Глава 5. В больнице (1/1)
Рокси с трудом разлепила веки. Вокруг всё было белое и размытое. Девушка снова закрыла глаза.
Она чувствовала, что из правой руки и носа что-то торчит, и это было жутко неудобно.
Что это за чувство? Это и есть смерть? Джокер попыталась вспомнить хоть что-то...
?Кто я... где я... почему так болит левое плечо... – Ничего не припоминалось. - Как больно!?.
Разве со смертью боль не прекращается? Она ведь должна была уйти...
С губ непроизвольно сорвался тихий стон.
Что-то вздрогнуло неподалёку. - Ро? – голос был знаком девушке, - Рокси?
Рокси снова открыла глаза. Над ней склонилось лицо Салли, сверлящее её густо подведёнными чёрным лайнером и с чёрной тушью на белёсых обычно ресницах, прозрачно-голубыми глазами.
Увидев блестящую зелень глаз подруги, она улыбнулась.
От этой улыбки в голове у Джокер как будто щёлкнул тумблер, она вдруг всё вспомнила: ночь, дождь, страшный взгляд и улыбку Селены, фразу ?Прощай, Джокер? и свой собственный страшный крик боли и отчаяния.- Салли! – Рокси резко села на кровати, затрещали рёбра, голова закружилась так, что в глазах потемнело. - Где я?! Что за кошмар на мне надет?! Где папа?! Что с папой?! Скажи мне хоть что-нибудь!!!Уитвики уложила её обратно, попутно с силой ударив по щеке. Это отчасти вернуло девушку в норму.- Ро, успокойся, - не то с радостью, не то с испугом сказала Салли, - тебе нельзя волноваться и вставать!- Салли, что случилось? – Спросила Рокси, потирая ушибленную щёку. - Ты чем-то напугана... - Ещё бы! Ты ведь уже вторую неделю в коме! - Где?!- В коме. И ещё у тебя была гангрена... удалили остаток руки...Джокер сглотнула и посмотрела на левое плечо.
Руки нет. Совсем.
Вид пустого рукава больничной робы всколыхнул в девушке слабый ужас и вопрос ?как быть??. - Ты потеряла много крови... Ещё ты два ребра сломала, - сказала Салли, - но это ничего. Они быстро зажили! Прикинь, мне даже пришлось...- Так что с папой? – Перебила Рокси, уже не надеясь на положительный ответ.- Он умер, да?Девушка еле заметно кивнула.
Джокер почувствовала страшную боль... отнюдь не физическую...
Внутри всё оборвалось... как будто кто-то задул свечу, горевшую в её сердце слабым огоньком надежды...- Его похоронили рядом с моими родителями... Давай не будем об этом. Эй, я ведь принесла тебе кое-кого. - Салли заговорщически склонилась над подругой и расстегнула молнию своей спортивной сумки, на которой значков и брелков было столько, что они весили больше, чем учебники. - Вообще-то он и раньше просился, но сегодня я не заметила, как он спрятался в сумке, и принесла его сюда...Из сумки высунулись сначала уши. Большие и чёрные, затем изумрудные глаза и усатый раненый нос с горбинкой. - Алекс! – Воскликнула Рокси. - Как я рада тебя видеть! Салли, ты – гений и преступница! Кто ты и что ты сделала с настоящей Салли?Та самодовольно улыбнулась и нервно глянула на дверь. - Если нет возражений – я постою на стрёме, - сказала Уитвики и встала у двери. - Рокси, - Алекс крадучись вылез из сумки после условного сигнала Салли, - как я рад, что ты вышла из комы! Я уже и не надеялся, что мы когда-нибудь встретимся!