8. Пайдейя (1/2)

Вернулись в перевалочный пункт мы в районе двенадцати часов дня. Чумазые, мокрые, но выглядевшие довольно-таки счастливыми. Ну, мы с Ханджи точно остались удовлетворены своей вылазкой. За капитана говорить не решалась. Он все еще ворчал на нас с Зоэ за решение свернуть к тому озеру, что я нашла ранним утром. Ученая же, узнавшая о термальных водах и вечно теплой воде, буквально принудила Леви заглянуть и туда, если сегодня у них — или же нас? — все равно нет никаких заданий. Последний день перед возвращением разведчики всегда посвящали сбору, укладке своих вещей и отдыху. Последнему пункту мы с женщиной уделили, подумаешь, чуть больше времени, чем следовало.

Почему чумазые и мокрые? Меня-то, конечно, понять можно: собрала на себе всю грязь Парадиза за несколько минут из-за сырой одежды. Но вот Ханджи с Аккерманом… До этого момента я ещё считала себя безрассудной девицей. Пока Зоэ не переплюнула и не сиганула с разбега в то самое озеро, сняв все снаряжение ещё около Вихря. Мы же стояли с капитаном у берега, когда нас окатило крупными брызгами. Мне все равно — я и так как тряпка половая была, а вот Леви, все беснующийся от влажной кофты на груди, выпал в осадок на полминуты. На всякий случай я посторонилась, отгородившись от него кустом, и с ужасом посмотрела на веселящуюся Ханджи.

— Какой же до этого момента я была потной, — протянула с удовольствием женщина. — А водичка какая прелестная! — и она перевернулась на спину, ударяя ногами по воде и ещё раз обливая уже в основном мужчину. — Коротышка, залезай. Один сухой остался ведь.

Да-а-а, Леви… Представляю, как весело тебе жилось эти годы в почти постоянном контакте с неугомонной Ханджи. Мне вот такую подругу, с которой на одной волне сумасшествия были бы, да в мое время. «Самая отмороженная ОПГ. Их боялись даже чеченцы» — определённо говорили бы только про нас с Зоэ.

— Лангнер, закрой глаза и уши, — отчеканил он, поднимая камень у ног.

Вот это оборот принимала шутка ученой!

— Капитан, остыньте, — я выскочила перед ним раньше, чем булыжник отправился в полет прямо в беззаботно плавающую Зоэ.

Запоздало подумала, что вряд ли Леви целился в неё, чтобы убить, так, если припугнуть лишь хорошенько. Но процесс, очередная цепочка глупых событий запустилась. Рыхлая земля прибрежной зоны водоема оказалась довольно подвижной для совершенного мной маневра, поэтому я в который раз познала чувство свободного падения. Да ладно просто нырнула, так ещё и прихватила пассажира в лице капитана, перед этим инстинктивно вцепившись в руку с камнем. Мужская попытка утянуть меня в противоположную сторону от озера столкнулась с моими стараниями вернуть равновесие. Обычно плюс на плюс давал такой же весомый плюс — у нас же вышел жирный минус, подвязанный к ногам грузом. Окунулись уже вдвоем под истеричный смех Зоэ.

— Ну наконец-то веселье!

Н-да, очень весело нам будет.

Но нас всего-то прокляли пару раз, пока Леви выбирался на сушу, и обложили херами для закрепления пройденного материала. Не будь за моей спиной фыркающей и поддакивающей провокационно женщины, я бы расстроенно смотрела на удаляющуюся спину капитана, чувствуя вину за нелепый инцидент. Конечно, стыд опалил щеки, потому что такими темпами я отхвачу приличных пиздюлей уже от самого Эрвина за то, что довела его талантливого воина впервые в истории до нервного срыва.

Звучное «тпру!» вернуло в реальность. Мы стояли на пригорке около забора, вдоль которого были выставлены кормушки для лошадей. Солнце в зените грело макушку.

— Иди к Берте, — Ханджи подтолкнула меня в спину, когда я спрыгнула с Вихря и осторожно погладила морду животного.

— Зачем? — возмутилась. — Я сама могу шею перевязать, а руки вообще смысла нет — заживут как на собаке.

