Глава 7 (1/1)

Вторую половину дня мы проводим в ?Forever 21?. Оук затевает игру: заставляет Кардана примерять разные шляпы и солнечные очки. Виви и Хизер уговаривают нас собраться вокруг телефона, чтобы заселфиться. Время ускользает сквозь пальцы, как песок через горлышко песочных часов; я не могу ухватиться за него, замедлить. Вскоре мы дружно забираемся в машину Хизер и едем домой.Оук наконец выматывается и сворачивается калачиком у себя в комнате. Виви и Хизер сидят на диване в гостиной. Они разговаривают уже по меньшей мере час. Их голоса слышны через дверь моей спальни, но они не настолько громкие, чтобы у меня получилось разобрать, о чем они говорят. Тем не менее, Хизер еще не ушла, и я полагаю, это хороший знак.Чем бы мы с Карданом ни занимались ранее?— ?заниматься любовью? звучит как-то не так, но любой другой известный мне эвфемизм ничем не лучше?— еще какое-то время мы воздерживаемся от этого. По молчаливому, безмолвному согласию мы удаляемся в мою комнату, скидываем с себя вещи, вместе забираемся в постель, а потом просто дремлем. Обычно в это время суток Кардан только просыпается, но если он и устал, то не жалуется.Моя голова покоится у него на плече, телом я прижимаюсь к его боку. Кардан небрежно обнимает меня за талию. На мне только толстовка и топик: лифчик я стащила с себя, не снимая верх; Кардан полностью голый. Щекой и телом через одежду ощущаю тепло его кожи. Он лениво обводит контур моего уха снова и снова, явно завороженный его округлой формой.—?Солнце скоро сядет,?— оглашает он, глядя в окно. Бесцветное замечание, но нам обоим известно, что это значит. —?Ты как?—?Чудно,?— равнодушно отзываюсь я, предполагая, что он интересуется моим отношением к его неминуемому отъезду.—?Это хорошо. Не двигайся.—?Что?Кардан слегка меняет положение, а потом исчезает из-под меня.—?Ты что, умрешь, если не задашь вопросов и сделаешь, как я прошу?—?Скорее всего, да,?— отвечаю, и он смеется. Лежу неподвижно на животе, разве что, поворачиваю голову, чтобы попытаться подсмотреть за ним.—?Не двигайся,?— снова приказывает он, как будто повторение сказанного сделает меня покладистее. Вижу, как он берет с моей тумбочки купленную Виви смазку. Похоже, он догадывается, для чего она, даже если не знает, что это. От предвкушения к щекам приливает жар. Затем он нависает надо мной, прижимается грудью к моей спине и ведет рукой по моему боку, под толстовку, сбивает ее.Я дрожу, но не от холода.—?Хочешь, сниму?—?Нет. Люблю сложности,?— отвечает он, хотя на самом деле это так себе сложность: мои груди всегда выделялись, особенно по стандартам фейри. Он без проблем нащупывает одну рукой, а другой обхватывает меня за шею.Последним, кто хватал меня за горло был Валериан, когда пытался убить меня. Вместо этого я убила его. Мое тело об этом не забыло. Локоть резким ударом метит в Кардана, чьи рефлексы достаточно хороши, чтобы увернуться. Хочу столкнуть его, но знаю, что он не собирается убивать меня. Ему духу не хватит на хладнокровное убийство.Либо не хватало до этого момента.Кардан утыкается носом мне в затылок.—?Я не причиню тебе вреда. —?Это, на минуточку, не одно и то же, что и ?Я не сделаю тебе больно?.Сердце колотится в груди. Если бы год назад мне кто-то сказал, что Кардан будет в моей постели и держать руку у меня на горле, мне на ум пришли бы совершенно другие обстоятельства.—?Что? —?Мысли напрочь отказываются подчиняться.—?Возвращаю должок,?