Глава 3 (2/2)

Они замолчали на некоторое время и Лэтти обратил внимание, что было уже одиннадцать часов вечера. Завтра суббота, но ему все равно придется идти на работу. Он даже не мог думать ни о чем другом. Он жил этим делом последние два года, и ему страшно хотелось завершить начатое, хотя… он на секунду задумался над тем, что будет чувствовать, если к Фоксу всё-таки применят смертную казнь… почему-то в груди поселилось неприятное чувство. Совершенно не похожее на триумф.

— Он отказывается говорить с кем-то, кроме тебя, — нарушил тишину Эндрю, поворачивая к нему голову.

— Да, наш начальник теперь молится на меня. Интересно, может, мне премию дадут? — хмыкнул Лэтти.

— Но тебе не кажется это странным?

— Нет, он просто хочет навязать свою игру. — Однако, видимо, что-то в его голосе заставило Эндрю нахмуриться, поэтому Лэтти со вздохом продолжил: — Он сказал, что находит меня сексуальным.

— Когда? — удивился Эндрю.

— Ну… когда я выключил камеру. И он сказал это очень тихо. — Лэтти вспомнил дрожь в своем теле, когда его пальцы коснулись руки Фокса. Его снова передернуло. — Это странно…

— Ничего странного. Ты миниатюрный блондин с голубыми глазами, тебя многие находят сексуальным. Только вот зачем он решил сказать это тебе?

Лэтти сложил ногу на ногу и нахмурился.

— Я предположил, что он хотел посмотреть на мою реакцию. Возможно, он думает, что меня можно соблазнить, чтобы я помог ему сбежать или что-то в этом духе.

— Или он мечтает прирезать тебя, как остальных своих жертв, — разумно заметил Эндрю. — Будь с ним поосторожнее. Не позволяй ему подходить близко, один неверный шаг — и он может придушить тебя своими цепями.

Лэтти только фыркнул.

— Брось, его приковывают к столу, когда я вхожу в камеру допроса. К тому же — я отлично умею постоять за себя.

— Ладно, — согласно кивнул Эндрю. — Может, сменим тему? Я больше не могу о нем разговаривать, мне кошмары снятся, когда я вспоминаю, что именно он сделал. Не представляю, как ты вообще можешь каждый день выдерживать его.

Лэтти совершенно не хотелось менять тему. Разве сейчас могло быть что-то важнее, чем разоблачение их маньяка?

— Вот скажи, — снова начал Эндрю. — А я выгляжу сексуальным?

Лэтти от неожиданности чуть не подавился виски. Такого вопроса он совершенно не ожидал, поэтому озадаченно посмотрел на своего друга.

— Что?

— Я… не могу спросить это ни у кого другого. Сложно тебе ответить, что ли?

— Ну… я не знаю. Ты мне как друг, понимаешь? Ты нормально выглядишь… что за вопросы вообще?

Эндрю только разочарованно вздохнул.

— Не переживай, я не имею на тебя видов. Просто… я вчера пригласил Блэнта на свидание.

— Да ладно? — Лэтти действительно был удивлен. — Он же старше тебя лет на десять.

— Видимо, его тоже смутил мой возраст, — Эндрю неопределенно пожал плечами, — ну или он натурал. Он мне отказал. Вежливо так. Сказал, что у него много работы и нет свободного времени.

— Не расстраивайся. Возможно, это так и есть. К тому же — отношения на рабочем месте это не самый лучший вариант.

— Да что ты можешь знать об отношениях? Ты же живешь на работе, — поддел его Эндрю.

Лэтти мягко улыбнулся. На данный момент его действительно интересовал только Адриан Фокс.

***

Когда ему было двадцать три года, в его жизни появился один интересный парень. Звали его Чарли, и он был всего на несколько месяцев старше. Они познакомились в кафе неподалеку от полицейского участка и сразу понравились друг другу. Чарли был высоким и симпатичным, правда, слегка капризным, но Лэтти не особо придавал этому значение. Они встречались месяцев семь, и скоро Лэтти это надоело. Чарли говорил, что страшно любит его и не может представить своей жизни без него, а еще он постоянно жаловался, что Лэтти не хочет переезжать к нему и ночует на работе. А потом он и вовсе начал ревновать его к делу о маньяке, и тогда Лэтти, взвесив все за и против, решил разорвать отношения.