«Для разведчиков они слишком серьезно относились к мелочным ранкам», — подумалось мне сперва, пока в сознание не соскользнула иная мысль. Приказ Смита. Все они делали все, чтобы минимально меня травмировать, а я сама рвалась навстречу опасностям. Смешно. Для них моя память — подвал Гриши Йегера, который срочно нужно вскрыть и узнать, что там хранится. Для меня же та пещера, которой словно и не существовало тут, — «Карфаген должен быть разрушен»<span class="footnote" id="fn_37586825_0"></span>. Диана должна быть ТАМ.

Черт с ней, на что я надеюсь? Что увижу дневники с подробным рассказом, что да почему, когда окажусь внутри? Там максимум могут быть следы от костра да места ночлега.

Давай по-новой, Миша, все хуйня!

О’кей, меняем свою цель. Будем реалистами, понимающими, что в нынешнем положении мы много не добьемся своими заскоками, а поэтому поставим задачу так: добраться до Троста. Если там, где-то на небесах, предрешено мне найти и побывать в злополучном убежище, то я там окажусь. Никак иначе.

И давно я на высшие силы стала полагаться? Вот сразу с того момента, как меня сюда прямой наводкой закинуло.

— Как знаешь, — Зоэ не настаивала на своем, — но бинты все равно у нее придется брать.

Не настаивала, понимая, что все равно угожу в ловушку Рид. Не драться же мне с медсестричкой разведчиков за право самостоятельно позаботиться о себе?

— Разберусь как-нибудь, — беспечно я махнула рукой.

Я обошла молчавшего Леви, кормящего своего коня яблоком, умилилась с их выражений, эм… Лиц? Морд? Ну у Леви ведь не морда, а вполне симпатичная мордашка, такая зубодробительно правильная, что…

— Долго пялиться будешь?

Зубодробительная, потому что от одного его взгляда я уже стиснула зубы до крошки на языке. Эти бандитские манеры Подземного города никогда из его речи не уйдут. Они, конечно, привносили в разговор толику остроты, но хотелось говорить с ним без невольного приравнивания себя к категории даунов. Я достигну такого уровня?

Проигнорировав его выпад, развернулась и пошла прочь от импровизированных конюшен. Все еще липнущая кофта к накаченному торсу капитана подталкивала меня на крайне безнравственные мыслишки, угрожающие чести и безопасности мужчины. Ему бы поосторожнее сейчас раскидываться словами, а то я от взглядов к действиям перейду. И не посмотрю на пропасть между нашими силами.

Хорош же гад! Стоит и даже не догадывается, какой эффект оказывает. Сюда бы Петру — сразу понял, что видок его непристойный. Я с опытом, могу скрыть эмоции, но вот Рал вряд ли скроет свои красные щеки и заикание. Если вообще говорить сможет. А вдруг я её, горячую и молодую кровь, недооцениваю, и она не хуже меня сорвется? Ужас…

— Ильза!

Я шарахнулась, когда не мое, но формально мое имя так громко крикнули. Пришлось остановиться и оглянуться на главную улицу деревни, от которой я сейчас сворачивала с целью попасть в палатку и опять переодеться.

Эрд Джин стоял у дверей первого дома справа с бочкой в руках, видимо, вынося ее в сторону подвезенных ближе повозок.

— Командир Эрвин приказал тебе прийти к нему сразу, как появишься, — передал он его слова под мои медленно ползущие к переносице брови.

Я непроизвольно оглянулась. Только мне идти? Леви или Ханджи не надо к этому большому и страшному дядьке?

— Не заставляй главнокомандующего ждать, — со своим неподражаемым брюзжанием бросил Аккерман.

А взгляд так и говорил: «Попробуй, выбрось что-нибудь при нем!»

Лучше за меня переживай.

— Да, господин Эрд, — отрывисто киваю. — Но могу ли я переодеться для начала?

Мужчина бегло осмотрел мой внешний вид и состояние товарищей позади, и что-то, отдаленно похожее на веселье, промелькнуло тенью по его лицу. От Зоэ, может, разведчик и не удивился сильно, но вот Леви фурор на него произвел. Когда им еще удастся увидеть такой расхлябанный вид всегда собранного капитана? Пользуйтесь возможностью, пока я жива и достаточно беспечна, чтобы не остерегаться Аккермана.

— Он в своём шатре, — по итогу лишь сказал мужчина, возвращаясь к своей работе.

