Глава 25 (2/2)

-Начинается, не надоело ещё спорить-то? Покоя от вас нет. Как дети, честное слово – фыркнула Шарлотта.-Я вот думаю, не предупредить ли хлыща по-дружески, что его хотят заманить в змеиный колодец – сказал Отто.-Друг он вам только из вежливости! – Шарлотта повысила голос, стараясь перекричать громкий смех Дитлефа, оценившего шутку.

-А я вот вообще не понимаю, чем вас так привлекает охота – сказала Виктория.Смех мгновенно прекратился, все замолчали и посмотрели в её сторону.-В тяжеленных сапогах, в окружении комаров носиться с ружьём по лесу, чтобы ради забавы подстрелить бедное животное –

-Охотятся не ради забавы, фрекен Виктория, охота - это прежде всего добыча. В наших краях без охоты не выжить – произнёс Отто со знанием дела.-Не думаю, что мы умрём с голоду без тушки несчастной куропатки или тощего зайца, там и мяса-то нет –

-Дилетант – хмыкнул Дитлеф.

-Нет, просто мне жалко животных, они беззащитны перед человеческой глупостью -

-Рассуждаете чисто по-женски, фрекен. Вам не понять, что такое охота –

-О, вот как, то есть, чтобы понять нужно стать бездушным живодёром. Тогда я всё правильно поняла, охота - это пережиток прошлого –

-Только идиот сравнивает охотника с живодёром –-Не больно-то они отличаются. Будь моя воля, давно бы запретила такие развлечения -

-Конечно, вы-то сами даже ружьё взять в руки боитесь -Виктория не могла понять раздражает её или нет, то как Отто обращается к ней на ?вы?, но в их препирательстве она абсолютно точно находила какое-то извращённое удовольствие.

-С чего это вы взяли, что я боюсь? –-Нетрудно догадаться –

-Не больно-то много нужно ума, чтобы научиться палить из ружья –

-Чтобы палить - нет, а вот чтобы стрелять метко - нужна сноровка и годы тренировок –

-Тоже мне наука -

-В некотором роде –

-Всему можно научиться -

-Да неужели, в ваших руках и незаряженное ружьё будет опасно. Если, конечно, сможете его поднять –-Я сильнее, чем кажусь –

-Да уж – Отто усмехнулся, переглянувшись с Дитлефом.-Просто мне никто не показывал, как это делается -

-И правильно –-Думаешь, не смогу? -

-Уверен в этом –

-Поспорим? - Она протянула руку

На пару секунд он замешкался, очевидно, не воспринимая её слова всерьёз, но в глазах промелькнул интерес.-Но имейте в виду, лейтенант, я очень быстро учусь -

-Спорим – он сжал её ладонь чересчур крепко, но она не подала виду – вы и часу в лесу не продержитесь –

-Я живу здесь всю жизнь и знаю каждую тропинку -

-Виктория, ты что, спятила? Не делай глупостей, зачем тебе это надо? – Вмешалась Шарлотта.-Она права, брось, это же нелепо – поддержала Камилла, но Виктория будто не слышала.

-Тридцать минут на сборы, избавься от лишних тряпок, никаких вееров, кружев и прочей ерунды, надень что-нибудь поудобнее. И сапоги не забудь, иначе в грязи увязнешь – сказал Отто.

-Как всё серьёзно – она улыбнулась.-Охота это не шутки, фрекен –

-Конечно –

-Через тридцать минут жду у большого крыльца –

-Ох, надеюсь успею сделать причёску –

-Не опаздывай –

Виктория поднялась со своего места и, войдя в дом, обернулась на пороге.-Ты никогда не проигрываешь? –-Никогда -

-Тогда сегодня это случится впервые –

-Много болтаете, фрекен, а время идёт. Ждать не стану, придётся догонять -

Она ушла.-Отто, ты ненормальный? А если с ней что-нибудь случится? – Всплеснула руками Шарлотта.

-Не случится, если будет внимательно слушать -

-Надо её остановить – она вскочила с места, с грохотом отодвинув стул – Камилла, идём -

-Сядь, чего ты так разволновалась? Виктории просто захотелось острых ощущений. Она вон, готова даже в лес с ?цирюльником? отправиться, лишь бы не слушать ваш пустой трёп. Любого же утомите –

-О, как остроумно, ну и шутки у тебя –

-Всё, я пошёл, счастливо оставаться - Отто подвинул стол, едва не опрокинув всю посуду.

-Да, я тоже – сказал Дитлеф спускаясь с крыльца вслед за ним.

-Ты с нами? –

-Нет, боюсь умереть со смеху. Останусь, отец просил кое с чем помочь -Шарлотта проводила их напряжённым взглядом и пробурчала себе под нос что-то невразумительное.-В каком смысле с ?цирюльником?? – Спросила Камилла-В том смысле, что мой брат кретин. Одного не пойму, чего вдруг нашло на Викторию –

Камилла пожала плечами. Она молчала, уставившись на пустую кофейную чашку и, сосредоточенно хмуря светлые брови, о чём-то думала, потом вдруг поднялась и, ни слова не говоря, вышла из-за стола.

-А ты куда? - удивилась Шарлотта.Камилла не ответила, она мечтательно смотрела вдаль и, улыбаясь собственным мыслям, поправляла шляпу.

-Камилла? -

-А? –

-Я спросила, куда ты уходишь? –

-Я… Я хочу навестить семью Йоханнеса и предупредить их о том, что начался сезон охоты, чтобы выстрелы их не пугали - она раскрыла зонт.

-Уверяю тебя, прожив здесь столько лет, к выстрелам они привыкли. Идём лучше в дом, покажу платье. Только тебе, раз уж Виктория нас покинула -

-Прости, Шарлотта, но я должна их предупредить. А после вернусь и посмотрю –-Вы сегодня все с ума посходили, жара что ли действует? - крикнула Шарлотта ей вслед, но Камилла, подхватив свои летящие юбки, удалялась так быстро, что уже вряд ли слышала.

Она была полна решимости, ведь не иначе как судьба даёт ей шанс.***Проклятое сучковатое полено никак не поддавалось. Рубашка промокла от пота, на руках прибавилось мозолей, но сколько бы усилий он не прикладывал, с какого бы боку не подходил - удалось отбивать только щепки.

