Глава 8. Тени Санта-Моники (1/2)

Холодный ветер и мелкий дождь встретил детектива Дэвида Корти своими недружелюбными объятиями. Он сидел в машине, глядя через лобовое стекло на серые улицы Санта-Моники. Дождевые капли сбегали по стеклу, словно спеша поскорее влиться в лужи на асфальте. Город казался отстранённым, почти мёртвым, хотя где-то вдалеке ещё мигали неоновые вывески ночных закусочных и баров.

Дэвиду не очень хотелось ехать по такой погоде в Санта-Монику, но в свете последних событий он предпочёл максимально загрузить себя работой. Стоило ему зазеваться или дать себе слабину, как в голове снова и снова всплывали мысли о грядущих переменах и последствиях недавнего разговора с Джезабель.

Когда-то Санта-Моника была солнечным, почти курортным местом, с известной набережной, наполненной аттракционами и музыкой. Но теперь – особенно под бесконечным затянутым тучами небом – город выглядел обветшавшим, в нём чувствовалась тоска и усталость. Запущенные кварталы с подтекающими крышами и завывающим ветром в тёмных переулках лишь подчёркивали настроение самого детектива.

Совсем скоро Джезабель сделает свой выбор, и, что бы она ни решила, – исход будет одинаков, изменится только количество грязной работы. Однако это детектива нисколько не волновало – он уже давно был готов к любой развязке. До сих пор Дэвид не мог понять, почему эта женщина-вампир так зацепила его. Пожалуй, дело было не только в её силе и влиянии, но и в том, что где-то в глубине души он находил в ней отражение собственного безрассудства.

За последние сутки ему так и не удалось заснуть из-за постоянного волнения о грядущих последствиях их разговора. Каждая минута отдыха оборачивалась мучительными мыслями: детектив вспоминал детали беседы, тень на лице Джезабель, едва заметную дрожь её голоса, когда речь зашла о ЛаКруа.

Чтобы хоть немного себя занять после окончания рабочего дня, он решил наведаться к своему старому приятелю – Артуру Килпатрику. Тот жил и работал в районе, который когда-то считался оживлённым сердцем Санта-Моники, но теперь здесь пустовали многие лофты, а на улицах чаще встречались бездомные и сомнительные личности, чем туристы.

Дэвид припарковал машину у тротуара, вполголоса пожаловавшись на отсутствие свободных мест под навесом. Моросящий дождь стучал по крыше автомобиля, и звук этот нервировал, напоминая капли, падающие на дно ржавой бочки. Выключив двигатель, детектив на мгновение прикрыл глаза: нужно было собраться с мыслями, чтобы не выглядеть измотанным.

Покинув уютный салон машины, Дэвид вышел на ночной свежий воздух и глубоко вздохнул. К счастью, его происхождение не было лишено таких простых человеческих потребностей, как воздух, еда и вода. Он смотрел на мерцающие огни фиолетовой вывески «Агентство поручительств Килпатрика» и вспоминал времена, когда заходил сюда, будучи ещё не самым опытным детективом. Тогда в окрестностях всё казалось ярче: на улицах шумели пабы, светились витрины бутиков. Теперь же из витрин остались одни тусклые окна, да и те увешаны табличками «Сдаётся» или «Закрыто».

Сильнее укутавшись в пальто, чтобы хоть немного прикрыться от ветра, Дэвид потянул за ручку входной двери и услышал знакомый приветственный колокольчик.

— Добро пожаловать в круглосуточное поручительское агентство Артура Килпатрика. Чем могу помочь? — послышался голос из глубины офиса.

В ночное время в помещении действительно было темно, светильник на стене мигал и потрескивал, а сам владелец конторы не сразу рассмотрел посетителя. Запах старых документов и дешёвых сигарет висел в воздухе; где-то в углу шелестел вентилятор, гоняя по комнате застоявшийся табачный дым.

— Доброй ночи, Артур.

— О, Дэйв, это ты? — навстречу вышел невысокий толстячок в мятых шортах и растянутой футболке. Он был таким же, каким Дэвид запомнил его много лет назад, разве что на висках прибавилось седины. — Давно не видел тебя в нашем районе. Как всегда, красив и улыбчив до ушей. Что привело тебя ко мне?

— Проезжал мимо, решил заглянуть к старому другу — узнать, как твои дела.

