Пятница (2/2)
Рио замерла, глядя ей в глаза. Она знала, что этот момент слишком важен, чтобы дать волю привычному сарказму или небрежности.
— Я имею в виду, что… — Она замялась, но, собравшись с духом, продолжила: — Ты — это не то, что я могу просто игнорировать.
Агата подняла голову, слегка разогнув спину. Её взгляд был строгим, но в нём появилась едва уловимая тень смягчения. Она скрестила руки на груди, и в её осанке проступило что-то почти неуловимо уязвимое.
— Уже лучше, — произнесла она, позволив себе короткую усмешку. Затем её голос стал серьёзным, ровным, с интонацией, которую невозможно было перебить. — Рио, я скажу прямо. У меня есть симпатия к тебе. Она всегда была. Но то, что в тебе меня привлекает — это же и отталкивает. Ты — свободная, импульсивная, непредсказуемая. А у меня есть обязательства. Я не могу позволить себе риск ради короткого или несерьёзного романа.
Рио слушала внимательно, не отводя взгляда. Её губы слегка поджались, а плечи опустились, но она кивнула, признавая, что это справедливо.
Агата продолжила, её голос оставался твёрдым, но в нём появилась едва заметная усталость:
— В университете запрещены отношения между сотрудниками. Кроме того, я мать. У меня есть сын, и я не могу позволить себе срываться посреди ночи, выяснять отношения или просто незапланированно пойти в кино. Моя жизнь — это не сцена для импульсивных решений.
Рио молча выдохнула, осознавая вес слов Агаты. Она коротко кивнула, пытаясь подобрать ответ. Наконец, её голос раздался тихо, но уверенно:
— Это честно. И правильно, — женщина сделала паузу. — Я не могу обещать тебе вечной и счастливой любви. Всё, что у нас есть — это один вечер. Очень приятный вечер. — Её взгляд на мгновение стал отстранённым, но затем снова сфокусировался на Агате. — У меня никогда не было серьёзных отношений. Я просто не умею быть с кем-то. Готовить вместе, делать покупки, строить планы… Но я знаю одно точно: я не хочу причинить тебе боль. И тем более не хочу навредить твоей карьере или твоему сыну.
Рио на мгновение отвела взгляд, будто собиралась с духом. Потом снова посмотрела на Агату — уверенно, но в её глазах мелькало нечто уязвимое, почти трепетное.
— Я хочу быть честной, как и ты, — начала она, её голос звучал мягко, но в нём чувствовалась серьёзность. — Ты говоришь, что не можешь позволить себе риск ради чего-то короткого или несерьёзного. И я согласна с тобой.
Рио сделала паузу, чуть улыбнувшись, чтобы смягчить свои следующие слова.
— Я не хочу просто секса, Агата. — Она посмотрела прямо на женщину, позволив улыбке чуть расшириться, в её тоне появились лёгкие нотки игры. — Хотя, надо признать, в этом ты чертовски хороша.
Уголки губ Агаты дрогнули, будто она собиралась улыбнуться в ответ, но быстро подавила этот порыв. Вместо этого она слегка поджала губы, не сводя строгого взгляда с Рио.
— Я серьёзно, — продолжила Рио, возвращая разговор к более важным вещам. — То, что случилось между нами — это нечто большее. Я чувствую это. Но я никогда не была в отношениях. Я не знаю, как быть с кем-то рядом не только в постели, но и в жизни. И… — она замолчала, на секунду потеряв уверенность, но быстро взяла себя в руки, — я боюсь причинить тебе боль. Или, что ещё хуже, Николасу.
Агата слушала молча. Её взгляд стал жёстче, но в нём не было осуждения. Скорее, напряжённое ожидание.
— Теперь я знаю, как ты видишь всё это, — продолжила Рио, её голос чуть дрогнул, но она не остановилась. — И я понимаю, что у тебя есть обязательства, границы, которые я должна уважать. Ты права: нам не семнадцать. И я не могу просто ворваться в твою жизнь, как торнадо, и ожидать, что всё будет идеально.
Рио сделала шаг назад, словно создавая больше пространства между ними, и вдохнула глубже.
— Возможно, мне нужно время. — Она посмотрела на Агату и добавила с горечью: — Время, чтобы понять, готова ли я. Чтобы быть уверенной, что я не наврежу ни тебе, ни твоему миру.
Агата стояла неподвижно, словно взвешивала каждое слово Рио. Её губы плотно сжались, а взгляд оставался пристальным, но внутри неё будто что-то дрогнуло.
— Я ценю твою честность, Рио, — наконец сказала она, её голос был низким, почти хриплым, но в нём сквозила усталость.
Видаль посмотрела на женщину, чувствуя, как её собственные слова резонируют в их тишине. Она знала, что поступает правильно, но от этого боль в груди не становилась меньше. Сделав шаг вперёд, Рио медленно сократила оставшееся расстояние между ними, её взгляд мягко встретился с взглядом Агаты, полным удивления.
— Но, Агата…
Не сказав больше ни слова, Рио подняла руку и осторожно коснулась пальцами лица Агаты, как будто боялась разрушить этот момент. Затем, медленно наклонившись, она прикоснулась к её губам — не страстно, не жадно, но с глубокой, невыразимой нежностью. Этот поцелуй был обещанием, запечатлённым в тишине, признанием того, что, даже если на этом они закончат, этот момент навсегда останется в их памяти. Это было словно последнее тепло, которым она хотела поделиться, зная, что может больше не быть шанса.
В этом поцелуе не было ни стремления завладеть, ни страсти. Он был тихим, медленным, наполненным смыслом, как будто каждая секунда могла стать последней. И в этом поцелуе читалось всё: её боль, её страх, её надежда.
Она обняла Агату — нежно, но крепко, словно пыталась запомнить тепло её тела, почувствовать биение её сердца рядом с своим. Её лицо коснулось волос Агаты, и Рио глубоко вдохнула их аромат, прежде чем грустно улыбнуться.
— Наверное, мне лучше уехать, — произнесла она почти шёпотом. Её слова, тихие, как шелест листвы, заполнили комнату напряжением, от которого становилось трудно дышать.
Агата молчала, её взгляд был направлен в сторону, словно она искала ответ где-то в этом пространстве. Наконец, её голос, охрипший от подавленных эмоций, прервал тишину:
— Наверное, да.
Её пальцы мягко скользнули по волосам Рио, как будто она пыталась удержать её хотя бы на мгновение дольше, но не позволяла себе этого. Этот жест был одновременно прощанием и невысказанной просьбой остаться.
Рио кивнула, её взгляд на секунду задержался на Агате, а затем она шагнула назад, создавая между ними пустоту. Развернувшись, она направилась к двери, её шаги звучали слишком громко в наполненной молчанием комнате. Агата осталась стоять на месте, не сделав ни шага, наблюдая за её уходом.
Когда Рио дошла до порога, она остановилась и обернулась. Их взгляды встретились. В глазах Рио отражалась боль, смешанная с благодарностью, а в её лице читалась тихая решимость.
— Спасибо за то, что ты такая… настоящая, — сказала она едва слышно, и её голос дрогнул.
Она открыла дверь и исчезла в ночи, оставив Агату стоять в комнате, наполненной эхо её слов.