Йоханнес злился, замахивался снова и снова, а колун лишь увязал в липкой древесине, не нанося особых повреждений. Возможно, затупилось лезвие, возможно, стоило позвать отца и распилить бревно вместе, возможно, стоило отдохнуть, ведь несколько ночей подряд его мучила бессонница, но Йоханнес точно обезумел, колотил в одно и то же место, не чувствуя боли в натруженных мышцах, не обращая внимания на шум в ушах, ничего вокруг не замечая. Будто существовал только он, этот упёртый обрубок с сотнями годовых колец и всепоглощающая злоба на собственную никчёмность.

Острые щепки летели в лицо, одна из них, оцарапав веко, чуть не лишила глаза. Зарычав от боли, он отшатнулся назад и, наступив на пробегавшую мимо курицу, выронил топор, едва устояв на ногах. Ярость окончательно взяла верх, он схватил несчастную птицу за шею и истошно кричащую притащил к бревну, взял топор, замахнулся.

Широко разину клюв курица издавала громкие вопли, отчаянно била крыльями, и её ничтожные попытки освободиться пробуждали в нём дремавшую доселе жестокость. Он сотню раз рубил им головы, но ни разу в жизни не испытывал удовольствия от страданий. Курица хрипела и извивалась в предсмертной агонии, пока Йоханнес сильнее сжимал её шею, изучая собственные ощущения, но, когда внезапно пришёл к выводу, что ему и впрямь это нравится, испугался, выбросил топор и отшвырнул курицу в сторону.

Суетливо закудахтав, припадая на правую лапу и оттопыривая крыло, тупая птица, точно ополоумев, металась по двору вместо того, чтобы спрятаться.

Йоханнес потёр руками пылающее лицо, нажимая на глаза так, что появились разноцветные блики, ему хотелось кричать и рвать на себе волосы, он ненавидел себя за то, во что превратился, но ещё больше ненавидел её за то, что одна мысль о ней могла запросто лишить его самообладания.

Интересно, имеет ли Виктория хоть малейшее представление о том, какое влияние на него оказывает?

Очевидно, имеет, раз поступает с ним столь бесчеловечно и, в отличие от него, не страшится своей жестокости.

Йоханнес видел её сегодня на пристани, цветущую, прекрасную, совершенную; она посмотрела на него свысока, равнодушно. Так обычно смотрят на людей второго сорта, а он поймал себя на мысли, что готов выкрасть её, посадить под замок, исполнять любые капризы, прислуживать, чтобы она наконец поняла, что никто в целом свете не будет любить её столь же сильно как он.

-До чего ж ты меня довела, Виктория - произнёс он и, тяжело выдохнув, поплёлся в дом.Прохладная вода, которую он, не жалея, плескал себе на лицо и шею, постепенно привела в чувства. Он взял с подоконника растрескавшийся кусок зеркала и, посмотревшись в него, провёл рукой по лицу. Неплохо бы было побриться. А может напротив - стоит отпустить бороду, когда книга выйдет в тираж, его фотография обязательно появится в газете, и с бородой он будет выглядеть представительнее. Поразмыслив, Йоханнес болезненно морщится, вспомнив, что за последнее время не написал ни абзаца, слова отказываются ему подчиняться, и завершение книги всё чаще кажется невозможным.

Он возвращает зеркало обратно на подоконник. Побриться всё-таки стоит, это дисциплинирует, а ещё стоит взять себя в руки и попытаться писать через силу, ведь конец ему уже известен.

-Йоханнес? –

Голос матери выводит из задумчивости, она стоит на пороге его комнаты, держа в руках несколько измятых листов. Взгляд у неё застывший, а лицо белое, как у покойника.-Что произошло, тебе плохо? - Он бросается к ней и подвигает стул – присядь, может принести воды? –

Она тяжело опускается на стул, мотает головой и, положив на стол потрёпанные листы бумаги, поднимает полные слёз глаза.

-Это… Это ты написал? – Шепчет она.-Где ты их взяла? – Воскликнул Йоханнес громче, чем следовало, только теперь он обратил внимание, что она держала в руках – господи, это ведь черновики, никому нельзя их читать –

-Ты написал – она кивает, сама ответив на свой вопрос.-Я, а кто ж ещё? - Йоханнес быстро собирает листки комкает их и прячет в карман брюк.Мать всхлипывает, низко опустив голову и сминая в руках засаленный передник. Вид у неё такой, будто ей только что сообщили о его смерти.

-Я не верю. Милый мой, скажи о чём эта книга? –

-О людях, о жизни, о…-

Она закрывает ладонью рот и рыдает уже беззвучно.-Позволь узнать, что тебя так расстроило? Неужели настолько плохо написано? –

-Нет, вовсе нет, написано потрясающе. Так… Так живо, будто ты сам пережил каждый момент – она стиснула зубы и изо всех сил сдерживала слёзы, но нижняя губа продолжала дрожать.-Что-то пережил, что-то вымысел - это же художественное произведение. Не пойму почему ты плачешь? –

-Просто это настолько правдоподобно… Твои тексты потрясают до глубины души, у тебя и вправду талант –

-Спасибо. Но впредь не стоит копаться в моих записях, это может испортить всё впечатление. Прочтёшь, когда книга будет готова, хорошо?–

-Конечно, не сердись на меня, милый, я просто хотела навести порядок у тебя на столе. Скажи, а та девушка, которую… -Кто-то негромко, но продолжительно постучал в дверь.

-Кого там ещё принесло? - Проворчал Йоханнес.Мать поспешно вытерла слёзы и расправила смятый передник-Я открою –Камилла нетерпеливо топталась на месте и, когда дверь распахнулась, она, оставив попытки вспомнить речь, которую придумала по дороге, решила, что будет импровизировать.-Здравствуйте – воскликнула она, улыбаясь.

