Глава 4. Кайфовое место (1/2)
Я проснулась с тяжелой головой и осознанием того, что дышать могу только через рот. От этого дико болело горло и хотелось пить. Встать сейчас казалось самым большим испытанием. Да я даже глаза с трудом разлепила. Надо мной был деревянный потолок, с которого стекала по стене вода. Я даже не сразу поняла, что слышу стук капель, видимо, за ночь мой мозг уже привык к этому звуку. Прямо посередине потолка зависла, мерно покачиваясь от сквозняков, лампочка. Пыль с нее свешивалась такими клубами, что я сначала подумала, будто это мышь уцепилась за что-то хвостиком.С тихим то ли хрипом, то ли стоном я перевернулась на бок. Деревянные стены в точности повторяли все, что было на потолке, кроме разве что "мышки". Прямо передо мной был дверной проем, и виднелась другая комната, такая же пустая, как та, в которой лежала я. Отодвинув край толстого и неприятно пахнущего одеяла, я приподнялась на локте и оглядела оставшуюся часть помещения. Ничего. Будто всю мебель давным-давно вывезли. Откуда здесь взялись одеяла, для меня пока оставалось загадкой.Воспоминания потихоньку возвращались. Мне стало стыдно за свою слабость. Всего несколько часов под дождем, а я уже болею. Что дальше-то будет?
Температуры я пока не чувствовала, но болезнь плотно сомкнула на мне свои когтистые пальцы. Я искренне понадеялась, что смогу продолжить путь уже сегодня, если, конечно, на улице прекратился дождь. Впрочем, я не слышала, чтобы за окном что-нибудь шумело. Я вообще ничего не слышала, кроме ритмичного "кап-кап" со стен. На какой-то миг я перепугалась, что ребята меня здесь оставили, как ненужный балласт. Сердце пропустило пару ударов, а дыхание сперло. Однако я тут же заметила у двери одинокий и распухший от кучи припасов рюкзак Блэка. Можно было выдохнуть.Сзади что-то зашевелилось, зашуршало, и я с перепуга резко села, вызвав волну резкой боли в своей многострадальной голове. Оказалось, что шевелился Джек, мирно прикорнувший у стены. Его голова свесилась на грудь, оружие лежало на коленях, а кепка медленно, но верно сползала вниз. Я протянула руку, чтобы поправить ее, но немного не рассчитала, и она все-таки упала. Мужчина вздрогнул и открыл глаза. Я подтянула одеяло выше, прикрывая обнаженную грудь.- Доброе утро, - добродушно улыбнулся он, прищурив один глаз. - Как ты?- Думала, что вы меня оставили, - прошептала я осипшим голосом и, заметив вопросительный взгляд Джека, пояснила: - Я бы так и сделала на вашем месте...- Друзей в беде не бросают. К тому же ты задолжала нам за спасения, - мужчина улыбнулся и потянулся, разминая затекшие за ночь шею и плечи.
Мужчина поделился со мной флягой, и от воды стало значительно легче. Через пару минут я почувствовала, что могу встать и кивнула Джеку, который терпеливо ждал, чтобы помочь. Завернувшись в одеяло, я прошла к подоконнику и старой батарее, державшейся на одной только хлипкой трубе. Одежда моя все еще была мокрая, хотя мужчины постарались просушить ее. Джек поманил меня за собой, предлагая пройти в третью комнату.Оказалось, что вся мебель в доме не испарилась, а была передвинута к дверям в узеньком коридорчике, чтобы забаррикадировать вход от зомби. Немного попотев, мы смогли отодвинуть письменный стол и комод, чтобы добраться до шкафа. В процессе мне пришлось скинуть одеяло и закутаться в куртку Джека. В итоге мы откопали несколько огромных мужских рубашек и классических брюк девяностых годов. Пахло это все так, будто их примерно с тех самых девяностых и не стирали. Так что надеть я согласилась исключительно рубашку. Дедушка, который здесь жил, отличался, видимо, пивным животом и высоким ростом, так что смотрелась она на мне почти как платье, доставая до колен. Куртку я решила пока не снимать, потому что в доме было не намного теплее, чем снаружи, где все еще бушевал холодный ветер и ползали серые истощившиеся тучки.
Намучившись с перестановкой мебели, я уселась на полуистлевший матрас, поджала под себя ноги, накрылась с головой одеялом и постаралась немного поесть. Тушенка уже начала порядком надоедать, но я хотя бы могла ее глотать, хоть и с трудом. А вот когда Джек предложил мне баночку с фасолью, меня чуть не вывернуло наизнанку. Так что мужчина уселся рядом и с удовольствием умял всю банку за пару минут. В процессе он успел рассказать, что Блэк и Шусс пошли по домам, надеясь найти какие-нибудь антибиотики, а так же сухие одежду, одеяла и обувь.
