернулся домой, принеся в своей груди смертельную заразу. И кто бы ни вдохнул рядом с ним, немедленно подхватывал ее.Эпидемия разгорелась за считанные дни. Перекидывалась с одного поселения на другое. Люди обезумели от страха. С каждым днем погибших и заболевших становилось все больше. Здоровые люди не могли найти укрытия от все быстрее распространявшейся заразы.И вот однажды один правитель небольшого торгового государства предложил свои корабли, чтобы усадить на них всех заразных и свести на необитаемый остров. Собранный в экстренном порядке совет правителей поддержал инициативу. И вскоре десяток кораблей спустился на воду, чтобы отправить несчастных измученных болезнью людей в их последний путь на остров Смерти.Болезнь скосила слишком много народа, и продолжать вести открытые бои враждующие государства не могли себе позволить. Потому война остыла и превратилась в хитросплетение интриг и предательств. Остров Смерти утратил актуальность в качестве хосписа и превратился в тюрьму. Туда ссылали неугодных окрепшим и захватившим большие территории государствам. Конечно, каждый, кто попадал на отравленный заразой остров, неизбежно погибал.Кладбища на острове не было. Все умирающие уходили в море. Для кладбища такого размера просто не было места.За десять лет борьбы с болезнью и еще более тридцати лет ссылок неугодных на острове Смерти умерло три миллиона человек.Трехмиллионная жертва пробудила море. Кровь земли вскипела и на берег вышел Бакум.Следующие три тысячи лет остров прятался в штормах и непрерывно взрывался. Раскаленная до красна кровь земли стекала к морю и становилась черной, как ночь, поднимала волны. С неба сыпался пепельный дождь. И все живое обращалось в уголь.—?Извержение вулкана? —?предположил Орочимару.Джирайя вздрогнул. Он только сейчас заметил товарища, склонившегося над записями рядом с ним.—?Вероятнее всего.Три тысячи лет на остров Смерти невозможно было попасть. Да и желающих не находилось. Пламя и пепел были видны издалека, и проходящие мимо суда предпочитали оплывать его за мили.Но вот прошли годы, и разгорелась уже та самая Первая Великая Война Шиноби. Расположившаяся на нескольких островах страна Воды вела морской бой с Огнем с материка. И потопила флагманский корабль наемного клана, на борту которого была женщина.Об этой женщине и была написана пьеса, и именно ее должна была сыграть Ямамура Садако, но обстоятельства вынудили ее срочно бежать.Имя таинственной женщины из страны Огня не было известно. Легенда рассказывала только о битве, трагической гибели корабля и чудесном спасении.Она оказалась на острове совсем одна среди изрыгающих кровь земли трещин и выживала там целых пять лет.За это время у нее родился сын. Видно, на остров она попала будучи беременной, но в легенде об этом, конечно, не упоминалось. Родился и родился.Джирайя за это и любил сказки. Там никогда ничего не объяснялось, но все имело тайный смысл.И так, женщина с грудным ребенком на руках каким-то таинственным образом умудрилась выжить на острове, захваченном демоном Бакумом?— результатом мучительной гибели трех миллионов душ. Он ее не тронул и не заразил той древней заразой. А вот ее ребенок заболел.Долгие месяцы она сражалась за его жизнь, но, не сумев помочь больному чаду и оставшись без надежды на спасение и помощь, она решила оборвать страдания мальчика и отдала его морю.Спустя десять дней море вернуло его обратно и успокоилось. Кровь земли остыла, ураганы рассеялись, и небо, затянутое пеплом и пылью, прояснилось.—?В смысле, вернуло обратно? —?нахмурился Орочимару. —?Труп его волнами к берегу прибило?Джирайя коротко пожал плечами и перевернул страницу.—?Мальчик вышел из моря на своих ногах. И налились кровью его глаза и получили по три отметины, в каждой из которых затаился миллион страдающих душ,?— прочитал он вслух.Джирайя и Орочимару переглянулись.—?Шаринган?—?Если та женщина была Учихой… —?задумчиво протянул Джирайя и тут же замотал головой. —?Так, во время Первой Великой Войны Бакум вселился в Учиху? Не сходится. Какаши вообще с ними никакого родства не имеет.—?А его товарищ по команде имеет. И он не просто абы кто, именно в его ветке…—?Да, но разве это имеет какое-то значение? —?нагло перебил Джирайя. —?Бакум в Какаши. Садако была дочерью Бакума. При чем тут Учихи?—?В легенде написано, что Учиха успокоил Бакума. И если шаринган способен его успокоить, то нам несказанно повезло.Джирайя с минуту жевал губы, обдумывая.—?Если так, то да. Однако это только легенда.—?Вспомни фотографию своего ученика и его команды. Проклятье не коснулось только Учиху. А ведь они с мелким Хатаке совсем не ладят. И знаешь, что это значит?