24. Гость (1/1)

Эдди аккуратно передвигает коричневые горшки с различными пышными растениями и опрыскивает их листья водой из пульверизатора, когда внезапно осознает, что на протяжении нескольких дней неосознанно прислушивается как к звукам, так и к тишине, окружающим его. Он даже замирает на месте и какое-то время без цели упирается взглядом в окно, прикрытое резной шторкой?— за все эти дни мальчик не только ни разу не видел ничего странного, но и не слышал. Эдвард старается не вспоминать те болезненные хрипы и крики, которые он слышит во время тех иллюзий, что даже спустя столько лет создаются сознанием Танцующего Клоуна.

Когда мальчик понял, что Оно действительно вернулось, то не мог представить, что увидит теперь?— он был уверен, что вырос из того школьника, который настолько сильно боялся заразиться смертельной болезнью и умереть, что видел на самом деле несуществующих больных людей. Но на деле все стало совсем странным, словно разлагающийся живой мужчина был не единственной проблемой, которой ему стоило бы опасаться даже спустя столько лет. Эдди уже ничего не мог понять, и именно это стало причиной его повышенного внимания к окружающей обстановке. Вернувшись домой, Эдди долго не мог разобраться с этим не только потому, что осознал?— его страхов с возрастом стало только больше, что не позволяло выбрать что-то конкретное, но и потому, что он чувствовал?— Ричи скрывает от него за своими масками что-то настолько серьёзное, что он против собственной воли начинает волноваться о нем даже сильнее, чем о себе. У Тозиера и без возвращения существа, пожирающего людей, было достаточно проблем в семье. Эдвард не был настолько близок с ним, чтобы контактировать с его родителями на правах друга их единственного сына, но от Билла ещё в детстве слышал, что они были довольно приятными и воспитанными людьми?— тогда ему казалось подобное слишком нереалистичным, чтобы он задумался о них более, чем на секунду, пока недовольно наблюдал за Ричи, плескающимся в каньоне и озвучивающим свои гадкие шуточки, от которых его рот не отмоет даже хозяйственное мыло. Но затем они сами не заметили, как сблизились, даже несмотря на то, что уже несколько лет учились в разных классах, что, к удивлению, стало инициативой слишком религиозной мамы Ричи. Эдди ещё со средней школы слышал различные отвратительные слухи о Ричи, которые к тому времени начали гулять даже за пределами её стен, что позволяло догадаться, что они каким-то образом дошли до его родителей. Наблюдая за тем, как Ричи переживал из-за того, что про него говорили, и даже однажды попытался не только дать сдачи обидчикам, но и оправдаться перед ним, мальчик предложил другу рассказать обо всем его родителям, чтобы они помогли прекратить все это. Тогда Каспбрак впервые использовал свой опыт для совета, прекрасно зная, что его мама постоянно отстаивает его права даже тогда, когда они были не нарушены. Конечно, Эдди никогда не жаловался ей?— казалось, что у Сони был свой собственный радар, настроенный на людей, на которых нужно было написать заявление в соответствующие органы. Но Ричи тогда только пожал плечами и сказал, что разберется со всем самостоятельно. Спустя некоторое время он попытался пригласить на свидание какую-то недавно приехавшую в город девчонку, которая не только испугалась его слишком взрослых шуток, но и сделала ситуацию ещё хуже. После того, как Зоя (именно так и звали ту девочку) подружилась с Греттой и разнесла по школе слухи, что были во много раз хуже предыдущих, родители Ричи перевели его в другой класс, который, как позже стало известно, был с религиозным уклоном. Эдварду было довольно трудно представить своего друга в подобной обстановке, даже несмотря на то, что он знал?— Ричи мог наизусть зачитать практически все главы Библии и не пропускал походы в единственную церковь их города. По словам Билла, Миссис Тозиер являлась религиозной, доброй и строгой женщиной. Вспоминая о том, что сейчас происходит в семье Ричи, ему становится немного не по себе, но мысли, на мгновение появившиеся в сознании мальчика, растворяются также быстро, как и появляются. Неужели жизнь могла так сильно измениться, что человек, ранее уделяющий своей семье невероятно много времени и внимания, мог стать совсем безразличным к ней и начать утопать в алкоголе и слезах по упущенным возможностям и собственному браку? На мгновение это кажется Эдварду довольно реалистичным развитием событий, ведь они с Ричи уже давно были не теми маленькими мальчиками, которые верили в ?долго и счастливо? каждый по разным причинам?— один потому, что видел это собственными глазами, а второй?— со слов матери, которая до сих пор любила человека, умершего на тот момент более, чем десять лет назад. Но затем он понимает, что все было довольно сомнительно хотя бы по той причине, что Соня, постоянно осаждающая как Ричи, так и его родителей, ни разу не сказала ему о том, что они ведут себя как-то ?неправильно? (под эти критерии попадала не только выпивка, сигареты и некоторые продукты, но и вежливая улыбка, с которой иногда подходят соседи, чтобы обсудить недавнее городское собрание), а лишь единожды, несколько дней назад, проворчала что-то о кудрявых светлых волосах Мэгги, которые та отрастила длиннее лопаток, что, по ее мнению, неприлично. Однако, несмотря на напряжённые отношения с его мамой, Мэгги всегда была довольно приветлива с Эдди, в чем он убедился сам некоторое время назад, как раз возвращаясь домой вместе с Ричи, который на тот момент только недавно пришёл в себя после потери сознания около штаба. По просьбе Билла мальчик сделал вид, что друг пришёл в сознание вовсе не благодаря раствору, находящемуся в его аптечной сумке, но не смог не убедиться, что Ричи дойдёт до дома без приключений, и предложил ему прогуляться вместе. По какой-то причине Ричард был удивлён этому настолько, что какое-то время шёл рядом абсолютно молча и тихо. А затем они встретили Миссис Тозиер, которая как раз выходила из продуктового магазина. Увидев мальчиков, она не только насторожилась, заметив несвойственное им поведение, но и вспомнила, как зовут друга её сына. Какое-то время они поговорили о его маме и учёбе, а потом женщина сделала то, чего никто из них не ожидал?