— Всё по-старому, — Артур по-братски обнял и похлопал Дэвида по плечу, улыбаясь так, что глаза почти исчезли за щеками. — Нанял нескольких помощников, но в основном справляюсь в одиночку.

Он прошёл в глубину помещения, жестом приглашая гостя следовать за ним. Половицы предательски скрипели под ногами, да и сам офис выглядел захламлённым: повсюду лежали стопки бумаг, папки, договоры о поручительстве, расположившиеся на крохотной тумбочке у стены.

— Ну и как дела сегодня? — поинтересовался Дэвид, осматриваясь по сторонам, словно ища признаки того, что в этом бизнесе что-то изменилось.

— Что могу сказать, дела идут неплохо. Санта-Моника пришла в упадок. Сам видишь, это уже не то милое местечко. У нас теперь больше дел, чем ещё пару лет назад, зато и куда больше сбегающих из-под залога и прочего дерьма, — толстячок развёл руками, словно извиняясь перед самим городом.

— И многие сбегают? — уточнил Дэвид, стараясь понять масштаб проблемы.

— Конечно, — хмыкнул Артур, плюхаясь в своё рабочее кресло, которое жалобно заскрипело под его весом. — Издержки дела. Тогда я натравливаю на них сыщика, а он уже тащит беглецов обратно под суд, если, конечно, успевает.

Толстяк расслабленно откинулся на спинку и жестом пригласил Дэвида сесть на стул рядом с его столом, где стояли чашки с недопитым кофе и пепельница, полная окурков.

— Похоже, интересная работёнка, — отозвался детектив. — А как там Карсон? Слышал, у него теперь есть боевые шрамы.

— Было дело. Один ненормальный ублюдок отрезал ему палец и почти сутки держал в подземной камере. С тех пор Карсон уволился… Жаль, ведь он был чертовски хорош. Нас многое связывает. Я и отца его знал… — Артур тяжело вздохнул, и в его голосе прозвучали искренние нотки сожаления. — Хорошего сыщика не так уж легко найти.

На пару мгновений детектив представил, какими это должны быть психи, чтобы заниматься подобными издевательствами. Хотя, зная, насколько тёмные дела творятся по ночам в этом городе, он уже не особо удивлялся.

— Если есть какие-нибудь проблемы, я могу оказать помощь, — предложил Дэвид, рассчитывая хоть чем-то занять себя в эту ночь, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями.

— Хм, у меня тут как раз есть одно дело… — глаза Артура заблестели, он подался вперёд. — Если ты на своей крутой тачке, то думаю, тебе будет несложно сделать это для старины Артура. Надо съездить в одно место. По-быстрому. Я заплачу тебе за это.

— Ну что ты, Артур. Я в состоянии помочь старому другу за стакан хорошего виски. В чём проблема?

Толстячок улыбнулся, глядя на Дэвида с благодарностью.

— Тут есть один тип со списком обвинений в милю длиной, ему уже вынесли три предупреждения. Его подружка внесла залог, а теперь он не явился на заседание суда. Я не могу связаться ни с ним, ни с ней. Мне необходимо выяснить, сбежал этот тип из города или нет. Сюда его волочь не нужно, просто узнай, здесь ли он, если не здесь — то где. Идёт?

— Я займусь этим, — ответил Дэвид, понимая, что дело на самом деле легче лёгкого.

— Отлично, — Артур довольно потер руки. — Этого парня зовут Майк Дурбин. Прозвище — «Грязный». Подружку, что внесла залог, зовут Мэриан Мюриетта. Она живёт над ломбардом Трипа.

— А за что его привлекали? — спросил детектив по профессиональной привычке.

— Ну, пару лет назад ему предъявили обвинение в убийствах, но он был оправдан. С тех пор его привлекали за то да сё, в основном, по мелочи.

— И что он на этот раз натворил?

— В последний раз его привлекали в рамках крупного дела о ворованных автозапчастях. На счёт той автомастерской в Санта-Монике. Об этом писали в газетах.

Да, Дэвид отлично помнил статью: если бы ему дали расследовать это дело, то он в первую очередь проверил бы владельцев автомастерской — двух братьев с не менее подозрительной репутацией.

— Понятно. Так, говоришь, над ломбардом? — переспросил детектив, поднимаясь.

