Глава шестая, в которой МинЦзюэ не чувствует себя хозяином крепости (1/1)

—?Проходите, живее,?— Строго командует МинЦзюэ, придерживая дверь для брата и нового жителя крепости. Находившаяся аккурат в пасти каменного зверя, должно быть, она пугала СиЧеня,?— Она не ест людей. Вообще ничего не ест. Гостя слабо дёргает, словно до этого момента он и не задумывался, что Юдоль могла бы полакомиться им, как пирожным. Мужчина придержал ?старца? под локоть, помогая подняться по лестнице, но не спуская при этом взгляда с младшего брата, задорно прыгающего со ступеньки на ступеньку?— кажется, вот-вот упадёт и с воем кинется ему на шею. Но ХуайСан не падает, довольно смотрит вперёд и пробегает по просторному тренировочному залу к ближайшей двери, ведущей к жилым комнатам, и радостно-радостно смеётся. ?И чего это он такой весёлый???— думает старший брат, недовольно кривя густые брови и прикусывая губу. Наверное,?— приходит в голову,?— потому что СиЧень его баловал весь день. Этот молодой мужчина определённо производил впечатление того, кто не может отказать миловидном ребёнку ни в одной прихоти. К тому же, у него самого есть младший брат… Вспоминая рассказы нового знакомого, старший Не припоминает, что Ван Цзи был сдержанным, тихим и ничем, кроме учёбы и музыки, не увлекался. Или же просто не имел возможности увлекаться?— страшно подумать! три тысячи правил! -, а потому у Лань Хуаня не было возможности сюсюкаться с ним, как с дитём… А-Сан же ничуть не смущался о своих интересах болтать без умолку и ластиться к рукам, как преданный щенок?— разве смог бы добродушный юноша отказать ему? Сам Не МинЦзюэ никогда не поощрял увлечения брата, как и его поведение, искренне не понимая, как он, младший сын семьи потомственных воинов, мог расписывать веера и калякать одному ему понятные картинки на тонкой рисовой бумаге. Он не понимал, но всё равно покупал дурацкие разноцветные чернила, глупые краски и бумагу?— самую разную, на любой манер; продавцы уверяли, что абсолютно необходимо под каждую краску купить особенные листы, то плотные, то тонкие. Старший Не не разбирался, но хотел порадовать младшего братика?— поэтому и вёлся. Единственное, о чём он просил?взамен?— это не забывать тренироваться с саблей. Но А-Сан забывал, а точнее?— старательно избегал тренировок, предпочитая каменному и пропахшему потом и кровью залу шумные улицы городов, леса и поля, где бурлила жизнь?— будь то суета людей или же шелест листвы. ?Опасные для ребёнка места,?— фырчит про себя заклинатель, и под его взглядом весь вид младшего брата лишается всякого веселья и беззаботности. Он выглядит так, словно стыдится. Лань Хуань хмурится и сжимает руку МинЦзюэ, словно пытаясь успокоить бесперебойный поток мыслей и недовольства. От этого вспоминается вчерашний день, их умиротворяющая беседа и как пришлось бросить собеседника, уводя за собой толпу чернильных монстров. Он едва отбился от окружившей его марионеток. Поэтому МинЦзюэ заканчивает свою мысль категоричной оценкой:?— Опасные места, куда неразумный ребёнок не должен отправляться один?.—?Да-гэ, а мы познакомим дедулю Ланя с Биси*? —?Вопрос ребёнка звучит с надеждой. Он знал, что виноват; знал, чем именно разозлил брата, и что ему ещё предстоит пару дней сжиматься под осуждающим, недовольным взглядом. И именно поэтому мальчик хотел сбежать в единственное место, где старший брат успокаивался, смотря на ровно горящее демоническое пламя. На его выразительном лице в такие мгновения читалось что угодно: боль, тоска, спокойствие, равнодушие… но не злость. МинЦзюэ помедлил, задумчиво хмуря брови и пытаясь собраться с мыслями. К Биси он не подпускал даже самых преданных людей?— никого, кроме брата. Это место было буквально сердцем крепости, чем-то невообразимо важным для него самого. Жаль только, что А-Сана это не заботило: он с воодушевлением щенка, увидевшего игрушку, утянул нового знакомого в сторону личного крыла семьи Не. Хозяин крепости нагоняет их в тот момент, когда младший брат уже завёл гостя в просторный холл с широким камином, посреди которого размеренно, но жгуче и ярко, полыхало золотое пламя. У него замирает дыхание?