Глава 6 (1/1)

Ранним пятничным утром, промозглым и туманным, ?Кармела? добралась до Лондона. Ее пассажирки не покидали палубу уже больше часа, с тех самых пор, как корабль в серых предрассветных сумерках пересек Па-де-Кале. Беатриче обнимала девушку со спины, придерживая на ее плечах теплую, не по размеру просторную накидку, которую отыскал для нее Марроне. Женщина в последнее время избегала лишних прикосновений к Клариче, опасаясь быть неправильно понятой, но теперь не могла удержаться. Она осторожно прижимала к себе хрупкое тело и напряженно вглядывалась в стремительно проступающие в светлом холодном мареве очертания порта. Клариче нашла ее руку и ласково сжала, успокаивая, хотя и сама разделяла волнение своей подруги. На палубе царило оживление. Капитан Марроне сжимал штурвал, задорно насвистывая простенькую мелодию, матросы, готовясь причаливать, воодушевленно переговаривались и в нетерпении поглядывали на берег, где после разгрузки товара их будут ждать целые сутки свободы, доступных женщин и крепкой выпивки. Беатриче наблюдала за ними со смесью неприязни и зависти?— хотела бы она, чтобы и в ее жизни все было так просто! Ловко управляясь с паутиной снастей, команда спускала паруса, и ?Кармела? постепенно замедляла ход, приближаясь к портовой зоне. —?Синьор,?— рядом с женщинами неслышно оказался Джакомо, один из двух братьев, которым по неизвестной причине приглянулась Беатриче и которые в одностороннем порядке приняли ее в свою веселую и неотесанную компанию. —?Капитан велел мне доставить вас на берег,?— сообщил он, поправляя цветастый платок, которым были подвязаны его смоляные волосы. —?На вон той дальней шлюпке,?— он указал в сторону левого борта. —?Я помогу вам перенести вещи, уже пора. —?Спасибо,?— нервно улыбнулась Беатриче. —?Наши сундуки доставят отдельно, не тревожься о них. —?Тем лучше,?— искренне обрадовался мужчина. —?Сначала мне нужно будет помочь спустить на воду шлюпки с товаром, так что ожидайте меня там. —?Разумеется, Джакомо, мы никуда не денемся,?— мягко улыбнулась Клариче, которая в преддверии конца путешествия, кажется, начала находить всю команду, вплоть до угрюмого кока Витторе, совершенно очаровательной. Мужчина изобразил небрежный, но дружелюбный поклон и обернулся на громкий голос брата. —?Это к нам? —?недоуменно спрашивал тот, замерев с тонким тросом в руках и вглядываясь в небольшую лодку, которая быстро приближалась к ?Кармеле?. На веслах сидел дюжий парень в темно-синей форме констебля, еще два человека в штатском неподвижно уставились на корабль. Увидев, что их заметили, один из них громко крикнул: —?Скотланд-Ярд! Никто не должен покинуть судно, пока мы не побеседуем с вашими пассажирами! —?Поднимите их на борт,?— приказал Марроне паре матросов и хмуро взглянул на Беатриче. Та неосознанно прижала к себе девушку еще сильнее, чувствуя, как от тревоги сводит желудок. И она еще думала о том, что неплохо бы отыскать в Лондоне честного полицейского? Какая ирония! Как ей удалось сохранить в себе столько наивности, чтобы всерьез полагать, что закон может быть на ее стороне? Быстро же она забыла Флориндо, который угодил бы на виселицу, не успей вовремя сбежать. Матросы, втаскивающие лодку наверх, поглядывали на гостей с настороженностью и неприязнью. Может, еще не поздно попытаться сбежать? Они ведь почти сдружились с командой за время плаванья, и если кто-нибудь попробует задержать полицейских… Суровый предостерегающий взгляд Марроне лишил Беатриче этой надежды. —?Мы здесь ради синьора Кристофоро Бонетти,?— снисходительным тоном сообщил мужчина в штатском, тот, что был выше и моложе, и посмотрел прямо на Беатриче. —?Пройдемте в вашу с супругой каюту,?— предложил он. —?Лучше, если наш разговор пройдет без свидетелей. —?