Глава 30. Город засыпает... (2/2)
Мой наставник: В них – да. Несомненно, просто я только сейчас придумал, как это можно использовать.
Мой наставник: Ну да.
Мой наставник: Не без этого.Мой наставник: Ну что ты, всё только для твоего удовольствия.
Кот: Тогда ладно.
Кот: Эй, вообще-то, зверюга здесь я.
Кот: От того и забеременеешь.
Мой наставник: В нашем случае это не совсем возможно, радость моя.
Кот: Мечтать не вредно. Так… Я пошёл разбираться с мелкими указаниями, а ты не грусти.
Кот: Антон, не начинай…Кот: Ты безжалостный.
Кот: Всё-всё, потом напишу, если будет информация по Паше и Егору. И будь осторожен, ладно?Кот: Я понял. До связи, Антош.Кот: Целую, Антош. Увидимся скоро.Мой наставник: Не прощаюсь, кот.
***Ами сразу же почувствовала, что в эмоциональном фоне что-то не так. И ничего вроде не должно было пойти не так, хотя учитывая, что она сама лежит и восстанавливается после самого тяжёлого дня в её жизни, ожидать от окружающего мира можно всё, что угодно. Но нет же, тут не мир, а их элементальная связь мелко вибрирует, тянется будто в разные стороны и ноет. Интерес сильнее земляной девы, потому она поднимается медленно с кровати, вписывается ногами в пушистые тапочки – подарок от папы Тимура на прошлый день рождения – и тихо идёт на поиски дребезжащей нити чужих переживаний.
Судя по тому, что лидер команды ещё не всполошился и не летает с разборками по всему коридору, значит это не экстренная ситуация, не опасность их жизням и не танцующий голышом Рома, нажравшийся в хламину. Почему-то именно этот образ, всплывший в голове Алиевой, приравнивался к чрезвычайным ситуациям.
Дойдя до гостиной, она никого не обнаружила, но фон дребезжит уже сильнее. Ами хватается как за тонкую нить пальцами, следуя за силой её натяжения. И только подойдя к комнате Насти, гулкость эмоционального фона резонирует сильнее всего. Подслушивать и подсматривать нехорошо, Ами пользуется негласным приглашением, чуть посмотрев за приоткрытую дверь.
Настя обнимает Вику, причём крепко, такого в жизни земляная элементал не припомнит ровно с того момента, как погиб Ифри, но здесь… нечто другое, ценнее, сильнее и глубже. Вика не плачет, она улыбается – это видно потому, что она повёрнута к двери – гладит по спине, позволяет кудрявым рыжим волосам почти покрыть лицо подруги. Та отплёвывается, чуть бухтит, но снова усмехается.
– Ну слава богу, – шёпотом раздаётся у уха Ами, – думал, никогда не поймут, что их разница в стихиях не мешает их чувствам.
Ами довольно улыбается, потому что Тимур пришёл тоже на зов эмоционального фона. А потом они видят, как окончательно рушится эта стена и вражда между девочками: Ви аккуратно проводит по лицу Насти, легко-легко, не пытаясь надавить, та точно закатывает глаза и просто целует в губы, запуская пальцы в копну рыжих волос. Тимур чуть усмехается и мягко подхватывает за локоть Ами, чтобы отвести её в сторонку и прикрыть дверь. Не стоит мешать чувствам прорастать.
***Всё развивается так стремительно, что голова идёт кругом. Матвиенко выбивает из Демиса месторасположение тьмы. Он ему не доверяет, естественно, потому с расчётом на то, что скорее всего его попытаются застать врасплох, оборотень просит команду Тимура помочь ему в этом нелёгком деле. Они соглашаются, потому что сейчас, хоть и немного уязвлены, но не будут сидеть в стороне. Оборотня-перебежчика держат на контроле пара огненной и водной стихии, благо девочки начали сотрудничать, теперь не припираются и идут рядом.
Пока Егор, который передумал уже все варианты, куда мог бы деться его энергетический вампир. Он предположил всех, но избегал очевидного варианта. Он не хотел признавать, что с самой первой секунды знает, где и кто мог так насолить ему. Поскольку из сети Паша вышел сразу же после того, как он попрощался с Егором, то его перехватили ровно в тот момент, как он выбрался на парковку. Кридовский не хочет знать, каким именно способом Волю заставили проследовать с ними.
Егор приходит на парковку только сейчас, потому что это невыносимо ощущать. Энергетический шлейф, оставшийся от его драгоценного энервампа вперемешку с остатками тьмы и ужасно знакомой искрящейся током энергией затемнённого эмпата. Это точно были Слава и Анна. Зачем им это вообще? Паша-то тут причём?– Это очень тонкий намёк, – говорит в пустоту Кридовский, уже надеясь, что его услышат, – я знаю, что ты здесь. Скажи, где Паша.Ухмылка выплыла будто из ниоткуда. Слава тёмной тенью оказывается рядом. Он, как и полагается демону с очень завышенной самооценкой, обходит свою жертву кругом и только потом становится напротив, заглядывая точно в глаза.– А что ты так сильно за него переживаешь?