Как говорится, вспомнишь и вот оно. У стены раздалось три ритмичных постукивания и Джеки сорвался с места. Он проворно подтащил стул куда-то в угол и забрался на него. Поначалу я не понимала, зачем это, но, приглядевшись, увидела тусклую металлическую ручку и несколько еле заметных трещин в потолке - там оказался люк на чердак. Несколько ударов заставили размокшую древесину поддаться, и мужчина еле успел отскочить, чтобы сверху его не окатило набежавшей водой. Сначала в образовавшемся окошке на несколько секунд зависли ноги Блэка, а затем на пол, глухо стукнув новенькими черными ботинками, спрыгнул сам "глава" нашего отряда. Как оказалось, мы очень не зря решили идти в эту деревню. Мужчина теперь был одет в военную форму, на перевязи висела М-16, в руках был плотно набитый чем-то узелок. Вид у Блэка был более, чем довольный, - улыбка и весело прищуренные глаза.- Ты в порядке? - Блэк кивнул Джеку, чтобы тот закрыл крышку, а сам присел рядом со мной. - Смотри, мы нашли лекарства.- Спасибо, - я снова еле хрипела, связки отказывались работать. - А... - и здесь я не знала, что сказать, вернее, какой из вопросов задать первым.- На, - Блэк раскопал в мешке какую-то таблетку и протянул мне вместе с фляжкой.Я благодарно кивнула и приняла лекарство. Вода смыла неприятное послевкусие тушенки, но глотать было все еще больно.
- Много нашли? - имея в виду, конечно, припасы и оружие, спросила я.- Там целый военный лагерь, - тут улыбка Блэка на секунду померкла, он с тревогой бросил взгляд на окно, но тут же снова повернулся ко мне. - Но мы не смогли туда пробраться - много мертвых военных - много зомби, да и вонища оттуда идет такая, будто целый батальон сдох и на солнышке пропекался неделю.
- Тогда откуда... - я закашлялась и просто ткнула пальцем в набитый добычей мешок.- Походили по домам, в некоторых жили военные медики, так что таблеток там хоть отбавляй. У меня не все. Скоро вернется Шусс и притащит остальное, да еще одежду для вас с Джеком, - мужчина снова выглянул в окно.
- Где он? - задала я последний из актуальных сейчас вопросов.- У него дела там... с зомби, - Блэк подтащил свой рюкзак поближе и принялся перебирать и перекладывать содержимое. Я поняла, что больше ничего от него не добьюсь, а значит у меня было немного времени, чтобы еще передохнуть.Я легла, укрывшись одеялами, и попыталась уснуть. Глаза слипались, но сон не шел. Мысли то и дело время возвращались к Шустриле, который все не возвращался. В итоге я смогла лишь пропотеть, вдоволь наворочиться и осознать, что совершенно не могу дышать носом.
Не в силах больше лежать без дела, я встала и поплелась в коридор - копаться в завалах. В комоде, который мы с Джеком отодвинули, оказались носки, свитера и целый склад каких-то старых игрушек-головоломок. Было забавно перебирать их, пытаться с первой попытки собрать что-нибудь. На больную голову и с трясущимися руками это выходило плохо. Я сидела на комоде, мотала ногами в забавных зеленых гольфах и, высунув от усердия язык, собирала кубик Рубика, который был настолько стар, что аж скрипел при поворотах. Джек посмеялся над моим видом, протискиваясь мимо, в попытке найти где-нибудь в столе ножницы. Меня до странного сильно задело, когда он сравнил меня с немытой дворняжкой. Как только мужчина нашел цель своих раскопок и удалился в другую комнату, я полезла за каким-нибудь подобием зеркала. Оно обнаружилось в письменном столе. Черный бархатный мешочек был стянут шелковой лентой, а внутри лежал металлический круг с гравировкой, изображающей двух жар-птиц. Внизу под ними была надпись, выведенная красивым почерком и аккуратно выкрашенная сверху чернилами: "Болезнь любви неизлечима".* Я побыстрее перевернула пластинку на сторону зеркала, чтобы не задумываться о том, для кого мог предназначаться этот подарок.
Отражение я увидела, только когда несколько раз протерла стекло. Ничего утешительного - Джек был прав. Спутанные короткие пряди слиплись и завивались, кожа была покрыта грязью и кровью, а над губой вспухла красная царапина. Мешки под глазами придавали мне особенно болезненный вид и делали похожей на какую-нибудь нищую с улицы.
Я убрала все обратно на место, решив, что зеркальце должно остаться тут. Вдруг какой-нибудь высокий и полный зомби, из тех, что шляются снаружи, каждый вечер поправляет на животе клетчатую рубашку и проверяет, хранится ли до сих пор в столе подарок для его любимой жены. Глупость. Абсолютная. Но такая мысль вызвала у меня измученную улыбку.
Может быть, где-то на большой земле сидит в креслице чахлая старушка, вяжет платок и думает о своей несчастной молодой любви, которую оставила когда-то. Или этот самый дедушка вечерами, возвращаясь из маленького огородика, что был виден через окно, думает о черном мешочке, который так и не достался адресату. Давным давно у них обоих была бурная молодость, когда они имели возможность любить и быть любимыми. А сейчас они могут лишь жалеть о том, что когда-то не сделали. Хотя, если они оба мертвы, жалеть об их судьбах уже некому. Кроме разве что глупой девчонки, сидящей на комоде в зеленых гольфах.
В комнате зашевелились, послышался скрип чердачного люка. Судя по тихому мату, вернулся Шусс. Он тоже был при параде, во всем новом, даже откопал где-то глушитель на СВД. За плечом у него был такой же мешок как у Блэка, а вот рукав новенькой куртки был заляпан кровью по самый локоть. Мужчина поморщился, спрыгнув с лестницы. Сбросив свою ношу, он стянул куртку, открывая длинную и глубокую царапину на предплечье.
- Это кто тебя так? - удивленно спросил Джек, уже подавая товарищу бинт.
- Руки из жопы, вот кто, - мужчина озлоблено сплюнул в пыль. - Напоролся на гвоздь, когда лазал в одном из домов.