— едва слышно шепчет он мне на ухо. Рука на моей шее не двигается, не сжимается, просто остается там как ошейник, как живое доказательство всему миру, что я принадлежу ему. Чего не скажешь о другой руке у меня под толстовкой. Мое тело уже пылает от адреналина, когда он начинает дразнить меня; его прикосновения?— топливо для огня.Это безумие. Я безумна.Меня тошнит от ужаса, я пьянею от желания.Сердце трепещет в горле, а его ладонь?— прямо над ним.— Я думаю, ?призрачная ягода?, —?говорит он. Прихожу в себя и проживаю каждую маленькую эмоцию до последней. —?Если захочешь, чтобы я остановился.Моему мозгу требуется секунда, чтобы поспеть за мной. Стоп-слово. Яд, который едва не убил его. Трясу головой; в последнюю очередь мне хочется, чтобы он останавливался.И он не останавливается.Может, именно об этом он мечтал все те месяцы, пока был в моей власти. Об этом и о том, как мы делали это раньше, когда я душила его. Возможно, эти фантазии поочередно сменяли друг друга. Приятно знать, что это не исключительно человеческая слабость?— желать то, что может убить тебя; что разум фейри тоже борется с вожделением и страхом.Кардан целую вечность ласкает мою грудь, прихватывает губами ухо и держит за шею. Приходится потереться бедрами о матрас, чтобы хоть что-нибудь почувствовать. Звуки, которые я издаю?— крики загнанных, перепуганных животных, и я заглушаю их подушкой. Когда он наконец просовывает руку мне меж бедер, я чувствую, как он ухмыляется при виде моего нетерпения. Его пальцы скользкие от смазки, он, не замедляясь, дразнит меня: медленно, до жути основательно, и останавливается всякий раз, когда я приближаюсь к разрядке. Я ошеломлена, смущена и не знаю, что он затеял. Он как будто связал меня и притащил к краю обрыва, а потом снова и снова, и всякий раз отказывался от мысли столкнуть меня вниз.Провожу эти долгие, мучительные минуты, вынашивая план мести. Думаю свернуть ему шею. Думаю оседлать его и остановиться за секунду до того, как он кончит. Думаю связать ему руки за спиной, чтобы он не мог прикасаться ко мне. Интересно, он не будет против если однажды в постели я приставлю нож к его горлу? Думаю, если мы договоримся заранее, такая игра разожжет его энтузиазм.Забавную игру мы ведем. Если когда-нибудь перестанем сдерживаться, мы рискуем разорвать друг друга в клочья.—?Сдаешься? —?спрашивает Кардан. Кажется, он запыхался. Это хорошо.Мотаю головой и прижимаюсь бедрами к нему. Не мне одной нужна разрядка.Он издает стон, а потом тихо посмеивается мне на ухо:—?Это жульничество.Стискиваю зубы, когда он снова касается меня. Это горько-сладкая пытка. Не уверена, что еще один раунд лишения оргазма не сломит меня.—?А мы и не устанавливали… правил.— Я думал, тут все очевидно. Ты получишь удовольствие, а после еще немного, если хорошо попросишь.—?Ты имеешь в виду, если буду умолять об этом.—?Может быть.Наконец он убирает руку с моей шеи и тянет меня за волосы. Всхлипываю в подушку, забыв о присутствии всех остальных в квартире. Не хочу, чтобы даже он это слышал.—?И я обладаю властью и вечностью, чтобы отказать тебе в этом,?— предупреждает он меня.Не могу думать.—?Какой же ты мудак. Кардан хохочет.?— Говоришь совсем как смертная. —?Он вжимается бедрами в мои. —?Итак, Джуд? Что же ты выберешь? Я проглатываю свою гордость.?— Просто… пожалуйста, просто…Мне хватает ума попросить. Он входит в меня, и я чуть не плачу от облегчения. Испытываю разочарование, что я пала так низко. Что все мои расшатанные нервы обнажили, а самые постыдные желания изобличили. Но когда я наконец кончаю, то на меня накатывает такое облегчение, что мне уже все равно. А когда кончаю еще раз, за пару минут до него, у меня в мыслях блаженно пусто.