Мать Йоханнеса лишь кивнула, не скрывая своего удивления.-Я Камилла. Камилла Сейер, но, должно быть, вы меня уже не помните –

-Конечно помню, дорогая, пожалуйста проходите, просто вы меня слегка удивили, у нас нечасто бывают гости –

-Благодарю вас – Камилла вошла в дом, чуть пригнув голову на пороге, будто вход показался ей настолько низким, что она могла разбить лоб.Йоханнес поморщился, вспомнив, что Виктория, однажды навестив их, делала точно так же.Камилла осмотрелась.-Как здесь мило и романтично. Мне всегда нравился ваш дом. Ой…- Её щеки налились краской, когда она увидела Йоханнеса, предпочитавшего стоять в стороне и до последнего не обнаруживать своё присутствие.-Добрый день – разволновавшись, Камилла присела в неловком реверансе, кончик сложенного зонта громко стукнул об пол – Я… Простите, что без приглашения. Я просто пришла предупредить вас –-Добрый день, Камилла – Йоханнес поцеловал её руку, и она засияла, отчаянно пряча глаза – и о чём же вы пришли нас предупредить? –

-О том, что приехал камергер с семьёй, а, значит, сезон охоты открыт –

-Так –-Так вот, я пришла предупредить вас, что, если вдруг услышите выстрелы, не волнуйтесь - это они. Отто, Дитлеф, ну или Виктория –

-Виктория? – Йоханнес удивлённо поднял брови.-Спасибо, что сообщили, теперь нам и впрямь будет спокойнее – сказала мать.-Не за что, мне было несложно, я как раз прогуливалась неподалёку. А теперь мне, наверное, пора уходить, до свидания – Камилла улыбнулась, осмелившись бросить быстрый взгляд в сторону Йоханнеса и развернувшись, медленно направилась к двери.-Стойте, Камилла, позвольте вас проводить - сказал он.

-Конечно, очень мило с вашей стороны –Они шли, не торопясь, близко, но не слишком, старательно избегая зрительных контактов.От волнения у Камиллы развязался язык, она болтала без умолку обо всём и сразу, сопровождая свою речь чересчур активной жестикуляцией и нервными смешками.

Йоханнес молчал, изредка поглядывая в её сторону, и ловил себя на мысли, что её звонкий голосок непостижимым образом прогоняет его печаль. Камилла пахла свежестью, её светлые волосы красиво переливались на солнце, а осанка была идеальной, как и подобает девушкам благородного происхождения. Йоханнес не видел её почти пять лет, за это время она успела из ничем не примечательной белобрысой девчонки превратиться в очаровательную молодую женщину, которую по какой-то необъяснимой причине заинтересовало его общество.-Я вас, наверное, утомила? Простите, болтаю, не умолкая - хихикнула Камилла.-Ни в коем случае, вы очень интересно рассказываете –

-Спасибо –

-Но может поведаете истинную причину своего визита –

Камилла повернулась, глядя на него в недоумении, и он тут же пожалел о своих словах. Глупо, будто он её в чём-то подозревает.

-Извините, просто раньше никто не беспокоился о том, что нас могут потревожить выстрелы -

-И очень зря, сегодня утром я чуть не умерла от страха. Потому-то и решила предупредить. Мне никогда не нравилась охота, а вам? –

-Нет, такие развлечения не для меня. Я - человек миролюбивый –

Камилла улыбнулась.-Я тоже. Потому-то меня сегодня очень удивила Виктория –-А что Виктория? – Спросил Йоханнес, стараясь казаться равнодушным.-Она пожелала отправиться на охоту вместе с Отто и была настроена так решительно, что мы не смогли её отговорить –

-Вот оно что, интересно… –-А главное совсем на неё не похоже, не иначе как спятила –

-Точно, спятила – сказал Йоханнес в сердцах, но тут же ретировался – ну, каждому своё, наверное, ей захотелось попробовать –

Камилла очаровательно пожала плечами.

-Скажите, Камилла, вам когда-нибудь доводилось видеть, как устроена мельница? –

-Никогда –-Тогда может я проведу для вас небольшую экскурсию, заодно навестим моего отца. Мы почти пришли –

-Да, да, конечно, было бы здорово – она подпрыгнула, хлопнув в ладоши, улыбнулась совсем по-детски.

-Тогда идёмте –

***Обнаружив, что ни одна вещь в её изысканном гардеробе решительно не предназначена для удобства, Виктория была вынуждена импровизировать.

Так наряд её состоял: из брюк Дитлефа, которые были на несколько размеров больше её собственного, фетрового жилета отца, льняной блузки с пышными рукавами, а завершал нелепый образ горе-охотника шёлковый шарф, которым пришлось подпоясать брюки под самой грудью и скромно надеяться не потерять их во время ходьбы. Она заплела волосы в косу, натянула сапоги для верховой езды и, со всех сторон осмотрев себя в зеркале, пришла к выводу, что на охоту она идёт в первый и последний раз.

По прошествии получаса, в полной боевой готовности Виктория спустилась с крыльца и теперь терпеливо ожидала, пока Отто исчерпает весь запас ассоциаций и перестанет смеяться.

-Чёрт, как же его… Их ещё в детских книжках рисуют. А тебе точно в этом удобно? –

-Да, точно и я очень рада, что сумела тебя развеселить, но может уже проявишь уважение и прекратишь – она взволнованно огляделась по сторонам.

-Да, извини. Чёрт, а когда злишься ещё больше похожа. А ещё у нас во взводе был такой парень, мы его коротышкой звали… --Ну ладно, всё, я уже поняла, что не уникальна и похожа на каждого второго солдата из твоей части, но может закончим с ассоциациями и перейдём к практике? Давай сюда ружьё –

-Эй, погоди, коротышка - он снова едва сдержал смех –ружьё тебе ещё рано, понесёшь вот это - он сунул ей большой тряпичный мешок, который она едва смогла удержать.

-Что там? –-Патроны, спички, сигареты, виски, в общем, всё что нужно для хорошей охоты –-Виски? –-Да, я не смогу спокойно наблюдать за твоими ?успехами? на трезвую голову –

-Отлично – она перекинула через плечо широкую кожаную лямку – идём? –

-Да, идём –Он открыл садовую калитку и прошёл вперёд, даже не подумав её придержать. Наперевес с мешком Виктория едва поспевала за его шагом.

-Помедленней, Отто, имей совесть –-Ах, да, придётся тебе усвоить несколько простых правил-

-Каких ещё правил? - Она тяжело выдохнула.-Раз уж ты решила сегодня почувствовать себя мужиком, забудь о своих женских штучках, не вздумай ныть и капризничать. Хочешь пить - пей, в мешке есть вода, устала - остановись, отдышись, но имей в виду ждать я тебя не буду. Постарайся не заблудиться и смотри под ноги –

-Так точно, лейтенант, а честь отдавать надо? –

-На твоё усмотрение. Не отставай – он ускорил шаг.Виктория, как могла, старалась быстрее перебирать ногами, но, свернув с тропинки и направившись в лесную глушь, в тяжёлых сапогах она начала спотыкаться, мешок буквально тянул её к земле и вскоре она безнадёжно отстала, потеряв Отто из виду.

