Сколько стоит одна Сенджу? (2/2)

Я моргнула, чувствуя, как от благодарности перехватило дыхание, и перевела взгляд на Хокаге, сипло спросила: — А что с моей службой в АНБУ? Мне нет смысла теперь притворяться, а моя команда не поймёт, как это в одночасье я ?сменила пол?. Хокаге захихикал, Цунаде удивлённо подняла брови, поворачиваясь ко мне всем корпусом. Шизуне справа от меня озадаченно вздохнула. — Это было одним из условий для вступления в клан Сарутоби, — напомнила я, откашливаясь, недавний разговор, покосилась на изогнувшегося, чтобы посмотреть на меня Джирайю.

— Я объясню ситуацию твоей команде. Если будут какие-то проблемы, переведу тебя в другую, — немного успокоившись, сказал глава деревни. — Ещё вопросы или пожелания есть? — Да, я хотела бы, чтобы Узуки Югао-сан из резерва перевели в команду Ро, хотя бы временно, — я понимала, что некрасиво обращаться с такой просьбой через голову своего командира, но не использовать возможность не могла. — В этом году мы получили пополнение, но ирёнин и сенсор нам всё ещё нужны. Я уверена, что Узуки-сан справится. — Хорошо, что ты переживаешь о товарищах, — хмыкнул в кулак Хокаге. — Что-то ещё? Я отрицательно качнула головой и поклонилась, внутренне удивляясь спокойствию главы деревни. Цунаде сложила руки на груди и вздохнула: — Если вопросов нет, давайте собираться. — Я задержусь на пару слов, — сказал Джирайя, когда мы выходили, и прикрыл за нами дверь.

*** В номер мы вернулись в молчании. Шизуне вцепилась в сумку, начала рыться в ней. Я тоже прошла к своему рюкзаку, встряхнула его, проверяя, чтобы ничего не звенело, направилась к двери, опустилась у входа. Асума, извинившись, вышел. Появившийся Джирайя, уселся в центре комнаты, сложил руки на груди и, пристально глядя на Цунаде, щурясь, поинтересовался: — Ну и сколько стоит одна девчонка Сенджу? Небось целое состояние?

— Я её удочеряю, — раздражённо фыркнула Цунаде, будто забыв о моём присутствии. Она отошла к окну и выглянула наружу. — Все формальности уладим, когда я доберусь до Конохи, и не надо о деньгах. Кагэро моя единственная родственница. Это меньшее, что я могу для неё сделать.

— Да ладно, выкладывай. Сколько? — беловолосый санин оказался откровенно навязчив, разочаровал ещё больше. Я никак не могла понять, как настолько разные люди могли быть в одной команде. Шумный мужчина казалось постоянно вызывал у раздражительной химе недовольные косые взгляды. — Сто миллионов рё, — выдохнула Цунаде, стремительно разворачиваясь и начиная вышагивать по комнате. Джирайя присвистнул, вытаращился на меня. Я задохнулась в ошеломлении. Сумма компенсации превышала все представления о собственной ценности. Горло сжало с такой силой, что на глазах выступили слёзы. Закашлялась, скрывая смущение, прикрыла лицо ладонью. — Да за такие деньги половину Конохи купить и отстроить можно! Где ты их взяла? Ограбила казино? — громогласно воскликнул санин, широко ухмыляясь. Несколько раз перевёл взгляд с меня на мельтешащую химе. Она резко остановилась, развернулась и шагнула к нему. — Не надо! — шепнула Шизуне, но не успела. Помрачневшая Цунаде сжала кулак и сунула его под нос приятеля, почти ударив.

— Не твоего ума дело! — прошипела она таким тоном, что у меня внутри всё сжалось от неприятного предчувствия. — Ты, наверное, забыл, каково это остаться последним из клана? Ах, нет, прости, ты же у нас бесклановый и сирота. Значит, мои чувства понять не можешь. Тогда не лезь, куда тебя не просят! — Ладно-ладно! — Джирайя сморщил лицо в пересохшую фасолину и начал осторожно отползать назад. — Успокойся. Уже и спросить нельзя. Я просто не понимаю, откуда ты возьмёшь такие деньги? — Хирузен-сенсей дал мне рассрочку на шесть лет, — Цунаде выдохнула, закусила губу, протянула руку, принимая подаваемую ей Шизуне сумку. Следующие слова врезались мне в уши, заставив осознать свою глубочайшую благодарность к этой удивительной женщине. — Пора Госпоже Удаче становиться Легендарным Неудачником. Буду говорить, что проиграла, а выигранные деньги потихоньку передавать через магазины Сарутоби в Стране Огня. Их у этого клана везде много. Подумай сам, Джирайя, разве мне могло повезти больше чем сейчас? Слава богам, я больше не одна!