Вы можете продолжать работу,?— кивнул капитану его старший коллега. Марроне хмуро молчал, переводя взгляд с растерявшейся от такого поворота женщины на полицейских, потом что-то буркнул своим людям, и те направились к шлюпкам, лавируя меж нагромождения ящиков с товаром. —?Где ваша каюта, синьор? —?требовательно спросил высокий, и тихо, совсем другим тоном добавил:?— Синьора Беатриче, мы теряем время. Нас послал синьор Аретузи, чтобы помочь вам. Поторопитесь же! Женщина моргнула, не уверенная, что правильно поняла слова на чужом, почти забытом языке, и всмотрелась в лицо полицейского, выражавшее напряжение и легкую досаду. Она определенно видела его впервые, и была почти уверена, что это ловушка, что имя Федерико было использовано специально, чтобы заставить ее расслабиться, но что ей оставалось делать, не обнажать же шпагу, в самом деле? Только пойти за ними, поручив Клариче заботам Марроне. Но когда она кивнула девушке в сторону капитана и убрала руки с ее плеч, та возмущенно и испуганно помотала головой, а кто-то из мужчин?— Беатриче не смотрела?— сказал что-то неразборчивое, но почти наверняка означавшее, что Клариче пойдет с ними. Ее имя в английском варианте звучало грубо и как-то свистяще, неприятно и неправильно. На секунду женщину одолела глупая, неуместная досада от того, что этот наглый незнакомец, выдающий себя Бог знает за кого, знает имя Клариче, но это чувство быстро уступило место тревоге. —?Раздевайтесь,?— сухо сказал высокий, когда они впятером вошли в тесную, ставшую почти родной каюту. —?Мы не смотрим. —?Что? —?опешила Беатриче, наблюдая за тем, как молодой констебль снимает каску и тянется к форменным пуговицам с явным намерением их расстегнуть. —?Снимайте свою одежду,?— повторил мужчина. —?Вы поменяетесь ею с Аланом,?— он кивнул в сторону констебля,?— а вам, синьора,?— Клариче поджала губы под его пристальным взглядом,?— придется натянуть на себя побольше тряпья и притвориться матросом. Не волнуйтесь, в этой толчее на вас никто не обратит внимания. Доберетесь на берег с мистером Дугласом… —?Не раньше, чем вы, синьор, все объясните,?— решительно перебила его Беатриче, и не думая следовать указаниям. —?При чем здесь Флориндо? Высокий тяжело вздохнул. —?Это стоило предвидеть,?— проговорил он, явно раздраженный тем, что ему не собираются подчиняться безоговорочно, и достал из внутреннего кармана письмо. —?Я не знаю всей ситуации?— только то, что на берегу вас ждут люди, встреча с которыми для вас плохо закончится. Вам не удастся затеряться просто так?— их не меньше четырех, и они внимательно наблюдают за кораблем. Поэтому их нужно провести,?— нехотя объяснил мужчина, передавая Беатриче конверт. Та неловко и торопливо вскрыла письмо и начала читать, чуть опустив бумагу, чтобы Клариче видела написанное. ?Здравствуй, Беатриче! Мы все попали в переделку, видишь? Надеюсь, все злоключения, выпавшие на твою долю, тебя не сломили. Впрочем, иначе и быть не может?— я твердо в этом уверен с того момента, как узнал, что ты обвенчалась с дочерью пройдохи Панталоне под именем Федерико. Такое могла сотворить только моя дорогая безрассудная Беатриче. Что ж. Надеюсь, у нас еще будет возможность наговориться вдоволь, поэтому далее?— кратко и по делу. Федерико доверился мне, надеясь, что из-за нашей с ним вражды об этом никто не догадается. Так и случилось, но вместо этого люди Берто Элиа стали преследовать тебя. Тебе знакомо это имя? Элиа известен и уважаем при итальянском дворе, и именно он организовал контрабанду украшений еще несколько лет назад. Ими откупались другие приближенные к короне, которых он шантажировал. Твой отец нашел доказательства его преступлений, хотел передать их в полицию, но не успел. Его дело продолжил Федерико, а теперь заканчиваю я. Мне помогают несколько людей, ставших жертвами Элиа?