Она миновала амбар для хранения сена. Оставив там жилет, закатала рукава блузки и, утерев пот со лба, продолжила идти, внимательно глядя под ноги. Карабкаясь на небольшой пригорок и, несколько раз чуть не скатившись оттуда кубарем, Виктория уже была готова сдаться, вернуться домой или хотя бы попросить помощи, но, вспоминая его самодовольную улыбку, тут же брала себя в руки, не смея даже пискнуть. Раз уж вызвалась спорить - придётся идти до конца.Она всегда любила прогулки по лесу, так, чтобы в лёгком платье, в шляпе с широкими полями, неспешно бродить по исхоженным тропинкам, любоваться природой и придаваться мечтам. Лес казался ей светлым и приветливым, точно из сказки, до сегодняшнего момента.Она и подумать не могла, что прогулка по знакомым местам может превратиться в настоящую полосу препятствий. О ровной дороге можно было забыть - сплошные холмы, рытвины и острые коряги, появляющиеся в самых неожиданных местах, только и успевай перепрыгивать, жгучая трава, сплетённые ветви деревьев, которые обязательно хлестнут по лицу, когда постараешься их отодвинуть. Но хуже всего была грязь, липкая, тягучая, местами Виктория увязала в ней по самые лодыжки, не в силах сделать и шагу.

Она остановилась, опасаясь, как бы не потерять сознание и ненароком не утонуть, её тело не привыкло к подобным нагрузкам и теперь болела буквально каждая мышца. Отто ведь нарочно выбрал именно этот путь, надеясь, что она не справится и откажется от своей затеи, собственно, раньше Виктория так бы и поступила, но сегодня ей вдруг захотелось доказать ему, что не такая уж она и беспомощная.

-Хоть бы предупредил, что придётся пробираться через болото! - Прокричала Виктория, с трудом выбравшись из грязи. Слегка насторожила тишина, но, услышав треск и шелест шагов, она успокоилась - я бы прихватила трость! –

Ответа не последовало. Ясно, молчит, пытается напугать, но не на ту напал, она кожей ощущает его присутствие.Позволив себе немного передохнуть и перекинув кожаную лямку на другое плечо, она двинулась дальше. Плотно сплетённые ветви деревьев почти не пропускали солнечный свет, и продолжительные дожди размыли эту часть леса настолько, что она и впрямь походила на болото. Виктория боялась, как бы не оставить здесь свои сапоги.Она не знала, сколько успела пройти, прежде чем силы окончательно её покинули, ей хотелось бросить проклятый мешок, ставший невероятно тяжёлым, и улечься рядом, но внезапно ноги перестали увязать, дорога стала ровнее, лес прояснился, и она глазам своим не поверила, когда увидела знакомую местность - небольшую поляну, куда она часто приходила, чтобы просто побыть в тишине. Усталости как не бывало она едва сдержалась, чтобы не завизжать от радости, ведь, когда забрела глубоко в лес, начала всерьёз опасаться, что заблудилась.

-Думай, что хочешь, но я устала и не намерена идти дальше! Слышишь, Отто, я остаюсь здесь и обратно вернёмся другим путём! - В ответ тишина. Виктория прислушалась, только легкий ветерок тревожит кроны деревьев.

-Отто? - Снова ничего – ну хватит, шутка затянулась и становится неуместной - она оглянулась вокруг и, не обнаружив признаков жизни, почувствовала, как внутренности начинают неприятно холодеть – Отто, я серьёзно, это уже не смешно. Где ты? –

Вдалеке будто бы снова послышались шаги, и Виктория усилием воли заставила себя поверить, что бояться нечего. Она шагнула в сторону поляны и наступила на какой-то твёрдый предмет, наклонилась, чтобы проверить, но кто-то грубо схватил её за плечи и рывком оттащил в сторону.-С ума сошла! – рявкнул Отто.-Господи! Что ты творишь? Напугал меня! Где ты был? –

-Хотел задать тебе тот же вопрос – он осмотрелся и поднял с земли толстую берёзовую ветвь, должно быть, сломанную ветром – как ты сюда попала? -

-О, очень смешно, шла по тому же пути, что и ты –

Он посмотрел на её испачканные сапоги.

-А похоже, что лезла через болото -

-А разве ты не этого добивался, когда потащил меня через чащу? –

-Не через какую чащу я тебя не тащил, ждал за старым амбаром, но ты куда-то пропала – он опустил взгляд, зачем-то постукивая палкой по земле – пришлось идти на поиски -

-О чём ты говоришь? Ты был рядом, я тебя слышала –

-Я увидел тебя только сейчас и, надо сказать, очень вовремя, ни на секунду нельзя тебя одну оставить -

-Это ещё почему? Я ведь ни разу не попросила о помощи -

Он усмехнулся.-Да, выбралась сама. Так что довольно выставлять меня дурочкой, я этот лес знаю не хуже тебя, а то может и лучше. И вообще с чего ты взял… -Послышался хлопок, ветка разлетелась на щепки, Виктория прикрыла ладонью рот, вопросов у неё больше не возникало.

-Я же говорил, смотри под ноги, будь внимательней, это ведь могла быть твоя нога –

-Но кто додумался поставить здесь капкан? - Спросила она, с ужасом разглядывая сомкнутые железные зубья, без проблем способные раздробить человеческую кость.-Понятия не имею. Видимо, какой-то кретин, вблизи усадьбы капканы не ставят -

Виктория прикусила губу, брать в руки оружие у неё пропало всякое желание.

-Ну ты чего? Испугалась что ли? - Отто хлопнул её по плечу – подумаешь, обошлось ведь -

-Подумать только, что происходит с бедным животным, когда оно туда попадает – Виктория пялилась на капкан, как завороженная.-Да ничего с ним не происходит, раз и всё - мгновенная смерть, они и понять не успевают. Так что это даже гуманно –

-Убийство - это гуманно? –

Отто шумно вздохнул.-Так, ну всё, заканчивай. Мы, кажется, не за этим здесь, или ты уже передумала? –

-Вот ещё, не дождёшься. Но по живой цели я стрелять не стану – ответила Виктория, поправив импровизированный пояс, съехавший набок.-Рано тебе ещё по живой цели, сперва держать хотя бы научись –

Мишенью была выбрана пустая бутылка, установленная на небольшом расстоянии.

От напряжения у Виктории дрожали руки, приходилось прикладывать немало усилий, чтобы удержать ружьё на весу, но как бы она не старалась, его всё равно раскачивало в разные стороны.

