Глава 1. (1/1)

?Британия вступила в войну? ?Как сообщалось ранее, мы не могли поверить в события, которые имеют место быть в Польше. Для проверки разнесшихся по миру новостей потребовалось время. Вчера мы передали в Рейхстаг последнее предупреждение: если немецкие войска не будут выведены из оккупированной территории, мы вступим против них в войну. Наше предупреждение не было услышано. Британия сдержала своё слово. Теперь наша совесть чиста! Сообщаем, что вскоре немецкие планы потерпят крах, так как они уже разгаданы британским правительством?. Бойкая речь Чемберлена пыталась обелить позицию парламента, но этот оправдательный рывок получился несколько скомканным. Слова премьер-министра внушали большие сомнения, прежде всего людям, хорошо разбирающимся в ситуации. Совесть чиста? Планы разгаданы? Звучит довольно громко и даже напыщенно. Со дня на день Лондон превратится в непрерывный поток из военных машин, а наше правительство думает о чистоте своей совести. Отбросив газету, я принялся рыться в стопке свежей корреспонденции. В руки попала ?Дейли Миррор?, на страницах которой пестрело название, чем-то напоминающее предыдущее, но, видимо, редакторы решили не повторяться и подошли к кричащей новости с куда большим творчеством. Я прочитал: ?После выяснения спорных моментов решение было принято без колебаний. Как только мы удостоверились в правдивости поступившей информации, были незамедлительно приняты меры. Пропаганда мирного урегулирования конфликта?— вот наша цель! Некоторые страны оказались не настолько расторопны. Для лучшего отражения качества нашей работы приводим сравнительный отчет…? Я фыркнул. После статьи следовали таблицы с почасовым докладом, кто и когда принял то или иное решение. Британская верхушка и здесь пожелала быть впереди, но трехчасовой обгон в таком щепетильном деле?— сомнительная причина для гордости. Я перелистнул страницу. ?Как подтверждают проверенные источники, в инженерно-промышленный конгломерат ?Виккерс-Армстронгс Лимитед? инвестировано несколько сотен тысяч фунтов. Инвестор не пожелал открыть своего имени. Львиная доля поступившей суммы будет направлена на судостроение и разработку новых моделей атомных подводных лодок. Доподлинно известно, что оговоренная часть средств пойдёт на укрепление авиационных сил?. Перечитав опус несколько раз, я начал нервно кусать губы. Зачем было обнародовать это, чёрт возьми? В руки какого идиота попала эта информация? Неужели всё сделано для того, чтобы мирное население стало болтать о ?нашем замечательном вооружении?? Да не в порядке оно, не в порядке! По крайней мере, все должны думать именно так. Я снова перелистнул страницу и увидел очеркнутую статейку, на которую раньше не обратил внимания. В ней значилось расписание отбытия лайнеров, отплывающих в Соединенные Штаты. Судоходство нашло обходные водные пути, совершенно, по их словам, безопасные. ?Подумайте о будущем ваших детей!??— гласила последняя фраза. Ну, детей у меня нет, и, надеюсь, никогда не будет, поэтому сборы за океан мной не планировались. На этой твёрдой ноте (решение на счёт детей я ни при каких обстоятельствах менять не собирался) я закрыл газету и потёр переносицу. Дождь, не переставая, барабанил по стёклам. Голова раскалывалась. Настроение было отвратительным, даже не помогал недавно налитый Дживсом скотч. Всё время пока я перечитывал статьи и мысленно сетовал на то, куда закатился мир, Дживс находился рядом и с беспокойством посматривал на мой сжатый от волнения кулак. Иногда я поглядывал на сосредоточенное камердинерское лицо, понимая, что скоро Дживс опять начнёт свою нудную лекцию. Мысленно я молил бога, только бы не сорваться и не наговорить лишнего. Утром мы уже успели поругаться, правда, конфликт удалось быстро урегулировать. После скорого примирения Дживс продолжил настаивать на своём, но я опять отмахнулся от его слов. Он, обиженный, отправился погулять, точнее, как он выразился, вникнуть в суть происходящего, а я совершил несколько важных звонков. Позвонил Роберту, а после двум моим тёткам. С первым мы обсудили место встречи, а тёткам я заявил, что собираюсь отбыть в действующую армию. Тёти, конечно, кудахтали, но я был непреклонен. Дальше пришлось спуститься на первый этаж, к управляющему, и отправить телеграмму тёте Агате?