— они достаточно влиятельны, чтобы у нас был шанс с ним справиться. Нам очень помогло то, что он отвлекся на тебя. Видимо, твое бегство убедило его в том, что Федерико передал документы тебе. Мы наняли нескольких людей, в частном порядке, чтобы не иметь дела с гвардейцами, и ждем, когда они отыщут и уничтожат компрометирующие письма. Потом, когда все жертвы Элиа будут в безопасности, мы передадим доказательства в суд, и все будет кончено. Но у этого негодяя множество друзей и сторонников, поэтому действовать нужно осторожно. Особенно это касается тебя и юной особы, которая путешествует с тобой. В Лондоне вы будете в опасности, поэтому в конверте лежат два билета на корабль до Нью-Гемпшира. В Америке сейчас не слишком спокойно, но мои родители живут уединенно, и волнения не должны вас коснуться. Они примут вас на время, пока все не утихнет. Не беспокойся ни о чем. Федерико завещал мне ваше имение, и я прослежу, чтобы с ним все было в порядке. Когда все негодяи будут за решеткой, вы сможете вернуться в Италию. И я бы добавил, что тогда смогу взять тебя в жены, но подозреваю, что не смогу соперничать с синьорой Клариче. Ох, Беатриче! До меня доходили слухи, но я и представить не мог, что ты решишься на подобное. Снимаю шляпу перед твоей смелостью, и в любом случае не отказываюсь от нашей дружбы. Прости, что не уберег Федерико. Тогда я понятия не имел, насколько серьезна опасность. Берегите себя?. Женщина заглянула в конверт, который все еще сжимала в повлажневших пальцах, и нашла там два прямоугольника из плотной бумаги. Билеты. —?Теперь-то мы можем продолжить? —?устало поинтересовался высокий и, получив в ответ нерешительный кивок, достал из небольшого свертка какие-то невзрачные тряпки. —?Для вас, синьора Клариче. Переодевайтесь.*** Беатриче вздохнула с облегчением только спустя сутки, когда огромный корабль под роскошными парусами цвета слоновой кости покинул прибрежные воды Британии и вышел в открытый океан. Все случилось, как и сказали нанятые Флориндо люди. На берегу на Алана, который облачился в мужской костюм Беатриче, напали и попытались усадить его в карету, но молодой констебль (хотя, конечно, никакой он был не констебль, а просто позаимствовавший чужую форму юноша) ловко отбился, уложив всех троих на лопатки, и караулил их, пока прохожие разыскивали настоящего полицейского. Две женщины, преобразившиеся до неузнаваемости, наблюдали за разворачивающейся драмой из окна кэба, пока высокий (?Меня зовут Бенедикт?,?— запоздало представился он) не велел кэбмену трогать. Беатриче уже более тридцати часов не смыкала глаз. Желудок сводило каждый раз, когда она ловила на себе чужой взгляд, и женщина с трудом удерживалась, чтобы не поправить идеально сидящий парик. Они с Клариче превратились в мистера и миссис Гилмор, хоть английские имена и сочетались с их ощутимым итальянским акцентом весьма странным образом. Но так уж гласили документы, которые достал для них Бенедикт, и беглянки не стали спорить. Подобные мелочи на фоне суеты и страха последних дней казались совершенно незначительными. Главное, что все, кажется, налаживалось. Под глазами девушки, когда Беатриче видела ее в последний раз, тоже залегли тени. Она не жаловалась, не плакала и вообще почти не говорила, как будто всего случившегося для нее было слишком много. Женщина всерьез опасалась за нее, но не знала, чем может помочь, ведь и сама была на грани паники. Но теперь, когда они были в безопасности, стоило поговорить с Клариче. Утешить, ободрить. Но тут некстати вернулись опасения, забытые в кутерьме этих долгих и тревожных дней. Поняла ли она ее? Простила? Или просто приняла как неизбежность и предпочла ее, Беатриче, альтернативе возвращения в ненавистную Венецию брошенной женой без семьи и денег? -… имел в виду? —?