-Просто ужас. Нет, так не пойдёт, дай – Отто подошёл и забрал у неё ружьё – передохни, ты слишком напряжена --Не нужно было заставлять меня тащить этот проклятый мешок –

-Ну извини, знать бы заранее, что ты через весь лес его потащишь –Она пожала плечами.-Ладно, иди сюда –

Виктория подошла.

-Повернись. Одну ногу туда – он положил руки ей на талию и чуть наклонил вперёд – вес на неё, назад не заваливайся, не справишься с отдачей -

-С отдачей. И сильно… Толкнёт? –

-Не волнуйся, на ногах устоишь - усмехнулся Отто – так, теперь вскидывай ружьё, должны участвовать обе руки –

Виктория старалась не дышать, держа ружьё двумя руками, но ствол всё равно качался из стороны в сторону.

-Нет, смотри – его рука накрыла её руку и сдвинула вперёд - левую руку расположи как можно дальше, но слишком не напрягай, правую медленно отведи назад, вот так. Удобней? –-Ага -

-Не заваливайся – он снова чуть подтолкнул её вперёд –локти выше, так будет проще, прижми к плечу, сюда, где впадина – пальцы прошлись по её ключице - целься, левая рука направляющая –

-Поняла -

-Наводи, прикрой один глаз. Да не оба –-Ой, да – Виктория улыбнулась-Посерьёзнее –

-Да, лейтенант -

-Мушку подводи к точке, в которую нужно попасть -Прикрывая один глаз, она изо всех сил старалась игнорировать его близость, не имеющую никакого подтекста, но тем не менее заставляющую думать отнюдь не о стрельбе.

-Наводи, не спеши, сосредоточься. Спускай курок, как только будешь готова, как только мушка сойдётся с целью -

-Готова? –-Да --Стреляй - шепнул он ей на ухо.Виктория нажала на курок. Раздался громкий хлопок, она вздрогнула и едва не выпустила ружьё из рук. Бутылка осталась цела и невредима.

-Ну вот – фыркнула она.-Ничего, с первого раза ещё никому не удавалось. По крайней мере, тебе теперь понятно, как держать. Только в момент выстрела не выпускай ружьё, хорошо? --Хорошо, а можно ещё? –-Неужели понравилось? –-Пока не поняла –

Пугливой и совершенно безобидной Виктории охота всегда была настолько чуждой, что она даже предпочитала обходить стороной охотничью сторожку и несмотря на то, что всю жизнь прожила в окружении охотников, продолжала вздрагивать, услышав звук выстрела. Однако, держать в руках ружьё, слушать советы, наводить на цель и надеяться не промазать оказалось занятием весьма увлекательным. Она будто бы переступала через черту дозволенного, прикасалась к чему-то запретному, в крови, как и вчера вечером, закипал адреналин.Отто перезарядил ружьё.

-На, теперь сама. Помнишь? Упор на переднюю ногу, руки не напрягай, но держи крепко. Локти выше, приклад упирается в плечо –

Плотно сжав губы, она чётко следовала всем советам, настолько сосредоточенно, что от напряжения начинала болеть голова. Мушка сошлась с целью, она спустила курок, но снова промах.

-Проклятье! – В сердцах воскликнула Виктория – что я делаю не так? –-Я же говорил, нужен опыт -Она прикусила губу, внимательно уставившись на бутылку.

Вдалеке послышался угрожающий раскат грома, и, судя по тому, как раскалился воздух, гроза неизбежно застанет их врасплох. Однако, это волновало Викторию в последнюю очередь.-Вернёмся? - Спросил Отто.-Нет, хочу ещё, я должна попасть -

-Надо же. Ну ладно, давай, попробуй ещё –

Шумно выдохнув, она взяла ружьё. В третий раз расположить руки правильно и занять удобную позицию оказалось проще.

-Так? – Крикнула она, не отводя взгляда от цели.-Так. Но давай я тебе помогу. Пока не попадёшь не успокоишься? –

-Не-а -

Он встал позади неё, снова крепко ухватив за талию, чуть подтолкнул вперёд. Его дыхание приятно согрело затылок, и шея покрылась мурашками, Виктория непроизвольно вздрогнула. Руки поползли вверх, чуть приподнимая и разводя локти. Она чувствовала, как его ресницы щекочут щёку.

-Наводи. Сосредоточься - одна рука снова сползла на талию, затем на бедро.

-Отвлекаешь - шепнула она, когда его подбородок опустился на её плечо.

-Тебя ничего не должно отвлекать. Есть только цель – он наставил на курок её указательный палец, прикрывая один глаз – видишь? –-Да - ответила Виктория, хотя теперь стрельба отошла далеко на второй план, слишком ощутим был жар его тела.

-Готова? – Спросил Отто, держа свои руки поверх её.-Так точно –-Стреляй -

Слишком быстро, она и понять не успела, звук выстрела и разлетевшейся на тысячу осколков бутылки явно опередил её мышление.

-Попала… - Шепнула она завороженно - Видел? Я попала! –

-Да, молодец. Наконец-то, только ружьём не размахивай – Отто отвёл в сторону дуло двустволки.

-Ой, да. Нет, ну ты видел? Боже, я и не думала, что сумею попасть! Это невероятно! Может теперь попробуем по движущейся мишени –-Помнится кто-то был против убийств животных. Неужто проснулся охотничий инстинкт? -

-Ну… Давай хотя бы - она замолчала, потому что совершенно неожиданно с неба обрушился ливень, да такой сильный, что они оба мгновенно промокли.-Чёрт возьми! Надо было вернуться – крикнул Отто, из-за шума дождя его голоса практически не было слышно.-Что? - Виктория вытерла лицо – что нам делать? –

-Бежать! – Он подхватил мешок и перекинул ружьё через плечо.-Куда бежать? –

-Обратно. Давай, не отставай. Где амбар помнишь? - Он спустился с небольшого холма и, даже не думая подождать, мгновенно скрылся из виду.

Виктория, поскальзываясь на мокрой траве, придерживая намокшие и отчаянно ползущие вниз штаны Дитлефа, неуклюже помчалась следом. Дождь заливал глаза, и она с трудом могла различить маячившую вдалеке фигуру. Отстала, но, похоже, не безнадёжно.

