Оттепель (1/1)

—?Если хочешь, я лягу в гостиной.- Будь как дома.Я сошел с ума несколько дней назад. Сумасшедший. Сталкер. Караулю его у работы. Опять. Лихорадочный. Состоящий из огня. От кончика волос до пяток я лава. И я хочу поглотить его, расплавить, вобрать в себя. Хочу быть им. Быть его волосами, его кожей, его одеждой… Я хочу быть его печалью, его мыслью. Хочу быть его неодиночеством. Хочу, чтобы он думал обо мне каждую минуту, как я думаю о нем.Вчера завалил немецкий, потому что, вместо падежей, вспоминал ночь в одной постели с ним. В моей постели с ним. Слишком невинную ночь! Как было тесно, как было тепло?— вся мировая стылость сдалась под крепостными стенами нашего одеяла. Он смешливо фыркнул мне в макушку, когда я, решив, что он уснул, прижался к нему плотнее. Тогда, слушая его дыхание, вбирая жар его тела, его запах, я был счастлив и мечтал, чтобы мы стали насекомыми в янтаре?— отгороженными от мира, застывшими в вечном объятии. А утром… Утром он поцеловал меня, я знаю, он сделал это просто так. Нелепая шутка. Он тот еще шутник. Его сигаретное дыхание, вдруг, коснулось моих губ, как выстрел. Мягко. Гладко. Влажно. Слишком мало. Он смеялся, глядя в мое удивленное лицо. За этот холодный равнодушный смех я влюбился в него еще сильнее.—?Похоже, бретонец, сдулся,?— просто сказал он.—?Бретонцу мало! Сделай это еще раз, Исмаэль.—?Нет, уж! Я вас знаю?— дай вам палец, а вы по локоть откусите.Ich wei? nicht, was soll es bedeuten,Da? ich so traurig bin…*Какой может быть немецкий, когда я заблудился в одном человеке? Моя Лорелея оказалась ироничным вдовцом. Закрывая глаза, я каждый раз вижу его приближающееся лицо?— черные змеи волос подкрадываются, родинки проявляются, стрелки ресниц вонзаются в меня. И я уже не я, а нервные окончания в кончиках губ и на языке. Добровольная жертва. Предчувствия и предупреждения не владеют мной. Старые легенды не имеют силы. Я глупец, что верит Лорелее. Хочется хохотать и вопить от страха одновременно. Адр-р-р-реналин. Счастье наступило, но разве может быть достаточно счастья?И вот, я снова на страже у издательства, в холодном пустом переулке. В осени. В нетерпении. Коварные окна прячут его от меня, не позволяют разглядеть совершенный силуэт в тенях и бликах, в призраках чужих фигур. Может, он еще не пришел?Звонок! Исмаэль. Внезапно неловкие пальцы принимают вызов.—?Алло.—?Что ты здесь делаешь? —?Этот бархатный голос вибрирует под моей кожей.—?Пришел тебя повидать. А ты где?—?Позади тебя. У тебя нет уроков? Не нужно готовиться к экзаменам, писать сочинение?И вот я вижу его в конце улицы. Он так далеко и так близко. Не человек, а целая планета. Или черная дыра? Вся его фигура восклицательный знак одиночества, призывающий о помощи. В моих силах помочь, только бы он позволил. Телефон ближе к уху, чтобы не упустить ни полутона, ни вздоха. На нем все еще мой свитер?— это ли не знак? У меня есть шанс?!—?Сейчас лучшее занятие?— это ждать тебя.Все равно я не способен ни на что другое, кроме как думать о тебе все время. Немецкий, английский, химия, алгебра?— теперь пустой звук, бесполезное знание, потому что ты мой экзамен.—?Это очень мило, Эрванн, но для тебя я как одна большая загадка, ты себе даже не представляешь какая.Будь со мной, Исмаэль, и я спасу тебя! Я нужен тебе! Я заставлю тебя быть счастливым, бретонцы не отступают?— берегись!—?Что это значит Исмаэль?—?Это значит, что тебе совершенно незачем меня ждать.—?Да, в твоих глазах загадка, и я пока не знаю, что с ней делать. Ты сам себя не понимаешь, я уверен. Просто тебе так проще?— выстраивать преграды между нами, прикрываться драмой. А секреты?— это всего лишь секреты. Они есть у всех. У меня самого их целая куча. Чтобы преодолеть расстояние, нужно идти. Я хочу, чтобы ты шёл ко мне.—?Может, ты не особо нужен мне, подумай об этом. Если ты так уж хочешь оставаться рядом, тебе придется держаться за меня самому или быть убедительнее.—?Рядом с тобой холодно. Ты как батарейка наоборот: сам замерз и все вокруг вымораживаешь. Это не жизнь, разве ты не понимаешь? Ты спасаешься от боли, но причиняешь ее другим. Отогрейся, пока не поздно, пока вокруг тебя еще есть живые люди. Сделай хотя бы один шаг, и все измениться!—?У тебя воображение слишком разыгралось. Я такой, какой есть и каким был всегда. Прибереги красивые слова для своих друзей-школьников. Подумай хорошенько, насколько я тебе нужен.Он упрям и слишком жесток?— не пускает меня к себе, а может, он никого не пускает? Он был таким же с ней, с Жюли? Он был таким всегда? Всегда в ледяном панцире? Его холод рубит мне душу, но я готов терпеть. Я дождусь оттепели.—?Не могу отказаться от тебя! Ты это специально делаешь? Нагоняешь туману? Поймал меня на крючок? Грязные приемчики, да?—?Между нами нет ничего общего.Ты осел!—?Дурак.Между нами нет ничего общего, но будет. Будет! Я отберу у тебя лопату и помешаю закапывать в могилу самого себя. Я дождусь того момента, когда этот обманчиво мягкий взгляд перестанет лгать.Твои брови?— суровые судьи.Нос?— хищник.Губы?— любовники.Античный демон.Я бегу, проиграв битву, но не войну. Мы еще посмотрим кто кого, моя нежная Лорелея!*Не знаю, что значит такое,Что скорбью я смущен…Генрих Гейне ?Лорелея?, перевод с немецкого А. Блока.