донеслись до женщины слова Клариче, и она поняла, что, кажется, спала с открытыми глазами, остановив взгляд на размеренно движущихся волнах. —?Что? —?Беатриче с трудом разлепила губы, сбрасывая оцепенение, и обернулась к девушке. Та выглядела посвежевшей и почти спокойной. Неужели успела поспать? —?Синьор,?— укоризненно покачала головой Клариче. —?Ну кого вы караулите? Ступайте, отдохните. Женщина хотела пошутить, что не может оставить свой пост и бросить столь прелестную синьорину без защиты, осеклась, осознав всю неуместность такого замечания, а потом на нее вдруг навалилась страшная усталость, и единственное, на что Беатриче оказалась способна, это просто держать глаза открытыми. —?Вы ведь спите на ходу,?— возмутилась Клариче и взяла женщину под руку. —?Идемте, я покажу вам нашу каюту. —?О чем вы меня спрашивали? —?вспомнила Беатриче, покорно следуя за ней по чуть раскачивающейся палубе. —?Пустое,?— улыбнулась девушка, но улыбка вышла слишком напряженной, чтобы это можно было проигнорировать. —?Клариче,?— устало выдохнула женщина. —?Я прошу вас… Та упрямо сжала губы, но быстро сдалась, хватило всего одного недолгого взгляда на измученную подругу. —?Я понимаю, что вы мне ничего не обещали,?— нерешительно начала она, и женщина тут же ее перебила. —?Я обещал защищать вас,?— она каким-то чудом сумела не забыть о том, что вокруг находятся пассажиры корабля, а на ней самой надет мужской костюм. —?Пока мне будет угрожать опасность,?— мягко возразила Клариче. —?И это правильно, я просто хочу знать. —?Что вы хотите знать? —?спросила Беатриче, не зная, что думать. —?Вы действительно выйдете замуж за Флориндо, когда все закончится? —?девушка понизила голос до едва различимого шепота. Женщина на секунду лишилась дара речи. При чем тут это? Но… —?Нет,?— ровно ответила она, недоумевая и не имея сил перебирать варианты того, что могло иметься в виду. Девушка пробормотала что-то невразумительное и открыла перед Беатриче одну из одинаковых дверей в узком коридоре. —?Ну, здесь явно просторнее, чем на ?Кармеле?,?— бессильно и искренне улыбнулась женщина, наткнулась взглядом на широкую двуспальную кровать и закрыла глаза. —?И светлее,?— кивнула Клариче, задумчиво рассматривая маленькие круглые окна, которые пропускали в каюту совсем немного серости туманного дня. Потом она мягко подтолкнула Беатриче внутрь комнаты, положив ладонь ей на спину. —?Вам нужно поспать,?— настойчиво повторила Клариче, и женщина начала безуспешно бороться с застежками на манжетах, продолжая до тех пор, пока ей не пришли на помощь. Закусив от усердия губу, девушка помогла ей снять сюртук и расстегнуть сорочку. На ее бледном лице было написано сочувствие и изумление, как будто она только сейчас поняла, как извелась за последнее время ее подруга. Клариче осторожно сняла с ее головы парик. —?Мне нравятся ваши волосы,?— задумчиво сообщила она. —?Мне тоже,?— хмыкнула Беатриче, чтобы хоть что-то сказать. —?Что вы делаете? —?слабо удивилась она, когда девушка начала с трудом расстегивать крючки на ее корсете. —?Но вы ведь устали,?— ее голос, задуманный легким и беспечным, был слишком сосредоточенным. Женщина покрылась мурашками. Крючок за крючком, голубые глаза внимательно следят за каждым открывающимся миллиметром кожи, теплые пальцы безвозвратно прогоняют сонливость. —?Что имел в виду Флориндо в своем письме? —?спросила Клариче таким тоном, будто от ответа зависела ее судьба, и Беатриче не хотела думать о том, что так оно, должно быть, и было. —?Он написал, что не сможет соперничать со мной,?— добавила она и требовательно взглянула в глаза женщины. —?