Я все еще под ним, и переворачиваюсь на спину. Зарываюсь пальцами ему в волосы. Мы обмениваемся чмокающими, небрежными, влажными поцелуями, как будто пытаемся поглотить друг друга. Я вся дрожу. Если я знаю его, а я знаю?— хоть сколько-то,?— то он хотел, чтобы у меня саднило между бедер еще долго после его ухода. Как тогда, когда он хотел оставить метку на моей шее.Затем он плюхается рядом со мной, изнуренный и совсем обессилевший. Пряди волос липнут к его лбу. Никогда раньше не замечала, чтобы он потел, и странно радуюсь, что он не поленился выложиться на полную ради меня. Он пахнет как фейрийский лес весной, когда деревья ломятся от цветений, из которых вырастут фрукты, которые мне не следует есть.—?Ты заплатишь за это,?— задыхаясь, говорю я, как только снова обретаю дар речи.?— Ох, Джуд,?— вздыхает он, тоже запыхавшись. —?Милая Джуд, мне будет тебя не хватать.То же самое он сказал в торговом центре. Меня успокаивает то, что это правда, но я очень надеюсь, что для него скучать по мне?— это как чувствовать занозу или осколок, вонзившийся в кожу у него между пальцев. Маленький укол боли, который он не может игнорировать.—?Можешь приказать кому-нибудь командовать тобой. Это будет, как если бы я вернулась вместе с тобой,?— только и говорю я.Кардан фыркает и скатывается с меня, ложась на бок. Совсем рядом.—?Они скорее обмочатся от страха, когда я их об этом попрошу.—?Ты себя переоцениваешь.—?Неужели? —?На секунду его лицо становится непроницаемым. —?За время твоего отсутствия многое изменилось.Стараюсь, чтобы мой голос звучал непринужденно:—?Тогда, возможно, меня не было слишком долго.—?Это так,?— соглашается Кардан. —?И нет. Ты вернешься, когда будешь готова…—?И ни минутой раньше, я в курсе. —?Я тоже смотрю в потолок, слишком уставшая, чтобы злиться на него. Может, все это время именно это и было его целью?— удостовериться, что у меня не хватит сил пререкаться. —?Ты уже говорил.Он берет мою руку и целует костяшки пальцев.—?Это случится совсем скоро. Я в этом уверен. —?А потом, после краткого молчания, добавляет:?— Пора одеваться.Это мы и делаем, не говоря ни слова. Похоже, говорить больше не о чем.***Виви и Хизер замолкают, когда мы с Карданом входим в гостиную. Испытываю одновременно облегчение и разочарование от того, что не застала их целующимися. Полагаю, такие вещи требуют времени и терпения. Это роскошь, которую они могут себе позволить.—?Пора? —?спрашивает Виви.Кардан молча кивает.—?Надо Оука, наверное, разбудить,?— предлагает Хизер. —?Он захочет попрощаться.—?Пускай отдыхает. Это был длинный день. —?Кардан делает паузу. —?Но когда проснется… передай ему, что я попрощался. И что я буду с любовью вспоминать об этом визите.Хизер кивает. Для нее все это естественно, не считая формального языка. А я неотрывно смотрю на Кардана, потому что понимаю, как ему, должно быть, странно иметь кровного родственника, которого он любит. Хочется сказать ему что-то хоть немного ободряющее, что я уверена, Оук тоже хорошо провел с ним время, но у меня язык налит свинцом.Кардан берет меня за руку.—?Пойдем, Джуд.И я иду. Виви и Хизер?— следом, и хотя никто из нас их об этом не просил, я рада, что они пошли. Я не уверена, что готова прощаться, даже несмотря на то, что должна. Кардану нужно вернуться в Эльфхейм, к престолу, до того, как в его отсутствие враги сделают ход. Я понимаю.Но я не готова к тому, что он разорвет мое сердце надвое и увезет с собой за море. Не готова снова остаться наедине с завывающей пустотой моего гнева и печали. Смотрю на утопающее за горизонтом солнце, будто я азартный игрок, на глазах которого последняя золотая монета исчезает в чужом кармане.