Рокси прижала его к груди так крепко, насколько позволяла трубка от капельницы. Алекс в ответ потёрся ей о щёку мордочкой. - Алекс, - вдруг прошибло Джокер, - ты в присутствии Салли болтаешь... - Не боись, она в курсе. И тётя Роза тоже, они меня кормили. - Кот покосился на тумбочку, виновато прижав уши к голове. - Я не специально проболтался - тётя Роза ошизенно готовит тунца! Слушай, - зелёные глаза Ала дико сверкнули, - здесь такое творится! По твоему вопросу возбуждено колоссальное уголовное дело и теперь, только не падай в обморок, Интерпол ищет преступников, которые убили твоего папу и тебя покалечили. Про тебя на всех каналах, ты во всех новостях! Сейчас вообще к тебе репортёров не пускают, только Салли, но... ты не представляешь, сколько шпаны с микрофонами хотят взять у тебя интервью!- Ага, и не говори, Лекс! – Уитвики не спускала глаз с прозрачного окошечка в двери. - Твоё дело, Ро – самое громкое. Лекс мне всё рассказал про Селену, даже не представляю, что бы она с тобой сделала, если бы миссис Бишоп не вызвала копов со скорой помощью, после того, как твой отец выпал из окна... - Так это она звонила? – удивилась Рокси.Просто эта старушенция терпеть её не могла, потому что Джокер мешала ей отдыхать, врубая на всю катушку ?Rammstein?, зато окно спальни Хельги Бишоп прямо напротив окна в комнату Джеймса.- Да, я тоже в шоке. - Подтвердила Салли. - Дней через пять к тебе придёт следователь, меня уже допрашивали как свидетеля, а тебя будут как потерпевшего. Почему-то я очень сильно сомневаюсь, что тебе поверят...- В психушке поверят, а здесь – нет, - презрительно фыркнув, сказала Джокер, - даже если я расскажу всю правду, неизвестно что со мной сделают. - Да-а-а, - протянул кот, почесав лапой за ухом, - и надо было этой тётке припереться – таких делов наделала. - Лекс, а ты знаешь, кто такая эта Селена? – Спросила Рокси. - И почему она назвала меня ?наследницей сил Клиодне?? - Не-а, не знаю... – Алекс покачал головой. - Честно, даже если и знаю, то уже вряд ли вспомню...- Шухер, ребята! – шикнула Салли и быстро села на табурет перед кроватью Джокер. Алекс юркнул в сумку Уитвики. В комнату вошёл солидный пожилой человек в белом халате и со статоскопом на шее. Он был среднего роста, в пенсне, чудом держащемся на кончике его большого длинного носа, и с густой сединой на висках, по типу лица доктор жутко походил на немца.Рокси немного удивилась, что вместо привычной доктора Лоренс здесь появился этот человек. Джокер довольно часто раньше попадала в больницу, правда, только с вывихами и переломами. - Юная леди, - сказал он хриплым басом, со слабым немецким акцентом, так что Рокси угадала – он точно немец, - время посещения окончилось. - Хорошо, доктор Каулитз. - Сказала Салли, потом обратилась к подруге. - Я завтра ещё приду, тебе что-нибудь принести? - Не-а... хотя, - тут в голове Рокси возникла плохая, но очень соблазнительная мысль, как мысль съесть шоколадку, пришедшая к одержимой диетами, - бумага и ручка есть?Салли кивнула и достала из внешнего кармана сумки блокнот и карандаш. Правой рукой Джокер было тяжело писать, но она кое-как накарябала послание.- Вот, - девушка протянула ей записку.Уитвики сунула блокнот обратно, а записку в джинсы, догадавшись, что нужно читать её сейчас, но не здесь.- Ага. Ну, ладно, чао, Рокс.И она ушла, надев свои тёмные очки и хлопнув по привычке дверью.
