05. Фонг/Маммон (1/1)

Однажды Фонг, не меняясь в лице, говорит:

- Выходи за меня замуж.А потом отдает ей меню и уходит.

Маммон разглядывает вязь китайских иероглифов и ничего не видит. Наверное, к лучшему - иероглифов она всё равно не знает. Что хуже, она совершенно забывает, зачем пришла. Когда Фонг возвращается, закрыв свою ветхую лапшильню на шесть мест, она поднимает на него глаза и молчит.- Хочешь, я сделаю что-нибудь только для тебя - на свой вкус?- Нет, - говорит Маммон.

- Как скажешь.Фонг снова уходит.

Маммон слушает, как тихо закипает на сковороде масло, как дребезжит посуда, как Фонг напевает что-то заунывное себе под нос. И почему-то ей становится спокойно. Она разглядывает стены в обрезках газет из прошлого века, читает давно устаревшие новости, напечатанные дешевыми чернилами на желтой бумаге.

- Ваш заказ, - нараспев окликает её Фонг и ставит перед ней глубокую чашу.- Я не заказывала, - возражает Маммон.

- За счет заведения, - Фонг усаживается напротив, подпирает подбородок кулаком и смотрит. Смотрит так долго и так прямо, что она не знает куда деться. Ей кажется, что он видит её насквозь. Или даже хуже - он видит её глупое растерянное выражение лица под капюшоном.- Понятно, почему твои дела плохи, - Маммон берёт палочки. Когда-то он учил её ими пользоваться, но она забыла. Чтобы скрыть неловкость, она крутит чашу против часовой стрелки, словно примеривается.

- Что поделать, - вздыхает Фонг. - Предпринимательство - не мой конёк.

- Тебе нужна сильная рука.- Мне нужна хозяйка, - Фонг согласно кивает.Маммон откладывает палочки. Убирает руки под стол. Руки - это то, что выдает её. Они дрожат, словно у девчонки на первом свидании.Фонг шутит, уговаривает себя Маммон, опять издевается.

- Тебе нужно поменять здесь всё, - Маммон кивает на стену с вырезками. - Это уже давно вышло из моды, знаешь ли.- Да, - безропотно соглашается Фонг. - Мне очень нужна помощь. Создавать уют - женское призвание. Мужчины только и могут что ходить на войну и делать детей. Ни на что другое они не способны.- Да, - кивает Маммон. - Да, особенно ты - беспечный, легкомысленный, ветреный...Она осекается. Ведь обещала себе - в этот раз ни за что не срываться. Не позволить себя смутить или разозлить. Не дать этому хитрому ублюдку даже возможности...- Так ты согласна? - спрашивает Фонг. - Ты выйдешь за меня?Маммон делает вдох. Ещё один. Потом ещё и ещё.

- Ты должен мне денег, - наконец вспоминает она. Сейчас это звучит ужасно глупо, но это правда. - Помнишь, должен - мне? Так что прекрати заговаривать зубы.

Фонг смотрит на нетронутую чашу с лапшой. Улыбка его немного меркнет. Он встает и уходит, не удостоив её ответом. Возвращается с чайником и двумя пиалами. Аккуратно разливает чай, снова садится, берет пиалу и начинает катать её в пальцах.Маммон чувствует, что готова снова начать истерику. Грязную, глупую и унизительную.- Ты - демон, - бурчит Маммон. - Таких как ты не бывает.- Демон... - вздыхает Фонг. - У меня на родине считают, что демоны ходят только по прямой - вот как ты сейчас. А я...Он тянет время, разглядывая фарфоровую пиалу на просвет. Довольно щурится, словно увидел в ней что-то хорошее.- Когда ты станешь моей женой, все мои деньги перейдут тебе, - продолжает он, любовно отставляя пиалу. - Мне очень нужна строгая хозяйка, понимаешь?Маммон понимает и со стоном сползает со стула: выбить долг из Фонга оказывается гораздо трудней, чем она рассчитывала.