Амбар оказался ближе, чем она думала, и Виктория позволила себе немного замедлиться. Раз для него это игра в догонялки, пусть себе радуется, что пришёл первым. О правилах этикета, воспитанности и прочей ненужной ерунде не могло быть и речи, это же Отто, он и на людях не всегда им следует.

Виктория поморщилась, вспоминая, что в детстве ради такой победы, он не гнушался подставить ей подножку или толкнуть в спину. А после все его хвалили за быстроту и ловкость, но никто решительно не хотел замечать отвратительного поведения, лишь однажды камергер пригрозил ему пальцем, когда всеобщий любимчик посмел сквернословить при гостях. Вопиющая несправедливость ранила её детское сердце, взращивая ненависть с раннего возраста, и Виктории казалось, что она будет вечной.

-Ну ты где там? - Крикнул Отто, уже добравшись до места.

Виктория, собрав оставшиеся силы, совершила последний рывок. Цепляясь за порог тяжёлыми сапогами, она, едва держась на ногах, заползла под крышу.

Когда дыхание восстановилась, она осмотрелась. Высокий потолок, почерневшие от времени доски сплошь изрезаны трещинами, однако, здесь было на удивление сухо. А она думала, что, как и другие постройки, находившиеся вдали от усадьбы, амбар давно снесли или забросили, однако, наличие свежезаготовленного сена говорило об обратном.

Отто взъерошил мокрые волосы.

-Медленно бегаешь. Этому тебя тоже учить? –-Изучил бы ты лучше правила приличия -

-Что? –-Говорю, мог бы и подождать, я вообще-то леди -

-Леди - он усмехнулся – на охоте не бывает леди, помнится, я тебя об этом предупреждал –

Не придумав как возразить, Виктория предпочла гордо промолчать. Дождь усилился настолько, что из-за сплошной водяной завесы невозможно было разглядеть что-то дальше вытянутой руки, казалось, весь остальной мир смыло этим беспощадным ливнем.

-Похоже, это надолго - озвучил Отто её мысли.-Похоже – она расплела волосы и пальцами прочесала спутанные пряди, в тщетной попытке хоть немного их просушить. Обнаружив оставленный жилет, Виктория накинула его на плечи, однако, от холода он не спас.

Нет ничего романтичного в том, чтобы попасть под дождь, противно, мокро и холодно.Отто стянул с себя вязанный кардиган, отжал до треска и, обнаружив, что это не помогло, бросил его в сторону аккуратно сложенного сена.

Он выудил из кармана портсигар и кое-как закурил, найдя одну единственную уцелевшую спичку.

Виктория ощущала на себе его пристальный взгляд, расслабленно привалившись к косяку, он наблюдал за ней без отрыва, и она поймала себя на мысли, что оставаться с ним наедине ей всё ещё неловко. Отто, похоже, холодно не было, зато её снова начинает трясти.

-Точно - сказал он и, подняв с полу небрежно брошенный вещь-мешок, достал оттуда бутылку виски. Открыл крышку и протянул ей – держи -

-Что? Зачем? - Спросила Виктория, чувствуя, что краснеет.-Тебе надо согреться. Пей, чего смотришь, это поможет -

Виктория зажмурилась и сделала несколько глотков, опасаясь, что огненная жидкость моментально попросится наружу.

-Ну всё. Молодец, достаточно - Отто забрал у неё бутылку и, сделав большой глоток, предложил сигарету.

Виктория отрицательно мотнула головой.

Отто усмехнулся.-Хорошая девочка –

-И что в этом плохого? –-Ничего – сузив глаза, он посмотрел куда-то в даль –хорошим бывает скучно –

-Очевидно, с ней тебе скучно не было - Виктория прикусила губу, она и сама не поняла, как могла ляпнуть такое.

Отто как-то странно посмотрел на неё, а на лице вновь появилось то пугающе мрачное выражение.-Прости - только и смогла произнести Виктория.Он равнодушно повёл бровями, снова уставившись в непроглядную даль. Теперь возникшее молчание казалось ей невыносимо тяжёлым.Виктория подошла ближе и, протянув руку, осторожно забрала у него сигарету, сделала пару неглубоких затяжек и тут же закашлялась, согнувшись пополам.

-Ужас, что это за отрава? - Прохрипела она.-Дай сюда – Отто покачал головой – дурочка ты, зачем? –-Хотела попробовать –-Не так надо – он приблизился к ней вплотную, и она была вынуждена отступить.

Виктория наблюдала за его действиями, словно заворожённая. Большой палец скользнул по её нижней губе, мягко потянув вниз, он наклонился и выдохнул ей в рот едкий дым сигареты. Виктория замерла, не зная, как реагировать. Странное ощущение.

-Можешь дышать – шепнул он, и она послушно вздохнула.

-Так лучше - пискнула Виктория, осмелившись положить руки к нему на грудь. И куда же девалась былая уверенность?

-Не ври -

Отто затушил сигарету. Отбросил назад её мокрые волосы, подтолкнул ближе к стене, чтобы лишить возможности сбежать. Сбегать она, конечно, даже не думала, хоть и чувствовала себя на удивление неуютно. Наверное, стоило выпить побольше.

Глядя в его гипнотические глаза, со слегка расширенными зрачками, Виктория и впрямь начинала опасаться, сейчас он снова казался ей совершенно другим человеком, совсем не тем, кто сегодня утром был с ней в охотничьей сторожке. Однако, это нисколько не умаляло её желания. Она вздрогнула, ощутив прикосновение его губ на своей шее, поднимающихся вверх к мочке уха и слегка прихватывающих нежную кожу. Широкие ладони скользнули по спине, согревая продрогшую кожу, ставшую слишком чувствительной. Каждое касание, точно электрический ток.Виктория надрывно вздохнула, когда, расстегнув верхние пуговицы на блузке, Отто целовал её плечи, опускаясь ниже, к ложбинке между грудей.Сердце забилось быстрее, но в голове плотно засела навязчивая мысль, которая никак не давала расслабиться. Виктория подсознательно сравнивала себя с Луизой и в сравнении этом очень сильно проигрывала. Недостаточно красива, недостаточно раскована, стесняется быть слишком громкой, потому что собственные стоны кажутся ей фальшивыми, а тело её настолько далеко от совершенства, что непонятно, на что она могла рассчитывать. Сейчас-то при свете дня Отто увидит разницу.

Сомнения сделали её движения ещё более заторможенными, на большее, чем стискивать в кулаках его рубашку она была не способна.