— тело двигается тяжелее и медленнее. этот огонь мог поглотить его в любой момент… Но всё же оставался верным помощником. Иногда старший Не задавался вопросом: почему? выжидает момента? Скорее всего.—?Дедуля, это?— Биси! Он помогает крепости двигаться! —?Мальчик улыбается широко-широко, и садится на самый край огромного каменного пьедестала. Он старается не замечать тяжёлый недовольный взгляд на своей спине,?— Биси, поговори с нами! МинЦзюэ сводит взгляд со спины брата и смотрит на то, как огонь в камине растёт ввысь, на янтарном пламени распахиваются огромные круглые глаза с узкими зрачками, а следом вырисовываются и грубые очертания когтистых лап и полу-драконьей, напоминающей бычью, плоской, массивной морды. СиЧень машинально отступает на пару шагов и врезается в его грудь спиной, прижимается?— он ловит напуганный взгляд гостя аккурат в тот момент, когда они сталкиваются, приобнимает его за плечо и тяжело фыркает. Осторожно перехватив чужую ладонь в свою, МинЦзюэ чувствует покорность нового знакомого, замечает, что он не сопротивляется ни единому его действию и удивляется?— чем он заслужил такое доверие? и доверие ли это? может, страх? Даже ХуайСан не вёл себя столь открыто с ним, хотя, казалось бы, роднее брата у него никого не было?— и всё же оставалась между ними настороженность, опаска, исчезающая лишь в редкие-редкие моменты. Старший Не понимал, почему, но старался не обращать внимания?— мерзко думать, что тебя боятся. Зверь из камина утробно рычит и склоняет голову, прорезая тишину звучанием грозного голоса:—?Кто этот человек, хозяин?—?Наш гость,?— скупо отвечает заклинатель, стараясь не выдать своего смятения. Но демон, очевидно, его почувствовал, а потому смотрел особенно хитро и надменно; знал, что хозяин в замешательстве,?— Не груби ему и не смей ранить.—?Понял,?— отзывается хриплым урчанием, так похожим на усмешку, Биси и подползает по ровным рядам брёвен поближе к Лань Хуаню, заботливо усаженному в кресло?— высокое, массивное, сделанное из тёмного дуба и обшитое болотным бархатом с золотыми орнаментами. —?Господин в белом столкнулся с ночными тварями?—?Нет,?— фыркает МинЦзюэ, пресекая попытки гостя встать, лишь положив на тонкое плечо руку. ХуайСан тут же залез к ?дедуле? на колени, широко улыбаясь, и мужчина заметил в тёплых карих глазах Ланя что-то нежное, ласковое и спокойное. Определённо, этот мужчина был рад обществу ребёнка, и старший брат решает оставить всё, как есть. Снова посмотрев в звериные глаза демона, он садится на край камина и ласкающие проводит по огненному загривку, но пламя не обжигает его, а ластится ближе, и мужчина ловит удивление в глазах гостя и брата,?— Сюэ Ян. Этот выродок хуже любой твари! —?Пламя под его ладонью покраснело, Биси зашипел, как озлобленный дикий кот и сщурил глаза. —?Ты знаешь, что надо сделать. Я вечером отправлюсь на его поиски. Не задумавшись на пару мгновений, МинЦзюэ отдал приказ отвести крепость дальше от лесов (каждый знал, что проще всего прятаться в непроглядной чаще), в поля. Может, к озеру. Его крепость пусть и была защищена мощными чарами, однако всё равно привлекала внимание своим видом?— мимо такой скалы не пройти. Скорее всего, раз заклинатель с болот появился в городе, он снова что-то задумал. Вероятно, и вчерашние чернильные пятна?— его творения. В прошлый раз, когда они столкнулись нос к носу, Сюэ Яна поймали двое одарённых заклинателей?— Сяо СинЧень и Сун Лань -, однако, сразу после его побега как в воду канувшие. МинЦзюэ в тот день явился в фамильное поместье Цзиней, чтобы лично увидеть этого преступника, и стал свидетелем поистине мерзкой сцены: Сюэ Ян, как ни в чём не бывало, сидел за столом и ел, рассказывая, как именно он убивал своих жертв и зачем. Глава ?золотого семейства? смотрел на него скорее изучающе, с интересом, чем с отвращением и презрением. И представлял их друг другу, словно друзей знакомил! После исчезновения даоджанов они встретились с преступником в схватке, после которой тот бежал с позором, но отчего-то стал одержим идеей отнять у МинЦзюэ золотое ядро… Взгляд скользит по худой, состарившейся фигуре гостя?