Глава 4. Королевский бал (1/2)
Ночь выдалась для Алексея ужасной. Практически не спав, всё время крутясь по неудобной кровати, он только и думал, что о своём родном доме.
Да, он не был в восторге от своей жизни и часто хандрил, впадая в уныние от несбывшихся мечт и мыслей, что завтра предстоит снова идти на нелюбимую работу и заниматься нелюбимым делом.
И всё же это была его жизнь. Да, неудовлетворительная. Но его!
Лёжа в совершенно простой комнате, на совершенно неудобной и скрипящей от старости постели, он скучал по собственной кровати в маленькой квартирке в Москве. Она была тоже не шибко уютной, но хотя бы обжитой и имела в себе его личный дух, а не какого-то другого создания.
Эта же комната представляла из себя мини-коробку с деревянными полами и такими же стенами, без капли уютного декора – банальных растений или мебели, – с окнами без штор и лишь одним, больше походящим на тумбочку, гардеробом. Мыться можно было, как обнаружил случайно ещё вчера, в отдельном общем помещении, напоминающим баню.
Туалет и вовсе находился на улице и представлял из себя обычную дырку в земле.
«Мерзость», – только и подумал тогда мужчина.
С наступившим утром, совершенно не выспавшись, Алексей так и встретил, лёжа на постели, неожиданных гостей.
Ворвавшись к нему в комнату, как ураган, уже знакомый мальчишка, одетый в укороченное, узкое из шерсти пальто и такие же брюки, с позолоченной брошью на груди – символом королевства – и с густыми пшеничными локонами, спадающими тому на плечи, довольно громко объявил о своём появлении:
– Какого чёрта ты ещё дрыхнешь? – подойдя, он бесцеремонно сорвал с Алексея одеяло. – Уже почти день на дворе! Вставай!
Дербенёв так и выпал, еле-еле успев прикрыть пах, хотя и не был голым.
Просто недавно обнаруженные величественные размеры, явно больше звериные, чем человеческие, его немножечко, но смущали.
К тому же было утро, и его добро неплохо так выделялось сквозь обычные портки.
Это заметил и Фаэлин, что, зардевшись, тут же запричитал:
– Прикройся!
А вот теперь Алексей молчать не собирался.
Наоборот, убрав руку, он возмутился, открывшись мальчишке во всей своей красе:
– Я у себя до… кхм, в комнате! – поднимаясь с постели, Алексей ещё больше опешил, хоть и не подал виду, какой всё же крохотный перед ним эльф. – Это я тут должен спрашивать: «Какого чёрта?!»
Фаэлин на откровенную провокацию-таки не повёлся, прекратив смущаться и тупо пялясь с нейтральным выражением Алексею в глаза.
– Вчера не успел тебя поставить в известность, так как ты, поджав хвост, сбежал! – и встал ещё так недовольно: руки в боки. – Сегодня вечером король устраивает бал, и ты, естественно, приглашён.
– Нельзя было письмо что ли посыльным отправить или, ну, голубя на крайний случай? – зачем-то начал нести весь этот бред Дербенёв. – Чего сам припёрся, ещё и раздражённый такой?! – уже с отчаянием. – Я тебе сделал что?!
– Какой ещё нахрен голубь? – подставив под одну руку другую, выгнул пальчик одновременно с бровью мальчишка. – Неважно! – и тут же отмахнулся, как от надоедливой мухи. – Чтобы пришёл при параде и не опаздывал, – уже спокойнее, проигнорировав все кинутые ему Алексеем вопросы, ответил эльф.
Дербенёв ничего не ответил, а только покосился на дверь, всем видом давая понять, что мальчишке пора уходить.
Тот, в общем-то, и сам задерживаться не планировал. Больше ничего не говоря, он, ещё раз окинув брезгливым взглядом помещение, таки вышел с гордо поднятой головой.
– Не эльф, а гном, – буркнул себе под нос Алексей.
А следом покосился на гардероб, надеясь, что найдёт там что-то приличное.
Всё же злить короля своим неподобающим видом он не хотел.
***
Из приличного действительно что-то да нашлось: явно недорогого качества вельветовый фрак, рубашка с несколькими подвязками на груди и вельветовые брюки. Одевшись во всё это добро и посмотрев на своё отражение в единственном, маленьком зеркальце, что нашлось всё в том же шкафу, Алексей разочарованно вздохнул.
– Неужели у самого военачальника армии королевства нет денег, чтобы приобрести что-то поприличнее?