Чарли это не понравилось и на протяжении еще нескольких месяцев он практически преследовал его, то поджидая у участка, то возле дома, но Лэтти никак не реагировал, подтверждая тем самым, что его решение окончательное.

Чарли отстал от него. И Лэтти про него уже и забыл, но… ему снова напомнили о нем, когда он ехал на работу.

Лэтти с удивлением уставился на экран, когда заметил там имя мамы Чарли. У него был ее телефон, но она ни разу не звонила ему. Решив, что это очень важно, он взял трубку, а потом с каменным лицом выслушал весть о том, что Чарли умер сегодня ночью.

Мать Чарли сокрушалась и рассказывала, как ночью ей позвонили из полиции и сообщили о том, что ее сына нашли мертвым на дороге, а убийца скрылся с места преступления. Она не понимала, кто бы это мог быть и кому вообще Чарли смог перейти дорогу, ведь он такой безобидный и прочее… Она умоляла Лэтти взяться за это дело, на что он мягко попытался объяснить, что это не от него зависит, он не может просто так начать вести это дело, особенно учитывая, что все его силы брошены на допрос и разоблачение главного маньяка города.

Мать Чарли еще долго рыдала в трубку, на что Лэтти пообещал, что если что-то выяснит, то сразу ей позвонит.

Сам он на самом деле был взбудоражен этой новостью, а когда встретился с начальником, тот и вовсе сказал ему забыть об этом, потому что этим уже занимаются другие, и посоветовал сосредоточиться на Фоксе.

Лэтти был слегка не в себе, когда снова вошел в камеру для допроса. Воспоминания о Чарли всё еще крутились в голове. Может, это был просто несчастный случай? Мало ли психов гоняют по ночам? Кстати, о психах. Он перевел глаза на Фокса, который, в свою очередь, внимательно смотрел на него.

— Доброе утро, мистер Фокс, — спокойно сказал Лэтти, взлохмачивая волосы и пытаясь сосредоточиться на допросе.

— Доброе ли? — вдруг усмехнулся он.

— О чём это вы? — насторожился Лэтти. У него почему-то было очень нехорошее предчувствие.

— Вы неважно выглядите, — пояснил Адриан. — У вас что-то случилось?

— Хм, нет. То есть… — Мысли в голове были всё еще путанными, пронизывающий взгляд напротив откровенно мешал сосредоточиться, и он так некстати вспомнил о брошенных Фоксом словах «я нахожу вас чертовски сексуальным». Прикусив губу, он всё же сказал: — Меня только что ошарашили новостью, что мой бывший парень погиб. Только и всего.

— Оу. Так вы расстроены из-за его смерти? — со всем пониманием спросил Фокс.

— Что? Нет. В смысле, я не думал об этом, да и вообще это не ваше дело, — попытался поставить точку он.

— Как долго вы встречались? — плавно продолжил Адриан, хотя его поза была такой, будто он притаился перед броском.

— Около полугода, — зачем-то ответил Лэтти. Он вообще чувствовал себя словно под гипнозом. То ли сказывалась бессонная ночь, то ли будоражащие новости, но почему-то сегодня он не мог противиться чарующему и сопереживающему голосу Фокса.

— Какое двуличие, мистер Джегсон, — констатировал Фокс, и когда Лэтти недоуменно на него посмотрел, то смог заметить, как Фокс попытался спрятать улыбку. — Вы обвиняли меня в безразличии после смерти Лукаса, но сами ничего не чувствуете по отношению к смерти своего бывшего парня. Не странно ли это?

— Что? Я… — Лэтти на секунду опешил. Какого вообще черта? Фокс выглядел так, будто именно он приложил к этому руку. Но это абсолютно исключено. Адриан Фокс никак не мог знать о том, с кем он встречался. Они даже не были знакомы! — Вы хотите мне что-то сказать?

— Только то, что уже сказал. Ваше отношение ко мне изначально было предвзято, — с легким упреком ответил он. — Вы начали свой допрос, обвинив меня в негуманном обращении с моим партнером и отсутствии каких-либо переживательных эмоций, что совершенно нецелесообразно.

— Я всё еще не понимаю, — честно сказал Лэтти, проклиная себя, что по-прежнему обсуждает это.

Фокс слегка наклонил голову набок.

