Глава 18. Тревоги и надежды (2/2)

— Я вовсе не хочу решать всё и за всех. Мне нравится, что рядом есть те, на кого я могу положиться. Я теперь смогу ещё больше доверять вам, потому что вы уже не сможете что-либо от меня скрыть. Пусть я не сильный телепат, но ложь в словах я способен определить куда лучше, чем раньше, — ответил я. — Я хочу решать только то, что напрямую касается меня. Например, наши отношения. В моей прошлой жизни немыслимо было бы прийти в спальню к понравившемуся человеку, если на то нет разрешения или приказа. Иначе это считается бунтом, и тебя могут наказать или, в случае повторения, даже ликвидировать. А меня Черная Роза слишком сильно оберегала от таких вещей.

— Но так нельзя! Невозможно нравиться по приказу, — ответил Йен. — Снять сексуальное напряжение можно с кем угодно, а испытывать симпатию — нет.

— Мне иногда кажется, что нам в еду добавляли нечто, что подавляло плотское влечение, — я пожал плечами. — А некоторые даже нарочно потребляли специальные препараты, чтобы чувства и желания не мешали работе.

— С чего ты так решил? — блондину было сложно понять, что моя жизнь проходила по определенному распорядку. Как компьютерная программа, работающая по определенному алгоритму, а если происходит сбой, её удаляют и переустанавливают.

— Потому что я никогда прежде не испытывал не то, что любви, а даже банального сексуального влечения, — ответил я. — Ты ведь уже знаешь, что я почти ничего не знаю о человеческих взаимоотношениях.

— Не волнуйся, — Сайлент поцеловал меня в шею. — Я помогу тебе во всем разобраться.»

Рэй:

«Йен ушел в комнату Криса, чтобы с ним поговорить, успокоить его и всё ему объяснить. Я очень надеялся, что ему это удастся. Конечно, реакция Криса на то, что он узнал, вполне объяснима. По эмоциональным ощущениям в комнате, где они сейчас, находиться, всё равно что на раскаленной сковороде. Они оба пылают от эмоций, в основном от обиды, боли и ярости. Нэйтан пытает воспользоваться собственным даром, чтобы понять, чем всё это закончится. Но поскольку будущее слишком переменчиво, он всё больше хмуриться, когда видения меняются, как в калейдоскопе. Кейн, не имея возможности помочь, курит одну сигарету за другой. Мы все беспокоимся за них, потому что они часть нашей семьи, и мы эмпатически и телепатически связаны с ними.

Мы все с легкостью выдохнули, когда эмоциональное напряжение спало.

— С ними всё хорошо? — осторожно спросил Кейн у Вайсса.

— Да, — он расслабленно улыбнулся. — Они оба успокоились и разобрались в своих чувствах.

Я, конечно, понимал, что самое сложное ещё впереди. У Криса появились новые способности, и он не понимает, что с ними делать. Раньше мы планировали излечить его сознание, чтобы он почувствовал себя морально лучше. Теперь у него появились щиты, надо научить его их опускать, иначе мы не сможем ему помочь. Да и телепатия совсем не простой дар. Мне и Кейну повезло, дар развивался постепенно, и мы успевали приспособиться. До того, как попасть в «Forvil» мы почти сходили с ума от шума в голове.

То, что у Эвартса есть щиты, значительно облегчит ему жизнь. В то же время у него появилась и эмпатия, причем достаточно сильная.

После обеда мне нужно будет с ним поговорить, побывать в его сознании и посмотреть, что изменилось. У него наверняка появились вопросы и на них надо ответить.

Я знаю, что он встревожен и только огромным усилием воли старается не поддаться панике. Хорошо, что Нэйтан выбрал дом вдалеке от города и в относительном уединении. Если бы мы были в центре мегаполиса было бы гораздо хуже.

Нам придется вскоре улететь, а значит оказаться в аэропорту. Аэропорт настоящий ад для телепата, а уж для него будет ещё тем испытанием. Щиты у него крепкие, но нас он слышит, потому что мы связаны. Буду надеяться, что его щиты устоят.»

Нэйтан:

«На фоне проявившегося дара у Криса, я посчитал правильным обо всем ему рассказать. Если он теперь может слышать мысли, то сразу поймет, что мы что-то ему не рассказываем, а я бы хотел, чтобы он нам доверял. Теперь, когда он часть моей семьи, он должен знать всё. Тем более сейчас, когда он сам не разберется со своими новоприобретенными способностями, а мы не знаем ничего о нем кроме того, что он — обычный человек, наемный убийца, очень хочет остаться с нами и обладает сводящим с ума чистым ароматом «хариты». Но как оказалось, это не совсем так.

Возможно, мы поспешили, выдав ему столько информации сразу. Я понимаю, что он чувствует. Он ощущает себя чужим самому себе.

Йен лучше всех нас его знает, и потому Крис ему больше всех доверяет. Я дам им время во всем разобраться, но, если у Сайлента не получится его успокоить, вмешаются остальные. Конечно, Эвартс лишь недавно присоединился к нам, но его мысли понятны и намерения чисты. Моя семья к нему привязалась, а это значит, что он теперь один из нас. Я не хочу его потерять или кого-то другого из своей собственноручно созданной семьи. Потому что это приведёт к новым проблемам. Когда Йен или Акира расстраиваются, это сказывается на контроле их сил, а учитывая разрушительную способность таких сил, это может привести к катастрофе.

Они всё ещё не выходили из комнаты, и, чтобы им не мешать, я решил попробовать заглянуть в будущее. Но у моего дара есть одна выводящая из себя особенность, он никогда не является по первому зову. Я могу видеть ближайшее будущее абсолютно ясно, но сейчас мелькают лишь неясные образы. Каждое слово и каждая мысль, что услышит Крис от Йена может всё изменить.

Все напряжены и ждут вестей либо от меня, либо если один из них выйдет из комнаты. Я увидел, как они вместе лежат на постели и тихо разговаривают, а значит всё будет хорошо. Когда я сообщил об этом команде, все успокоились и расслабились. Никто из нас не хочет терять никого из своей семьи.

Надо будет попросить Рэя или Кейна научить Криса пользоваться проявившимся у него даром. Не люблю, когда вокруг одни вопросы и с каждым днем их всё больше, а ответов нет. Пока мы здесь, возможно стоит поискать работу для команды. Семья плохо переносит безделье.»