— абсолютно с тем же посланием, так как сообщить ей эту новость по телефону я попросту не решился. Тётя Агата была моей любимой тётей. Её бурную реакцию на мой отъезд я бы пережил не столь мягко. Две предыдущие родственницы, конечно, высказались довольно резко, но их мнение меня не интересовало. Дживс вернулся быстро и продолжил собирать вещи. Я поощрил эту деятельность и даже попытался его поторапливать, но не тут-то было. Дживса не поторопишь, если он не хочет. Поэтому я занялся своими делами?— решил почитать, а сейчас вот думал, что если мы опять поругаемся, то обычная схема к примирению уже не сработает. Как только эта мысль пронеслась в моей голове, над ухом послышался вкрадчивый голос: —?Сэр, позволю себе заметить, что вы перечитываете одно и тоже уже в пятый раз,?— я опять обратил внимание на то, что он рассматривает мои руки. —?Вдруг я пропустил что-нибудь важное. —?Что-нибудь важное обязательно напишут завтра,?сэр, — мягким движением он высвободил последнюю газету и отложил её подальше. —?Сегодняшнюю главную новость вы уже знаете. Для очередного напоминания о ней достаточно выглянуть в окно. Помимо стучащих по подоконнику капель дождя за окном также слышался шум гудящих машин. Нечастые голоса проходящих мимо людей тоже звучали непривычно громко. Весь город находился в возбуждении. В окно я уже выглядывал и знал, что за ним происходит, поэтому смотреть туда не было надобности. —?Ваша бурная реакция на происходящее, сэр, вполне понятна, но нужно взять себя в руки и успокоиться. —?То есть следовать вашему примеру, Дживс? Вы вот потрясающе спокойны,?— заметил я, наблюдая за рождающимся на столике порядком. Газеты раскладывались одна на другую и превращались в ровные стопки. —?К сожалению, это не первая война, сэр. —?Всё равно, вы потрясающе спокойны,?— повторил я. —?Дело в том, что у меня есть некоторый опыт в получении подобных известий, сэр. Я призадумался. —?Это понятно, но неужели вы ничего не чувствуете? Панику, например, или страх за будущее нашей страны? —?Нет, сэр. Перечисленное вами отсутствует в списке моих сегодняшних ощущений, но некоторые чувства посетили и меня. —?Может, нечто присущее людям? Я имею в виду волнение за маленьких британцев или что-то в этом духе? —?Не в этот раз, сэр,?— ответил он, никак не прореагировав на мою подколку. —?Не в этот раз. —?А что в этот раз? —?спросил я, прикидывая, что на момент первого в этом веке противостояния с Германией Дживсу было где-то лет двадцать-двадцать пять. Тогда уж он точно должен был бояться. —?В этот раз я ощущаю невероятное желание покинуть город в кратчайшие сроки, сэр,?— он убрал пустой бокал и принёс мне новый, наполненный. —?Конечно, к этому давно шло,?— продолжил он, скорее рассуждая вслух, чем отвечая на мой вопрос. —?Сборы, объявленные в июле, навели меня на мысль, впрочем, как и ваших друзей-военных, что вскоре случится самое страшное. —?Роберт говорил мне, что нам придётся воевать, но я не верил до самого конца,?— я тяжело вздохнул, и с благодарностью принял, наверное, уже десятый на сегодня бокал. —?И я тоже очень сильно хочу покинуть этот город. —?Жаль, что вы наметили неправильное направление,?сэр, — осуждающе произнёс он. Кажется, он опять начинал свою проповедь, но винить его в желании оградить меня от неприятностей я не имел права. Дживс всегда думал в первую очередь о моей безопасности. Этот раз не был исключением. И так, кажется, было всегда. Даже не знаю, когда именно наши взаимоотношения перешли на стадию близкой дружбы. Моё восторженное поклонение его уму и дальновидности с годами перешло во что-то большее и, боюсь этих слов, интимное. Конечно, будет неправильным утверждать, что я влюбился в Дживса, вовсе нет. Я был ему искренне благодарен за невероятную заботу, которую он мне оказывал. Также я считал его своим лучшим другом, и правда была в том, что десять лет совместного проживания наложили на почти идеальные узы собственническую печать. Распоряжаться моим личным временем вошло у Дживса в привычку. Я же позволял ему довлеть надо мной, поскольку бы не вынес, если бы он покинул меня. Как-то раз я даже сказал ему об этом, чем очень его озадачил. Причём, больше всего Дживс озадачился тем, как я мог подумать о подобном, ведь уходить он никуда не собирался. В общем, мы совершенно притёрлись друг к другу. Он изучил мой характер вдоль и поперёк. Я разобрался, что собой представляет этот человек. Это знание внушало нам обоим уверенность в следующем дне. Конечно, как у любых людей, постоянно живущих на одной территории, у нас случались пиковые моменты. Иногда мы ссорились, в большей степени по пустякам, но сегодняшнюю причину ссор считать пустяком было никак нельзя. —?