— Да, Мэриан живёт в той шарашке над ломбардом. Узнай, где Грязный Майк, куда свалил или что там ещё.

— Считай, что уже еду, — кивнул Дэвид. — Надо только заехать за кофе, иначе я этой ночью усну за рулём.

Дэвид махнул на прощанье рукой и вышел на улицу, где его радостно встретил промозглый ветер, пропитанный запахом мокрого бетона. Тучи сгущались, а дождь перешёл в противную мелкую морось, от которой не спасали даже козырьки подъездов.

Отключив сигнализацию, он забрался в машину и вцепился руками в руль. Несмотря на попытку обдумать встречу с Мэриан Мюриеттой, мысли детектива всё равно возвращались к Джезабель, и это его невероятно раздражало. Он чувствовал в чём-то схожесть с этой вампиршей, ощущал, что их желание отомстить имеет общий корень, и это выводило его из себя. Дэвид не хотел иметь с ней ничего общего, но в этом деле только она могла стать самым важным союзником. Если примет его предложение, разумеется…

«Я никогда не предам ЛаКруа», — вновь всплыл в памяти голос Джезабель.

— Это мы ещё посмотрим, — сквозь зубы прошептал детектив, проворачивая ключ зажигания.

Мотор тихо загудел, ожидая дальнейших приказов, и Дэвид не заставил его ждать. Машина рванула с места с такой скоростью, что несколько запоздалых прохожих отступили подальше от дороги, недовольно возмущаясь вслед.

Светофоры тускло мигали в такт пролетающим над дорогой каплям, и казалось, что сам город подстраивается под это глухое ночное настроение, предвещающее что-то недоброе. Вскоре Дэвид притормозил у небольшой кофейни, которая всё ещё работала в этот поздний час: взял двойной эспрессо, чтобы прогнать остатки усталости. А потом – снова в дорогу.

До ломбарда он добрался в считанные минуты, ведь на улицах почти не было машин. Найти квартиру Мэриан Мюриетты не составило труда – почтовый ящик при входе оказался любезно подписан её именем. Поднявшись по узкой лестнице, которая скрипела под ногами и воняла плесенью, Дэвид нашёл нужную дверь и несколько раз постучал.

Тишина. Конечно, правильно было бы назвать своё имя и цель визита, но стены в этом доме настолько тонкие, что он привлёк бы ненужное внимание других жильцов. Постучав ещё несколько раз и не получив ответа, Дэвид осмотрелся по сторонам. В полутёмном коридоре светила одна-единственная лампочка, которая мигала, будто на последнем издыхании.

Рядом у входа в квартиру стояло нечто, что с натяжкой можно было назвать растением в пластиковом горшке. Земля вокруг него была рассыпана, словно кто-то задел горшок и не потрудился убрать грязь. Бросив взгляд на пол, Дэвид заметил еле различимый след, уводящий к стене.

Присев на корточки, детектив приподнял горшок и обнаружил под ним ключ. Банально, конечно. Сейчас даже дети знают, что ключи часто прячут либо под половиком у двери, либо под цветочным горшком.

— Статья 117, детектив, — тихо проговорил Дэвид, вставляя ключ в замочную скважину. — По закону штата Калифорния — незаконное проникновение в обитаемое помещение. Наказывается лишением свободы до пяти лет.

Щелчок замка показался особенно громким в тишине коридора.

Войдя в квартиру, он осмотрелся. Пусто. Даже мебели практически не было, не считая кухонной утвари да обшарпанного стола в углу. Обои в комнате, когда-то, видимо, яркие, давно выцвели и покрылись пятнами. В воздухе стоял запах затхлости и старой влаги, будто окна здесь не открывали целую вечность.

Единственное, что бросалось в глаза, — тумбочка со старым автоответчиком. Дэвид нажал кнопку прослушивания. Раздался слегка хрипловатый голос, заставивший детектива машинально выхватить из кармана ручку и блокнот:

— «Привет, Мэр, это Майк. Слушай, мне придётся смотаться в Даунтаун на пару дней, может – дольше. Если позвонит Рено, передай, чтобы встретился со мной там. Нам определённо есть что обсудить. Я буду в квартире Мильтона, в апартаментах Skyline. Прости, детка, я всё объясню позже».

Дэвид быстро сделал несколько записей. Но где же сама Мэриан? Сообщение явно пришло несколько дней назад, а она так и не прослушала его. Или прослушала, но решила исчезнуть вместе с Майком?