Мэлл, что нашёл его ещё утром всего угрюмого и несчастного за завтраком, также присутствовал и наблюдал за чужими вздохами и ахами.
Подумав, что вопрос адресован ему, он произнёс:
– Деньги у военачальника должны лежать на счету в казне при короле, – развёл он руками, – ты мог бы попросить аудиенцию к одному из придворных аристократов, что работает при главном вампире, отвечающем за казну, и попросить выписать тебе чек на определённую сумму.
Алексей только повторно вздохнул.
Откуда ему вообще было знать такие тонкости?
И Мэлл, будто вспомнив об этом, протянул долгое: «А-а-а-а-а… точно» и умолк, боясь попасться военачальнику под горячую руку.
– Мало того, что живёт в какой-то дыре, – продолжил свои возмущения Дербенёв, – так ещё и шмотками не мог нормальными обзавестись! Почему так? – теперь уже требовал объяснений он от парня.
Мэлл же только плечами пожал.
– Астро всегда был такой: угрюмый и мало чем интересующийся. Его в последнюю очередь интересовали деньги и собственное благоустройство.
– Что же его тогда интересовало? – не преминул уточнить Алексей.
– Армия да война.
Услышав такой ответ, мужчина обернулся, уставившись на парня.
– Он что… был настолько кровожаден?
– Вовсе нет! – тут же стал оправдываться Мэлл. – Наоборот, он так много пахал для короля только для того, чтобы устроить благополучную жизнь для своих сослуживцев. – И, неожиданно подскочив на ноги, Мэлл, что до этого сидел на краю кровати Алексея, начал с жаром рассказывать. – У меня вот сёстры! И каждую надо обуть, одеть и накормить. Ещё маме как-то помочь, так как отца у меня нет. Мне только служба при дворе и помогла свою семью всем обеспечить!
Столь неожиданные откровения застали Алексея врасплох. Он совсем не ожидал услышать что-то подобное и поэтому только молчал, уставившись на Мэлла.
– И всё только благодаря Астро! – тем временем продолжил мальчишка. – Если бы не его заслуги, армия никогда бы не стала получать такие высокие пособия.
Отвернувшись, Алексей вновь уставился на себя в зеркале.
Ну хоть что-то полезное, он да узнал… В конце концов, теперь можно было понять, что мужчина, чьё тело ему досталось, был не таким уж и плохим зверочеловеком. Как-то даже гордость за него (себя) почувствовалась.
Ещё и достоинство у него совсем не маленькое…
Алексей даже сказал бы, что неприлично большое.
Неужто так у всех оборотней? Вон, аж в брюках нормально не спрячешь…
Мэлл же, заметив куда так внимательно смотрит Алексей, неожиданно рассмеялся.
– Ничего смешного, – обиделся Дербенёв в ответ на чужое веселье, – как ни клади, он всё равно выпирает! Так у всех оборотней? – решил всё же озвучить один из мелькнувших в голове вопросов.
Парень, ещё немного покатавшись по полу от смеха, с трудом, но пришёл в себя и ответил:
– Мы волки, поэтому и размеры у нас, как ты мог заметить, немаленькие. Мы сами по себе больше и сильнее людей.
И в доказательство он выпятил грудь, подняв руки и начав демонстрировать мышцы.
Алексей решил последовать его примеру и, не заметив, с первого раза перестарался, отчего одежда на нём чуть не полопалась.
Это было слишком неожиданно, но приятно. Всё же кому не понравилось бы быть таким мускулистым и сильным?
– Это ещё ладно… А видел бы ты наших самок, – вдруг, расплывшись в улыбке, протянул парнишка.
– Кого? – растерялся Алексей.
– Самок, – с кристальной невинностью повторил Мэлл. – Они у нас тоже все высокие, сильные, а главное какие в постели… Хотя, я всё же больше предпочитаю мужчин, – как ни в чём не бывало оповестил его парень.
Алексей же так и застыл, открыв было от столь неловкой откровенности рот.
– А что? – не понял чужой реакции Мэлл. – Мне нравится чувствовать себя в крепких руках. К тому же сам я, как видишь, не шибко сильный для волка, – и он развёл руки, демонстрируя поджарую, но стройную фигуру, – поэтому мне нужен кто-то сильнее меня.
Для Дербенёва настолько открытое признание в гомосексуализме показалось чем-то не просто вопиющим, а даже диким.
В принципе… ничего нового.
Они же, как сам Мэлл говорит, не просто люди.
– Ты меня, конечно, извини, – попытался объяснить свою позицию мужчина, – но я как-то не по мальчикам…
Парнишка склонил голову набок.