— проводила Эдди до его дома и пригласила Соню на чай, говоря что-то об организации ярмарки, которая в этом году будет проходить в Дэрри. Ярмарка в память о всех детях, ранее пропавших в их городе, показалась Мэгги хорошим способом наладить отношения с соседями. Она прекрасно знала, что когда-то давно все жители были одной дружной семьёй. Только тогда мальчики поняли, что их мамы ранее не только обучались в одной школе, но и были хорошими друзьями. Казалось, тогда Ричи впервые зашёл в комнату Эдди через вновь вернувшуюся на место дверь, а не через окно, на котором стояли большие цветочные горшки, ведь вскоре женщины решили, что темы, которые неизбежно поднимутся в разговоре о пропавших детях, не должны быть услышаны мальчиками ради их же безопасности. Пока они в шоке сидели на кровати и листали какие-то школьные учебники, стараясь делать это настолько тихо, чтобы услышать голоса своих мам, на первом этаже дома звучал разговор, о котором несколько лет назад три молодые девушки пообещали забыть, как о самом страшном сне. Из небольшой группы смельчаков, против собственной воли впутавшихся в опасное дело, живыми и невредимыми (только с первого взгляда) вышли только они. Соня, с самого начала понявшая, что они погибнут, как многие их пропавшие одноклассники, исчезнувшая на третьем десятке лет Дуглас, и Мэгги, что сперва собиралась идти до самого конца, но вышла из игры самой последней из живых и долгое время надеялась, что сделала это не слишком поздно. Последствия появились спустя года. Казалось, что Миссис Тозиер просила у Сони какой-то совет, но не могла пересилить себя для того, чтобы раскрыть ей невероятно ужасную тайну и признать её правоту. Мэгги вспомнила об этом только после исчезновения Дуглас, когда супруг давней подруги начал оббивать пороги, крича о том, что её кто-то убил. Кто-то или что-то, чему в детстве Дуглас по неосторожности перешла дорогу?— по собственной глупости, подумала тогда женщина, убавляя на радио звук и не подозревая, что произойдёт в следующее мгновение. Пятнадцатилетняя Соня Каспбрак, услышавшая от дикого старика о каком-то непонятном проклятии и заявившая, что все ещё собирается родить ребёнка, чтобы жить одной семьёй со своим возлюбленным, оказалась умнее их всех, вместе взятых. Только тогда Мэгги не только вспомнила про своего жениха, которого разорвало на две половины прямо на её глазах в тот самый день, когда она вернулась домой и заперлась в своей комнате на несколько месяцев, даже не пытаясь убедить воспитывающую её прабабушку в том, что с ней было абсолютно все в порядке. Следующим она поняла, что все её попытки вылечить неизвестно откуда взявшееся бесплодие были обречены на провал с того самого для, как она обвинила оставшихся живых одноклассников в трусости и безразличии к жертвам, на которые пошли их общие, теперь мёртвые, друзья. В тот же день Мэгги отправилась на битву против их общего врага вместе с тем человеком, с которым должна была приносить свою первую и единственную клятву верности во время венчания. Вспоминая о том, с какой уверенностью в победе и заботой он держал её за руку и клялся, что ни за что не отпустит её, когда они зайдут в тот самый проклятый дом, Мэгги хочется закричать. Он был старше её на целых два года, в самом деле был опытнее и умнее, но позволил ей не только рассказать об исчезновениях и воздушных шарах, но и втянуть себя в это. Спокойствие Мэгги было для него на первом месте? И ведь парень действительно не отпустил её руку… Постепенно восстанавливающиеся воспоминания приводили её в ужас и убеждали, что было что-то, чего она ещё не вспомнила. Какая-то важная деталь или человек, который беспокоил её до такой степени, что она не стала мстить, а просто закопала в своей памяти того, кого любила всем своим сердцем. Мэгги была молода и считала, что он являлся её первой и последней любовью. Но… Неужели человека, что заставил её взять себя под контроль и отпустить руку умирающего возлюбленного, у которого была вся жизнь впереди, на самом деле не существовало? Она не могла сказать наверняка, но чувствовала, как его сильный голос периодически вибрировал в её голове. Он что-то говорил. Просил её пойти с ним. Просил дать руку. Заботился о ней. Любил её? Эти ожившие воспоминания были такими призрачными, что женщина не могла их разобрать. Но она чувствовала, что на тот момент боялась за этого человека сильнее, чем за саму себя. Она любила его? Воспоминания прерываются также внезапно, как появляются, но этот родной голос остаётся с ней рядом, словно накрывая ото всех опасностей. Существовал ли он на самом деле? Уходя вместе с Ричи домой, Мэгги выглядела немного сожалеющей и понимающей, но совсем не пьяной. Даже отдаленно женщина не выглядела как та, что практически никогда не прекращает употреблять алкогольные напитки и устраивать пьяные сцены, обвиняя супруга в неверности. Казалось, что Эдвард должен был сразу же заподозрить друга в бессовестном обмане, который чёрт знает зачем был ему нужен, но он не может сделать этого хотя бы по той причине, что прекрасно видит, каким взглядом Ричи смотрит на свою мать. Тогда мальчик решил, что другу было виднее, ведь Мэгги была его родной матерью, с которой он провёл всю свою жизнь. Только спустя несколько часов Эдди понял, что все могло быть намного серьезнее, чем казалось на первый взгляд. Ричи до сих пор не получил свой воздушный шар? Это был настоящий бред. Эдди быстро вытаскивает из кармана чёрных брюк ингалятор и несколько раз прыскает бессмысленный раствор в своё горло, при этом по-прежнему оставаясь рядом с цветами, к которым, кажется, последний раз прикасался тысячу лет назад. Ребята из школьной компании Эдварда уверяли его, что если он хочет перестать быть жизненно зависимым от ингалятора, что являлся чуть ли не первой вещью, попавшей в его руки с добровольного разрешения матери, то должен просто пережить очередной приступ. Мальчику казалась эта идея довольно сомнительной, даже не принимая во внимание тот факт, что без него он умрёт за первые пять минут, если не меньше, однако вскоре Эдди понял, что это был вполне хороший способ доказать, что он чего-то действительно стоит. Ведь он прекрасно знал, что внутри была обычная вода, какой в его доме более, чем достаточно. И Эдди действительно пытался перетерпеть очередную нехватку кислорода, но каждый раз возвращался к своему ингалятору, даже не отслеживая время. Однажды ему помог Ричи, чёрт знает как оказавшийся рядом?