—?Минуту,?— обращается Кардан к Виви и Хизер. Это не просьба, но Виви все равно открывает рот, чтобы возразить:—?По-моему...—?Ви-и. —?Хизер толкает ее локтем. —?Пойдем.Виви проходится по Хизер изучающим взглядом, следом по мне, но позволяет Хизер взять себя под руку и отвести немного вниз по улице. Хизер оглядывается через плечо и подмигивает мне. Я моргаю, на миг ошарашенная, а потом Кардан легонько обхватывает мой подбородок большим и указательным пальцами и поворачивает мою голову так, чтобы я смотрела на него.—?Джуд. —?Он произносит мое имя тихо, словно проклятие. Или молитву.—?Не надо.—?Скажи мне.Выдыхаю через рот.—?Ненавижу это,?— честно признаюсь я.Он целует меня в лоб.—?Ненавижу, что ты вообще сюда сунулся,?— продолжаю я. Его губы касаются точки меж моих бровей. —?Ненавижу, что у меня было единственное место, к которому ты не прикоснулся, а теперь нет и его. —?Он скользит ими по моей переносице.—?Что еще? —?Его рот в считанных миллиметрах от моего.Я ненавижу то, что ты уезжаешь,?— не говорю я. Ненавижу, что не позволяешь мне вернуться, хотя это полностью в твоей власти. Ненавижу, что вернусь в свою комнату, а постельное белье будет пахнуть тобой. Ненавижу, что кровать, на которой едва хватало места для двоих, теперь будет казаться непомерно огромной. Ненавижу, что буду видеть тебя рядом с собой, когда в следующий раз Оук будет играть в ?Mario Kart?. Ненавижу, что не смогу смотреть на ?поп-тартс?, на все эти глупости, не вспоминая о тебе. Ненавижу, что ты заставляешь меня так себя чувствовать, что я становлюсь такой рядом с тобой; именно поэтому мы никогда не должны были оставаться наедине, ни в эти выходные, ни в твоих покоях, ни за троном, ни во Дворе Теней. Никогда.—?Я ненавижу тебя,?— вместо этого говорю я. —?Надеюсь, что каждую ночь после твоего возвращения, ты будешь пялиться в свой распрекрасный потолок, лежать без сна и думать о том, как сильно ты тоже ненавидишь меня.Он целует меня, выпивает, словно я последняя драгоценная капля вина в его кубке. Целую его в ответ, потому что мы еще не скоро сможем это повторить, если вообще сможем. Если грядущая война не заберет кого-то из нас, или сразу обоих. Целую его, пока не чувствую, что мое сердце вот-вот разорвется.—?Ваши Величества.Подскакиваю и оборачиваюсь. Моя рука на рукояти ножа прежде, чем я понимаю, что смотрю на Таракана. Он, похоже, совсем не удивлен тому, что застал нас целующимися.—?Ты удручающе пунктуален,?— говорит Кардан из-за меня, кладя руку мне на плечо.Таракан ухмыляется.—?Похоже, в вашем разговоре воцарилось затишье. Но я могу подождать в тени, если вам угодно.—?Все в порядке,?— быстро заверяю я, не желая думать о том, как долго он наблюдал за нами. Голова кружится. Прокручиваю в голове то, как он обратился к нам. ?Величества?. Он знает. Кто еще в курсе? Держу пари, что немногие, но я рада, что об этом известно не только нам, что эта тайна не только моя. Поднимаю взгляд на Кардана, который тоже ухмыляется.—?Мы скоро увидимся,?— говорит он.—?Это обещание или предсказание? —?парирую я.Он лишь улыбается, а затем убирает руку с моего плеча.Когда Кардан идет к Таракану, я не кидаюсь ему вслед. Не вою, не плачу, не умоляю. Стою там, где он оставил меня, словно в землю вросла. Виви и Хизер подходят ко мне и встают по обе стороны, точно верные рыцари.Таракан наклоняет голову ко мне, все еще улыбаясь, а затем превращает крестовник в двух пони. Я думала, Верховный король мог бы путешествовать поэлегантнее, но, полагаю, когда ты собираешься под шумок навестить неизвестную королеву, элегантность?