Но я помогу вам с маршрутом, сэр,?— закончил он знакомую мне речь. Тон его голоса не требовал возражения. —?Ничего подобного. Я не побегу. —?Это не побег, сэр. Это здравое решение умного человека. —?Самый что ни на есть побег. Он упрямо не соглашался со мной, всем своим видом выражая протест моему решению. Кажется, мои опасения по поводу третьей ссоры только что вылились в её начало. —?Сэр, вы будто маленький ребёнок,?— сетовал он. —?Вы ведь принимали участие в войне, Дживс. Тогда вы посчитали это своим долгом. —?Да, сэр. Именно поэтому сейчас ввязываться в войну я своим долгом не считаю. И тем более не хочу, чтобы в противостояние ввергались вы. Идти на войну?— слишком опасное занятие для джентльмена, смутно разбирающегося в военном деле,?сэр, — произнёс он. Тут же заметив, как по моему лицу пробежали признаки обиды, он добавил. —?Тем более, там, куда вас так тянет, опасности гораздо больше, чем в любом другом месте. —?Я верю, что Британия и дружественные нам страны должны встать на защиту уязвлённых территорий. Вся Европа находится в опасности. —?В Европе давно стало небезопасно. Вы только заметили, сэр? —?И как истинный англичанин… —?И как любой англичанин, вы надеетесь, что вопрос урегулируется мирным путём,?сэр, — перебил он, кивнув головой и давая понять, что помнит нюансы нашей утренней ссоры. —?Он и урегулируется, Дживс, только нужно время,?— попытался возразить я. —?Мы дадим понять, что война?— не лучший способ решения вопросов. Мы урегулируем конфликт быстро и, по возможности, мирно. —?Такие дела не регулируются мирно, сэр. Я посмотрел ему в глаза. На мгновение в них мелькнуло подлинное беспокойство. И беспокоился Дживс за моё состояние, которое было не из лучших. Я, поняв это и растерявшись, спросил первое, что пришло в голову: —?Вы не верите правительству, Дживс? —?Я верю в людское непостоянство, сэр. Англия вступила в глубокий ров, наполненный редкостным дерьмом?— простите за такое сравнение?— и она неминуемо потянет за собой свой народ, а вы по доброй воле собрались идти в самое глубокое место этой зловонной клоаки. Слава богу, он не знал, что я давно нахожусь в этой яме и даже принимаю непосредственное участие в её наполнении. —?Находиться в Британии дольше я считаю серьёзной ошибкой, сэр,?— именно эта лекция лилась из его уст с самого утра и успела мне надоесть. —?Все ваши более сообразительные друзья давно покинули страну. Пора и вам поступить также. Уверен, лётная школа будет функционировать и после войны. Ещё полетаете, сэр. —?А если мы проиграем войну? —?В США тоже есть лётные школы, сэр. —?Нет. Я принял решение и не изменю его. И надеюсь, что вы составите мне компанию. Ссора выходила на знакомую мне колею. Теперь надо было ждать открытого напора. —?Боюсь, идти на фронт я не намерен, сэр. И приму все усилия, чтобы вы туда не попали. —?Я пойду на фронт,?— ответил я, делая вид, что не слышу его. —?Нет, сэр. —?Да, Дживс. Да. Уясните это, наконец. Использовав все грани мягких уговоров, он перешёл в предвиденное мной наступление: —?Значит, хотите воевать, сэр? —?он сделал эффектную паузу, вынудившую меня опять взглянуть на него. —?Убивать людей, калечить мирное население, стирать с лица земли жилые дома, сбрасывать с самолётов бомбы? —?он решил подойти с другой стороны?— надавить на мою человечность, что ж, предсказуемый ход. —?Наоборот, я хочу, чтобы этого не произошло. Если не вмешаться, всё то, что вы сейчас перечислили, случится. —?О безопасности Британии позаботятся другие люди, сэр, более компетентные, чем мы с вами. —?Вы сомневаетесь в моей компетентности? —?