— тогда Эдвард слишком сильно задыхался, чтобы обращать внимание на то, что человек, не страдающий от астмы, носит с собой ингалятор и не с необходимым по прописаниям врачей раствором, а с плацебо, о котором знали лишь единицы. Но в последующие разы все было не так плохо, ведь он мог помочь себе сам. Вот и сейчас мальчик возвращает маленький баллон обратно в карман и переключает своё внимание обратно на цветы, которые за столько времени его забывчивости до сих пор не завяли. Наверное, только благодаря этому Эдди понимает, что его мать по-прежнему не соблюдает договор, который они заключили три месяца назад, и заходит в его комнату для того, чтобы сделать то, с чем он, по её мнению, не может справиться из-за огромного количества болезней, которые она сама же для него и придумала. Она боялась, что он умрёт также, как и его отец, простудившийся на работе во время сильного дождя. Эдди слышал о нем только в моменты, когда Соня понимала, что он начинает сопротивляться и отвоевывать личные границы, стараясь вырваться из её заботы и защиты от внешнего мира?— осознавая, что её сын пытается идти наперекор её мнению, женщина сразу же начинала плакать и говорить о его умершем отце. Все это было напрямую связано с тем, что Соня некоторое время назад по неизвестным причинам осознала, что её дорогой и единственный сын наконец дорос до того возраста, когда может взять на себя ответственность по уходу за другим живым существом, как и полагается для того, чтобы воспитать хорошего и сострадательного человека. Естественно, учитывая заболевания, которые, как позже выяснилось, женщина сама же для него и выдумала, она ни в коем случае не позволила бы сыну привести в дом любое возможное животное, на которое у Эдди, по её предположениям и ожиданиям, могла начаться аллергическая реакция, непременно нашедшая ?выход? в его психосоматической астме. Именно поэтому теперь Эдвард должен был ухаживать за всеми растениями, что стоят на подоконнике в его комнате дольше, чем он в ней живёт. Он вздыхает. Первое время Эдвард действительно прекрасно справлялся со своей новой обязанностью не только потому, что это было слишком просто для семнадцатилетнего парня, но и потому, что периодически читал различные справочники и энциклопедии для флористов, собираясь попытать удачу в цветочном магазине, который появился в их городе недавно. Все должно было получится, ведь мальчик не только хотел работать там, предварительно пролистав все свои медицинские карты, чтобы убедиться в отсутствии аллергии на пыльцу и все остальное, но и был приглашен туда самой хозяйкой магазина, которую он встретил некоторое время назад по дороге домой. Она посчитала, что такой старшеклассник, как он, прекрасно подойдёт для этой работы. Эдди не стал вдаваться в подробности о критериях, по которым она выбирала работников своего цветочного магазина, наконец увидев подходящее место для подработки после школы, чтобы оплатить дальнейшее образование своими силами, без помощи матери, которая ещё не знает, куда он планирует поступать. Эдвард прекрасно понимал, что зрел очередной скандал, но не мог ничего с собой поделать, ведь знал, что рано или поздно окажется вдали от матери, и с недавних пор ему было уже не так важно, с её согласия это произойдет, или нет. Он не мог сидеть в Дэрри всю жизнь. Растения, теперь находящиеся под его прямой ответственностью, действительно получали все возможное внимание, ведь мальчик с самого детства верил в то, что благодаря этому они станут более здоровыми и красивыми, ведь обычного ухода им может не хватать также, как и людям. Находясь под строгим надзором Сони с самого рождения и до сих пор, Эдди все еще не мог видеть и делать многое, среди чего первые несколько лет его жизни были и растения, способные развить у него любую возможную аллергию, с которой он будет вынужден воевать до самой смерти. Но затем женщина прочитала в какой-то медицинской книге (коих у нее было очень много) о пользе растений для людей и планеты в целом и заставила цветочными горшками весь дом. В его комнате было огромное количество различных полок с полезными книгами и цветами. Естественно, вскоре растения ему наскучили и перестали быть тем, что занимало все мысли Эдди хотя бы потому, что он подрос и пошёл в школу, но ответственность и ностальгия периодически давали о себе знать, привлекая внимание не только к цветочным горшкам, но и медицинским книгам. Эдвард иногда против собственной воли задумывался о том, что может поступить на врача вместе с Ричардом, который давно мечтал о карьере хирурга, но воспоминания о матери, чуть что кричащей о том, что он подхватил какую-нибудь гадость, о которой она прочитала в газетной статье, и о том, как часто из-за этого мальчик бывал в уже ненавистных больницах, не перекрывались даже мыслями о том, сможет ли Ричи стать человеком, спасающим чужие жизни. Эдвард не мог представить друга в подобной профессии, несмотря на то, что однажды он уже правильно вправил ему сломанную кость, будучи ещё совсем мелким и нескладным школьником. Ричи просто решил ?проверить?, сможет ли он стать врачом, когда закончит обучение. Какими они станут, когда вырастут? Закончат школу? Поступят дальше? Покинут Дэрри, как Беверли? Любой из заданных вопросов кажется Эдварду настоящим издевательством над собой?