— видимо, ублюдок нашёл способ.—?МинЦзюэ-сюн,?— обращается к нему Лань Хуань, и заклинателю приходится вынырнуть из воспоминаний. —?Ты в порядке?—?Да,?— Кивнув самому себе, мужчина поднимается на ноги и смотрит на Биси так, словно боится, что тот погаснет, отворачивается и медленным шагом уходит прочь, бросив через плечо:?— Подогрей воду в купальнях. А-Сан тихо смеётся, смотря, как Биси ложится и прячет мордочку лапами, тихо то ли скуля, то ли порыкивая. Лань Хуаню почему-то хочется коснуться его, как это сделал МинЦзюэ, чтобы утешить, но он не рискует?— боится обжечься.*** А-Сан чувствует себя счастливым, показывая Лань Хуаню крепость, водя его по самым любимым своим местам, рассказывая обо всём на свете. Гость мило улыбается, слушая всё с таким поражающим пониманием, что мальчик буквально цветёт. Ему радостно, что кто-то его понимает, кому-то важно услышать то, что ему нравится, что его волнует. Однако, покоя не давала одна вещь:—?Дедуля, вы с братиком друзья? Мужчина задумчиво смотрит на младшего брата своего спасителя и тяжело выдыхает. Мальчик понимает?— он не знает, что сказать. Не уверен. И младший Не прекрасно его понимает: с МинЦзюэ иногда (почти всегда!) было тяжело.—?Пойдёмте, я покажу вам его комнату! —?Не обращая внимания на попытки Лань Хуаня остановить его, ХуайСан напористо потянул его в жилые коридоры. Мельком показал свою комнату, заваленную игрушками, светлую и довольно просторную, тянет его дальше. Дверь в комнату хозяина крепости выглядит тяжёлой?— тёмная, дубовая, с большой круглой ручкой и ключом в скажине: не понятно, то ли мужчина забыл его, то ли специально оставил. У СиЧеня сердце падает в пятки и ползёт наверх так же вязко, как ползали чернильные монстры, и с каждой секундой по коже всё холоднее бегали мурашки. Он не боялся. Он беспокоился, чувствовал себя вором: старший Не помог ему трижды, пригласил в свою крепость, поддержал в момент слабости и на полном серьёзе намерен помогать и дальше… А он вломится в его покои без приглашения?— пусть и с Не ХуайСаном, но всё же… СиЧень очень не хотел видеть в глазах мужчины разочарование или отвращение… тем более?— гнев.—?А-Сан,?— Сглотнув, тянет его за руку гость, стараясь привлечь внимание. —?Может, не надо? Я не хочу ссориться с МинЦзюэ-сюном…—?Ой, да что такого? —?Невинно хлопает глазками ребёнок, проворачивая ключ и распахивая дверь. —?Ключ братик для меня оставляет! Если что-то случится, я всегда могу тут спрятаться! Из комнаты ощутимо пахнуло травами и сталью. Лань Хуань с опаской проводил взглядом радостно забежавшего внутрь мальчика и замер на пороге, касаясь двери рукой, проводя по прожилкам дерева и осматривая помещение со стороны. Богатое убранство, небрежность в расстановке вещей, полу-мрак… и бесчисленное количество амулетов, различных склянок, бутылок, стаканов…—?А-Сан,?— отойдя от оцепенения, зовёт Лань Хуань и оглядывается, словно боясь заметить хозяина комнаты,?— Пойдём. Если хочешь, я научу тебя делать веера из рисовой бумаги. Младший Не моментально оказывается рядом и смотрит так, словно божество сошло на землю. Его берут за руку, но СиЧень ничего не чувствует, кроме тепла?— ладони поледенели. Он торопит шаг и совершенно забывает про боль, с новой силой накрывшую с головой.*** Когда Не Мин Цзюэ выходит из купален, он не утруждает себя необходимостью надевать рубашку, лишь закинув на плечи хлопковое полотенце. Чеканя шаг, он раздал указания мужчинам и молодым паренькам, снующим по крепости и устало выдохнул, направляясь в свою комнату. Но какого было его удивление, когда дверь он обнаружил открытой, а хаос внутри?— ещё более беспорядочным. Бровь дёрнулась, а с языка само по себе сорвался полурык-полукрик:—?Не ХуайСан! Из соседней комнаты послышался визг и топот ног. МинЦзюэ на стал заходить к брату, лишь показательно громко хлопнул дверью в свою, вытащив из скважины ключ.