Для чего я понадобилась бригадиру, да ещё и без посторонних, доверенных лиц? Довольно любопытно, чтобы я ускорилась. Проверив по пути пальцами порез чуть выше ключиц, отметила, что он не кровоточил. Стоит ли дать ему просто подсохнуть и не затягивать бинтами? Все равно к Берте я не пойду сейчас, потому что хоть у Смита — шишки важной — терпения отбавляй, но, как говорится, пусть только кто-нибудь попробует это терпение отбавить. Я таким вычитанием заниматься не планировала, желая по максимуму выстроить со всеми дружеские отношения. Ну, ладно, товарищеские. Чтобы меня не подозревали во всех смертных грехах, не держали на мушке и мысленно не желали выкинуть обратно к Титанам в лес. Или не мысленно. Леви на честности вот не скупился.

Шагая уже непосредственно к командиру через пять минут, я вышеупомянутого и не заметила сперва. Он помогал все тому же Джину, возвращая на тележки используемые для воды в домах кадки. Трудился в поте лица. Переоделся тоже. Молодец, гад. Из головы не могла выйти его благожелательность. Ударившая обухом внезапности, она возвращала меня к тем нескольким минутам в гроте. Холодно, сыро и на контрасте с этим горячие мужские ладони, останавливающие от глупости. И мне бы, наверное, радоваться, что капитан снизошел до миролюбия в мой адрес; но интуиция почему-то не утихала, вопя и умоляя держать ухо востро. Я ее послушалась, не позволив себе испытать облегчение.

Я замерла перед входом в обитель и мини-штаб Эрвина. Блин, и не постучишь же — двери нет.

— Командир Смит, прибыла Ильза Лангнер, — отрапортовала в надежде, что он и так услышит.

— Заходи, — донеслось до моих ушей.

И я осторожно отодвинула в сторону ткань, оказываясь уже в более ярко освещенном шатре. Мужчина указал мне рукой на стул, продолжая неотрывно писать что-то на листах бумаги. Точно. Мне нужна ручка или карандаш. Зачеркнутое слово в записной книжке не давало мне покоя причиной, по которой пришлось избавиться от информации. Приказ Ильзы? Если я начала записывать уже ее мысли из головы, то вполне вероятно нахождение под слоем чернил не одного слова. Я находилась под впечатлениями, когда рассматривала тот лист, а поэтому вполне могла пропустить половину там находящегося.

Мне пришлось в молчании провести пару минут, разглядывая то собственные — смешно — руки, то покрытие стола, пока Эрвин не закончил письмо. Разогрев над свечой сургуч, вылил его на клапан конверта и сделал оттиск печатки с гербом Разведкорпуса. Я пытливо наблюдала за действиями бригадира, рассматривала принадлежности, вспоминая, как в подростковом возрасте тоже собирала разные сургучные печати.

— Как тебе эти несколько дней? Все хорошо? — он спрятал послание во внутренний карман.

Пришлось напрячься, чтобы понять: спрашивал он не из чувства вежливости, а правда это его интересовало. Будь я язвой, уже вдоль и поперек нажаловалась бы на Аккермана, превратившего меня в служанку, но вырвала с корнем неуместную обиду.

— Спасибо, командир, я в полном порядке, — старалась звучать непринужденно. — После вашего приказа обо мне… — я непроизвольно скривила губы, — все пекутся. Это вводит в ступор. Моментами.

Эрвин усмехнулся тихо и почти незаметно. Я же уловила это движение, едва округляя глаза в немом вопросе.

— Ты важный свидетель, — ничего такого, что я не была готова услышать. — Возможно, благодаря тебе нам удастся официально зафиксировать первый контакт человека с Титаном. Что он там говорил? Госпожа Имир?

«Госпожа Имир — жопа».

Но это уже сказала в мыслях в надежде не получить повторную головную боль.

— Тебе известно, что это за личность? — поинтересовался мужчина, потирая указательным и большим пальцами свой подбородок с ямочкой.

Определенно точно известно.

— Без понятия. Думаю, в тот момент совсем не до разбора слов Титана было.

Эрвин, ты так и не дожил до момента, когда вся правда всплывет наружу. С моим появлением появился ли у тебя шанс?

