Стеклянный потолок (2/2)

***— А ты чего такой загадочный? — Оксана прилегла на стол и смотрела чуть прикрыв глаза. Наверное, она считала, что так сама выглядит загадочнее, как гадалка, которая посредством карт Таро открывает перед клиентом тайны вселенной. На деле она просто стала ещё милее, со своими этими круглыми щеками и сонным выражением на лице.

— Я не загадочный, а выспавшийся, — отбрил Шастун. Подруга подругой, а пока он сам не разберётся, её посвящать в детали нет никакого смысла. — А Графу стрижка, кстати, не помогла нихрена. Всё такой же тряпка, как был. Уже и у врача были, не знаю, что с ним.

— Хочешь я тебе Веника в аренду дам? — Фролову было несложно отвлечь, но сохранялась примерно пятидесяти процентная вероятность вспоминания ею с чего всё началось и возвращения разговора в прежнее русло. — Они ж гомокоты, а сейчас весна, того гляди гормоны там, все дела. Правда, видела я кошачьи члены, такая жесть. Так что если посреди ночи ты услышишь ор, как будто Графа сам Люцифер за шары тащит, от истины это будет недалеко.

— Чего это сразу Графа? Да мой зверь твоего Веника сделает, — справедливо возмутился Антон. Размером манчкин уступал куну в несколько раз.

— Веня опытный парень и харизматичный. А Граф твой молодой и глупый. Для него мой Вениамин Сергеевич всё равно что кошачья версия семпая.

— Хуемпая, — для проформы огрызнулся Антон. Вот это бить было нечем. — Геевич, — не удержался и дополнил картину.Остаток дня он провёл помалкивая лишний раз. Слушать об отношениях котов не хотелось, рассказывать о своих тем более, а у Фроловой в личной жизни был настолько стабильный штиль, что даже странно становилось. Умная и привлекательная, она должна была нравиться большей части мужского населения Питера. Конкретно для Шастуна у Окс был один минус — она была его подругой. Терять дружбу только потому, что хочется потрахаться, Антон не хотел, а в то, что у них что-то получится, как-то не верил. Впрочем, теперь ему это было только на руку: начни он отношения с Оксаной, не смог бы ей объяснить, почему переобулся практически в полёте и теперь играет за другую команду. Как бы там ни было, тот короткий поцелуй с Витей он вспоминал до самого вечера. Вспоминал и сравнивал ощущения от тех, что были новогодней натуральной ночью с Серёжей. Тогда Антону даже понравилось, Лазарев целовался приятно и, если так вообще можно выразиться, ненавязчиво. Щетина только колола, не давая забыть, что в постели с ним парень. А у Вити подбородок был гладкий, как коленка.

***Шастун хмуро уставился на Айдара. У Щеткова сегодня был выходной, поэтому за главного оставили татарина. Менеджер, почуяв, не иначе, посмотрел исподлобья и кивнул, как бы спрашивая, чего надо. Антон покачал головой и упёр драить пол в другой части зала. Впрочем, надолго его всё равно не хватило: уборка — занятие утомительное, но недолговечное. Протерев все поверхности, Антон вернулся в полное распоряжение Айдара. И тут же был поставлен на картошку.

В том, чтобы накладывать оную по пакетиками следить, чтобы не пережарилась, не было ничего сложного. Антон встряхнул сетку, перемешивая нашинкованные клубни, и уставился на то, как они, кипя, жарились во фритюре. Настроение было странное. С одной стороны, давно пора было написать что-нибудь Вите, даже пресловутое ?как дела? и то годилось. И Арсу надо было что-нибудь написать. Период странной активности Попова прошёл, и теперь подросток отвечал вяло и односложно, больше не присылал всратые мемы с волками, чтобы развеселить Шастуна с утра, не желал спокойной ночи и не спрашивал, как прошёл день. Как будто вместе с болезнью Антона прошли и чувства Арса к нему.

