Глава шестая, в которой Тимон видит лунный свет (2/2)
Тимон открыл свой рюкзак и вытряхнул из него содержимое - одежду, всякие нужные мелочи и пару книг.Осторожно развернул скатанную ветровку и извлёк две бутылки джина, успешно пережившие все пертурбации сегодняшнего дня.Пумба принёс его мешок:- Посмотри, здесь всё цело?- Да у меня тутв основном консервы – кстати, можно открыть пару банок, чтобы с едой не заморачиваться, - и вот это, - Тимон показал большую квадратную жестянку.- Что в ней?- Ха. Отборная травка, лично Герцога. А здесь, - Тимон поднял еще одну ёмкость, - бумага и всякая херь для самокруток.- Хорошо упаковано, - одобрил Пумба.
- А то.У нас в колонии почти все было в герметичных контейнерах – правда, не от воды, от насекомых, но видишь, как пригодилось.- А что ещё у тебя есть?- Моток бечёвки, леска, ножи, пилки-струны, зипповского бензина полная банка, спички, аптечка, ещё хуйня какая-то… Я всё взял, что мелкого на складе под руку попалось.А у тебя что былов мешке?- Крупа для угали и пряности.- Жаль, наверно, всё размокло.
- Нет, - весело сказал Пумба, - у меня и рюкзак, и мешок водонепроницаемые.
- Вообще-то такое некислого бабла стоит. В лодже спёр?
- Тоже нет – хозяин разрешил взять.- Интересно тебя увольняли.В ответ тот только пожал плечами. Тимон сгрёб в кучу грязную одежду, закопав поглубже злополучные трусы, Пумба забрал еёи понёс к водопаду. Тимон, не вставая, подтянул к себе свернутую серебрянку, расстелил и улёгся.Что-то овердохуя впечатлений для одного дня, решил он и закрыл глаза.Ему показалось, что он проспал от силы пару часов – солнце стояло так же высоко. Однако пейзаж за это время слегка изменился – у ручья высилась груда бамбуковых стволов разной толщины,неподалёку горел костёр, а бок о бок с серебрянкой лежала кипа примятых банановых листьев.
- Привет!- Пумба подошёл к нему и сел рядом. – Ты как?- Привет! Да вроде норм. А это что? – Тимон с удивлением заметил, что весь облеплен какими-то пожухлыми листьями.
- Это от ушибов. Ты проспал почти сутки, - поведал Пумба. – Я даже беспокоиться начал, проверял, дышишь ты или нет.- Сутки?! – поразился Тимон. – Хотя, ой, и правда похоже.Он вскочил и потрусил в сторону деревьев. Вернулся и улыбнулся Пумбе во весь рот.- Слушай, я просто охуенно себя чувствую. Только голодный, как зверь.- Нет проблем, угали я сварил. Манго и папайя помялись немного, но есть все равно можно. Сейчас ветчину открою. Я, правда, вчера одну твою банку уже съел.
- Пумба, она не моя, она наша.Остаток дня Пумба строил хижину. Тимон был на подхвате, и до захода солнцаони установили и связали основной каркас.И когда Пумба сказал, что на сегодня хватит, Тимон железно заявил, что им обязательно надо это отметить. Как и вчерашнее спасение. Они уселись за скромный ужин, и он щедро плеснул в кружки джина.- Давай, за нашу удачу.Джин разлился по телу приятным теплом, и Тимон почувствовал, что его сразу же повело.
- Знаешь, Пумба, это так странно, но так охуенно – еще два дня назад я жил в нашей грёбаной колонии, а сейчас – в самом красивом в мире месте. И нет никакого дядюшки Макса, Герцога, Гиен вонючих…- То же самое, - засмеялся Пумба. – Совершенно.- Тогда махнём ещё немного за старого перца Рафики?
-С удовольствием! – отсалютовал кружкой Пумба.Тимон вытащил из котелка шмат угали, плюхнул на обрывок бананового листа, служившего тарелкой, положил на неё кусок жареной ветчины и отправил в рот.- Как же вкусно!- Я завтра поставлю удочки, - пообещал Пумба. – И силки на цесарок, видел их сегодня.- Брось, и так пиздато. Клёво, что у тебя ещё и сковородка есть… Чайный сервиз в твоём рюкзаке, часом, не завалялся?- Нет, у меня только два котелка и сковородка. Сейчас у нас консервные банки появились, их тоже использовать можно.- Я вот только не понимаю, - продолжил Тимон, быстро расправляясь с едой,– такое охеренное место, и никто здесь не живёт.Почему, интересно?