— какое он право имеет задумываться о таком далеком будущем, когда не уверен даже в сегодняшнем дне? Ведь теперь мальчик не может даже полить цветы на своём подоконнике, около которого бывает каждый чертов день по несколько раз, и постоянно откладывает важные дела на потом, несмотря на то, что такая безответственность никогда не была в его характере. Этот год не должен был быть таким, а заново проснувшееся существо обязано было умереть ещё в то самое лето, выпавшее на очередной цикл детских исчезновений. Эдвард планировал не воевать не на жизнь, а насмерть против Танцующего Клоуна, а разобраться с самим собой?— наконец понять, кто он такой, и чего на самом деле хочет, но теперь не мог прекратить думать о том, что ждёт их дальше. Ещё тогда, после их решающей битвы, на задворках его разума присутствовала мимолетная мысль о том, что на самом деле конец был их началом?— что, если существо не было уничтожено ими до конца и прямо сейчас наблюдает за ними и тихо посмеивается, продумывая план своей мести? Вдруг на самом деле проиграли именно они, но в силу каких-либо обстоятельств считают наоборот? Танцующий Клоун рано или поздно вернётся вновь и попытается взять реванш. Но эти мысли оказались настолько прозрачными на фоне первоначального ощущения спокойствия, накрывшего их с головой сразу же после того, как они вышли с территории сгоревшего дома, что всплыли на поверхность только тогда, когда Эдвард увидел красные шары собственными глазами. Теперь он в очередной раз прыскает раствор в своё горло и откладывает ингалятор в сторону, понимая, что до сих пор не может поверить, что все началось. Дети до сих пор не начали пропадать, что заставляет его не только испугаться, предчувствуя панику в городе, что вновь будет сопровождаться изуродованными трупами невиновных малышей и подростков, но и против собственной воли задуматься о том, что они могут стать единственными, кому Оно явит себя. Холли совершенно не знает этот город, словно никогда в своей жизни не выходила из дома на улицу. Могло ли это быть связанно с тем, что на табличках, стенах и заборах появлялись объявления о розыске тех, кто пропал несколько лет назад? Казалось, что их видел только Билл. Почему? Дело в Джорджи? Девочка была притащена Пеннивайзом из другого города? Но зачем? Об этом даже думать было невероятно глупо. О Дэрри никто не слышит, словно его и вовсе не существует?— вот, насколько этот проклятый город был связан с остальными городами Штата Мэн. Здесь никто по-настоящему не умирает. Вот, почему взлетевших несколько лет назад детей до сих пор пытаются найти. Ярмарка казалась Эдди похоронами. Она и была ими, но почему мама Ричи… Он резко вздрагивает от неожиданности, когда в тишине из соседней комнаты до него доносится сперва скрип кровати, а затем и тяжёлые шаги, направляющиеся в сторону ванной комнаты. Мальчик оборачивается на приоткрытую дверь, ведущую в его спальню, после смотрит на часы, убеждаясь в своих предположениях. Некоторое время Эдди просто стоит в центре комнаты и пытается понять, будет ли сегодняшний день благосклонен к нему настолько, чтобы мама не возражала тому, чтобы он ушёл на прогулку не после тринадцати тридцати, когда солнце якобы начинает печь не так сильно, а пораньше. Они договорились дежурить в Штабе по очереди, чтобы в случае опасности не позволить существу забрать девчонку, которую спас Стэнли три дня назад. За все время, пока он с Майком сидел в Штабе, ожидая возвращение Билла, она не проявила никаких признаков активности, что, вообще-то, было довольно ожидаемо после того, как она увидела мёртвые огни. Наблюдать за незнакомкой оказалось намного страшнее, чем Эдди предполагал изначально, пока спускался по деревянной лестнице в штаб. Девочка просто висела в воздухе, как рыжий воздушный шар и застывшим взглядом закатившихся глаз взирала перед собой, что было довольно жутко особенно после того, как наступил вечер. Эдвард старался не смотреть на неё слишком часто, но периодически все равно возвращал взгляд к её бледному лицу. К собственному удивлению, ему было интересно, что она чувствует. Она что-то чувствует? В туннелях канализации было огромное количество взлетевших, но уже мёртвых детей. Получается, эта девочка тоже может умереть, если пробудет в таком состоянии слишком долго? От этих мыслей мальчику становится не по себе?— он быстро прыскает раствор в своё горло и глубоко вздыхает. Зная, насколько Неудачники были отчаянными людьми, Эдди думает, что они могли бы попробовать привести её в чувства самостоятельно, но пока не знали даже её имени. Было немного жутко также и из-за того, что никто из них раньше не видел эту девочку в Дэрри. Собираясь покидать свою комнату, Эдвард решает посмотреть объявления о розыске недавно пропавших детей. Обычно в них печатают не только имя. Если попытаться докричаться до неё, она услышит, что рядом с ней есть другие люди? Может быть, она все слышит, но не может ответить? Девчонка знала слишком много, чтобы Оно не вернулось за ней после ее побега во второй раз. Соня тем временем выходит из ванной комнаты и быстро расчёсывает волосы около небольшого мутного зеркала, при этом стараясь передвигаться настолько тихо, насколько это было возможно, чтобы случайно не потревожить сон своего сына, который в последнее время усердно готовился к предстоящим выпускным экзаменам. Сперва она была этим невероятно сильно обеспокоена, понимая, что Эдвард может получить истощение, если продолжит заниматься в таком темпе и дальше, но затем с удивлением и испугом осознала, каким же он стал взрослым и ответственным. Казалось, что она только недавно впервые взяла на руки маленький кричащий свёрток, который нуждался в её защите двадцать четыре часа на протяжении каждых семи дней, ожидающих их семью. А затем моргнула?