Воровская честь (1/2)
Цицерон не смог уснуть. Всю ночь он просидел на кровати, ожидая чего-то. Но себя явило лишь солнце, застенчиво глядя сквозь дымчатые облака, стуча лучами в окно. Будто ощущая пробуждение небесного светила, ото сна очнулась Рон-Тара. Ни капли сонливости на её чешуйчатом лице Цицерон не заметил, будто она не спала, а просто лежала, глядя в потолок. Аргонианка быстро встала, быстро оделась, быстро огляделась по сторонам.
- Значит, ушла? - спросила она, после того, как изучила лицо Хранителя стылым взглядом. Шут как-то безнадёжно качнул головой, ещё сильнее сжимая в руках амулет, оставленный Флорети. Рон-Тара что-то шикнула себе под нос и с шумом села обратно на кровать. Огромный хвост недовольно покачивался из стороны в сторону, выдавая её раздражение. Но она стоически молчала.
- Флорети сказала, что нам нужно кое-что сделать в её отсутствие, - Цицерон нарушил тишину. Рон-Тара качнула головой.
- Слушаю, - как-то бесцветно брякнула она. Видать, новость об исчезновении капитана её совершенно не радовала. Хранитель вкратце обрисовал сложившуюся ситуацию, наблюдая за аргонианкой. Но та сидела недвижимо, как восковое изваяние имени себя. Молчала, слушала, и лишь покачивающийся хвост выдавал в ней живое существо. Лишь через минуту после монолога Цицерона, Рон-Тара хлопнула себя по коленям и вздохнула.
- Что же, сидя на месте мы ничего не добьёмся. Пошли найдём этого "Бриньольфа".
***Найти человека из Гильдии оказалось проще, чем они думали. Возмущённый торговец-аргонианин назвал этим именем рыжеволосого мужчину, что стоял за прилавком на рынке. За тем самым, что пустовал прошлым вечером, когда Рон-Тара, Цицерон и Флорети прибыли в Рифтен. На желание поговорить отдельно вор чуть ухмыльнулся и ответил вполне чётким отказом. А орать на всю улицу про Тёмное Братство Рон-Таре не хотелось. А вот Цицерон, кажется, уже хотел намекнуть вору на свою принадлежность и потребовать должного уважения.
- Мы от Мориса, - нашлась аргонианка, вспомнив из рассказа Цицерона, что имя каджитского врача стоит упомянуть в разговоре. Бриньольф едва переменился в лице, но склонился чуть ближе к Рон-Таре.
- Спустимся-ка в доки, как смотрите? - чуть более серьёзным голосом предложил вор и вышел из-за прилавка. Никто не задавал ему вопросов, лишь смотрел с презрением и шипел тихую брань. Цицерон понимал: этого человека все ненавидели на этом рынке, но ничего не могли с ним поделать. Он как пекущее солнце в летний полдень - можно ругать и бранить, но сделать с этим ничего не получится. Посему, шут пришёл к выводу, что такая раздражающая обывателей Рифтена личность вряд ли заработала себе имя и состояние честным путём. Рон-Тара и Цицерон направились к докам, дабы поговорить с этим необычным человеком.
В сущности, разговор был недлинным. Аргонианка вкратце рассказала о проблемах Братства. Заинтересовала воров словами о золоте, которое она планировала обменять за многочисленные услуги гильдии. Человек по имени Делвин оказался более чем сговорчивым, и иметь с ним дело было проще простого. А вот глава гильдии оказался человеком донельзя сложным. Мерсер, естественно, отказался принять к себе под крышу двух ассасинов. На что Цицерон тут же возразил: "Попрошу! Вы принимаете под крышу Хранителя и бывшего квартирмейстера!" - но Рон-Тара быстро заглушила поток речи ударом острого локтя в брюхо шута.
- Имя "Морис" вам о чём-нибудь говорит? - осторожно спросила аргонианка, надеясь, что кот не является врагом гильдии.
- Возможно, - задумчиво отозвался Фрей.
- Он обещал, что вы нам поможете,- отозвалась Рон-Тара, скрещивая руки на груди. - Нам нужно задержаться в Рифтене ненадолго, но ходить на открытую мы не можем. Это для нас сейчас опасно.
- Угх... Хорошо. Старый котяра из нас верёвки вьёт, но если это покроет его услуги, которые он нам оказывает, то хорошо. Как надолго вы планируете остаться? - хмуро спросил гилдмастер, окидывая взглядом аргонианку и имперца.