– А ты так сильно переживаешь за Анну Романовну, что выполняешь все её прихоти. И ведь ты ей нафиг не сдался. Знаешь же, что она без ума от Попова, но ты всё равно рядом с ней ошиваешься.
– А вот это не твоего ума дела, друг мой, – всё так же спокойно и протяжно проговаривает Слава, поднимая ключи от машины в руке. Пашины ключи, – я поступаю ровно так, как считаю нужным. Как, собственно, и ты. Предлагаю сделку.– Нахрен пошёл со своими сделками, – Егор порывается взять ключи и пальнуть в Макарова энергией, как у него сводит всё тело от ломящей мышцы боли.
Слава смотрит на него с деланным сожалением, даже присаживается на корточки, когда Егор от боли падает на колени.
– Я не специалист по хождению нахрен. Это больше твоя специальность. Сначала ушёл в другую компанию, потом следил за Аней и докладывал всё своему хрену. Ты думал, что я настолько слепой и тупой? Отнюдь, друг мой. Я чертовски наблюдателен. Потому сейчас тебя заберу с собой, отвезу к твоему суженому, а там, делайте, что хотите. Только не путайтесь под ногами, потому что у босса есть важные дела с вашим высшим руководством.
– Нет, – тянет от боли Егор, не по собственной воле проходя следом за Славой и почти падая в машину на заднее сидение.
Кридовский не планировал оказываться вновь в компании Хилькевичей, тем более, в одном из подвальных помещений оной. Видимо у руководства компании была какая-то фиксация на тёмных, узких помещениях, потому что это место больше похоже на тюрьму, а не пространство, где можно хранить грузоперевозки.
– Смотри, всё-таки вернулся к маме, – наигранно хлопочет Анна, оглядывая измученного демонскими силками Егора, – а ты говорил, что я не приму тебя обратно. Вот же, даже обнять готова.
Она раскрывает руки, но эмпат только отрешённо отводит взгляд. Хилькевич подходит близко и треплет его по щеке, как маленького ребёнка.– Ты ж мой золотой. Думал провести меня сможешь, а нет, не удалось, – она кладёт обе ладони ему на щёки и делает из него рыбку, продолжая сюсюкать, – мама всё знает наперёд. Спасибо дяде Славе, что помог с этими документами.А теперь, мой хороший, иди и отдохни.
Макаров не церемонится, открывает ближайшую дверь и вталкивает туда дезориентированного Егора.
– Приятно провести время вместе, ребятки, мама скоро вернётся.Первое, что чувствует по приходу в себя Егор, это холод от всего вокруг. Пол, стена, дверь… всё будто ледяное. Он понимает, что температура вряд ли ниже среднего, видимо сказывается слабость от демонских силков. Это так забавно, думает на периферии он, что Костя успел ему до очищения источника рассказать, что один из охотников взял его в противодемонские силки, а сегодня Егор попал в просто демонские.
– Ты пришёл в себя, – звучит хрипло будто сквозь толщу воды голос Паши, – суки, я ведь новый костюм себе купил, сволочи… хотел тебе красивым показаться.
– Паша, – Егор понимает, голос доносится из-за стены, так что единственная возможность прижаться к своему драгоценному и подпитать его можно только через стену, – это не так важно было.
– Как неважно? – в слабом голосе звучит смешок, – может я для своего мужчины самым красивым быть хочу. А то сильным и умным как-то не получается быть.– Это я тебя отвлёк.– Это я не предусмотрел.– Ты не можешь рассчитать всё на свете, Паш.– Егоронько, в том-то и дело, что мог. Но не захотел. Знаешь, как бывает: ты всю жизнь ожидаешь, что что-то произойдёт невероятное, а когда перестаёшь ждать, оно происходит. Я знал, что нахожусь в зоне риска. Я был уверен, что Слава тот ещё пиздюк Ани, понял это на совете директоров. Я мог перестраховаться и не ехать на работу. Но поехал, потому что просто не верил, что они будут настолько без башни.
– Ты мой оптимист, – ласково говорит Егор, прислоняя руку к холодной стене, – они тебя ранили?– Нет, просто подавили активность движений. Мне даже дышать тяжело. Но вот сейчас я чувствую, что мне тепло в спине.– Значит мой посыл доходит, прижмись к стене как можно крепче, я передам.– Береги силы, Егоронько, нам отсюда ещё выбираться. И жить вместе. Ух и достану я тебя разбросанными вещами.Егор тихо смеётся, но продолжает подпитывать, потому Воля прав – им ещё выбираться.***– Да, я так и указал, спасибо, – доносится из кабинета высшего руководства.У входа в офис стоит девушка, держащая папки с договорами, которой просто необходимо прямо сейчас получить на все листы документов подписи.