Доктор Каулитз присел на край кровати Рокси. - Так-так, да вы особенная, Роксанна Энджела. Вы пережили клиническую смерть, кому, ампутацию левой верхней конечности, справились с большой потерей крови, хорошо, что у вас с подругой одна группа и резус, пересилили перелом двух рёбер и вывих правой лодыжки, а так же небольшое сотрясение мозга, многочисленные разрывы мышц, ушибы и ссадины в многочисленных местах. И вы при всём при этом остались живы! Разве не чудо? - Без комментариев... – Джокер была в шоке.Действительно, при падении ?ласточкой? со второго этажа, при таких масштабных повреждениях она жива и прекрасно, ну, почти, себя чувствует.Хотя и было странно получить такие травмы при падении со второго этажа, притом, что Рокси довольно часто выпрыгивала из окна своей комнаты, чтобы отправиться гулять с Салли, когда отец заставлял её учить уроки.Клиническая смерть! Уму не постижимо. Так же девушка не могла поверить, что в её венах теперь течёт ещё и кровь подруги. Джокер и не знала что у Уитвики четвёртая отрицательная, ведь таких людей во всём мире даже трети нет.Пока Рокси размышляла, доктор Каулитз копался в аппаратуре. После он осторожно вынул из носа девушки провода от аппарата искусственного дыхания. - В этом больше нет необходимости, - пробормотал он себе под нос, затем посмотрел на Рокси и спросил: - Так лучше?Джокер кивнула. Доктор улыбнулся. - Теперь вам нужен полный покой, отдыхайте. - Мистер Каулитз, а где доктор Лоренс? – спросила Рокси, вытирая нос.Доктор Каулитз ласково посмотрел на неё. - Она в декретном отпуске. Я временно замещаю её. - Вот как. А кто у неё будет – мальчик или девочка? – Живо поинтересовалась девушка.Миссис Лоренс лечила её с самого детства, Рокси знала о ней почти всё: Марианна Лоренс (так её зовут) работает в больнице с двадцати лет, замужем за генералом Куртом Лоренсом, имеет двух сыновей и трёх родных братьев: Джейкоба, Хьюго и Роберта Скопье. - Двойняшки-девочки. - Улыбнулся доктор. - Она родила на прошлой неделе. Назвали их Люси и Дженни. Я крёстный отец.Рокси счастливо улыбнулась. - Как здорово! Если встретите доктора Лоренс, передайте ей, что я очень за неё рада и пусть примет мои поздравления. - Хорошо, - кивнул Каулитз. - Кстати, доктор, - Джокер решилась задать ему ещё один вопрос, - а когда придёт следователь по моему делу? - Знаете, вы не в том состоянии, чтобы давать показания, поэтому ещё не скоро. - Спасибо, - Рокси стало так хорошо, - большое.Доктор вышел из палаты и осторожно закрыл за собой дверь.
Девушка осталась одна, осмотрелась. Привычная и скучная белая палата №3, букет белых лилий на тумбочке у кровати, две курящих медсестры за окном и маленький телевизор под потолком в самом углу. На белоснежной стене напротив висели большие чёрные часы, издающие противное тиканье, похожее на щёлканье пальцев пианиста. Ничего не изменилось.Рокси закрыла глаза.
?М-да, в этой истории лишь один плюс – в школу ходить не нужно... – девушка готова была взвыть оттого, что ей предстояло провести здесь ещё несколько дней, - а так – сплошные минусы. Обследования, анализы, рентген, будь он не ладен... ну и жуть! Ненавижу больницы... Хочу домой...?.Реквием. Виндингз, школа магии Мидвич.
Брюс Витрум сидит в своём кабинете за столом с толстенной пачкой бумаг, отслеживая взглядом магический штамп, который ставит золотистый крест, обвитый алой змеёй, на каждом документе.
Стук в дверь. - Войдите, - сказал он, теряя зрительную связь со штампом, который ставит вместо красивого оттиска большую золотисто-алую кляксу.Сквозь дверь заглядывает Нина. Судя по выражению её лица, она чем-то очень взволнована. - Что-то случилось, Нина? – спросил Брюс, чуть привставая с кресла.
Нина оглянулась на лестницу, затем зашла в кабинет. - Случилось, Брюс, - Нина подошла к столу, - тебя снова вызывает император...Недослушав её, Брюс щёлкнул пальцами и исчез.