Но тем не менее вкус его губ, его запах, как и прежде кружили ей голову, лишали воздуха, а чересчур откровенные прикосновения требовали продолжения, не давая ни малейшего шанса на отказ. Будь она чуть посмелее, смогла бы в полной мере насладиться моментом.

Не справившись с огромным количеством мелких пуговиц, Отто с силой рванул полы блузки, Виктория непроизвольно приложила руки к груди, когда он скользнул по ней взглядом. Вновь целуя её губы, он сильнее сжимал бёдра, закинув одну ногу себе на талию плавным движением подтолкнул к стене. Слушая его участившееся дыхание и ощутив жар крепкого тела, внизу живота само собой возникло приятное тянущее ощущение.

Отто развязал пояс, и брюки тут же сползли вниз. Не переставая целовать, он ловко избавлял её от лишних предметов одежды, а Виктория лишь хватало смелости не сопротивляться. И когда на ней осталась только блузка, он взял её за подбородок и заставил поднять глаза.-Что такое?

Она мотнула головой, физически ощущая его взгляд, которым он умел прикасаться так же, как и руками.

-Стесняешься – Отто улыбнулся, в его голосе она услышала издёвку, но прежде чем успела сообразить, что ответить, его пальцы одним ловким движением забрались между ног, поглаживая и надавливая на чувствительные точки.

Виктория шумно выдохнула и посмотрела на него умоляюще, непроизвольно цепляясь за запястье. Но Отто останавливаться даже не думал, в его взгляде плясали черти, пальцы легко скользили по нежным складкам, заставляя её вздрагивать и прикусывать губу.

-Просто расслабься - шептал он ей на ухо.Виктория, держалась за его плечи, будто боясь упасть, что в принципе было возможно, учитывая то, как сильно дрожали колени. Лицо просто горело, она стыдилась реакции собственного тела: того как непроизвольно двигала бёдрами, как тихо постанывала и бесстыдно изливалась на его пальцы, а он, будто ничего не замечая, продолжал эту сладкую пытку.

-Просто отпусти себя. Ты прекрасна – говорил он, прикасаясь губами к её шее, и чем интенсивнее становились эти необходимые, очень правильные движения, тем охотнее она верила его словам.

Он быстро поднял её на вершину удовольствия и обеспечил не менее фееричный спуск. Простонав, Виктория, задрожала всем телом, оседая в его руках, ощущая, как сердце грозится выпрыгнуть из груди.-Молодец, хорошая девочка - на его лице сияла торжествующая улыбка.Он снова чувствовал себя победителем. И это послужило отправной точкой. Парадокс, но самым бесстыдным способом он смог избавить её от стыда. Больше никакой скованности, будто проснулись какие-то животные инстинкты, и сейчас для неё имело смысл только одно огромное желание близости.

Поднявшись на цыпочки, она целовала его чувственные губы, ощущая прикосновения языка и опьяняющий привкус виски, обвивая руками за шею и прижимаясь всем телом.

Он легко подхватил её на руки и так же легко опрокинул на лопатки. На удачу, сено заготовили совсем недавно, и оно ещё не успело как следует высохнуть, хотя сейчас ей было бы всё равно, даже если б зад исколола жёсткая ость.

Виктория выгибается ему навстречу, горячие губы исследуют каждый миллиметр кожи. Распахнув блузку, он долго и мучительно медленно ласкает её грудь, довольно ощутимо покусывая и делая чувствительной к дальнейшим прикосновениям языка. Она сдавленно стонет, и когда он спускается ниже, целуя низ живота, внутреннюю сторону бёдер, а затем снова возвращается к пульсирующим губам, Виктория понимает, что любовные сцены, описанные в женских романах, с реальностью не имеют ничего общего. Никакого трепета, никакой романтики, только сбившееся дыхание и угрожающе сильная пульсация между ног.Пальцы отказываются подчиняться, её колотит будто от холода, но она всё равно избавляет его от рубашки, расстёгивает брюки. Ненадолго вернув ей способность двигаться, Отто позволяет ей прикасаться, и Виктория без зазрения совести использует эту возможность, позволяет себе смотреть с наслаждением, с замиранием сердца скользить руками по широкой груди и плоскому животу.

На терпение больше не остаётся сил, опираясь на локти и слегка придавив своим весом, Отто проникает в неё одним мощным толчком, Виктория резко выдыхает, будто из лёгких выбили воздух. Она шире разводит ноги, держась за его запястья, пытается поймать этот ломаный ритм. Движение то плавные, медленные, дающие прочувствовать весь спектр удовольствия; то резкие, беспорядочные, вытесняющие остатки разума и заставляющие истошно кричать.Руки скользят вдоль широкой спины, проходятся по изгибу позвоночника, до крепких ягодиц, возвращаются обратно. Хочется ощущать его теплоту глубже и так долго, насколько это возможно, но на этот раз она слишком быстро достигает предела, и когда по телу вновь прокатывается уже знакомая дрожь, Отто вдруг отстраняется и, не давая времени сообразить, быстро меняет позу, усадив её, разгорячённую и почти обезумевшую, к себе на бёдра.

Она прерывисто выдыхает в его губы, обвивая ногами за талию. Кожа его стала влажной, слишком горячей, на плечах выступают капельки пота. Она проводит рукой по растрепавшимся волосам, убирая мокрую прядь, упавшую на лицо. Целует губы, шею, ключицы и, встретившись с ним взглядом, понимает, что пропала, утонула в омуте этих дьявольских серых глаз ещё в ту первую ночь. А ведь ещё пыталась убедить себя в обратном.

Отто мягко прикусывает мочку уха, проводит языком по нижней губе, а его совершенно бессовестные руки перемещаются с талии на бёдра, завершая короткую передышку.Темп увеличивается, моментально приобретая пугающую скорость.Её ресницы увлажняются, в висках стучит кровь и, кажется, тело не выдержит интенсивности ощущений. То, что происходит сейчас, не имеет ничего общего с тем, что происходило между ними до этого.Виктория теряет контроль, вздрагивает от толчков его бёдер, ногтями впиваясь в плечи, оставляя красные полосы. Движения становятся жёстче, пот градом катится с её волос. Дыхание сбилось, будто бы сделавшись общим.

Удовольствие накрывает волнами, она слышит лишь собственный крик, и хлопки разгорячённых тел, теплота, возникающая внизу живота, безудержно разрастается, превращаясь в огонь, заполняя собой всю её сущность. Истома… Бессилие…Отто откидывается на спину, Виктория по-прежнему обнимает его за шею, просто не получается двинуться с места.-Я люблю тебя – шепчет она самозабвенно, но ответом ей служит тишина.