— и потеряла любящего супруга, голос которого уже не могла вспомнить, оставшись вдовой с маленьким болезненным ребёнком на руках, что мог в любой момент заболеть так сильно, что его иммунитет не смог бы справиться с попавшей в детский организм инфекцией. Соня всю оставшуюся жизнь старалась защитить мальчика от опасностей. Её пугало то, как быстро он вырос. Скоро Эдди захочет уехать и оставит её одну? Соня не хотела даже думать об этом, ведь не представляла, кто ещё будет заботится о нем также хорошо, как она. Эдвард не справится без её помощи и заболеет так, что не сможет встать с кровати. Он может попасть в плохую компанию, под её воздействием совершать противозаконные действия или умереть. Курить сын точно не начнёт, но от этого Соне спокойнее не становилось. Было бы прекрасно, если бы он остался с ней навсегда, но не один человек не может жить бесконечно. Женщина бесшумно вешает расческу обратно на крючок и старается также уйти на кухню, чтобы приготовить завтрак, прекрасно зная, что Эдвард скоро должен проснуться, но затем замирает на месте, упираясь взглядом в мутное зеркало?— в последнее время она начала чувствовать себя намного лучше, чем те же два месяца назад, что ранее не вызывало у нее никаких подозрений. Заметив, насколько меньше футов начали показывать медицинские весы, Соня решила, что лечение наконец начало приносить плоды, которые она перестала ждать ещё семь лет назад. Но после вечернего разговора с Мэгги женщина осознала, что все это не могло быть последствием лечения или правильного питания, что она нарушает слишком часто, чтобы оно дало такой мистический эффект. Она не могла вспомнить, когда именно проблемы со здоровьем начались. Но Эдвард действительно стал их долгожданным ребёнком, которого, по мнению врачей, она родить не могла из-за проблем со своим весом, что оказывали негативное влияние и на остальные органы. Планируя беременность ещё в юности, Соня никак не ожидала, что столкнется с подобными проблемами, ведь всю свою жизнь считала себя довольно спортивной девушкой?— конечно же, она не была сплошным суповым набором с гремящими при ходьбе костями, как многие её одноклассницы, включая ту же Мэгги, которая в выпускном классе была зависима от тонкой осиной талии. Но вес Сони однозначно никогда не превышал столько футов, чтобы она не могла не только родить здорового ребёнка, но и без проблем передвигаться по улицам города. Только после общения с Мэгги она вспомнила о той беседе с пожилым мужчиной, который постоянно разговаривал с ней во время её волонтёрской деятельности на протяжении нескольких лет. Тогда Мистер Эмметт не стал ждать группу старшеклассниц на главной пощади, около которой жил, а пришёл прямо к её дому, несмотря на то, как трудно ему было передвигаться в его девяносто с небольшим лет. Оглядываясь назад в таком зрелом возрасте, Соня с болью понимает, какой же была наивной и глупой девушкой, постоянно уделяя ему внимание по своей доброте?— ведь именно этот старик предупредил их о той опасности, цикл которой должен был возобновиться в ту зиму. Он рассказал им о скорой трагедии, что перевернет Дэрри с ног на голову. И он же предупредил Соню о том, что она будет проклята. ?Чудовище заберет у тебя все?. Его скрипучий прокуренный голос, прерываемый причмокиванием иссохших губ и грубым кашлем, звучит в её голове, словно сирена полицейских патрулей, из-за которых после всего она не могла спать без дозы снотворного и успокоительного, неизменно добавленных в стакан молока. Соня прекрасно знала, что дети, пропадающие каждый день, никогда не вернутся домой. Но не могла рассказать об этом даже собственным сестрам, что не переставали гулять по вечерам. А затем это знание просто растворилось в его памяти до такой степени, словно вовсе никогда не существовало. На протяжении всей своей жизни Соня чувствовала, что в этом городе происходило что-то плохое, касающееся только проклятого несколько лет назад Дэрри, жители которого навлекли на себя беду раньше, чем успели подготовить землю для строительства своего города. Если бы пятнадцатилетняя Соня не стала слушать его историю, повторный цикл не коснулся бы её? Она только включает на кухне свет и открывает окно, когда в комнату заходит Эдди, который выглядит слишком бодрым для того, кто должен был только проснуться. Соня сразу же переключает все своё внимание на него, плохо скрывая беспокойство, появившееся на лице. Неужели Эдвард начал не спать по ночам в пользу своей учёбы, а теперь будет скрывать это, прямо как его отец? Вопреки переживаниям она не может не улыбаться, когда видит своего сына. —?Доброе утро, Медвежонок,?— ласково здоровается Соня. —?Ты хорошо спал сегодня? Эдвард чувствует, как она пристально наблюдает за его действиями, словно заподозрила нечто странное и несвойственное его поведению?— из-за этого ему становится не по себе, ведь он знает, что обычно после этого происходит. Хоть мать ещё и не сказала, что их ждёт серьёзный разговор, это запросто читается в её обеспокоенных глазах. Неужели ночью она опять прочитала признаки какого-нибудь психического заболевания и считает, что он ведет себя прямо как те, кому его диагностировали еще несколько лет назад? Он ненавидит, когда она зовёт его так. Ему ведь не пять лет, чтобы быть ?медвежонком?. Дело снова в общении с Ричи, которое она не ободряла ещё семь лет назад? Как он сразу не догадался об этом по одному только взгляду, что буквально кричит: ?Ты снова не слушаешь свою мамочку, которая всегда желает тебе только добра!?. Соня заботливо сканирует родное лицо взглядом, нетерпеливо ожидая ответа на поставленный несколько мгновений назад вопрос. Становится ясно, что она намерена сразу понять, если сын надумает наврать?— тогда серьёзного разговора Эдварду не избежать, даже если город внезапно провалится под землю. Этот опрос может продлиться несколько часов или целый день (непременно с перерывами), но о улице ему можно будет забыть, ведь Соня не отпустит его от себя до тех пор, пока не успокоится, решив, что завтра они поедут к врачу, чтобы убедиться, что он в порядке. Мальчик отвечает спустя несколько мгновений, не заставляя её слишком долго ждать, что опять же обычно играет против него. Она не одобряет ложь, считая это недоверием между ними, однако за столько лет жизни под её опекой Эдвард научился не только врать, но и очень быстро придумывать стратегию своих ответов, чтобы случайно не ошибиться в какой-то мелочи. —?Привет, мам,?— сразу отвечает он,?