— Вы вошли в камеру для допроса и разговаривали со мной как с убийцей, хотя это еще не доказано. Вы повышали на меня голос, хотя должны быть абсолютно бесстрастны. Если вы, конечно, профессионал, — с легкой усмешкой добавил он.

— Я веду дело о маньяке, убившем сто девятнадцать человек. Ко всему прочему — у него где-то спрятана еще одна жертва, — Лэтти слегка прочистил горло. Ему совершенно не нравился этот разговор.

— Похвально, что кто-то доверил вам такое громкое дело, учитывая ваш возраст. Но могу ли я задать вопрос? — Фокс насмешливо приподнял бровь и, так и не дождавшись ответа, поинтересовался: — На каком основании вы решили, что сын мэра это последняя жертва «вашего» маньяка?

— Думаю, что у нас есть свои источники, и я не обязан докладывать об этом вам.

— Оу, вы уходите от ответа, — улыбнулся Фокс. — Значит, вам нечего сказать. Полагаю, что только цвет волос этого юноши заставляет вас думать о том, что это жертва маньяка? А вдруг вы ошиблись, и вам нужно двигаться в другом направлении?

— Что, черт возьми, вы несете? — почти вышел из себя Лэтти, чем заслужил еще одну раздражающую усмешку.

— Пытаюсь объяснить вам, что вы зря тратите время на меня.

— О! Так может, мне вас отпустить? — резко спросил он.

— Это было бы разумно, учитывая тот факт, что вы удерживаете меня здесь только из-за того, что мэр нашего города не уследил за своим сыночком. В противном случае, у вас недостаточно весомых улик для того, чтобы держать меня здесь и допрашивать с утра до ночи.

— Не нужно зачитывать мне мои права, мистер Фокс. Вы пробудете здесь до суда. У нас достаточно улик для вашего обвинения, но вы можете смягчить свой приговор, если будете сотрудничать. К тому же — убийца Лукаса Марви всё еще не найден, но именно вы пытались прикончить его.

— Если выяснится, что сын мэра жив и ему ничего не угрожает, а Лукаса убил кто-то другой, что, кстати, уже очевидно, так как у меня есть алиби, то пресса вас разорвет, — с тихим смешком проговорил Фокс.

— Да мне плевать на мнение толпы, — тут же отбил Лэтти. — Я уверен, что за убийствами стоите вы, и я это докажу.

— Но именно мнение толпы, в том числе и присяжных, будут решать мою судьбу. На суде я растопчу ваши улики в пух и прах. Никто не поверит, что именно я, с прямой осанкой, потрясающими манерами, без тени агрессии, воспитанный и дружелюбный, и есть ваш маньяк.

— Вы в курсе, что все наши разговоры записываются? — уточнил Лэтти. — И этот в том числе.

— Да, я в курсе, — вежливо кивнул Фокс. — Также записывается то, что вы пытаетесь выбить из меня признание. Хотите, чтобы я сознался в том, чего не совершал, вместо того, чтобы искать настоящего убийцу.

— Откуда в вас столько нахальности? — пораженно спросил Лэтти.

Хотя нахальность — это, наверное, не та характеристика. Было в нём что-то такое…

В общем. Если бы Адриана Фокса можно было выжать, то весь мир захлебнулся бы в море самолюбия и отвратительной, почти болезненной уверенности в себе.

И именно это не укладывалось у Лэтти в голове. Разве ему не должно быть хоть чуточку страшно? Откуда столько уверенности, что ему всё сойдёт с рук? А может… он действительно невиновен?

От этого вопроса в собственной голове на мгновение стало неуютно. Было чувство, словно кто-то душил его невидимым одеялом.

— Нахальность? — искренне удивился Фокс. — Это всего лишь средство защиты. Любой, кто окажется на моем месте, будет в легком замешательстве, согласитесь.

— У вас нет легкого замешательства, вы наслаждаетесь этим процессом.

— Как я уже и говорил — мне нравится ваше общество.

— Сомнительный комплимент, — резко ответил Лэтти, поднимаясь на ноги. — Любой невиновный на вашем месте взял бы себе адвоката, который выстроил бы ему линию защиты. Вы же хотите поиграть. Что ж, мистер Фокс, я совершенно не против.

С этими словами он покинул комнату для допроса.