- Здесь раньше кто-то жил, но давно, - ответил Пумба.- Откуда ты знаешь?- Я вчера, пока ты спал, походил по окрестностям. Здесь недалеко целый сад старых фруктовых деревьев и пальмовая роща, явно посаженная.Схожу туда днями, принесу кокосов. Ты их любишь?- Очень, - закивал Тимон. – Ух ты, Пумба, смотри, какая лунища! Слушай, а чего мы её вчера не видели?- Вчера ты спал, а позавчера её деревья заслоняли. Ладно, я пойду вымоюсь, - Пумба встал и, проходя, взъерошил рыжие волосы Тимона. – Пойдёшь со мной?
- Мне вчера воды хватило, - проворчал Тимон.Пумба стащил пропотевшую майку и шорты и направился под водопад. Лунный свет, заливавший долину, играл на струях воды, блестел на коже Пумбы, казавшейся сейчас совсем чёрной. Тимон не сводил с него глаз. Пусть Пумба и не мог похвастаться идеальным сложением, у него были сильные мускулистые руки, широкие плечи, мощнаягрудь, а внизу живота тяжело покачивался толстыйчлен.Тимон вздохнул - он до сих пор чувствовал беглое прикосновение, будто рука Пумбы продолжала ласково перебирать его волосы.В траве вдруг блеснул огонёк, потом другой, третий -Тимон даже не сразу понял, что это светлячки.Пумба постоял под потоком воды, раскинув руки, потом шагнул вперёд и позвал негромко:-Тимон, иди сюда. Не пожалеешь, честно.
Тимонзалпом допил остаток джина из кружки, разделся и залез в мелкую теплую заводь.- Осторожно, тут камни, - Пумба протянул ему руку, Тимон взялся за неё и ступил под водопад. Сначала вода показалась ему ледяной, но уже через мгновение ощущение холода пропало. Он стоял под бьющим сверху потоком, и это было неописуемо хорошо. Он так же, как Пумба, развел руки, запрокинул голову и заорал от внезапно нахлынувшего чувства радости, чистоты, свободы.- Ну как тебе?- Потрясающе, - еле выговорил Тимон, выбираясь из-под воды. – Словно с тебя всё дерьмо смыло… Причём изнутри тоже. То есть, я хочу сказать…- Я понимаю, - кивнул Пумба. - Я за это их и люблю.Пойдём?Он сдёрнул с бамбуковой перекладины высохшее полотенце, накинул на Тимона. И, не убирая рук с его плеч, нагнулся и поцеловал.- Пумба-а-а… -только и смог прошептать Тимон, когда тот оторвался от его губ.- Если тебе не нравится… - начал было Пумба, глядя на его растерянное лицо.- Нет! – быстро прервал его Тимон. - Мне очень, очень нравится! Можно…ещё?Пумба снова склонился к нему, и Тимон не столько обнял, сколько ухватился за него обеими руками: расхожее выражение про подгибающиеся колени внезапно оказалось не пустыми словами. И если бы только колени – сейчас он каждой клеткой кожи чувствовал такую же голую кожу Пумбы, и от этого в голове шумело так, будто он махнул не полкружкиджина, а минимум бутылку. - Подожди, - Пумба разжал объятия, канул в темноту, но тут же возник снова с одеялом в руках. Кинул его на песок и лёг, утягивая Тимона за собой.А дальше всё было, как в недавнем мокром сне, только лучше. Губы Пумбы скользили по его шее, рука легла на грудь, и у Тимона перехватило дыхание – он всегда гладил и теребил соски, когда дрочил, но теперь, когда их ласкал Пумба, ощущение было неизмеримо кайфовее. Настолько, что его даже потряхивало от того, как остро и сладко эти прикосновения отзывались в уже стоящем колом члене.Тёмные пальцы прошлись по его животу, спустились вниз, стискивая и гладя бедро, и - наконец-то! - коснулись напряженного до предела ствола. Пумба то сжимал его, то покачивал, то вдруг отпускали, еле касаясь, проводил по всейдлине раскрытой ладонью. Тимон мёртвой хваткой вцепился в складки одеяла – всё вокруг провалилось как в омут, остались только он, Пумба, ослепительный лунный свет и нарастающее с каждой секундой наслаждение. Рука Пумбы чуть крепче обхватила его член, начала двигаться быстрее. Тимон был уже на грани, и когда Пумба наклонился и провел языком по его затвердевшему соску, кончил, содрогнувшись всем телом. Пумба продолжал сжимать пульсирующий ствол, пока оттуда не вытекла последняя капля. - О-о-о… - простонал Тимон. - Как же охуенно…
Он перевёл дыхание и сел, провёл рукой по лицу.Пумба попытался притянуть его к себе, но Тимон не поддался.- Пумба,я тебя измажу - я в сперме, кажется,аж по уши.