— хорошо. А ты? Эдвард подходит к плите и поднимает чайник, собираясь поставить его на огонь, пока Соня направляется к холодильнику, чтобы достать из него продукты для приготовления завтрака, но не успевает и моргнуть, как она осторожно, но быстро забирает его у него, словно стоя рядом все время. Соня даже успевает закрыть дверцу холодильника. Как ей удаётся быть такой быстрой? —?Дорогой, ты обожжёшься! —?восклицает она. —?Сядь-ка лучше за стол. Эдвард устало выполняет просьбу матери, прекрасно зная, что она не отстанет от него до тех пор, пока не добьётся своего. Естественно, в более старшем возрасте он придерживался такого мнения не всегда и исполнял не любую просьбу матери, иногда даже не без труда игнорируя ее слезы, с помощью которых она нередко добивалась своего. Но сегодня мальчик особенно не хотел участвовать в ссорах, что не приведут их ни к чему хорошему, поэтому без вопросов опускается на стул и какое-то время молча наблюдает за действиями Сони. Как и ожидалось, женщина с лёгкостью ориентируется в небольшой кухне и успевает выполнять сразу же несколько дел: готовит горячий завтрак, следит за чайником и вытаскивает продукты из холодильника с такой скоростью, на которую не была способна последние лет двенадцать. Она однозначно знает, что делает, и не выглядит, как человек, испытывающий дискомфорт. Ричи был прав, беспокоясь? Бред. Пока она медленно переворачивает на сковородке еду, мальчик невольно задумывается о том, какой была его мать в подростковом возрасте. Он ловит себя на мыслях, что ранее никогда не думал об этом и даже не догадывался о том, чтобы она когда-то дружила с родителями его друзей?— Соня всегда была к ним такой требовательной и придирчивой, словно они были врагами или просто людьми, никак не связанными друг с другом. Они говорили о Танцующим Клоуне? Неужели их родители также сталкивались в детстве, но остались в стороне? Или нет? Казалось, за всю жизнь Соня никогда не рассказывала о своём прошлом даже небольшими упоминаниями о том, какой была в его возрасте, несмотря на то, что многие родители используют подобные выражения в спорах, чтобы занимать лидирующую позицию. Женщина всегда говорила лишь медицинскими фактами и своим ?материнским чутьем?, опытом других людей, но никак не своим, словно у неё никогда не было детства. У неё было несколько старших (ворчливых) сестёр. Эдди удивлённо моргает, когда до них доносится дверной звонок, оповещающий о приходе пока неизвестного человека?— громкий звон разносится по небольшому дому, заставляя замершую на месте Мисс Каспбрак сперва удивиться, а затем поторопиться, чтобы успеть сделать все, что она запланировала. Видя чертыханья матери, мальчик поднимается на ноги и шустро выскальзывает за дверь, сразу же направляясь к лестнице, ведущей на первый этаж. Он вытаскивает из кармана ингалятор и прыскает в горло раствор быстрее, чем успевает в полной мере почувствовать нехватку воздуха в лёгких, которая сопровождает его столько лет, сколько он себя помнит. Лестница неприятно скрипит под его ногами, когда Эдди быстро, но осторожно спускается вниз. К собственному удивлению, мальчик не может заставить себя поднести руку к дверной ручке и замку?— какое-то странное и дико неприятное чувство внезапно накрывает его, оставляя дискомфорт в пустом желудке, пока тело отказывается совершать необходимые действия. Звон тем временем продолжается, и Эдди тратит огромное количество усилий на то, чтобы свести брови к переносице, отражая на своём бледноватом лице тень недовольства и непонимания. Кажется, словно его череп готов разорваться на тысячу кусочков прямо изнутри?— он невольно окидывает комнату взглядом, представляя её залитой кровью: весь скрипучий пол, стены, мебель. Дверь, которую ему просто необходимо открыть. С разочарованием мальчик понимает, кто именно находится по ту сторону, ведь на свете существовал только один человек, который стал бы так долго и упорно звонить в давно замыкающий звонок, что едва ли не вываливается в обратную сторону. И нет?— к сожалению, это был вовсе не Ричи Тозиер, о котором он думал с самого утра, ведь обычно тот заходил (поднимался?) прямо в его комнату через окно, минуя Соню, что всегда засыпала в гостиной на первом этаже перед старым телевизором во время просмотра какого-то сериала. И ещё раз нет?— Эдвард Каспбрак не думал о глупом Ричи Тозиере слишком часто. Лишь беспокоился, принимая во внимание все события, произошедшие на днях. Ричи был странным? Звон в очередной раз повторяется, и Эдди резко дергается в плечах, прежде чем хватает ручку онемевшими пальцами и тянет дверь на себя?— на все свои действия ему, на удивление, требуется всего несколько секунд, которые превращаются в самую настоящую вечность. Спустя мгновение перед ним появляется высокой мужчина с широкой улыбкой на лице, однако мальчик не находит сил, чтобы заставить себя ответить ему тем же?— лишь окидывает вежливым взглядом, черт знает как скрывая своё истинное отношение. Этот человек не нравился Эдварду всем, начиная от его высокого роста (который мальчик почти нагнал) и заканчивая чёрным галстуком, каждый раз идеально завязанным вокруг крепкой шеи. Каспбрак не мог понять, о чем он думает, вот так дружелюбно и снисходительно смотря на него с порога каждый чертов раз. —?Мама дома? —?наконец спрашивает он. —?Зачем ты спрашиваешь, если сам знаешь? —?без злости, но со вздохом парирует Эдди. —?Она на кухне. Фред (именно так и зовут давнего знакомого Сони) на его слова лишь кивает, к счастью мальчика понимая, что он не настроен с ним ни на какие разговоры. Мистер Берг вернулся в Дэрри некоторое время назад, решив провести здесь свои увольнительные, но в итоге перевелся работать сюда?— у Эдди такое решение не могло уложиться в голове ни под каким предлогом. Он безумец? Кто ещё решил бы променять нормальный город на эту вонючую дыру? Однако, было ещё кое-что, что волновало его сильнее, чем желание Фреда вернуться домой. Ещё месяц назад Соня внезапно вспомнила о том, что давно хотела научиться вязать крючком, однако не могла справиться с этим самостоятельно, принимая во внимание то, что все её знакомые, которые могли помочь с основами, уехали из города ещё несколько лет назад. Вероятно, ещё в школе. По ?