Вам не нужно соперничать с ним. Флориндо никогда не сравнится… —?хрипло начала Беатриче и замолчала. —?Он дурен собой? —?серьезно уточнила Клариче, и женщина, не сдержавшись, тихо рассмеялась. —?Ну при чем здесь это? —?вопросила она и стала наблюдать за тем, как девушка заливается краской. —?Совершенно не при чем,?— Беатриче вдруг ощутила в себе отчаянную смелость, ту, которая толкала ее на безрассудные, многими неприемлемые поступки. А может, она спутала смелость со смертельною усталостью, которая стирала грань между тем, чего делать не стоит ни в коем случае и тем, что можно попробовать. —?Мы друзья, скорее даже приятели, но он мне безразличен,?— призналась она и стала ожидать предсказуемого ?А я??, но Клариче молчала. Правильно, она была достаточно проницательна, чтобы не задавать очевидных вопросов. Правда, непонятно было, к чему она вообще завела этот разговор. Сомневалась, что Беатриче все-таки у нее на крючке? Зря. Очевидней этого факта сложно было вообразить. —?Если вам не безразлична я,?— осторожно начала Клариче и, дождавшись обреченного кивка, продолжила,?— то почему вы меня отталкиваете? Я сделала что-то не так? Тогда объясните, а не мучьте меня! —?Я? Мучаю? —?изумилась Беатриче, ошеломленная полным горечи и обиды тоном девушки и ее напором. —?Вы,?— тихо подтвердила Клариче, явно устыдившись своей откровенности, и, опомнившись, отпустила полы чужой сорочки, которые безотчетно сжимала в кулаках. —?Я не думала… —?начала женщина и нахмурилась. —?Была уверена, что вы рады, что я больше не прикасаюсь к вам. Девушка с независимым видом фыркнула, алея щеками. Потом шумно выдохнула, легко улыбнулась и продолжила расстегивать тесный корсет уже смелее. Беатриче чувствовала, что окончательно теряет контроль над ситуацией, и хотела, кажется, остановить Клариче, с пугающим воодушевлением придающуюся преступно двусмысленному занятию, но прежде, чем нашла в себе силы что-нибудь сказать, Клариче расправилась с крючками, бережно сняла с ее плеч сначала расстегнутую сорочку, потом широкие лямки, удерживающие корсет, и отбросила все это на кресло. Беатриче и не представляла, что можно чувствовать себя настолько уязвимой под взглядом юной, деликатной и обходительной девушки с ангельским лицом, светлыми кудряшками и задумчивым, очень серьезным взглядом. Наконец та улыбнулась и прижала женщину к себе, обнимая ее за спину и зарываясь носом в спутанные волосы. Обнаженной, покрытой мурашками кожей Беатриче чувствовала каждый шов ее платья, тепло тела и, кажется, даже заполошное сердцебиение. —?Тогда я останусь? —?шепотом спросила девушка, осторожно касаясь поясницы Беатриче. —?Где? —?с трудом выдавила из себя та, нежась в желанных объятиях. —?С вами? —?предложила Клариче будничным тоном, который так не вязался с полными болезненной нежности и благоговения прикосновениями. Судьба за последние сутки преподнесла Беатриче слишком много незаслуженных подарков. Сначала появились люди Флориндо, которые спасли их с Клариче от почти наверняка неминуемой гибели, вернули надежду, уняли тревогу, и она не смогла протестовать, даже если бы захотела?— слишком сильны были усталость и чувство безысходности. Теперь же ей, кажется, еще и собираются подарить бесценный, желаннейший из возможных подарок. И, в соответствии с закономерностью, устоявшейся за последние сутки, противиться этому было совершенно невозможно. Ненужно. Непозволительно. —?Только если ты позволишь мне остаться с тобой. Клариче удовлетворенно вздохнула, расслабляясь. —?Здешний официант сказал мне, что в Нью-Гемпшире есть озеро Уинн… Уинн-как-то-там,?— поделилась открытием девушка, и Беатриче не смогла сдержать улыбки. —?Там бывают просто потрясающие закаты. Скоро проверим, а пока отправляйся спать.