«Впрочем, это уже забота Артура и его людей, — подумал Дэвид. — Моя задача — только выяснить, где «Грязный» Майк. Что ж, теперь у Артура будет зацепка: Даунтаун, квартира Мильтона, Skyline. Это было слишком легко…»

Закрыв за собой дверь, он оставил ключ на прежнем месте и уже хотел было уйти, как дверь квартиры напротив отворилась, и из неё вышла странная девушка в чёрных очках. На ней был чёрный плащ, а длинные тёмные волосы спадали на плечи, переливаясь в тусклом свете коридорной лампочки.

Она окинула Дэвида подозрительным взглядом и, не произнеся ни слова, сбежала вниз по лестнице. Детектив задумчиво посмотрел ей вслед. Странная фигура. Она не увидела в нём явной угрозы, но вот Дэвид мгновенно ощутил, что перед ним вампир. Нечто неуловимое в её движениях, в слишком спокойной, даже плавной походке выдавало хищную природу.

«Новая вампирша, — подумал он. — Возможно, только что созданная. Неонат. Очередная марионетка ЛаКруа?»

Стараясь не потерять девушку из виду, он поспешно спустился по лестнице и вышел на улицу. Ночной воздух был пронизан влагой и холодом, а дождь снова усилился, громко шурша по тротуару. Незнакомка только что завернула за угол, двигаясь не спеша, словно наслаждаясь ночной прогулкой.

Детектив, предвкушая интересную ночь, последовал за ней. Он не знал, ведёт ли она его куда-то намеренно, или просто идёт по своим делам, однако что-то в её облике подсказывало ему, что случайностей не бывает. Девушка шла, рассекая холодные потоки ветра, и ни разу не обернулась.

«Как и большинство молодых вампиров, она ещё не научилась прятать своё присутствие, — подумал Дэвид. — Или ей просто всё равно».

Осторожно наблюдая за ней, детектив с удовлетворением отметил, что вампирша зашла в клуб «Asylum». Конечно же, «Asylum» – одно из самых популярных мест для таких, как она: пёстрая людская толпа, яркие огни, громкая музыка, и никто не обратит внимания на чьи-то странности.

«Разумеется, где же ещё вампир будет проводить свои ночи, как не в шумном клубе, полном людей?» — подумал Дэвид, внимательно разглядывая массивную металлическую дверь с яркой неоновой вывеской наверху.

Изнутри доносились басы и сумбурные голоса, то ли смеющиеся, то ли кричащие.  Детектив сделал глубокий вдох и толкнул тяжёлую, обитую металлом дверь с неоновой вывеской «Asylum». Шумная музыка ударила ему в уши резкой волной, а разноцветные всполохи света ринулись навстречу, выхватывая из полумрака то силуэты на танцполе, то узоры на стенах. Сквозь смесь грохочущих басов, смеха и разговоров до него донёсся терпкий запах табака, дешёвого пива и чего-то более экзотического, что посетители явно курили без разрешения. В этом месте, казалось, никто не следил за правилами: каждую ночь здесь собиралась эксцентричная публика, искушённая и жаждущая новых ощущений.

Он на миг задержался у входа, стягивая с себя влажную куртку и давая глазам привыкнуть к рваному ритму света и тени. Нужная ему девушка слишком быстро слилась с толпой, и теперь приходилось разыскивать её среди бесконечного движения тел под тяжёлые аккорды диджейского сета. Впрочем, времени у него было достаточно — ведь он не собирался действовать напрямую и раскрывать своё истинное знание о том, кто (или что) скрывается под человеческими личинами.

Пока он осторожно продирался сквозь группу танцующих, ухитряясь никому не наступить на ноги, краем глаза успел приметить знакомые лица: парочка завсегдатаев с выпученными глазами и полуоткрытыми ртами наслаждалась коктейлями у высокой стойки; чуть поодаль, в темноватом углу, как будто шла своя небольшая сделка — возможно, наркотики или какие-то иные «маленькие радости». «Asylum» давно имел репутацию места, где можно достать практически всё, что угодно, если знать, к кому подойти. Но Дэвида сейчас волновала только вампирша в чёрных очках и её потенциальная связь с ЛаКруа.