—?Ну? —?Джирайя с любопытством приподнял брови.—?То, что у нас появился запасной план.Разбираться с полицией пришлось не один час. Время неумолимо бежало вперед, но просто встать и уйти Минато не мог, а устраивать драку с тремя Учихами на глазах у женщины, только что потерявшей дочь, было чересчур.Еичи без конца задавал вопросы, касающиеся Какаши, а Нимура, конечно, ничего не пыталась скрыть. Но, к счастью, ничего толком и не знала.В конце концов, Минато наплел три короба чуши про секретные техники и не постеснялся намекнуть на слишком длинный нос.—?Обито?— мой ученик, но я не достаю его расспросами о секретных техниках вашего клана.Еичи фыркнул и закатил глаза, но все же переключил внимание на отношения между Ренджи, Риоко и Сакумо. И чем больше фактов всплывало, тем чаще Еичи кивал.—?Значит, затаенная обида,?— проговорил он. Однако тут же отрицательно помотал головой. —?Она сказала,?— указал он на Нимуру,?— что Какаши может дать Ренджи силу. Я хочу знать, как именно?—?Нет,?— отрезал Минато и сунул ему подписанную Хокаге бумагу.—?Я же сказал… —?возразил было Еичи.—?Нет,?— повторил Минато. —?Просто арестуйте Учиху Ренджи за убийство Нимуры Риоко, пока он не прикончил еще и моего ученика.Еичи снова покачал головой и повернулся к Обито.—?Слушай, Обито, мы же с тобой…—?Нет,?— так же твердо повторил тот слова учителя. —?Это не в вашей юрисдикции.—?Да чтоб вас! Какаши, что, черт бы тебя побрал, с твоей чакрой? Я вижу,?— он ткнул пальцем в свои глаза.Какаши прижал руку к груди и беспомощно уставился на сенсея.—?Что с ней?—?Ничего,?— отрезал Обито. —?Все в порядке. Мы сами с этим разберемся.Разговор застрял в одном русле и продолжался все утро, пока не приехали санитары. Они вкололи Нимуре старшей успокоительное и забрали тело Риоко в морг.Минато позвонил в больницу, чтобы расспросить Рин, как идут дела, но трубку никто не взял.К трем часам дня Еичи наконец-то отправил в полицию запрос на ордер и стал ждать подтверждения. Пока ждал, позвонил Хокаге и затребовал доступ к информации, но к большому облегчению Минато получил отказ.Устав от ночной беготни, Какаши уснул у Обито на плече. Через пару минут уснул и Обито, пустил слюну товарищу на макушку и беспокойно постанывал, подергивая ногой.Получив разрешение на арест, полицейские покинули книжный магазин. Минато уложил Нимуру в постель и попросил соседей приглядеть за ней. Осталось решить, куда деть мальчишек, пока он будет разбираться с другими делами. Тащить их с собой?— не вариант. Они слишком сильно устали.Минато присел на край дивана и потрепал Обито по плечу. Тот вскочил, мгновенно активировав шаринган, но из виду не пропал. Какаши съехал по спинке дивана и свернулся калачиком, что-то сонно пробормотав.Минато напряженно оглядел учеников. Похоже, Обито мог перемещаться в Дзигоку, только когда Какаши находился там. О такой связи он раньше никогда не слышал. Сомнений почти не осталось. Клан Хъюга им не нужен. И все же лучше еще раз проверить, прежде чем предпринимать категорические действия.—?Обито, мне надо сходить к Хъюга, а вам двоим отдохнуть. Только не здесь. Твоя бабушка не будет против, если Какаши погостит у вас еще немного?Обито перевел алые глаза на спящего товарища.—?Чакры почти не осталось. Он не проснется.—?Я донесу.Минато взвалил Какаши на спину. Тот слабо вцепился в его плечи и почти сразу расслабился. Он удивился, насколько легким оказался его ученик. За время болезни он сильно похудел, но чтобы настолько!Перед уходом Обито еще раз набрал номер местной больницы, но и в этот раз трубку никто не снял.Минато удобнее перехватил Какаши и они вместе вышли на улицу. В больнице должно быть творился настоящий кошмар. А время, отведенное Такако, закончилось. Достаточно ли того, что Обито достал Какаши из Дзигоку? Или это не смогло остановить Мимико? Сможет ли Какаши проявить свои способности, находясь в окружении Учих?Он решил, что забежит в больницу по пути к Хъюга и обязательно разведает обстановку. Но уже на подходе к территории клана Учиха почувствовал невероятную усталость. Чакра убывала с поразительной скоростью. Зато Какаши проснулся, сладко зевнул и потерся носом о его плечо.—?Сможешь идти сам? —?спросил Минато.Он кивнул и соскользнул со спины учителя. Минато едва заметно покачнулся, на миг потеряв чувство равновесия. Обито обеспокоенно оглядел его шаринганом, схватил Какаши за руку и притянул к себе.—?Держись рядом,?— строго сказал он.—?Да,?— покорно отозвался Какаши.