Летать на самолётах в своё удовольствие и намеренно идти в действующую армию?— не одно и то же, сэр. —?Не вижу разницы, если есть необходимые навыки. —?Поразительная наивность, сэр. Я поднялся с кресла в попытке успокоить нервы и подошёл к окну. —?Пока вы были дома, я наведался в порт, сэр. Пароход отплывает сегодня ночью. Вещи собраны. Пока есть возможность, и воды над Ла-Маншем патрулируются качественно, надобно покинуть страну. —?Разве я давал согласие на отплытие? —?Вашего согласия не нужно, сэр. Миссис Трэверс отправила мне телеграмму и пояснила, что вы сейчас не можете принимать решения здраво, с чем я полностью согласен. Поэтому решение за нас обоих принимаю я, сэр. —?Я сам могу решать за себя,?— раздражался я. —?Вы вскоре поймёте, что ваше решение было неверным, сэр. —?А ваше решение сродни трусости, Дживс! —?Вы будете думать иначе, когда в стране выстроится километровая очередь голодающих людей. Карточная система, регулярные досмотры без оснований, аресты, ежечасный воздушный патруль и эвакуационная сирена?— мизерная часть того, что придётся пережить оставшимся здесь людям,?сэр, — напирал он. —?А в тот миг, когда вы увидите лежащие на окраине города трупы, то будете грезить о штатах каждую секунду своего существования. —?До такого не дойдёт,?— с жаром возразил я. —?Даже если так, я сочту за честь остаться в своей стране и видеть это. —?Я тоже так думал двадцать четыре года назад, сэр. Ответ слетел с моих губ прежде, чем я его обдумал: —?Уклоняться от службы я не намерен. Вы?— можете. А мой возраст диктует мне служить. Упоминание о возрасте явно его покоробило, но виду он не подал, благополучно пренебрёг моим словесным ударом и продолжил давить на меня с прежней силой. —?Вы ставите на кон не только свою жизнь, сэр. —?То есть? —?Война может разлучить вас с людьми, которые любят вас. Об этом вы не думали, сэр? —?Конечно, думал, но долг важнее. Надо думать о будущем нации. —?Вы должны в первую очередь думать о себе и своей семье, сэр. Глупо отказываться от преимущества, которое дарит вам ваше положение. Любой человек в этом городе хочет быть на вашем месте и поскорее умчаться отсюда прочь, сэр. Волна негодования затмила мой разум. Как можно было ставить личные выгоды выше долга перед страной? Подобный подход отдавал подлостью, которую от Дживса я никак не ожидал. Сразу чувствовался вкус плебейской крови. Крысы в первую очередь бегут с вошедшего в опасные воды корабля. —?Я не ослышался, Дживс? Думать о себе, когда страна находится в выгребной яме? А как же долг джентльмена? Как вы можете такое говорить и советовать бежать с поля боя? —?Мой долг, как джентльмена, заботиться о вашей безопасности, сэр. —?Вы позаботитесь о ней, когда я буду в штабе. —?Нет, сэр. —?То есть, вы не поедете со мной? —?Нет, сэр,?— повторил он, глядя на меня немигающим тяжёлым взглядом. Глухой, но твёрдый голос придавал ему сходство с могильщиком или пономарём. Где-то вдалеке послышался гудок нескольких машин. —?Предпочтёте уплыть за океан, значит? Он промолчал. —?Что ж, валяйте. Но насильно вы меня на пароход не затащите. В любом случае я отбуду в армию. Без вас или с вами. Не важно. В то время я действительно соображал немного туманно и был не совсем в себе. После выпитых бокалов и долгих дум мои нервы не поддавались управлению. При других обстоятельствах я, конечно же, не позволил себе сказать что-то подобное. Я очень дорожил Дживсом и обычно прислушивался к его советам. Но испытываемые мной противоречия завязались узлом, и мои обычно цепкие пальцы не могли распутать его, как я не старался. —?Последний раз спрашиваю: поедете со мной, Дживс? —?Нет, сэр. —?Тогда не смею дольше задерживать. Можете освободить эту квартиру, когда вам вздумается, и плыть, куда вам хочется. В комнате повисла гнетущая тишина, которую рассекали противные звуки улицы. —?Как пожелаете, сэр. Я не буду задерживать вас и покину квартиру немедленно. Только, позвольте спуститься к управляющему и поставить его в известность о моём отъезде, сэр. —?Сделайте это, Дживс. Сейчас же. —?Хорошо, сэр,?— он развернулся и направился к двери. —?Ах, да, раз собрались идти вниз, скажите управляющему, что я уезжаю в Вулидж,?— бросил я вдогонку, но дверь уже захлопнулась.