Вскоре он увидел проблеск чёрного плаща в зоне барной стойки: та самая девушка разговаривала с парнем в серой куртке, который вёл себя дружелюбно — сидел, чуть развалившись на стуле, и шутливо рассказывал что-то, местами вызывая у девушки лёгкое раздражение. Однако они оба держались вполне спокойно, словно на обычном свидании: он смеялся и откидывался на спинку стула, а она лишь едва заметно закатывала глаза, но время от времени тоже улыбалась. Со стороны могло показаться, что парень делится с ней какой-то забавной историей, а она реагирует по-своему, стараясь не слишком увлечься. Если бы Дэвид не знал, что девушка — вампир, он бы решил, что эти двое просто наслаждаются приятным вечером в клубе.

За баром возвышался крупный мужчина в майке, из-под которой выглядывали завитки ярких татуировок. Он лениво протирал бокалы, иногда помахивая одной из официанток, и изредка что-то бросал посетителям, роняя приглушённые шуточки.

Дэвид задержал шаг. Бросаться напролом не имело смысла: нужно было найти подходящее место, чтобы спокойно наблюдать. К его счастью, чуть поодаль от танцпола свободным оказался высокий стол с парой барных стульев. Оглядевшись, он облокотился на столешницу и принялся разглядывать зал, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.

— Новенький? — прозвучал за спиной нежный, почти мурлыкающий голос.

Дэвид обернулся. Перед ним предстала девушка с эффектной белоснежной кожей, ярко накрашенными губами и откровенным нарядом, который с трудом можно было назвать платьем. Волосы у неё были покрашены в платиновый блонд, чуть завивались над плечами, а в глубине её голубых глаз мерцала насмешка, перемешанная с неподдельным любопытством.

— Возможно, — ответил он, пытаясь удержать в голосе ровный тон. — Я иногда захожу в подобные места, чтобы… расслабиться.

— Ох, как загадочно, — протянула она, кокетливо накручивая на палец светлую прядь. — И всё же я не припоминаю твоего лица. Поверь, я замечаю всех. Ты, должно быть, очень умело скрывался.

Дэвид не мог не признать, что девушка была весьма красива, хотя и совершенно не в его вкусе. Однако в её голосе явно слышались уверенные, почти командные интонации — так говорят лишь те, кто привык распоряжаться и чувствовать себя полноправной хозяйкой.

— Ты здесь главная? — задал он невинный вопрос, слегка склоняя голову набок.

— А ты проницательный… — Она слегка улыбнулась, и в её ярко-розовых губах угадывалась лукавая насмешка. — Меня зовут Жанетт. И да, можно сказать, я здесь заправляю. А ты, красавчик, кто?

Дэвид кашлянул, стараясь сохранить образ слегка ошарашенного «новичка», который просто зашёл выпить.

— Девушки обычно называют меня Дэйв. Или «эй, ты», когда торопятся. А может, я просто искал спокойный уголок, чтобы выпить чего-нибудь покрепче. Наверное, мне нужно познакомиться с барменом?

— Бармен? — Жанетт театрально закатила глаза. — Ах, этого большого милашку за стойкой зовут Кэл, но он не слишком разговорчив. Я бы не стала рассчитывать на интересную беседу — разве что выпить нальёт. Хотя я, конечно, могу и сама угостить тебя, если мне вдруг станет скучно.

Она сделала едва заметный шаг вперёд, сокращая дистанцию, и Дэвиду показалось, что от неё пахнет каким-то чарующим парфюмом — возможно, с примесью мускуса и цитрусовых. Было ясно одно: эта девушка умела зацепить взгляд и держать внимание, обладая некой природной харизмой.

— Только если это не будет тебя затруднять, — произнёс он с лёгкой улыбкой, при этом заметив, что взгляд Жанетт чуть дольше обычного задержался на его губах.

— Ничуть. — Она щёлкнула пальцами одной из официанток, которая тут же посмотрела в их сторону, ожидая указаний. — Два «Блади Мэри», дорогуша. И не скупись на томатном соке, я на диете. — Жанетт подмигнула Дэвиду и медленно провела языком по губам, окинув его хищным взглядом, словно оценивая лакомство.

