30. "Тереза". (2/2)
И особенно я подивилась тому, что все дети были безумно рады приезду Джесс, которую почему-то называли ?ведьмой?.
- Аджумма, а где Джик? – девочка, первая встретившая нас в саду, теперь сидела на коленях у американки, трогательно перебирая звенящие браслеты на её руке. – Он не приехал?
- Нет, принцесса Эмма, не приехал. Он с бабушкой. Ты была умницей, пока я вас не навещала? – Джесс с улыбкой погладила девчушку по голове.
Та закивала, и стилистка, одарив её особо громко бряцающей браслеткой (когда я представила, сколько она стоит, у меня аж в глазах помутилось), отпустила её хвастаться.
- Госпожа Аллен, мы так вам рады… - из дома вышла немолодая женщина с курчавыми, как овечья шерсть, волосами. Джесс тут же растолкала детей и подошла к ней здороваться, Ки У-сонбе поспешил следом, а на нас с менеджером Гу накинулось все детское стадо.
- И я рада приехать, сонсенним. Как Ха Ра? – женщина грустно покачала головой. – Все так же не можете найти донора?
- Да, уже больше полугода все одно и то же. Как бы успеть сделать операцию… - Джесс нахмурилась, затем достала мобильник и кого-то набрала. – Что вы делаете?
Но американка не отвечала. Так же, как и тот, кому она звонила.
- Ничего, потом этим займусь, отдам распоряжения на счет поиска подходящего человека. Сонсенним, не переживайте, мы поможем, - женщина вздохнула, но когда разглядела сопровождающего Аллен, то тут же взволнованно засуетилась, - Ки У-щи, это Чха Сун Ян, она директор этого приюта. Я давно помогаю им, познакомьтесь…
- Добрый день, - тут же поклонился актер, махнув рукой менеджеру. – Мы тут привезли вам кое-что, скажите, у вас тут помощники-мужчины есть?
- Ну что вы, какие хлопоты, - начала отбиваться от подарков директор, но Джесс мягко придержала её за локоть и она осеклась, - нет, извините, но у нас весь персонал женщины. А что?
- Ничего страшного, - улыбнулся Ки У, - в таком случае сами справимся, Джесс, дорогая, иди внутрь, нечего тебе загорать на улице.
- Пойдемте, сонсенним, - американка словно только этого и ждала, – Ён, не стой столбом, бери детей и топайте в зал, и сумку мою прихвати из машины! – кивнув, я тут же побежала выполнять её указания.
Оказывается, Джесс взяла из агентства не только новое платье, но и несколько палеток с гримом и набор кистей, и теперь, сидя на диване в окружении детей (эти чертенята даже собственного директора к ней не подпустили, забив все свободное пространство), рисовала им на лицах зверят, узоры и прочее.
- Чи Ен теперь у нас играет только в ?принцессу Эмму?, - прокомментировала директор Чха, пока Джесс гримировала какими-то блестками уже знакомую мне малышку с браслетом, - госпожа Аллен редко к нам приезжает, но когда дети её видят, они очень счастливы. И Джика тоже любят, она как-то привозила его сюда несколько раз. Всегда помогает нам деньгами, государственных выплат почти не хватает, то водопровод надо чинить, то отопление, вот только с её поддержкой ремонт закончили в пристройке. Она очень добрая девушка…?Ага, когда спит зубами к стенке, видели бы вы эту вашу добрую фею с перепоя…? - подумала я, но написала другое.
?А почему они её ведьмой называют?? - директор не удивилась моим записям. Словно то, что я приехала с Джесс в качестве помощницы сразу доказывало мою необычность, и она изначально ожидала увидеть во мне что-то странное.
- Потому что рыжая и фокусы показывает, - директор улыбнулась, - они все никак не могли запомнить, как её зовут, вот и прозвали ведьмой. А она не обижается. Говорю же, добрая очень.
Я не стала разубеждать эту женщину, продолжив наблюдать за всем стадом во главе со стилисткой. Устами младенца истина глаголет, вот и вышло, что не волшебницей они её окрестили, а ведьмой. Но Джесс одна из тех добрых ведьм, которые не жарят младенцев на совковой лопате – дети не тянутся к тем, кто действительно плох. А её они облепили со всех сторон, что-то спрашивали, что-то рассказывали, приносили рисунки и поделки, хвастались успехами, боролись за внимание, в общем, пытались всеми силами получить то, чего их лишили родители. Джесс не теплый человек, от нее редко услышишь хорошее слово или ободряющий жест, однако она умеет к себе располагать. Как-то совсем незаметно для себя к ней начинаешь тянуться, хочешь завоевать её доверие… видать, мать Тереза в прошлой жизни была не совсем довольна своей добротой. И в новой ипостаси переродилась в жестокую стерву Аллен, все равно оставшись в самом дальнем уголке души сердечной.