Она посмотрела на меня, тепло улыбнулась и кивнула головой на конверт в руках Шизуне: — Здесь инструкции и адрес управляющего. Сходишь к нему, спросишь ключ от второго дома. Скажешь, привет от малышки Цуны. Он тебе поможет разобраться с входом в квартал. Позже я передам ещё весточку. Сердце снова заколотилось со страшной скоростью. Я приняла конверт, опустилась на колени и с уважением поклонилась, прижимаясь лбом к полу: — Я благодарна Вам за всё, что Вы для меня сделали. Моя жизнь — Ваша жизнь. Приказывайте! Щёки вспыхнули. Я замерла, ожидая каких-либо слов. До сих пор не верилось, что всё произошедшее — это поворот к чему-то хорошему, какой-то новой жизни. Казалось сном, в котором я просто сторонний наблюдатель, сценкой, разыгрываемой бродячими актёрами. На глаза наползла пелена от накопившихся слез. — Я принимаю твою благодарность. Возвращайся в Коноху, Кагэро, но запомни, теперь ты наследница клана основателей Конохи. Сенджу так никому не кланяются, — сказала Цунаде, а когда я подняла голову, указала на меня пальцем и попрощалась с небрежной усмешкой, выходя за дверь: — До встречи, Джирайя! Кагэро, увидимся! — Пока-пока! — помахала ладошкой Шизуне, тоже улыбаясь. — До свидания, Джирайя-сан! До встречи, Кагэро-тян! Она покинула комнату, а я ещё раз им низко поклонилась, вытерла глаза, слыша, как Джирайя пробурчал: ?До свидания?, а потом прошёл к двери, выглянул в коридор, и повернулся ко мне, озадаченно морща лоб. — Киное-тян, послушай! — он тяжело опустился на пол в том же самом месте, где стоял. — Я сказал, что с твоей чакрой всё в порядке, но это не совсем так. Ближайшие три-четыре дня она будет очень медленно накапливаться. Закрывающая печать ограничивает чакропотерю, но не прекращает её полностью, и это время сама немало потребляет. Будь повнимательнее ближайшую неделю, не давай к себе прикасаться. Он заметно смутился, словно хотел что-то добавить, но потом махнул рукой, вытащил из-за пазухи свиток с тёмно-синими краями, протянул: — Держи. Иногда я бываю несколько неуклюж в выражениях. В общем, я был бы очень тебе благодарен, если бы ты как-нибудь поговорила обо мне с Цунаде. Можно было не спрашивать о чем. Я приняла цилиндрик обеими руками, осмотрела его, выискивая маркировку: — Что здесь? — Специально обученная птица. Выпустишь в случае необходимости. Она найдёт меня и приведёт к тебе. Это на крайний случай. Если тебе не понадобится, можешь вернуть позже, когда я появлюсь в Конохе.

Я кивнула, положила свиток на пол, сложила руки на коленях и уставилась на них: — Спасибо за всё, что Вы для меня сделали. Я Вам благодарна, но один вопрос не даёт мне покоя. Зачем Вы сказали Цунаде-саме, что я — Сенджу? Из-за внешнего сходства с женщинами клана? Мало ли на свете темноволосых и черноглазых подростков? Да половина страны подходит! Из-за способности к древесным техникам? Я — эксперимент Орочимару-самы. Мне подсадили клетки Первого Хокаге, и Цунаде-сама Вам это говорила. Так из-за чего? Вы наверняка догадывались, что она переживает, что осталась последней из клана. Я не отрицаю, что в этом есть и моя вина, но Ваши слова оказались решающими, и теперь она взяла на себя неподъемные обязательства ради чужого ей человека.

Я подняла голову и посмотрела Джирайе в лицо. Он выглядел растерянно, чесал в затылке: — Неприятно услышать отповедь от девчонки. Ты искала защиту и родственников. Так? Так. Даже если ты не являлась Сенджу, ты ею будешь. Цунаде-тян тебя удочеряет, а значит, находит достойной этого, так постарайся, чтобы она не пожалела о своём решении. Я вздохнула, ещё раз кивнула и положила свиток в подсумок: ?я постараюсь?, услышала шаги в коридоре. В щели просвета увидела подходящего Асуму. Он заглянул в комнату, осмотрелся: — Цунаде-сама уже ушла? Отряд Хокаге начинает выдвигаться и нам надо поторопиться. Вы с нами, Джирайя-сан? Санин поднял голову, поглядел на младшего Сарутоби, поднялся, опираясь на раму дверного проёма: — Я провожу вас до окраины Кусу.

На дороге за дверями рёкана стояло с десяток мужчин в одеждах путешественников. Даже присмотревшись, я не могла разглядеть среди них Хокаге, но санин уверенно, как большой корабль, разрезающий волны в море, направился в самый центр группы, и люди расступились, открывая вид на низкорослую фигуру. — Хирузен-сенсей, Киное-тян не сможет двигаться в том же темпе, что и основной отряд, — Джирайя проорал это на всю улицу, и мне захотелось схватиться за голову. — У неё слишком мало чакры. Я говорил Вам о причине. В этот момент охватило какое-то нехорошее предчувствие. Хокаге с интересом посмотрел в мою сторону, на тяжело вздохнувшего Асуму, и спокойно сказал, заводя руки за спину: — Хорошо, я учту это. Отправляемся. Люди вокруг него сомкнулись, и колонна медленно двинулась в путь. Джирайя помахал нам рукой, а когда мы приблизились, заявил, гордо выпячивая грудь: — Ну, вот, теперь точно безопасно доберётесь до Конохи. Всё наладится, Киное-тян, не переживай. Он говорил всякие подбадривающие слова, пока мы шли по улицам Кусу, и прогудел, стоило дойти до её окраины: — Ещё увидимся, Асума-кун, Киное-тян! До встречи в Конохе! — Вот такие у нас санины, — выдохнул Асума, когда спина Джирайи скрылась за углом. — Ты знала, что у него прозвище ?Безумный ужас?? — Насчёт ?безумный? не знаю, но ужас точно, — я хихикнула, преодолевая небольшой деревянный мосток через ручей. Хвост колонны скрылся в лесу, и нам следовало поторопиться, чтобы догнать его. — Подумать только он, Цунаде-сама и Орочимару-сама в одной команде. Я до сих пор не могу в это поверить. Стоило войти под сень деревьев, как перед нами, широко распахивая полы темного плаща и сверкнув стандартной униформой АНБУ, приземлился человек, прятавший лицо под глубоко натянутым капюшоном. Он поднялся и знакомым голосом равнодушно заявил: — Хокаге-сама приказал мне сопровождать вас.Продолжение следует...