Петля на шее (1/1)

?И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри.Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный и чтобы победить.?Откровение Иоанна Богослова 6:1-2Нью Йорк.Главный редактор задумчиво рассматривала отснятое. Последняя пара десятков кадров едва ли отличалась друг от друга: военные хладнокровно избивают мирных жителей во внутреннем дворике среди домов. Таскают за волосы, лупят по хребту тяжелыми дубинками беглецов вслед и, с каким-то извращенным удовольствием, заламывают руки вырывающимся пойманным. Безоружные граждане пытаются протиснуться сквозь узкие зазоры между домами, прячутся в тени разрушенных навесов, вцепляются в кривую каменную кладку, прижимаясь, пытаясь скрыться. Но безуспешно. Численный перевес?— не такая большая сила, как может показаться, когда неприятели вооружены до зубов. Горожанин, на вид довольно хлипкий, ударил военного, целясь в солнечное сплетение. Он не заметил нависшего над ним другого человека в форме с дубинкой. Рядом двух женщин бесцеремонно расталкивают в стороны, одна из них оступается и падает в мелкую пыль на земле.Редактор перелистывает снимки, и ее взгляду предстает изображение мальчика лет семи, который бросает камень в вояку, направившего на мальца дуло автомата.—?Уверена, их купят в Таймс,?— произнесла редактор, мельком оглядев вошедшего в помещение Артура,?— ?Хаффингтон Пост?, может быть, в Нью-Йоркере.Мужчина остановился у небольшой полки с книгами и облокотился на нее. Нервно потёр лоб.—?Тебе возможно даже Пулитцеровскую премию дадут,?— женщина отложила снимки на стол и развернулась на стуле лицом к собеседнику.—?Мне нужно туда вернуться,?— перебил её блондин. —?Ты же знаешь, что нас нельзя было депортировать.—?Я знаю лишь то, что мой начальник будет спрашивать,?— женщина тряхнула темными волосами и, поднявшись со стула, пересекла комнату, сокращая расстояние между собой и репортером. —?Почему я до сих пор с тобой работаю.—?Потому, что ближе него никто не подходит,?— встрял в разговор Амани, который до этого молча подпирал стену в кабинете. Он, оторвавшись от зеркальной поверхности стены, подошел к говорящим. Фоторепортер не сводил с женщины серьезного настойчивого взгляда.—?Ты должна нас вернуть туда,?— директивным тоном сказал тот.—?Дорогой, из этого ничего не выйдет, тебе запрещен въезд в Сирию,?— не менее уверенный взор темных глаз женщины встретился со взором Артура. —?Дай нам несколько месяцев.Амани, небрежно сунув руки в карманы светлых штанов, подошел к беседующим ближе и остановился за спиной главного редактора.—?Это не может ждать,?— Артур едва заметно мотнул головой. —?Что-то происходит.—?Если это частное,?— женщина предупреждающе взглянула на него из-под чёлки, упавшей на глаза, когда она слегка опустила голову, не разрывая зрительный контакт.—?Ты не права,?— перебил её блондин.В ответ та лишь пожала плечами.—?Тогда что?Мужчина раздраженно втянул воздух сквозь зубы, на секунду переведя взгляд в окно, рядом с рабочим местом, и умолк, не найдя что ответить.***?И когда Он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри. И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч.?Откровение Иоанна Богослова 6:3-4В полевом госпитале дела шли своим чередом. В песчаного цвета просторной военной палатке сновали люди: кто-то хромал, кого-то, согнувшегося напополам, подводили к кровати, ровные ряды которых стояли вдоль тканевых стен, образовывая в небольшом пространстве две ровные белые полосы коек. Один из врачей помогал лечь пострадавшей, когда у Келли, стоящей неподалеку, зазвонил телефон.—?Алло?—?Келли? Это Артур,?— раздалось из сотового. Удивленная темнокожая девушка пошатнулась. Его она ожидала услышать меньше всего.—?Ты впорядке? Ты вообще где?—?В Нью-Йорке. Слушай,?— ответил блондин, шагая по улице вдоль огромных стеклянных панелей дома. —?Ты узнала, куда перевозили христиан? Мне нужно найти старуху, которая меня схватила.—?Я видела! Она схватилась за твое лицо и сказала: ?Артур, я жду тебя?.—?Ты можешь найти ее?Келли окинула палатку взглядом:—?Почему я должна тебе помогать?Артур замер на повороте и склонил голову, будто стоял прямо перед девушкой?— ощущение вины неожиданно накатило огромной тяжелой волной.—?Между нами что-то было,?— мужчине было не по себе, и он неловко осматривался по сторонам.—?А ты просто исчез.Мужчина застыл посреди улицы, медленно выдыхая через нос.—?Без объяснений,?— продолжала темнокожая.—?Другого выхода не было, пожалуйста,?