Глава 1 (1/1)

?Вы нас не ждали, а мы приперлись!?НеприятностиЛеса Франции в наши дни, по словам моего ?старого знакомого? пана Михала Чарновского, являются тщательно обихаживаемыми лесниками парками, со строгим учетом поголовья уцелевших ланей и небольших кабанчиков. Прогулка по подобному рукотворному лесу – сущее удовольствие. То ли дело пройтись по лесу в наш просвещенный XVI век! Невозможно ступить и шагу, чтобы не споткнуться об узловатое корневище, не застрять ногой в валежнике, а про счастье продираться сквозь густую листву тесно выросших каштанов и дубов я вовсе не хотел бы говорить. И уж тем более, речи быть не может о путешествии верхом!Я и мой ?адъютант по особо тяжким? Рейнар уже час пробирались в сумерках по лесу в надежде выбраться на тракт до наступления ночи. После моего счастливого пробуждения в башне Фауста, когда я совершенно не вспомнил ничего из того, что, по словам Лиса, должен был вспомнить, Фауст впал в глубокую меланхолию, граничащую с легким помешательством, и мы с Рейнаром сочли нужным откланяться и незамедлительно тронуться в обратный путь, подальше от зловещей руины.— Однако ж, ротмистр, не расстраивайся! Все могло быть хуже! — обычно бодрый голос Рейнара звучал несколько устало. — Сеанс уринотерапии по эльфийскому методу штука действенная, сам видел! А ну как ты, что тот кот, в Буратино бы превращаться начал? Ищи тебе потом золотой ключик от покоев папы Карло.— Чего? — околесица, которую мог нести мой товарищ, порою становилась настолько малопонятной, что даже моя фантастическая способность к языкам давала сбои. — Ты это про Кота-в-Сапогах? Так он же расколдовался вроде…Среди деревьев показался просвет и мы, радостно ускорив шаг, через каких-нибудь десять минут оказались на уже знакомой нам дороге.Действовать по задуманному ранее плану сейчас казалось абсурдным. Я уже вполне понимал, что я не Наваррец, но, сакр дье, я не являлся и тем, кем меня упорно считали Лис и Вагант. А потому дальнейшая моя судьба представлялась мне весьма печальной. Рано или поздно должен был объявиться настоящий Генрих, и тут мне пришлось бы многое объяснить. Более всего меня терзало чувство вины перед Марго, Мано, перед доброй Конфьянс… Но увы, ничего изменить было нельзя.Ночь уже спустилась на землю, когда мы с Рейнаром въехали во двор небольшой таверны, стоявшей посреди виноградников и носившей романтическое название ?Двое в бочонке?.— Если это значит, что постояльцев здесь селят в бочонках, и только по двое, то запомни, я приехал во-он с той мамзелью, — взгляд Лиса указал мне на пышногрудую и черноокую девицу, очевидно, прислугу какого-нибудь зажиточного буржуа.К великому разочарованию Рейнара и моему облегчению, действительность оказалась иной. Хозяин любезно предоставил нам комнату, клятвенно заверив, что среди ее негласных, а вернее сказать, безгласных обитателей, нет ни клопов, ни блох, а на столе уже ждет вполне сытный ужин, сдобренный несколькими бутылками прекрасного вина. Подобревший от изрядно продегустированного им напитка, Лис отправился на ?поиски мимолетных видений?, я же, притомившись в пути, с большим удовольствием лег на показавшуюся такой мягкой постель…— Уже спишь?Голос, прозвучавший в моей голове, сработал не хуже пружины — я моментально подскочил, в темноте ударившись обо что-то головой. Вероятно, искр из моих глаз хватило бы на освещение комнаты, но я, зажмурившись от боли, того не увидел.— Поосторожней, пане коханку! Не то во Франции и вовсе не останется Бурбонов!— Пан Михал? Что случилось? Почему вовсе?— Потому, — голос внезапно стал серьезен, — смотрите сами.Моему взору открылась поляна, покрытая, как мне показалось, небольшими холмиками. При более внимательном рассмотрении взгляд выхватил из темноты чьи-то ноги в ботфортах, вскинутую в последнем замахе руку, еще сжимающую клинок, судорожно подергивающееся брюхо издыхающей лошади.— Кто это там?— Это отряд Генриха Бурбона, короля Наварры. А вот, извольте видеть, и король собственной персоной!Взгляд пана Чарновского обратился куда-то в сторону, показывая мне раскидистый дуб с висящим на нем телом. Безусловно, повешенный являлся Генрихом. Мне казалось, я смотрел на своего близнеца, замученного, с посиневшим лицом и жуткими, навыкате глазами.— Но, сакр дье! Что это значит? Кто осмелился поднять руку на короля?!