Дэвид не стал уточнять о странном намёке: в этом клубе всё имело двойное, а то и тройное дно. Он лишь кивнул, принимая правила её игры. Тем временем он урывками следил за девушкой в чёрном плаще, которая улыбалась своему собеседнику и время от времени легонько хлопала его по плечу, словно подбадривая. Вдруг она кивнула на танцпол, и оба легко поднялись со стульев, двинувшись под ритм музыки. При каждом шаге она легко касалась его руки, а он отвечал широкой ухмылкой, продолжая говорить о чём-то своём. Однако в какой-то момент их смех звучал чуть слишком громко, а взгляды — слишком напряжённо, словно во время танца они обсуждали нечто важное, требующее внимательного сокрытия от посторонних.

Когда официантка принесла им коктейли, Жанетт кокетливо прихватила свой бокал, помахав длинными накладными ресницами:

— Ну, расскажи мне о себе, Дэйв. Чем ты занимаешься, кроме блуждания в ночном тумане и красивых разговоров с опасными незнакомками?

— О, я зарабатываю себе на жизнь тем, что решаю чужие проблемы, — уклончиво ответил он, покачав бокал, чтобы смешать содержимое. — Кому-то помогаю отыскать пропавшее, кому-то – заставить появиться то, чего не хватает… Словом, обычная офисная рутина, если рассматривать с определённого ракурса.

— Хитрый ответ, — заметила она, приподняв бровь. — Но я люблю тайны. Наверное, поэтому владею таким заведением: здесь каждый врёт, играет роли или раскрывает самую темную часть своей натуры. А я наблюдаю. Ведь ничто не сравнится с бурей эмоций, которую способна вызвать ночь.

Слова Жанетт ласкали слух, как шёлковая лента. Дэвид только улыбнулся и сделал небольшой глоток «Блади Мэри». Вкус был резким — видимо, Кэл не пожалел перца. Он постарался не отвлекаться от главной цели: отыскать ту самую вампиршу и её нового приятеля. Но контакт с Жанетт мог оказаться крайне полезным, особенно если у неё есть связи и влияние. Впрочем, именно поэтому стоило вести себя осторожно, не выдавая своих знаний о ночном мире.

— И? Как впечатления от этой самой «бури эмоций»? — уточнил Дэвид, перехватывая её многозначительный взгляд.

— О, я получаю истинное наслаждение! — Жанетт игриво закусила нижнюю губу. — Иногда наблюдать гораздо интереснее, чем участвовать. Люди поддаются страстям, совершают глупости, раскрывают свои тайные желания... В такие моменты я ощущаю себя королевой бала — как будто контролирую каждый их вздох.

На миг в её взгляде промелькнула хищная искра, от которой у Дэвида заломило в висках. Он знал, что многие вампиры любят играть с человеческими чувствами, но не мог пока подтвердить, кем именно была Жанетт. Возможно, она действительно вампирша или гуль, а может, просто смертная, которая дружит с нужными обитателями ночи. Тем не менее её власть в этом клубе была несомненна.

Взгляд Дэвида незаметно скользнул в сторону танцпола. Девушка в чёрном что-то активно говорила парню на ухо. Когда композиция подошла к концу, пара оторвалась от танца и, сохраняя оживлённую беседу, вернулась к барной стойке. Незнакомка выглядела довольной — словно её план на вечер продвигался именно так, как хотелось.

— Похоже, тебя что-то отвлекает, — прошептала Жанетт, приблизившись к уху Дэвида. Её дыхание обожгло его кожу, а кончиками пальцев она небрежно коснулась его плеча. — Мне не нравится, когда не уделяют должного внимания.

— Прости, — он смущённо кашлянул, стараясь не выдать настоящую причину своего любопытства. — Просто пытаюсь разобраться, что здесь и кто здесь. Места новые, лица незнакомые.

— Мм, смотрю, у меня появился любопытный гость… — Ее голос окрасился игривыми нотками. — Знаешь, есть поговорка: «Кто слишком много суёт нос не в своё дело, может остаться без носа». Но не бойся, я так очарована твоим появлением, что не позволю, чтобы с тобой случилась беда. По крайней мере, пока.

Она сделала ещё один шажок ближе, и теперь их тела разделяли буквально считанные сантиметры. Дэвид заметил, как некоторые посетители украдкой смотрят в их сторону, а пара девушек у танцпола смеётся, перешёптываясь, будто обсуждая новую жертву Жанетт. Вероятно, они привыкли к её манерам и знали, что это всего лишь очередная охота за развлечением.