— голубые глаза чуть покраснели, блондин моргнул. —?Поверь мне.—?Раньше я тебе верила.Артур поджал губы и затих на несколько секунд, пытаясь справиться с накатившими на него эмоциями. Наконец, он сглотнул и продолжил:—?Ты можешь найти эту женщину?—?Попробую,?— ответила девушка ровным, формальным тоном. Она ждала совсем не этих слов, не такой реакции, но, что ж. Артур есть Артур и навсегда им останется?— упертым, иногда неприятным и всегда?— целеустремленным.Блондин, тем временем, благодарно кивнул, будто она могла его видеть, и продолжил свой путь:—?Спасибо.?И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей.И слышал я голос посреди четырех животных, говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай.?Откровение Иоанна Богослова 6:5-6Пройдя еще несколько кварталов вдоль дороги, молодой фоторепортер вошел в не очень высокое правительственное здание. Пришлось подождать некоторое время в дорого обставленном холле, прежде чем молодой мужчина, его ровесник, сказав незнакомой девушке: ?Спасибо, Тиффани, Дальше я сам?, наконец обратил на Артура внимание. С легкой улыбкой тот подошел к блондину и пожал тому руку:—?Артур Пендрагон, давно не виделись.—?Рад тебя видеть, Крейг,?— ответил ему посетитель, отвечая на рукопожатие, после чего мужчина, с чуть вьющимися, русыми волосами, дружески приобняв одной рукой, направил Артура в нужном направлении коридора. —?Я надеюсь, что не сильно тебя отвлек.Мужчины шли рядом по коридору, освещенному явно дорогими лампами под старину. Лучи света из-под аккуратных абажуров настольных ламп отражались от деревянных панелей на стенах, создавая мягкое, уютное освещение.—?Мне нужна услуга,?— продолжил Артур. —?Выпускники Прингстона должны держаться вместе.—?Я тебя пятнадцать лет не видел.—?Быть на связи не самая моя сильная сторона,?— заметил фоторепортер. —?Я освещал события в Сирии и у меня возникли неприятности с местным режимом. Не разрешают въехать в их страну.—?У тебя есть и другие связи,?— заметил его собеседник, фыркнув.—?Ну, я мог бы позвонить Вину Беренджиру, но у него полно дел. Он мой должник, но я решил не напрягать его из-за этого пустяка,?— в процессе разговора Артур немного обогнал своего собеседника и, постепенно разворачиваясь к нему лицом, сбавляя шаг, остановился в конце коридора, глядя в лицо старому знакомому.—?Глава международного фонда у тебя в долгу?—?Разве на них не держится наш мир,?— с улыбкой заметил блондин.—?Давай так: я позвоню своим коллегам, мы это обсудим,?— мужчина втянул воздух с тихим свистом, дернув бровью. На его лице мелькнула тень улыбки. —?Уверен, что-нибудь получится.—?Большое спасибо,?— сказал Артур с благодарностью, пожав ему руку. —?Я всегда говорил?— ты хороший человек.—?Думаю, выход сам найдешь,?— заявил парень в костюме, хлопнув собеседника по плечу, и отправился дальше по коридору.? И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри.И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя ?смерть?; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли?— умерщвлять мечом, и голодом, и мором, и зверями земными.№Откровение Иоанна Богослова 6:7-8Попрощавшись таким образом со своим старым знакомым, блондин завернул в ближайший проход в коридоре и прошествовал через огромный зал. Легкий ветер всколыхнул длинные, но от того не менее легкие, белоснежные занавески на окнах. По воздуху плыл едва заметный аромат белых роз, коими был скромно украшен огромный холл. Не смотря на обилие темного дерева, и почти полное отсутствие естественного освещения, было довольно светло, наверное, за счет нескольких огромных окон в другом конце зала, что простирались до самого потолка.—?Артур Пендрагон,?— раздалось за спиной у мужчины, когда тот практически достиг противоположной стороны зала.Он обернулся и увидел меж двух колонн немолодую, но от того не менее эффектную женщину. Некогда цветущая буйным цветом, красота покидала её, но она мастерски скрывала возраст. Цеплялась за уходящее совершенство юности как цепляется ранним утром сознание за эфемерные образы сновидений, тающие в первых лучах утреннего солнца. Однако, делала она это довольно умело. Русые волосы до лопаток были завиты на концах в аккуратные локоны, столь же аккуратный вырез платья лишь напоминал, что перед вами некогда красавица, да и все платье целиком лишь подчеркивало формы некогда молодого и гибкого тела. Яркая красная помада приковывала внимание к лицу женщины.