- Не страшно. Но хочешь, поищу полотенце?- Не хочу, - хрипло засмеялся Тимон и наклонился к нему. Потерся щекой о щёку, поцеловал.Не отрываясь от тёмных губ, провёл рукой по гладким пластинам грудных мышц, твёрдому животу и замер.
- Ох, ё…! Пумба, повернись, я должен это увидеть, - Тимон быстро перелез через него и сел так, чтобы не загораживать лунный луч, падающий на Пумбу.- Вот это хуище! –восхищённо присвистнул он.Живот Пумбы, заходя за пупок, пересекал здоровенный член, чёрный и ровный. Тимон протянул к нему руку, и тот дрогнул, подался навстречу. Тимон больше не улыбался. Он трогал горячую, гладкую, твёрдую, отзывавшуюся на его прикосновения плотьи чувствовал, как ещё не до конца улёгшееся возбуждение разгорается вновь.В паху опять жарко потяжелело, новая волна желания заставила непроизвольно выгнуться, свести лопатки. Он поднял голову и встретился глазами с Пумбой.- Чел, - потерянно сказал он, - у меня снова встал.Пумба подхватил его и легко затащил на себя.Сжал в руке оба их члена, и от неведанного раньше потрясающего ощущения реальность вновь шарахнулась от Тимона.Он не знал, сколько прошло времени, пока он словно качался на длинных сладких волнах.Казалось, это может длиться вечно, но когда тело Пумбы под ним напряглось и замерло на мгновение, от горячих струй, заливающих головку его члена, он тут же кончил сам. И смог только повалиться на широкую грудь в полном изнеможении.– Mvulana wangu, - Пумба обнял его, нежно поглаживая по голове. Тимон прижался губами к егоключице и только сейчас понял, что во рту давно пересохло.- Пумба, а вода есть? – с трудом проговорил он.- Сейчас, - Пумба бережно стащил его с себя и поднялся. Тимон остался лежать, всё ещё тяжело дыша, усталый, блаженно опустошённый. Пумба вернулся, протянул ему кружку с водой, и пока Тимон жадно пил, обтёр его и себя мокрым полотенцем. Потом расправил на земле сбившеесяодеяло и лёг рядом. Тимон придвинулся ближе, положил голову ему на грудь.
- Пумба… Это всё было просто охуительно. Я еще в жизни не кончал два раза подряд.Вместо ответа Пумба крепче прижал его к себе.Вокруг заметно потемнело – луна скрылась за одним из горных пиков, но зато прибыло светлячков.Они кружили невысоко над землей,словно метель из мерцающих ярких звездочек.
- Красиво, - тихо сказал Пумба.Тимон мотнул головой в знак согласия, и Пумба почувствовал, как на грудь что-то капнуло. Слеза.- Что ты, Тимон? Тебе плохо?- Знаешь,Пумба, - Тимон шмыгнул носом, - я просто как сентиментальный мудак какой-то, но вот это всё вместе – водопад, ты, луна, светлячки эти ёбаные…Ну слишком это, блядь, хорошо.Я и не знал, что так бывает… Ты меня только плаксой не считай, а то я при тебе уже второй раз реву.- Я не считаю, - Пумба улыбнулся и осторожно вытер пальцами мокрые дорожки на его щеках. -Мне самому очень хорошо.Тимон благодарно вздохнул.- Кстати, насчёт ёбаных светлячков ты совершенно прав – у них сейчас брачный период.