— Быть может, это их… предводитель? Нам неизвестно, есть ли у них какая-то иерархия или наличие главного Титана, управляющего остальными. До твоей записи мы всегда считали их абсолютно неразумными существами, из числа которых девианты — единственные, кто отбивались от остальных групп своими нехарактерными поступками. Любимчики Ханджи…

Ага, предводитель-прародитель. Даже не представляешь, насколько ты в данную минуту близок к истине, хоть и толкуешь ее немного искажено.

— У них развит речевой аппарат, но недостаточно, чтобы полноценно разговаривать, — задумчиво протянула я, вспоминая свои разборы сущности этих уродцев. — Насчет остального говорить не могу, но получается, что мозжечок на том уровне, чтобы выдавать нечленораздельные односложные предложения. К тому же, что интересно, мозжечок отвечает за координацию движений и равновесие, ориентацию тела в пространстве, мелкую моторику. Если у Титанов нарушена эта часть, то неудивительно, почему они такие нескладные увальни. Может, у девиантов он более развит, если они проворнее остальных?

Черт. Увлеклась рассуждениями, вспомнив всю информацию, которую разыскивала в своем мире, когда впервые столкнулась с понятием «Титан». Господин Исаяма обделил нас физиологическими подробностями, поэтому пришлось додумывать самостоятельно.

— Не думал, что компания майора Зоэ так влияет на людей, — с нечитаемым выражением произнес Смит. — Ты неплохо разбираешься в анатомии. Что-то вспоминается?

— Только вот про Титанов информация, — развела я руками. — Уже не знаю, может, головой стукнуться для ускорения процесса. Вдруг поможет.

Я правда размышляла над этим вариантом, когда не понимала, где делись воспоминания из пещеры. Имир стерла? Но ведь у нее нет сейчас таких способностей.

— Командир, — обратилась я к нему, — почему вы пригласили меня на эту аудиенцию?

Он хмыкнул.

— Я рад, что не нужно ходить вокруг да около, Ильза, — вздохнул как-то устало Эрвин и откинулся на спинку стула, оставляя постукивающие пальцы рук на столе. — Хотел спросить, как ты отнесешься к тому, что я официально объявлю о твоем возвращении в ряды разведчиков при прибытии в Трост? Ты вновь начнешь получать жалованье и тебе выдадут снаряжение.

Я моргнула пару раз быстро.

— Это вы обо мне в столицу написали? — кивнула в сторону его коричневой форменной куртки.

— Проницательно.

— А с вашей стороны не красиво сперва все решить, а после спросить мнение, — улыбнулась холодно я. — Впрочем, мне все равно. Могли бы и не интересоваться таким пустяком: мое решение здесь не имеет веса.

— Не наговаривай, лейтенант, — мое заявление ему мало понравилось.

Ага, навел как-то справки или просто помнил? Нет, думаю проще все: прочитал в дневнике. Я-то с дислексией тут частичной.

Все-таки у нас было звание, причем не какое-то замухрышистое. На моей одежде многие элементы были сорваны или стерты, поэтому самостоятельно определить ранг не получилось. Учитывая, что Ильзе поручили вести целое крыло конной бригады, то это можно было предположить и так.

— Ага, лейтенант, а сержантам и рядовым портки стирала, — буркнула, сложив руки на груди. — Вы же не сожжете письмо, если я сейчас скажу, будто не согласна восставать из мертвых, — я вгляделась в мужское лицо с крупными чертами лица. — По глазам вижу, что не сожжете, командир. Поэтому обойдемся без патетизирования нашего разговора. Не люблю говорить загадками.

— Согласись, что для дальнейшего существования тебе нужны документы и деньги, — от моей прямолинейности Смит весь подобрался.

— Соглашусь, — без сомнений, — но вы понимаете, что одновременно с оглаской ко мне придет ответственность, к которой я не готова. Я отстала от вашей жизни, ритма и чувствую себя никчемным куском мяса. Скоро и терпеливая Петра махнет на меня рукой, господин Эрвин!

Я и правда ощущала себя здесь бесполезной. Мои навыки самообороны к Титанам не применить. Не сделаю же нокаутирующий хук по отношению к ним — это только самой становиться, как тот же Эрен, титанчиком каким-то. Но боюсь, что меня окончательно такой поворот сломит.