счастливой? случайности ?Фреди? в свободное время от работы занимался вязанием и был невероятно рад поделиться накопленным опытом с той, кого знал не первый год?— теперь Эдварду казалось, что они виделись чаще, чем он вытаскивал свой ингалятор из кармана: по вечерам в будни и постоянно в выходные дни, словно Фреду больше нечем было заняться. Мальчик проводил с ними немного времени, несмотря на все просьбы матери посидеть рядом и посмотреть, как вяжут крючком?— он какое-то время выполнял её просьбу, а затем поднимался к себе, чтобы готовиться к предстоящим выпускным экзаменам. Но в последнее время ему было трудно сосредоточиться на своих действиях, ведь мысли то и дело вращались вокруг смертельной опасности, вновь нависшей над ними, словно молочный туман. Казалось, что что-то не так, что-то происходит прямо у них перед носом, пока они не видят ничего настораживающего, словно все смешалось в единое целое, как продукты, из которых Соня готовит безопасные и аналогично не вкусные коктейли, чтобы заставлять его пить это по несколько раз в день, аргументируя все летом. Он пропускает Фреда в прихожую и закрывает дверь. Против собственной воли Эдди задумывается о том, что у Сони не будет времени останавливать его, когда он скажет, что пойдёт на прогулку?— приход Фреда был как никогда кстати, ведь теперь они вновь будут сидеть в гостиной и вязать. Естественно, совсем незаметно уйти не получится, но сам факт, что долго она причитать не будет, успокаивает и заставляет его надеяться на то, что все пройдёт нормально. Ему нельзя оставаться в одиночестве надолго, даже несмотря на то, что рядом с ним было двое взрослых людей хотя бы по тому, что это лето ощутимо отличалось от того самого. Эдди не представлял, чего ожидать в этот раз, но знал, что у Клоуна точно могли остаться тузы в рукаве. —?Как проходит твоё лето? —?дружелюбно интересуется мужчина, словно ему действительно есть до этого дела. Эдди против собственной воли кривит лицо, но не показывает этого, пока Фред продолжает:?— в твои годы мы с Соней… —?он прерывается, исправляясь,?— с твоей мамой постоянно гуляли на улице целыми днями. Хорошее было время. —?Также, как и обычно,?— отвечает Эдвард,?— сейчас только дураки будут носиться по улицам. Он прекрасно отдаёт себе отчёт в том, что, по своим же словам, является таким же дураком. Но Эдди хотя бы старается соблюдать комендантский час, от которого давно успел отвыкнуть. Конечно, Соня не позволяла ему проводить много времени на улице и до его введения, устраивая ?серьезные разговоры?, стоило сыну только задержаться вне стен дома на двадцать минут. Однако, пока он не мог это сравнивать, несмотря на то, что уставал от происходящего дома не меньше, чем от жизни с мыслями о плотоядном клоуне-убийце, который мог читать чужие мысли. Мама хочет ему только самого лучшего. Он должен её слушать. Он не может уйти, как бы не хотел. —?Я всегда знал, что ты хороший парень,?— криво улыбается Фред. Эдди предпочитает оставить его замечание (комплимент?) без ответа?— он не может сказать ему то же самое. В чем была причина? Он пока не мог разобраться в этом и, честно говоря, даже не пытался. У него было достаточно поводов для беспокойства, но появление Фреда медленно, но верно выдвигалось на первый план, что мальчик не мог допустить. Не сейчас. Он отвлекающий? Вряд ли. Сейчас в его доме было двое взрослых людей, при которых Клоун не осмелится появиться. Стэнли, оставшийся дома с большим персоналом, все равно чувствовал себя в опасности, и Каспбрак не мог исключать вероятность, что все его опасения были оправданы, ведь мальчик не мог быть настолько безнадёжным трусом, чтобы без причины бояться собственной тени. Они оказались похожи больше, чем казалось в детстве, несмотря на то, что Эдди всегда считал его если не самым смелым мальчиком в их компании, то самым адекватным точно. Как и любой подросток их возраста в те жуткие, но одновременно чудесные времена, Стэн иногда не только баловался с петардами, плевался с высоты и дрался с хулиганами, но и был храбрым. Он мог побороть свой страх, словно на некоторое время отключая в себе того Стэнли с мышлением, пугающим взрослых людей своей зрелостью?— настоящий старик в теле ребёнка с серьёзным лицом и наполовину пустыми карманами. Он спас незнакомую девчонку и сторожил её утром. Сперва казалось, что они кружатся на одном месте, нисколько не продвигаясь в борьбе против Танцующего Клоуна?— наблюдают за маленькой Холли, иногда ищут новую информацию в архивах и постоянно следят за состоянием незнакомой рыжеволосой девочки, взлетевшей, словно шар. Но недавно в голове Эдди появилась странная мысль, пронесшаяся в голове, словно комета. Может, они зря прячут её от Холли, чтобы не напугать? Ведь обе девочки появились в городе чёрт знает откуда. Возможно ли, что они были чем-то связаны? Пеннивайз не мог оставить их в покое, но реагировал совсем не так, как на других детей?— он не позволял им даже на время расслабиться, переключая внимание на других подростков, которые могли быть более сговорчивыми. Ему было необходимо забрать их, и он делал для этого все возможное. Или нет? Чего он ждал? Или кого? —?Доброе утро! —?здоровается Фред, оказавшись на кухне. —?Погода сегодня просто отличная, грех не отправиться на прогулку, я считаю! —?Уж не знаю, когда она нормализуется, Фреди,?— вздыхая, отвечает Соня и обращается к сыну:?— не забывай тщательно пережевывать пищу, Эдди. Фред, хочешь чаю? Сегодня температура просто зашкаливает, но ты всегда был таким. За своими мыслями Эдвард не замечает, как оказывается на кухне. Он молча опускается на стул и старается хотя бы на время абстрагироваться от собственных размышлений, вслушиваясь в голоса беседующих взрослых и окидывая взглядом свою тарелку. Но совсем скоро мальчик понимает, что аппетита у него уже нет и отвлечься также не получается?