— У Наваррца и без ваших стараний было много врагов, а после того, как вы взяли на себя его роль… Но здесь поработали гизары. Или же кто-то хотел, чтобы все указывало на гизаров. Пан Чарновский перевел взгляд, демонстрируя мне черные одежды с белыми крестами на некоторых убитых. — Что же теперь? — недоуменно спросил я, — ведь если настоящий Генрих мертв…— То вы полноправно занимаете его место. Таково ваше новое задание от руководства института. — Голос пана Михала стал тверд. — Мужайтесь, друг! Я понимаю, что вы не готовы к роли стационарного агента, но поймите… В виду сложившихся обстоятельств ваша кандидатура лучшая.— Но…— Чудесное спасение, мой друг, чудесное спасение. Да и вообще сомневаюсь, что убийцы станут распространяться о содеянном. Особа короля, пускай и гугенота — священна. — Возможности отказать у меня нет? — мое лицо невольно приняло довольно кислое выражение. Как бы то ни было, а прожить чужую жизнь взамен собственной, пускай и забытой — не лучший жребий.— Отчего же? Вполне есть. Но боюсь, перспектива проживания в дурдоме нашего мира менее предпочтительна, чем правление дурдомом в этом. Впрочем, решать вам.— Я согласен.Война медленно, но верно давала о себе знать. На дорогах стало в разы больше банд мародеров, дезертировавших из армий Гиза и Генриха. В трактирах все чаще стало возможно услышать ломанный французский немецких наемников, а сами городки и поселения, в коих трактиры располагались, становились безлюднее день ото дня.Мой кузен Генрих, испытывая острую нехватку в войсках, начал панически формировать армию ополченцев в дополнение к той горстке людей, что у него уже была. Французы с неохотой оставляли родные дома, и с еще большей неохотой брались за протазаны и мушкеты. Все ?добровольцы? стекались в королевский лагерь неподалеку от Реймса. Организовать эту многочисленную толпу в армию было невыполнимой задачей, и Генрих III, до сих пор более интересующийся своими туалетами, лишь оттягивал неизбежное.Париж был охвачен огнем мятежа, на западе и юге полностью властвовала Лига, а со стороны Лотарингии уже выдвинулась армия курфюрста Пфальцского, куда мы с Лисом по плану, оговоренному с ?Вагантом?, и отправились.Дорога была легкой, и мы почти без проблем достигли Эльзаса. На берегу реки Л’эн раскинулся лагерь… Множество шатров, расставленных в привычном еще с римских времен порядке, виднелось, как на ладони. Солдаты неспешно насыпали вал и сооружали частокол, более для занятия времени, нежели по необходимости. Это делало честь их командиру, ибо худшее для солдата – безделье.— Это они от кого так хоронятся? — Рейнар недоуменно почесал затылок. — Если от нас, то не поможет, тут нужно что-нибудь мощнее, навроде полного отсутствия съедобной жратвы и нормального самогона — без этого я туда ни-ни!— Рейнар, мы приехали не за этим!— Кто как, капитан… Лично я не отказался бы чего-нибудь проглотить. А то у меня в нутре уже кишка кишке фигу кажет. Неприятное, скажу тебе, ощущение, — Рейнар наморщил свой нос, и я не смог сдержать улыбку, смотря на его ужимки.— О! Ну вот, хоть на человека стал похож! А то в последние дни цвет твоей рожи наводит на мысль, будто ты на ней передвигаешься.... Ладно, как мы этого курфюрста убедим нам одолжить армию? Или он тебе по старой дружбе уступит?— Я с ним не знаком. Но думаю, что, как и любое наемное войско, его солдаты запросто пойдут под руку того, кто больше им заплатит.— А чем ты им платить собрался? Царственными посулами? ?С первой пенсии своего внука обязательно отдам, если не забуду?? Да и вообще, чтоб такую ораву нанять, столько золота нужно, что лучше я не скажу, сколько. — Лис всегда болезненно относился к тратам, пускай и не из своего кармана.— Но у нас есть золото, — возразил я, — сокровища тамплиеров…— Капитан, я тебя умоляю! Мы ж этими деньгами и так тому хмырю в латах мозги запудрили. Так что, теперь еще и сами их поищем? Уж лучше у Мано в долг взять — это куда как реальнее…Я недоуменно уставился на товарища. Мано де Батц, безусловно, верный, преданный и неоценимый соратник, но занимать денег у бедного гасконца… Проще было заставить солнце светить ночью.— Ты думаешь, у Мано есть деньги?— Окстись, капитан! Если бы у него были деньги, он бы уже давно перестал всюду следовать за таким типчиком, как ты.— Рейнар!— Все, молчу-молчу, прощение просим, вашличество! Я забылся!И все же в словах Лиса была правда. Денег не хватало, и предстояло срочно их достать. Но как?— Ладно, кумэ, не журись! — с хитрой ухмылкой проговорил Рейнар. — Знаю я одно средство, как изъять деньги у загнившего капитализма!