— первое, чем следует пожертвовать.Кардан вскакивает на пони и бросает на меня последний, долгий взгляд. Погибающий солнечный свет отбрасывает на его скулы лучи, придавая им острый рельеф. Всех слов, которыми я описывала фейри?— прекрасные, манящие, ужасающие?— в этот момент недостаточно.—?Знаешь,?— говорит он. —?Я правда думал, что к этому моменту ты уже догадаешься.Прежде, чем я успеваю спросить, что он имеет в виду, они с Тараканом уже поднимаются в воздух, а затем исчезают.Догадаюсь. О чем догадаюсь? Хмурюсь, ломаю голову над его словами, не двигаясь с места и радуясь, что это отвлекает от боли из-за его ухода. О чем тут еще догадываться? Об условиях моего возвращения? Сам же сказал, что я вернусь, когда буду готова. Он хочет, чтобы я разгадала загадку? А если так, где он ее оставил? И как решение загадки подведет меня к тому, что меня простит корона?Коро…У меня перехватывает дыхание. Я немею до кончиков пальцев. Не может быть. Этого не может быть.Хизер первая замечает перемену во мне.—?Джуд,?— говорит она, неверно ее истолковывая. —?Все будет хорошо.Делаю два длинных шага вперед, подбираю камень с середины дороги и швыряю в том направлении, куда ускакали пони. Но конечно, Кардан уже слишком далеко. Камень со стуком тщетно падает на землю на приличном расстоянии от нас.—?Сукин ты сын! —?кричу я. Самое что ни на есть смертное проклятие ни разу не ощущается странным на языке.Виви вздрагивает.—?Что? —?спрашивает она. —?Что такое?Моя рука сжимается в кулак.—?Я знаю как вернуться.—?Что?Поворачиваюсь.—?Корона, Виви.Она моргает, безнадежно запутавшись.—?Корона. Пока не простит корона. Он… он короновал меня. —?Делаю вдох и задерживаю дыхание, прокручивая все это в голове. Так и есть. Он не возложил корону мне на голову, но сделать меня своей королевой значит практически то же самое.Когда я буду готова. Когда мои умственные способности смогут разгадать это, полагаю. Или элементарно, когда я перестану злиться на него, только и занимаясь тем, что закипаю от злости.—?Он короновал меня,?— повторяю я с благоговением и яростью. Опускаюсь на колени посреди тротуара нашей жилой улицы. —?Сукин сын.—?Ну и? —?спрашивает Виви. —?Так и будешь играть по его правилам? Вернешься и, полагаю, простишь саму себя?—?О, я не вернусь на его условиях. —?С моим лицом что-то происходит, что я не могу контролировать. Я скалюсь. Расплываюсь в улыбке. Думаю о Закате, который томится у меня в шкафу, обо всех нарисованных от руки картах, которые, кажется, тотчас разворачиваются, при мысли о моих миниатюрных вторжениях. —?Я вернусь так, как спланирую сама. Он у меня поплатится. Он пожалеет о том дне, когда изгнал меня. Пожалеет о дне, когда встретил меня.Хизер переглядывается с Виви.—?А я думала, вы помирились.—?Мы заключили перемирие. —?Качаю головой. —?Сейчас ему конец.Это правда, наше перемирие закончилось в ту же секунду, что он покинул мир смертных. Кардан знает об этом. И я тоже. Он будет ждать моего возвращения домой.Но я пойду дальше. Я дикий зверь, который наконец сорвался с поводка. Кардан может счесть мои укусы не такими приятными, как раньше. Но это мы еще посмотрим.Стоя на коленях на тротуаре, я вспоминаю, как смеяться. Обнимаю себя руками и смеюсь, смеюсь, смеюсь, пока слезы не начинают бежать по моим щекам, а смех не превращается в рыдания.Когда все слезы уже выплаканы, вытираю щеки и поднимаюсь. Лицо опухло, меня всю колотит, но я в порядке. Даже лучше, чем просто в порядке. Я не чувствовала себя так очень давно.Поворачиваюсь и устремляюсь обратно в квартиру.Впереди много работы.