Глава 19 (1/1)

От завтрака он отказался, постоянно подзывая к себе медсестру и прося её отвести его к Руди. Впрочем, это продолжалось практически весь день, оставалось только удивиться долготерпению женщин, раз за разом отвечавших ему вежливым отказом. Интересно, как быстро они стареют? Как скоро их начинают мучить кошмары после такой работы?На следующее утро к нему уже перестали подходить, но тогда он демонстративно опрокинул стол. Тарелки со звоном осыпались на пол, больные зашевелились. Его соседи тупо уставили на разбросанную еду, потом один из них поднял на медсестру глаза и сказал вполне осмысленно: - А есть смысл в баране?Он был уверен, что смысла в баране нет. Он всё равно добьётся своего, даже если для этого придётся обрить налысо всех медсестёр и раскрасить стены в лучших традиция Сальвадоре Дали. Эта показная храбрость вовсе не являлась показной, просто у него действительно не было выхода. Дракон забрал его принцессу, теперь он был просто обязан встать на тропу войны. Пока медсёстры успокаивали больных, один из санитаров подошёл к нему и схватил за локоть. - И что ты творишь? - Борюсь за любовь, - он внезапно смутился своих слов. Брови мужчины поползли вверх, но потом он устало поднял глаза к потолку. - Я тебя вспомнил. Ты вчера пытался бежать? - Да, я хотел найти комнату Руди, - если честно, он и сам не мог понять своих действий. Просто внутри всё клокотало и выплёскивалось на окружающих странными признаниями и дебошем. Ему нужна была Руди и точка. Санитар покачал головой. - Я отведу тебя к доктору, а дальше пусть он разбирается.- Пусть, - покорно кивнул он, следуя за мужчиной. Это было долгожданным вчерашним чудом, которое просто припозднилось. Зато, хотя бы был смысл не сдаваться. Он мельком глянул на лицо мужчины и каким-то третьим глазом увидел, что тот в душе улыбается. Это было странно. Ему не дали долго размышлять над этим, потому что посередине коридора возник его вчерашний непреклонный знакомый. - Да-да, я понял, тебя не остановит разум и логичные доводы, - санитар остановился, отпуская, наконец, его локоть. Он кивнул на слова доктора. Буря внутри, бушевавшая со позавчерашнего вечера, улеглась. Ну, или хотя бы перестала ломать рёбра и плющить сердце под свои молотом. Он оглянулся и понял, что провидение сегодня на его стороне. Они остановились рядом с карцером Руди. Сейчас она сидела в той же покорной позе, пусто глядя в стену и изредка шевеля губами. - Вы пустите меня к ней? - на эти слова доктор кивнул. Выудил из кармана халата ключи и вставил в замочную скважину. Послышался характерный щелчок. Санитар быстро закатил рукава и стал сбоку, готовый к решительным действиям в любую секунду, но его это не волновало. Едва дверь приоткрылась, как он скользнул эту щёлочку и бросился к Руди. Та вскочила, словно была пружиной, пошатнулась и побежала к нему, оскальзываясь на войлоке.- Назад! Она не в себе! - крик доктора повис где-то за спиной. Он схватил девушку в объятия, падая вместе с ней на колени, до боли в пальцах вцепляясь в ткань смирительной рубашки и отчаянно жалея, что нельзя коснуться до кожи. Запах лимонника стал одуряющим, не хуже тяжёлого запаха роз. Руди ничего не говорила, уткнувшись прохладным носом ему в шею. Наступил идеальный момент, одни из тех редких моментов, когда спокойствие превращается в желе и никуда не собирается пропадать. - Неужели?.. - и никакие глупые возгласы неверующих такой момент испортить не могут.Эпилог. В саду было тихо-тихо. Бренчали пчёлы вокруг чубушника. Он нежился на солнце, далеко вытянув ноги. Руди безучастно смотрела на красоту природы, неподвижно сидя рядом. Сейчас её волосы он собрал в низкий хвост, вдоволь наприкасавшись к летящим прядям. Было так странно, находиться возле неё максимально близко и максимально часто и не боятся, что её отберут.- Эй, Руди, хороший денёк, да? - он повернулся к ней. Девушка ничего не ответила, даже глаза не скосила. Её пальцы сами собой шевелились, перебирая листики на сорванной ветке чубушника, время от времени отрывая какой-нибудь и пуская в свободный полёт.- А я думаю, что он просто превосходный, - он снова посмотрел на кроны деревьев, подсвеченные солнцем. После того случая в карцере Руди вела себя как обычно, то есть не отвечала на вопросы и вела себя так же тихо, как ветер сейчас. Он был готов к этому, поэтому никак не отреагировал на внимательный взгляд доктора, когда девушка вдруг застыла куклой прямо посреди объятий, там, в карцере. В конце концов, она ведь больна.- Ох, сейчас бы сидеть на веранде и пить лимонад. Только не очень холодный, - он нервно сглотнул, представляя, как от глотка ледяной жидкости по его коже расходятся трупные пятна, замораживая всё его тело, - а то превратимся в мертвецов.Руди ничего не ответила. Он нежно улыбнулся, закрывая глаза и представляя её точёный профиль и тонкую шею. Его маленькая хрустальная любовь. Общаться с ней было легко, ведь раньше он тоже, считай, говорил сам с собой. Теперь частичка его самого дышала совсем рядом. Он повернул голову к ней, поднял руку и коснулся её щеки. - Знаешь, когда мы пили на веранде лимонад с моей семьёй, я всегда чувствовал себя лишним. Грустно, да? - девушка спокойно моргнула, никак не отзываясь на прикосновение, но он всё равно насладился нежной прохладой её кожи. В груди метнулась зверем горечь. Неужели вот так теперь и будут проходить его дни? Голоса зашумели, но он заставил их заткнуться. Голова снова начинала болеть. - Как думаешь, Руди, мы сможет создать семью, где нам не будет одиноко? Девушка чуть склонила голову, словно ветку дерева ветром наклонило. Весь облик безучастной куклы куда-то пропал, когда она едва заметно улыбнулась.- Да. Голова всё так же болела, но уже чуть-чуть меньше. Голоса ворчали почти обиженно.