Если так и было, то мир всё равно не перевернулся бы, конечно, но что-то за рёбрами неприятно ныло, не соглашаясь. Потому что в личной вселенной Шастуна всё встало бы с ног на голову, и в получившемся зазеркалье пришлось бы учиться жить заново.

— Шастун, не спи, сгорит. — Гараев стоял рядом и делал вместо него всю работу.

Антон мягко перехватил у него сетку, коснувшись чужих горячих пальцев, повесил её так, чтобы масло стекало обратно во фритюр, и поджал губы. Он как раз отлично выспался. А таблеток от влюблённости не существовало, это не бессоница.

Смена прошла спокойно. За кассу его не ставили, посетителей было немного, и Шаст не сказать, что прямо уж устал. Он одним из первых переоделся и выпал в густой ночной воздух. Сладковато пахнущий липкой от смолы весной, Питер казался волшебным. Не смущало решительно ничего. Сегодня ему не нужно было помогать закрывать ресторан, так что Антон с чистой совестью пошёл к машине.

Прислонившись к капоту, стояла Оксана. Выхваченная из серого сумрака приближающихся белых ночей светом фонаря, она пялилась в экран смартфона. Рядом с её ногами уныло стояла переноска для собак средних пород.

Антон нажал на кнопку отключения сигнализации и подошёл ближе.— Привет, не ожидал увидеть тебя так поздно.Поцеловал подругу в щёку, её кожа была мягкой, сладко пахла каким-то парфюмом. Шаст обхватил Фролову поперёк тела, прижал к себе, приподнял. Она шумно выдохнула в ухо, напряглась на секунду, но почти сразу же обмякла в руках, доверчиво расслабившись. Тихонько рассмеялась. Он так соскучился.

— Шаст, что за нежности на ночь глядя? Я тоже соскучилась, — Окс прижалась губами к его щеке, не целуя даже, скорее просто нежничая. — Веника тебе привезла вот.

Антон опустил подругу, посмотрел на переноску, вздохнул.

— Помнишь, мы говорили, что я тебе его презентую на недельку-другую?

— Такое забудешь, — буркнул Антон.Он поставил девушку обратно, сел на капот и достал сигарету, закурил. Фролова отошла на пару шагов, чтобы дым не оседал на одежде.— Знаю, неожиданно немного, но ты тогда не сказал, что это плохая идея. Короче, меня Серёжа в Москву позвал, в гости. Вроде открытие театрального сезона или премьера нового спектакля, я, признаться, не поняла особо, но билеты он мне уже оплатил, так что я поеду.

— А учёба? — Антон так скукурузил хлебало, что начал подозревать полную невозможность возвращения его в нормальное состояние.

— Уёба, — передразнила Оксана. — Я уже договорилась с деканом, к тому же моя курсовая уже готова, твоя почти готова. Уверена, уж заключение и список литературы сделать тебе по плечу. По многим предметам у меня автоматы, а остальное я сдам без проблем. К тому же я вернусь ещё до начала экзаменов. Возьмёшь Веню?

— Возьму конечно.

*Пожалел о своих словах Шаст очень быстро. Он закинул переноску на заднее сиденье, подвёз Оксану на вокзал и, простившись, счастливо покатил домой. Чтобы, скосоёбившись под весом пушистого ублюдка, обнаружить полнейшую лифтовую импотенцию. В судьбу Антон не верил, но начинал подозревать у неё наличие отвратительного чувства юмора. Веник весил как ребёнок лет семи. Откуда в таком маленьком коте такой впечатляющий вес, гадали все, кто пытался его поднять. В итоге Антон постоял, потупил немного, прикидывая, нет ли другого пути, магии там какой, левитации, Гарри, мать его, Поттера прямо посреди Питера. Поняв, что такой вариант совсем не вариант, Шастун задумался, насколько логичным будет выкинуть кота из переноски и заставить топать по лестнице самостоятельно, но в итоге потерпел сокрушительное фиаско. На свой этаж поднять Веника он может только на своём же горбу.

