В монастыре гамалиосов. Часть 1. (2/2)

- Я всё хотела спросить: почему вы о нас так заботитесь, слушаете жалобы, выполняете наши просьбы? – Сазима была напугана: она понимала, что такая дерзость совершенно не допустима, но всё-таки надеялась на благосклонность своей госпожи.

- Да как ты смеешь задавать мне подобные вопросы?! Конечно, такие ситуации не прописаны в Имперзаконе, просто потому, что это аксиома: народ Эмиоса не должен интересоваться делами управления. Тебе следует понимать, что нужно соблюдать субординацию по отношению ко мне и к другим фарам. Ни одна из обитательниц этого дворца никогда бы не осмелилась обсуждать, а уж тем более оспаривать мои решения. Чем ты от них отличаешься? - спокойным, ледяным тоном фара отчитывала молодую джестальянку. Гневная тирада не ничуть не напугала её, та, наоборот, даже как-то осмелела. Это сильно задело её гордость: она считала, что выделяется среди жительниц монастыря. Сазиме было неприятно слышать, что её сравнивают с другими. От задетого самолюбия и брала истоки её дерзость.

- Я отличаюсь тем, что видела лицо фары уже много раз и являюсь вашей приближённой,- Джестальянка гордо подняла голову и выпрямилась, смотря в глаза с неким вызовом. Женщина сама не понимала, что нашло на неё, откуда взялась в ней эта смелость, но характер показать ей хотелось.- А не много ли ты на себя берёшь, Сазима? Не смей дерзить мне! Как простая джестальянка может таким образом со мной разговаривать? – Смартика уже закипала от злости.- Как видите, может… - ухмыльнулась девушка. Реакция фары не заставила себя долго ждать. Она замахнулась, чтобы дать дерзкой и бестактной девице пощёчину. Тут же раздался звонкий и резкий звук удара. Щека джестальянки словно загорелась пламенем, и от силы удара она чуть не упала на диван- Никто не может поднять на меня руку, даже вы, госпожа, - гордо проговорила она, делая ударение на каждом слове и держа руку у покраснения на лице.- Как видишь, может…- произнесла фара, подражая тону Сазимы.

Такое поведение джестальянки не только вывело Смартику из себя, но и сильно задело её. Молодая женщина всегда была очень кроткой, поэтому прамага никогда бы не подумала, что та могла бы ей сказать нечто подобное.

- Что ж, вижу, что в тебе есть чувство гордости и собственного достоинства. Похвально, весьма похвально. Однако это не даёт тебе право нарушать границы дозволенного. Не забывай: я второй человек в этом государстве. Выше меня только Великий Медонио и Имперзакон. Как ты можешь говорить со мной в подобном тоне? Кто тебе позволил? Честно сказать, я сильно расстроена и разочарована, - произнесла прамага, глубоко вздохнув.- Я осознала свою ошибку. Простите меня, госпожа. Уверяю вас: подобного больше не повторится, - тихо произнесла Сазима, стыдливо опустив глаза.

- Мне трудно простить твоё поведение, твои ядовитые слова. Но я принимаю твои извинения и надеюсь, что впредь ты будешь следить за своим языком и руками. Правильно подмечено: ты видела меня из каплы. К тому же, я вижу: ты очень смелая и любопытная, умеешь хранить тайны, что тебя отличает от остальных. Да, ты другая. Признаюсь, эта непохожесть мне даже нравится, - фара сменила гнев на милость и с трудом проглотила обиду.

- Благодарю вас.- Если ты захотела со мной поговорить чуть ли не по душам, зачем с самого начала дерзить? Чего ты хотела этим добиться, объясни мне, - спросила Смартика, глядя прямо в глаза джестальянке.

- Даже и не знаю, что и сказать на это. Мне захотелось показать свою гордость, характер. Ваши слова, как ни странно, придали мне дерзости, смелости. Я понимала, что это вряд ли приведёт к чему-то хорошему, но могла не остановиться. Я на мгновение даже забыла о статусах, порядках и правилах, - пыталась хоть как-то себя оправдать молодая женщина.

- Мне нужна опора и поддержка в этом дворце, хоть я и здесь госпожа. Уверена, что ты сможешь стать моей приближённой. Ты не боишься говорить, что думаешь. Только другим этого не показывай. Рядом с моими покоями есть свободные апартаменты. Ты можешь поселиться в них, как только всё будет готово.- Это огромная честь для меня, госпожа. Спасибо большое за такое доверие. Но это очень-очень странно. Не сочтите за дерзость, но вы сильно отличаетесь от других фаров. К примеру, никто бы не осмелился показать подданным своё лицо, вести подобные беседы. Только, не гневайтесь: я не имела в виду ничего плохого, - боязливо проговорила Сазима.- Ну, ты отчасти права, - призналась прамага. – С этого и надо было начинать. Я всё-таки отвечу на твои вопросы. Пойми, у каждого правителя, как и у всех, есть свои обязанности: перед подданными, перед кем-то вышестоящим, если таковой имеется. У вас, джестальянок, анчеллянток, ундариев, взрослых даки, тоже есть своя определённая роль в обществе, и, чтобы вы могли её выполнять, мы, фары, должны обеспечить для этого все условия. Например, порядок, чёткое исполнение законов, одежду, еду, крышу над головой, минимальное образование. Об этом не принято говорить. Сейчас я тебе высказала свой взгляд, свое мнение. Другие фары, может, не разделяют его, но тем не менее. Именно поэтому я проявляю заботу о вас, всячески помогаю. Надеюсь, моё объяснение было исчерпывающим. Всё-таки я не могу раскрыть тебе всех тайн Эмиоса: это будет неуважительно по отношению к моим коллегам.

- Не беспокойтесь. Я абсолютно всё поняла и очень признательна за такой ответ, - её губы расплылись в благодарной улыбке.- Хорошо. Конфликт исчерпан, а твои вопросы мы обсудили. Надеюсь, ты понимаешь, что всё это должно остаться между нами и не выйти за пределы этой комнаты. Всё ясно? – Смартика строго посмотрела на молодую джестальянку.

- Да, мне всё понятно. Я удаляюсь, с вашего позволения, - Сазима поднялась с места и, склонившись, спиной попятилась к выходу.

- Конечно, можешь идти: не хочу тебя задерживать, - прамага сделала жест, как бы подтверждая своё разрешение.