Играя с детьми, она была довольной до оскомины. Ей действительно нравилось здесь, не знаю уж, какие цели на самом деле она преследовала, помогая приюту, но она получала от этого удовольствие и искренне забавлялась с ребятней, слушая и рассказывая, гладя по голове, рисуя и смеясь. Она оживилась и сияла ярче солнца, словно детское общество на самом деле было для нее идеальным миром. Со взрослыми она другая – мрачная, холодная, едкая, злая и бессердечная сука, каких мало, на Джесс, которую знают повсеместно, негде поставить клейма. Но среди детей она не была такой – я снова подумала, что американка - сталь. Но сталь, отполированная до зеркала, и тот, кто в нее посмотрит, увидит то, с чем к ней пришел. Дети не держат за пазухой камня, они всегда бесхитростны и искренни, вот Аллен и отсвечивает им добротой. А окружающие, нагрешившие в прошлом целые Гималаи и желающие оторвать себе еще пару кусков, получат только порцию презрения и больше ничего.
- Аджумма, а возьмите меня к себе? – ?принцесса Эмма? обняла за руку мой ночной кошмар и умилительно посмотрела ей в глаза.
- Прости, дорогая. Твоя тетя-ведьма пока сама на улице живет, вот дом построю и может быть возьму. Всех вас возьму! – невозмутимо брякнула Джесс и грохнулась на спину, потому что дети полезли обниматься и началась куча-мала. Я было хотела возмутиться и ткнуть её носом в ложные надежды, которыми она пичкала юные головы, но директор меня остановила и с улыбкой объяснила, что эти разговоры давние и Джесс действительно интересовалась усыновлением. Я снова смолкла, быть постоянно пораженной новыми сторонами в моей горгоне кажется уже начинало входить в привычку.
Я уж думала, этот день никогда не закончится, и мы останемся ночевать прямо там, в приюте – Джесс заигралась на несколько часов и готова была остаться среди детворы на веки вечные, однако кое-что, а точнее, кое-кто её планы изменил. Когда в комнату зашелКи У-сонбе, челюсть у меня отдавила пальцы на ногах, а у директора глаза вдруг стали полноценного европейского размера.
- Мы закончили, принимайте работу, директор, - капли пота стекали с волос на тонкую рубашку, тоже всю пропитавшуюся и оттого прозрачную, вены на шее дыбились от напряжения, расстегнутые пуговицы оставляли участок голого, загорелого тела. Распираемые силой мышцы. Очень мужественный профиль, линия скулы, адамово яблоко – все в сонбе сейчас гордо бросало ?я крутой - я сексуальный - смотрите все, какой я охренительный?.
- Вы так устали… - засуетилась директор, быстро раздавая указания принести лимонада и полотенец для сонбе, - присядьте, отдохните… Чем ж вы там занимались так долго?
- Моя подруга решила подарить вам горку в сад, вот мы собирали, - Ки У-сонбе бросил острый взгляд на Джесс и вдруг громко фыркнул. – Золушка, свет очей моих, ты, кажется, заработалась…
Я повернулась к американке и увидела медленно ползущую струйку крови у нее из носа. Секунды хватило, чтобы подлететь к Джесс и вытащить её в туалет. Запихивая в ноздрю бумажный полотенчик, она была непрошибаема, но стоило двери закрыться, как девушка сползла по стене.
?Ты чего, Джесс? Опять ноги?? - видя, как она судорожно хватается за раковину, я не на шутку перепугалась.
- Ага. Ноги. Руки. Все. Ён, я сегодня сплю у тебя. – Джесс, наплевав на макияж, открыла воду и начала умываться.
?Почему это вдруг??
- Потому что если я с Ки У сегодня останусь наедине, то вы*бу его в таких позах, какие в Камасутру даже не вписывали!! – рявкнула рыжая, тыкая себе в нос длинным пальцем. – Это вот все он виноват, козел, он и его рубашка, чтоб её!!!
Я сначала фыркнула один раз, потом второй, а затем просто закрыла рот руками и залилась на весь домишко заливистым, громким смехом. Раньше я думала, что кровь из носа от перевозбуждения может течь только в дорамах. Но как всегда Джесс меня разубедила.