— он то и дело возвращается к самому началу, прокручивая в голове все заново. Эдвард ради приличия немного ковыряется в тарелке, превратив это в самое деятельное занятие, которое только могло существовать, лишь бы не давать Сони причин для беспокойства за своё здоровье. Она периодически наблюдает за ним, но сам мальчик только физически был рядом в этот момент, в очередной раз погружаясь в мысли. Когда ему наконец удаётся расправиться со своим завтраком, Соня успевает забрать пустую тарелку раньше, чем он до конца понимает, что может попробовать выйти на улицу. Фред сидит прямо напротив него, но, к удивлению, закрывает собой все окно?— мальчик замечает это словно случайно и даже не пытается понять, почему обращает внимание на такие детали. Он прослушал весь их разговор, поэтому даже не делает вид, что понимает, о чем идёт речь. Они планируют прогулку? Зная образ жизни своей матери, Каспбрак не может поверить, что она правда сделает это. Эдди благодарит Соню за завтрак и добавляет, искренне надеясь, что она не станет возражать: —?Я выйду на свежий воздух ненадолго? Чтобы позже вернуться к подготовке к экзаменам. Соня на мгновение замирает, словно борясь с сомнениями: она всегда говорит ему о том, что рано утром слишком жарко для прогулок и запрещает покидать дом, прекрасно зная, что такая высокая температура может навредить сыну. Но в последнее время он действительно много занимался в своей комнате, и его организм не мог не нуждаться в порции кислорода и витамина ?Д?. Беспокойство ясно прослеживается не только в её глазах, но и в самом выражении лица. —?Родной, мы ведь не раз обсуждали это,?— по-старому начинает Соня, с заботой накрывая его руку своей,?— ты можешь получить солнечный удар. Это слишком опасно для твоего здоровья. Часика через четыре погода станет приемлемой, и ты сможешь погулять со своими друзьями. —?Да брось,?— быстрее, чем мальчик успевает выразить аргумент в свою пользу вклинивается Фред,?— прекрасное время для прогулок и кровососущих паразитов ещё нет. Кепку возьмёт, и все прекрасно будет. Мальчишки-то через четыре часа разбегутся все,?— подводя итог, он отпивает чай и незаметно подмигивает Эдварду. Мальчику в какой-то степени становится немного тошно от всех его попыток наладить между ними отношения. Эдвард проявлял исключительную вежливость и не собирался становиться с ним лучшими друзьями. Кажется, в поведении Фреда присутствовало что-то настораживающее. И этим ?чем-то? было совсем не его нездоровое дружелюбие, словно он до сих пор считал сына своей бывшей одноклассницы несмышленым, но милым годовалым ребенком (что иногда раздражало его до скрежета зубов). Только не говорите, что этот мужчина пытается ухаживать за его мамой. Нет. Кто угодно, но только не этот ?Фреди?. Он был ужасен, начиная от имени и заканчивая идеальными носками черных туфель. Но Эдвард покорно молчал и не вмешивался. А должен? Соня будто бы действительно прислушивается к чужим словам и даже задумывается над ними, вероятно, вспоминая обо всех кровососущих тварях с улицы и об инфекциях, которые они переносят. Каспбрак и сам невольно вспоминает обо всем, что ему довелось узнать об этом за свою жизнь, но силой воли ему удаётся удержать спокойное выражение на своём бледноватом лице. Нужно взять с собой спрей. Ещё один, на случай, если предыдущий практически кончился. Эдди дополняет слова мужчины спустя мгновение: —?Я думаю, он прав. Я действительно давно не видел Юлиана и Рона. На самом деле мальчик сейчас не чувствует необходимости в компании своих школьных друзей, которых последний раз видел на уроке по безопасной жизнедеятельности прямо перед последним звонком, объявляющем о летних каникулах. Казалось, все они были слишком заняты, чтобы встретиться и погулять вместе, а затем у Эдварда просто не было на них времени? Это звучало не очень хорошо, но было правдой. Если он проведёт время с ними, они окажутся в опасности, как и весь Клуб Неудачников. Юлиан и Рон были ему по-своему дороги за все года, что они дружили. И Соня, к удивлению, считала их хорошими друзьями для своего сына, не видя никакого плохого влияния с их стороны. Они ему тоже нравились, но с Неудачниками было лучше.

О подруге Эдвард намерено не говорит, прекрасно зная, как именно отреагирует на женское имя его мать — она ненавидела Беверли, когда той было всего двенадцать, а о семнадцатилетней однокласснице и говорить не стоило. К тому же, они не так часто виделись, чтобы упоминать её. Она постоянно была чем-то занята. Сегодня днём Неудачники обещали Холли немного погулять, прекрасно понимая, что ребёнок её возраста не может практически все время сидеть дома и не контактировать с другими детьми. Конечно же, периодически Билли выходил с ней на прогулки во двор или до магазина, но этого не было достаточно?— каждый понимал это, но побаивался принимать какие-то другие меры, ведь Клоун мог появиться где угодно, чтобы причинить ей боль и психологическую травму, от которой она не сможет оправиться. Но пока, к счастью, Холли относилась к происходящему с завидным пониманием, которого не хватало многим их одноклассникам, предпочитающим игнорировать все предупреждения. Днём Ричи и Майк пойдут с ней на прогулку, пока остальные будут в Штабе. —?Хорошо,?— неожиданно и едва ли с согласием выдавливает из себя женщина,?— только пообещай мне, что ты будешь осторожен и скоро вернёшься домой. —?Я обещаю, что буду осторожен и скоро вернусь домой. Пока Эдвард собирает рюкзак в своей комнате, ему действительно кажется, что сегодняшний день с самого утра был полон различными событиями настолько, что в дальнейшем может быть совсем пустым?— спокойным и обычным, как многие другие дни до возвращения Танцующего Клоуна. Однако, он даже не догадывается, что совсем скоро произойдёт нечто, что окончательно убедит его в том, что нельзя давать людям обещания, в которых он не может быть уверен, как в солнце, восходящим каждое утро.

Фред каким-то нечитаемым взглядом наблюдает за ним через окно, пока кружка, удерживаемая им за маленькую тонкую ручку, оказывается полной чая до самых краёв.