***Дождь прекратился, превратившись в мелкую морось. Устроившись на его груди, Виктория смотрит на блестящие от влаги деревья, вдыхает терпкий аромат листвы и свежего сена, сейчас казавшегося ей мягче перины. В мышцах приятная вибрация. С лица не сходит улыбка. Вот оно, состояние безграничного счастья. Эйфория.Отто молчит, будто погрузившись в глубокую задумчивость, она не смеет нарушить молчание, лишь кончиками пальцев поглаживает его плечо и, придвинувшись ближе, утыкается носом в шею.-Замёрзла? - Спрашивает он.-Немного - отвечает она. Обнаружив, что от холода её спасает лишь промокшая блузка и тепло его тела.-Может вернёмся? –-Не хочется –

-Тогда одевайся – вздохнув, Отто поднимается на ноги, моментом натягивает на себя брюки и мокрую рубашку.

Высокий, статный с безупречной солдатской выправкой, он остаётся очаровательным, даже когда не пытается им быть. Просто смотреть на него – отдельный вид удовольствия. А её вновь одолевает страх и спокойствию приходит конец.Прикрываясь разорванной блузкой, Виктория садится, подобрав под себя ноги.

-В чём дело, что-то не так? - Тихо спрашивает она.-Нет, нормально – говорит он, подбирая выпавший из кармана портсигар.

-Я сделала что-то не то? –

Он странно посмотрел на неё, усмехнулся, однако, ответом не удостоил.

-Отто? –-Да? –

-Всё было… Я была так ужасна? Холодна, как лёд? – Она не хотела задавать глупых вопросов, но сомнения брали над ней верх, и слова сами собой слетели с губ.

-Нет, но будешь если не оденешься - он бросил ей фетровый жилет.

Виктория быстро встала и, отвернувшись к нему спиной, принялась поспешно натягивать огромные брюки. Щёки горели, должно быть, она снова покраснела, а руки тряслись так, что невозможно было завязать пояс.Ей казалось, что теперь в его глазах она выглядит совсем убогой.-Виктория – он остановился позади неё и, взяв за плечи, развернул к себе.

Она подняла глаза, стараясь сохранить невозмутимость.

-Что я говорил насчёт твоих женских штучек? –

-Что? –

-Я говорил тебе, чтобы сегодня их не было -Виктория не ответила. Угнетённая собственными мыслями, она решительно не понимала о чём речь, кажется, с момента их глупого спора на веранде прошла уже целая вечность.-Ты была потрясающей, сама знаешь об этом, но зачем-то задаёшь идиотские вопросы и портишь всё впечатление-

-Потрясающей? –

-Да. Неужели, так трудно в это поверить? –

-Но я подумала –

-Меньше думай, проще будет жить –

Она слабо улыбнулась.

Он наклонился к её уху и прошептал - а теперь собирайся, коротышка, путь неблизкий, а тебе ещё мешок предстоит тащить –

-Ну нет! Ты издеваешься? Неужели снова? – Воскликнула Виктория.

Отто пожал плечами.-У меня от него всё тело болит –

Он смерил её внимательным взглядом.-Я как-то не заметил. Не отлынивай –

-Какой ты всё-таки грубый – она запахнула жилет.

-Но тебе это нравится –

-Вовсе нет –

-Не ври –

Не успела она возразить, как снова оказалась на сеновале, прижатая его весом и лишённая возможности двигаться. Кое-как собранные волосы растрепались, а блузка задралась неприлично высоко, лицо полыхало, но уже не от стыда.

-Не нравится, говоришь –

-Прекрати – она громко смеялась, уворачивась от быстрых беспорядочных поцелуев – Отто, перестань. Руки холодные! –

Неубедительные попытки освободиться вызывали новую волну возбуждения, кровь закипала, и хоть после прогулок по лесу все её мышцы ныли нещадно, Виктория была не против повторить.

Но внезапно всё прекратилось.

Отто замер, уставившись в сторону двери, во взгляде мелькнул стальной блеск.

-Что за… -

Он мгновенно вскочил, схватил ружьё и бросился к выходу.

-Стой! – Крикнул он и скрылся в высокой траве.

Викторию пронзило ледяным холодом. От испуга подкашивались колени, она неловко поднялась на ноги и выбежала из амбара.

-Отто? Что случилось? -Ужас сковал движения, она до боли прикусила кончики пальцев.-Отто, где ты? Не оставляй меня одну-

Куда деваться? Если что-то произойдёт, она даже не сумеет позвать на помощь.

Позади послышался шорох и чьи-то шаги, Виктория резко развернулась и уже готова была закричать, и помчаться во весь опор, но, увидев Отто, выдохнула с облегчением.

-Слава богу. Что произошло? –

-Ты готова? – спросил он.-Да. Но что случилось? –

Отто вошёл в амбар и взял вещь-мешок.-Идём – положив руку на талию, он слегка подтолкнул её и ещё раз внимательно осмотрелся.

-Отто, ты меня пугаешь. Объясни, что случилось –

-В траве кто-то был -

Её вновь затрясло.-Животное? –

-Не животное. Человек –

Она прикрыла ладонью рот.

-Человек? Но… Ты его видел? –

-Нет, я не успел его разглядеть. Сукин сын слишком быстро смылся –

-Хочешь сказать, он был там всё время? Наблюдал за нами? – Виктория вспомнила как, пробираясь через грязь, ощущала чьё-то незримое присутствие. По коже пробежали мурашки.

-Он следил… - выдохнула она – какой ужас –

-Так, успокойся, ладно. Мы не знаем наверняка. Сомневаюсь, что он бы высидел под дождём столько времени –

-Но кто? Кто это мог быть? –

-Может кто-то из племянников Сэйера. Не знаю. Выясним –

-Какой позор –

-Ну какой же позор? Я же сказал, ты была на высоте, пусть завидует -

Виктория усмехнулась, плотнее укутавшись в огромный жилет.

-Идём – он потянул её за собой, покровительственно приобняв за плечо – может повезёт и подстрелим какую-нибудь живность, а то что-то жрать захотелось –

-Какой мужлан – покачала она головой.Страх вроде бы отступил. Но, когда они проходили мимо колючих зарослей терновника, она вновь ощутила на себе чей-то взгляд.