Видеть его таким тихим и покорным было непривычно. Похоже, Дзигоку сбило с него всю спесь. Уверенности в движениях поубавилось. Он сутулился и прятал взгляд в землю.Минато не раз видел такие перемены в юных шиноби. Он называл это ?слом?. Пережив такое, многие уходили из профессии навсегда, другие застревали в низких званиях и только единицы переживали переломный момент и двигались дальше. И даже если они решат проблему с чакрой Какаши, что будет с ним дальше, предсказать невозможно.В кухне дома Обито горел свет. Мана сидела у окна, ковыряясь спицами в почти довязанном свитере. Ее взгляд осматривал улицы, лишь изредка опускаясь к рукоделию. Однако команду Минато она заметила не сразу и вздрогнула, когда Обито ей помахал.Минато приветственно кивнул. Мана скользнула по нему взглядом, активировала шаринган и, с отвращением скривив губы, ощупала им Какаши. И только после этого посмотрела на внука. По-бабьи охнула, прижала руку к груди и покачала головой.Встречать не вышла. Обито отпер дверь ключом и запустил Какаши вперед. Скинув обувь, тот неловко прижался спиной к стене. Обито пронесся мимо него и заглянул в кухню.—?Бабуль, Какаши с нами теперь будет жить,?— заявил он без тени вопроса в голосе.—?Только вымой его сначала, я никому не позволю разносить грязь в доме моего сына,?— с холодным достоинством ответила Мана.?Значит, этот дом принадлежал отцу Обито,?— отметил про себя Минато,?— потому Мана и не возражает. Формально теперь Обито здесь хозяин?.Обито кивнул, схватил Какаши за руку и потянул наверх.—?Проходите, Минато-сан,?— услышал он с кухни. —?Я настаиваю.Мальчишки скрылись в тени второго этажа. Послышался щелчок выключателя, затем потекла вода и хлопнула дверь. Обито пробудил шаринган и стал в разы серьезнее и увереннее, теперь уж он Какаши не упустит, Минато не сомневался. Да и выбора не было. Дел осталось куда больше, чем сил, и таскать с собой малышню, один из которых еще и подъедает его чакру, было не с руки.—?Ну же, Минато-сан, я все видела. Этот черт вам и грамма чакры не оставил. Без ужина вы далеко не уйдете,?— сказала Мана и была совершенно права.Желудок утробно зарычал. От аромата тушеных овощей голова пошла кругом. Минато скинул с ног обувь и прошел на кухню.—?Надеюсь, я не сильно вас стесню, если задержусь на несколько минут.Он неловко улыбнулся и почесал в затылке.—?Не так сильно, как отпрыск преисподней,?— заметила она и наложила полную тарелку свежеприготовленной еды.—?И все же вы его пустили.—?А как же иначе? Он прочно застрял в сердце моего внука. И вырвать его не навредив уже невозможно.—?Вы имеете в виду эту их связь, с помощью которой он перемещается в другое измерение?Мана приподняла брови в холодном удивлении.—?Он такое может? Я не знала. Так вот кто унаследовал его силу. Мне таких талантов не досталось.—?О чем вы?—?Это не важно, Минато-сан. Я просто рада, что у него нет братьев и сестер и, в отличие от него, Обито не будет выбирать что попроще.В больнице царил не просто кошмар. От окровавленных бинтов рябило в глазах. Все вокруг вертелось каруселью. Уши заложило от криков и стонов, и руки двигались на автомате.Телефонный звонок снова никто не услышал.Тела обоих Сато уже обнаружили и отнесли в морг, но Рин об этом никто не сказал. Не до того было. Она ассистировала уже на четвертой операции подряд и с трудом унимала дрожь в руках, заштопывая свежие раны.Телефон затрезвонил в пятый раз подряд. Если бы Цунаде не отлучилась на минуту сделать глоток давно остывшего кофе… всего один, чтобы дать мозгу перезагрузиться в секунду тишины…Кацуя присматривала за всеми пациентами, а Цунаде надо было только слегка ослабить давление на уши, чтобы открыть второе дыхание. И вот она зашла в свой кабинет, а вместо долгожданной тишины услышала как никогда противную трель.—?Да, алло? —?раздраженно выплюнула она.На том конце телефонного провода раздался душераздирающий скрежет и только через несколько секунд прорезался далекий едва слышный голос:—?Алло? Цунаде-сама? Это Намиказе, я не могу дозвониться до своей ученицы. Вы не могли бы ее позвать?—?Сейчас,?— еще злее проговорила Цунаде и положила трубку на стол рядом с аппаратом. Нарочито медленно отпила кофе и глубоко вздохнула. Казалось, этот день не закончится никогда.Она поставила полупустую кружку на стол, вышла в коридор и, набрав полную грудь воздуха, крикнула.—?Сколько еще на очередь в операционную. Нового пациента уже оформили? Нохару видели? Пусть зайдет ко мне в кабинет, ей учитель звонит. Что с медикаментами? Кто-нибудь знает, сколько сейчас времени? Шизуне, на обед. Юкико, на склад за морфином и бинтами. Жгуты еще принеси. А Нохара где? Ее кто-нибудь видел?