Заметив, что Артур таки обратил на неё внимание, женщина со счастливой улыбкой выдохнула:—?Не могу поверить, что это ты. Так много времени прошло.Артур же, который как раз собирался открыть дверь, дабы покинуть этот зал и двинуться в следующий, недоуменно оглянулся на незнакомку:—?Простите, я вас знаю?? И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели.И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святой и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число.?Откровение Иоанна Богослова 6:9-11—?Энн Ратлидж,?— женщина представилась и расплылась в еще более широкой улыбке, обнажая белоснежные крупные зубы. Однако, улыбка пропала так же быстро, как и появилась. —?Последний раз я тебя видела на похоронах твоего отца.—?Вы знали моего отца? —?Артур с прищуром посмотрел на женщину, отпустил ручку двери и сделал несколько шагов навстречу.Энн также сократила расстояние:—?Он был хорошим человеком. С прекрасным характером,?— женщина продолжила, не обращая внимания на взгляд мужчины, полный непонимания. —?Его смерть была… очень трагична.Энн взяла руку Артура в свои руки с выступающими венами и сухожилиями:—?Но ты был еще маленький,?— женщина внимательно вглядывалась в лицо блондину. —?Думаю, ты мало что помнишь.—?К сожалению, нет,?— ответил фоторепортер, растерянно разглядывая странную незнакомку. Та снова улыбнулась, в этот раз будто пытаясь успокоить:—?Это ненадолго.—?Почему вы это сказали?—?Потому что скоро мир изменится,?— произнесла Ратлидж, будто заученную строку. —?Седьмая печать снята и прозвучали трубы. ?— Я не понимаю.?И когда Он снял шестую печать, я взглянул, и вот, произошло великое землетрясение, и солнце стало мрачно как власяница, и луна сделалась как кровь. И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром, роняет незрелые смоквы свои. И небо скрылось, свившись как свиток; и всякая гора и остров двинулись с мест своих.?Откровение Иоанна Богослова 6:12–14—?Твой отец бы тобой гордился,?— продолжала женщина, заглядывая в лицо своими темными блестящими глазами. —?Тебе есть что предложить миру.—?Я. —?репортер на мгновение замялся. —?Я… делаю фотографии.Он неловко поджал губы, и его собеседница ответила тем же жестом, переводя его в усмешку.?и дана была ему власть над всяким коленом, и народом, и языком, и племенем.?Откровение 13:7—?Скромность?— переоцененное достоинство. Наверное, тебе было непросто. Постоянно исключали из школы: Прингстон, Эксед, Роксфор,?— Энн перечисляла, а голубые глаза собеседника непонимающе цеплялись за ее лицо, пытаясь понять: откуда ей все это известно? Однако, та просто продолжила говорить. —?Им стоило проявить больше понимания к парню, который так,?— брюнетка с восхищенным выражением лица покачала головой и снова обнажила белые зубы в улыбке. —?Одарен.Уловив момент, когда женщина переводила дух, не сводя с него восхищенного взгляда, тот решился заговорить:—?Похоже, вы немало знаете о моем передвижении.—?Прошлое?— как веревка на нашей шее. Ты не находишь? —?вкрадчиво поинтересовалась она.—?Дело в том, что,?— Энн, наконец, оторвалась от созерцания лица Артура, развернулась к нему спиной и двинулась в глубину зала. —?Я бы не делала свою работу, если бы не следила пристально за Артуром Пендрагоном.Женщина неспешно прошлась до одной из колонн и оперлась на нее плечом.—?А в чем именно заключается ваша работа, мисс…—?Ратлидж,?— подсказала она. —?Думаю, наилучшим образом это можно описать как охранная деятельность. Я обслуживаю особые интересы?— женщина снова расплылась в улыбке.—?Чьи?—?В моей работе конфиденциальность?— превыше всего,?— ответила Ратлидж. —?Главное в моей работе?— постоянно сохранять присутствие и не дать людям понять, что ты все это время рядом. Прямо у них за спиной. По спине Артура пробежался мерзкий холодок. Он не считал себя трусом, но ощущение, что за тобой, вполне возможно, наблюдали всю твою жизнь, было не просто не из приятных, а даже, в некотором роде, жутким.—?Каждый шаг их жизни,?— блондин ошеломленно воззрился на кареглазую. Та в ответ отпрянула от колонны и, привычно улыбнувшись, пожала плечами. —?Я всего лишь хотела представиться. Приятно видеть, как сильно ты вырос. Уверена, наши пути пересекались до этого.Провожаемая подозрительным и удивленным взглядом голубых глаз, женщина развернулась и покинула холл, стуча каблуками по темному паркету.?И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса. И я видел семь Ангелов, которые стояли пред Богом; и дано им семь труб.?Откровение Иоанна Богослова 8:1-2