Десять минут и тонны мата спустя, взмокший, но не сломленный, Антон остановился напротив двери в свою квартиру. Курить хотелось ужасно, жить почти не хотелось. Он прислонился к стене, вытащил смятую пачку сигарет из кармана и прикурил. Был риск, что Окс не понравится дымление рядом с её ненаглядным, но знала же, кому отдаёт животное. К тому же он ведь не дул прямо в переноску. Шастун затянулся, поднял взгляд и чуть не подавился дымом — из чердачного проёма на него кто-то пялился. Из-за темноты было не разобрать, но там определённо кто-то был. Крышка медленно опустилась, как будто этот кто-то всерьёз рассчитывал, что его не заметили. Антон, не переставая дымить, быстро набрал смс Позу, и буквально через минуту дверь квартиры открылась, и на площадку вышел Дима, держа в руках биту Шастуна.

— Уверен, что не стоит ментов вызвать? Мало ли, вдруг это наркоманы?

— Уверен, что менты не поедут, а спать, зная, что на чердаке торчки, не смогу, — шёпотом ответил Антон и, засунув кота в квартиру, взялся за биту.Как заправский двухметровый ниндзя, в трагической тишине он полез на чердак. Дверь, против всякой логики, легко поддалась. Вообще-то такие люки должны быть пыльными и запертыми, а ещё, по законам жанра, безбожно скрипеть. Но крышка открылась бесшумно — петли явно были смазаны. Антон медленно положил её на пол и сунул голову в проём, ожидая удара не только ногой, но и куском арматуры, как в лихие девяностые. На чердаке было пусто, пыльно и неуютно. Шастун залез, включил фонарик на телефоне и осмотрелся. Никого не было. Валялся какой-то хлам, пустые бутылки, покрытые толстым слоем пыли, пара коробок от доширака, судя по серым отложениям на них, той же эры, что и сосуды, виденные им раньше, и больше ничего. Недалеко от входа было расчищенное место, явно выделяющееся на фоне всего остального. Как будто сюда приходили, не понятно зачем. Там стояла пара каких-то ящиков. Шаст подошёл ближе, открыл один из них и замер. Внутри лежала та самая цыплячья толстовка, которую он отдал Арсу.

— Ты живой? — Димин голос доносился как будто через слой ваты.Антон смотрел на вещь и не понимал, как она тут оказалась. Как будто Арсений спрятал его подарок. Зачем нужно было меняться, канючить? Если она так не нравится, почему бы просто не выкинуть? Мысль о том, что Попов беспризорник, Антон уже отмёл. Может, у родителей Арса и не было много денег, но и на улице он точно не жил. Почему-то стало и горько, и страшно. Не говоря ни слова, он закрыл ящик, вывалился с чердака и, прикрыв люк, кивнул Позу, давая понять, что ничего не случилось и вообще показалось.В квартире Антон выпустил Веника. Кот тут же рванул искать Графа, как будто понимал, где он и зачем его сюда привезли. Кошачья скорая психологическая помощь, Питерский филиал. Шаст поел на скорую руку и, стоя в душе, чувствуя себя распоследним имбецилом, набрал Вите. Вообще, звонить, когда тебе по лопаткам хлещет горячая вода, идея, наверное, не из лучших. Но Антону было не по себе. Та вещь, купленная в масс-маркете, которая могла принадлежать кому угодно, как призрак, напомнила о других отношениях, о другом человеке. Казалось, что он предал Арса, предал всё, что между ними не было, и вообще он говно редкостное. Одно дело ждать, пока Арсений вырастет, сможет принимать взвешенные решения, и совсем другое сосаться со своим менеджером с работы, пытаясь не то заглушить пустоту внутри, не то потому что Витя и правда ему нравится. Разобраться в самом себе казалось непосильной задачей.

— Слушаю, — голос Щеткова звучал спокойно и в меру заинтересованно.

— Тут такое дело. Могу я приехать?

— Конечно.