— Какое облегчение, — пробормотал он, стараясь не терять самообладания. — В противном случае я бы волновался за свой несчастный нос.

Она рассмеялась лёгким смехом, почти как звон колокольчика, и небрежным движением руки поправила ему воротник.

— Хорошо. А теперь будь лапочкой, подержи мой бокал, — сказала Жанетт, вручив ему свой почти полный стакан, — а я сделаю парочку деловых обходов. Мне надо убедиться, что все в «Asylum» счастливы и не плачут от скуки.

Он остался стоять, держа в руках оба стакана — свой и её. Жанетт скользнула к танцполу, где её тут же окружила компания громко смеющихся молодых людей. Дэвид сделал вид, что отвлёкся на музыку, и снова взглянул туда, где стояли вампирша в чёрном и её собеседник, ещё недавно пытавшийся казаться самоуверенным. Теперь же парень сидел на высоком стуле, ссутулившись, а её рука лежала у него на колене. Его лицо побледнело, будто он пережил внезапный приступ паники или побывал в глубоком гипнозе.

«Кажется, это моя цель, — подумал он. — Но вмешиваться сейчас нелогично. Я слишком мало знаю, а раскрыть свои карты нет желания». Он поставил коктейли на стол, сделав вид, что потерял к ним интерес, и вполголоса позвал официантку, чтобы заказать себе виски со льдом.

Нужно было выглядеть в этом клубе не просто случайным гостем, но человеком, который способен что-то предложить или, как минимум, не вызывает подозрений. От короткой беседы с Жанетт он понял лишь одно: она не упустит случая выяснить, кто он такой, если он покажется ей достаточно интересным. С другой стороны, это может оказаться тем самым «полезным знакомством», которое облегчит ему работу.

Пока Дэвид делал глоток виски, музыка в зале сменилась. Тяжёлый ритм сошёл на нет, уступив место более плавному и томному треку. Танцпол озарился красноватыми лучами, и люди стали пританцовывать в более тесном контакте. Где-то сзади, кажется, завязалась перепалка, и охранник в чёрной рубашке неспешно двинулся туда, чтобы успокоить пару подвыпивших посетителей.

«Asylum» жил своей жизнью, полной соблазнов и теней. Дэвид подошёл ближе к стойке, выбирая момент, чтобы хотя бы краем уха услышать, о чём перешёптываются тот парень в серой куртке и вампирша в чёрном. Однако, когда он приблизился, двое весёлых посетителей встали между ним и целью, закрывая обзор. Протискиваться дальше означало привлечь внимание.

— Эй, парень, чего такой серьёзный? — произнёс вдруг громкий голос. Перед ним вырос массивный бармен с бритой головой и пёстрыми татуировками на руках, которые тянулись от кистей до шеи. На его плече красовалось имя «Кэл», вышитое крупными буквами. — Праздник жизни, а ты стоишь, как будто патроны считаешь.

— У меня просто… долгий вечер, — ответил Дэвид, стараясь не терять доброжелательности. — Нечасто в такие места захожу.

— А, понимаю, — протянул Кэл, смахивая тряпкой пролитый напиток со стойки. — Обычно сюда наведываются либо любители острых ощущений, либо те, у кого «свой человек» в клубе. А ты, похоже, сам по себе?

— Пока что да, — кивнул Дэвид, снова взглянув в сторону вампирши. Её собеседник заметно нервничал, будто что-то мямлил, в то время как она продолжала улыбаться. — Но меня заинтересовала эта симпатичная крошка, что угостила выпивкой. Она представилась... Жанетт.

Кэл усмехнулся и пожал плечами:

— Тут все мужчины так или иначе кидают на неё взгляд. Но уж поверь, у неё на каждого найдётся своя игра.

— Думаешь, мне стоит держаться подальше? — поинтересовался Дэвид, придавая голосу как можно более беспечное звучание.

Бармен прищурил глаза, словно раздумывая, насколько можно быть откровенным:

— Вообще-то, она хорошая хозяйка и знает, как заставить народ повеселиться. Но если решил «приручить» эту крошку, лучше убедись, что у тебя железные нервы. С ней редко бывает всё спокойно.

— Я понял, — кивнул Дэвид, усмехнувшись. — Спасибо за совет.

Кэл коротко ухмыльнулся: