☯️ 44 ~ Хэкин оживает ~ ☯️ (1/2)
Несколько дней не происходило никаких происшествий. Лю Вэй тренировался с утра до ночи – утром на построении с кланом Шу, днём с Су Юном, а вечером с воинами Тэй Шу. Бэй Сён не беспокоил учеников, что наводило на мысли, что он занят поручениями императора и ему просто нет дела до всего остального. Су Юн прекрасно справлялся и сам. Друзья по несколько часов отрабатывали приемы, наращивая скорость, а вечером балансировали на поленьях. У Лю Вэя получалось все лучше и лучше, а Су Юн неизменно им гордился. С мастером Тэй Шу тоже все проходило гладко. Су Юн разрешил другу понемногу использовать ци, и после долгого воздержания Лю Вэй поразился тому, какой была разница с его прошлой формой – он стал намного быстрее. Первого своего соперника Лю Вэй победил меньше чем за две минуты, следующие два не смогли его даже поцарапать, хотя бой с ними затянулся надолго. Серебряный Дракон испытывал воодушевление от успеха и надеялся, что его рост будет таким же стремительным и впредь. Прежде пределом его мечтаний было использовать ци более свободно, а теперь он понимал, что ему ещё многое нужно постичь: узнать об искусстве войны, прочесть книги в императорской библиотеке, познать больше приемов и продолжать укреплять тело, узнавая больше о меридианах и своем ядре. Его манило знание, и каждый свой день он начинал с улыбкой, готовый к любым вызовам. Лю Вэй стремился стать сильнее и решительно шел к своей мечте.
На четвертый день Лю Вэя полностью оставила боль от перестройки организма. Он чувствовал лёгкость в теле, ноги неистово несли его вперёд, а руки, пусть немного отставали, прибавили силы и скорости. Общее состояние организма тоже улучшилось. Ядро перестало болеть, энергия ци потекла гармонично. Спокойствие на душе юноши позволяло пользоваться силой без каких-либо проблем. Эти изменения заметил не только он, но и собравшийся на построении народ. После того, как Лю Вэй стал героем битвы храма Хэкина, к нему было приковано особое внимание. О его состоянии шептались, бурный рост обсуждали с завистью, но никто из сплетников так и не смел приблизиться к юноше и доставать его вопросами. Юношу начинали опасаться, поскольку в глазах простых людей он серьезно возвысился. Лю Вэй уже был не просто учеником змея, над которым каждый дурак пытался посмеяться. Он завоевал уважение подвигом. Лю Вэй старался сохранять этот образ. Он думал о Джане, что вызывал уважение у высших чинов, и старался держаться так же невозмутимо и гордо.
На построении Серебряный Наследник был ярко сияющей звездой и ловил все больше завистливых взглядов. Талант Лю Вэя гибко подстраиваться под бой и мастерски использовать чужие приемы одновременно восхищал и раздражал другие кланы. Особенно фениксов. Лю Вэй делал вид, что не замечал их обиженных лиц, ведь клану Мон сильно досталось: многие люди потеряли свои места, некоторые и вовсе лишились голов, контроль со стороны клана Бао продолжался, и большинство фениксов винили в этом Серебряного Дракона. Лю Вэй однозначно нажил себе опасного врага, но рядом были и друзья. Он не боялся клана Мон.
После построения к Лю Вэю подошёл Шэн Ву. Юноши давно не виделись, потому оба удивились преображению в облике. Лю Вэй кардинально изменил свои движения, а Шэн был облачён в одеяние члена клана – не ученика, как прежде, а ступившего на путь воина юноши.
– Господин Лю Вэй! – радостно поздоровался юноша. – Вы становитесь сильнее день ото дня! Это поразительно. Я и не знал, что такое возможно.
Лю Вэй тепло улыбнулся другу.
– Ты тоже, я смотрю, на месте не стоишь.
– Господин Тэй Шу поручил мне работу. Теперь я состою в пятом легионе и прохожу военную службу. Наставники сказали, что я достиг уровня младших званий, потому теперь я должен совершенствоваться самостоятельно. Наследников семьи и их кровных родственников обучают до высшего уровня мастерства, но я – простой мальчишка с улицы, так что я не в обиде.
– У тебя началась новая жизнь, – с улыбкой отметил Лю Вэй. Он видел неутомимый пыл и энергию юноши и понял, что Шэн Ву в полном порядке. Он был рад этому. – Если захочешь, быстро пойдешь вверх по службе.
Лю Вэй ничуть не лукавил. Шэн Ву был крайне талантливым воином.
– Я даже не знаю, хочу ли забираться на вершину, – признался Шэн, почесав затылок. – Когда слышу, как полетели головы десятка Монов, живо представляю себе, что однажды тоже могу в чем-то проколоться и меня показательно убивают на главной площади всем в укор. Мне это совсем ни к чему. Мне надо заботиться о семье. Жалование пообещали достаточное, чтобы скромно прожить свою жизнь, так что я думаю остановиться на этом.
Лю Вэй уважал его решение и считал его взвешенным и правильным. В мире интриг взбираться на вершину пытались лишь властолюбивые мерзавцы, не считавшиеся с ценой. Шэн Ву был не таким. Он любил свою семью и заботился о ней.
– Я рад, что у тебя потихоньку всё налаживается. Никто больше не досаждал?
– Нет, но... Я слышал, что произошло в храме, и после потекли все эти слухи… Я хотел предупредить Вас, чтобы Вы были осторожны. Клан Мон очень мстительный. Никогда не знаешь, откуда ждать удара. Я хорошо прочувствовал это на себе.
– Тебе не стоит волноваться, – спокойным голосом ответил Лю Вэй. – Они мне ничего не сделают. Я им не позволю.
Шэн Ву не был так уверен. На его лице живо читалась тревога, но он не смел возразить своему спасителю – Лю Вэй представлялся ему сильным, волевым человеком, не знающим страха и поражений.
– На самом деле я хотел сказать Вам о другом, – решив сменить тему, чтобы не обижать недоверием друга, произнес Шэн. – Я патрулировал земли у границ клана Шу и увидел праздные паланкины, украшенные мехами. Куча охраны – больше сорока воинов! Они все так величественно выглядят! Имперская стража встречает их с почестями. Я мигом ринулся сюда, чтобы вам об этом рассказать!
– Клан Хэ? Так быстро? – поразился Лю Вэй. За заботами и тренировками время пробежало так быстро, что он и не заметил, как первое испытание задышало ему в спину. Совсем скоро судьба клана Вэй решится в битве.
Серебряный Наследник сглотнул в предвкушении.
– Там десять паланкинов, – продолжил восхищенный рассказ Шэн. – Должно быть, вся верхушка севера приехала на свадьбу! Так красиво! Цветы, белоснежные лошади, праздничные одеяния и доспехи...
Раз Шэн Ву так нахваливал, зрелище действительно должно было быть стоящим.
– Пойдем.
– Вы хотите это увидеть? – оживился Шэн Ву.
– Конечно. Это большое событие для всей империи.
Лю Вэй хотел выразить радость, но его скорее съедала тревога. Он шел смотреть не на праздник, а на своих будущих врагов. К тому же, юноша беспокоился за судьбу принцессы Мин Бао и хотел взглянуть в глаза ее будущему супругу. Лю Вэй просто не мог испытывать воодушевления, что охватило Шэна Ву, и зашагал вперёд так, словно свадьба была уже в самом разгаре, а Серебряный Наследник готовился сразиться в неминуемом бою за судьбу клана Вэй. Если бы не Шэн, что разбавлял их путешествие историями и шутками, Лю Вэй бы глубоко погрузился в себя.
Спускаясь по многочисленным ступеням многоуровневого города, Лю Вэй заметил праздную процессию издалека. Гости шагали протяженным строем. Десять паланкинов на руках богато одетых силачей сопровождала многочисленная охрана. Воины клана Хэ выглядели впечатляюще – цвета их одеяния были холодными, сочетая белый и бледно-синий, доспехи украшены мехом и северными традиционными узорами, а от самих воителей исходила решительная уверенность, свойственная опытным бойцам. Вместе с многочисленной охраной пешим шагом ступали артисты – они были цветасто одеты и восхищали колоритностью образов. Танцоры держали в руках веера, украшенные длинными лентами и тканями, музыканты – несколько видов инструментов, на которых без труда можно было играть на ходу. У некоторых артистов в руках были клетки с певчими птицами, что громко заливались, подпевая певцам и задорной музыке.
Пока процессия шла по городу, артисты развлекали жителей города и самих северян. Они шутили, пели и плясали, кружа вокруг построений и выписывая лентами узоры в воздухе, каждым жестом торжественно сигнализируя о том, что визит Чжуна Хэ и его семейства исключительно дипломатичный, а свадьба для аристократа – долгожданная радость.
Впереди всей профессии шли доблестные герои клана Хэ со знамёнами в руках и маленький мальчик, что радостно разбрасывал алые лепестки из корзины, осыпая ими путь. Вся знать спряталась в роскошных паланкинах, пестрящих праздничными украшениями: цветами, лентами, шкурами зверей, оберегами, колокольчиками, нитями и воздушными тканями, что создавало волшебное впечатление пришедшей в Хэкин доброй магии. Лю Вэй отвлекся от своих тревог и не мог не согласиться с тем, что клан Хэ прибыл на свадьбу в Хэкин, словно выбравшись из чарующей сказки. Белоснежные кони, что везли повозки с провизией и вещами, приносили с собой холод севера, певчие птицы, чирикавшие чуждо и необычно, добавляли изюминки образам, а наряды, построение, поведение гостей и размах процессии свидетельствовали о благополучии, безупречном вкусе Чжуна Хэ и его глубоком уважении к семье императора.
Сердце Лю Вэя пело, откликаясь на чарующую музыку. Шэн Ву весело пританцовывал.
– Давно в Хэкине не было праздника! Все строгость, серость, усиление охраны и какие-то трагедии, – пожаловался Шэн. – Наконец-то что-то хорошее!
За месяц, что Лю Вэй провел в Хэкине, он не видел ни единого праздничного события кроме религиозного сбора, что закончился кровавой резней. Теперь он понял, что это не было неудачным для праздников месяцем – в Хэкине не принято было устраивать пышные празднества, их проводили лишь в самые важные для империи дни.
«Ланг Бао забирает у людей радость...» – с тоской подумал Лю Вэй.
– В Солнечной Арасии праздники проводят по нескольку раз в месяц, – с важным видом поделился Серебряный Дракон. Он скучал по дому. – Мы торжественно чествуем богов, священных зверей, своих предков, знаменательные события и развлекаемся во время ежегодных состязаний.
– Завидую! В Хэкине разве что новый год отмечали. А это было три месяца назад!
– Вот вам и праздник, – улыбнулся Лю Вэй, с наслаждением наблюдая за артистами.
Друзья продолжили рассекать город, чтобы приблизился к процессии и посмотреть поближе. Лю Вэй надеялся увидеть своих соперников и оценить их физические данные. Свадьба не состоится сегодня. Должно быть, в запасе была ещё пара дней, пока подготавливают свадьбу, решаются все организационные и дипломатические вопросы, а гостям показывают достоинства и красоты Хэкина. У него еще было время подготовиться.
«Сегодня я буду тренироваться без перерывов!» – пылко подумал Лю Вэй, чувствуя, как от предвкушения закипает его ци.
Вокруг артистов собралась целая толпа. Кто-то просто стоял и завороженно смотрел, кто-то шел за артистами и махал им руками, подпевая северным песням. Лю Вэй и Шэн Ву с трудом протиснулись в первый ряд странствующих наблюдателей. Люди толкали их, возмущенные наглым прорывом, но Лю Вэй грозно глянул на возмущавшихся, и они отстали.
В то время как все присутствующие смотрели на актеров, Лю Вэй вглядывался в открытые окна паланкинов. Члены клана Хэ живо рассматривали Хэкин. Должно быть, большинство из них бывало в столице впервые. Лю Вэй увидел трёх чиновников в возрасте и шесть юных аристократов, каждый из которых сидел в паланкине с супругой – должно быть, это были дети Чжуна Хэ. Один из них жизнерадостно высунулся на улицу с головой и махал всем рукой. Несмотря на его доброжелательный и беззаботный вид, Лю Вэй ощутил крывшуюся в воине угрозу. Юноша не был уверен, что сможет его победить.
«Даже не думай сомневаться! Ты всех одолеешь. Непременно!» – воодушевился Лю Вэй, провожая юношу взглядом. Он слегка замедлил темп, чтобы осмотреть другие паланкины и отыскал мужчину, подходившего под описание главы клана Хэ. Чжун Хэ сидел в самом крупном паланкине и ехал в компании четырех девушек. Одну из них он кормил с рук клубникой и мелодично смеялся. Глядя на это, в груди Лю Вэя распалилась злоба.
«Он на свадьбу с Мин Бао весь свой гарем притащил?!» – это было крайне оскорбительно, а для клана Вэй, ценившего искренность в чувствах, вдвойне. Он вспомнил разговор с принцессой, её печаль и отчаяние в невозможности делать собственный выбор, а затем узрел, как довольного Чжуна Хэ с двух сторон целуют жены, а третья сползла вниз. Лицо Чжуна Хэ было крайне довольным, позволяя себе утопать в женской любви. Живое воображение нарисовало Лю Вэю в голове картинку, в которой Мин Бао присоединяется к ласкам, держа супруга за руку и вылизывая ему пальцы, поскольку остальные части тела уже были заняты ласками других жен. Лю Вэй поспешил выкинуть эти мерзкие мыслишки из головы.
«Всё будет не так,» – пытался убедить себя Лю Вэй.
Он оцепенел, не желая больше преследовать процессию. Люди раздражённо толкали его, пытаясь протиснуться вперёд. Шэн Ву обеспокоенно отвёл друга в сторону.
– Господин, всё в порядке?
– Да. Просто задумался.
– Они выглядят сильными, – взволновано произнес Шэн.
– Ещё бы. Защитники севера попросту не могут быть слабаками. Но я не проиграю.
– Конечно, – поддержал его друг.
Лю Вэй сжал пальцы в кулак и провожал холодным взглядом процессию. Шэн Ву с тревогой оглядывался по сторонам. Друзья встали среди недвижных зевак, что лишь случайно оказались на площади и остались поглазеть на демонстративное величие клана Хэ – кто с завистью, кто с восхищением и трепетом. В городе стало оживлённо и шумно. Клан Мон высыпал на улицу, чтобы следить за порядком. Со всех сторон раздавались крики, свисты, песни и разговоры. За спиной Лю Вэя без остановки бубнили и хихикали два безродных мужика. Они критиковали процессию, не стесняясь в выражениях и говоря в полный голос. Лю Вэй не обращал на них внимания, но ровно до того момента, как они не сменили тему.
– Видел новиночку в Доме Журавлиной Песни? – игриво спросил первый.
– Ммм, да, – блаженно причмокнул второй. – Такая красотка, я бы всунул, да цена высоковата!
– Да я не про куртизанок!
– А про кого ж? – удивился второй. – Там вроде из новеньких-то никого больше и не было.
– Да сегодня плакат вывесили. Художник как постарался, ха! Можешь себе представить, что ученик клана Сён в разврат подался?
– Что? – второму стало смешно. – А-ха-ха-ха! Клан Сён теперь делает эротические массажи? Ну там, чтобы прилив ци к телу приливать?
Мужчина аж захрюкал от злорадства.
– А хрен его знает! Но мальчишка выглядит крайне соблазнительно. Ты бы видел! Такое развратное, сладкое личико и подпись: «Вознесу до небес, доставлю неземное удовольствие и с удовольствием отдамся любому. Жду тебя, малыш.~»
У Лю Вэя сердце замерло. Он обернулся, в ярости глядя на мужиков.
– Вы что за чушь несёте?! Клан Сён – уважаемая семья! Они не занимаются...
– А ты чё орёшь? – завопил на него в ответ пьяница. Только сейчас Лю Вэй осознал, насколько сильно от него несёт байцзю. – Не веришь, так сам поди посмотри! Там ещё подписи всякие мелкие. Интригующие! Ну, знаешь, вроде: «Раздвину ножки перед любым», «Жду тебя в своей сладенькой попке», и вот, мне больше всего понравилось: «Готов удовлетворить даже самые грязные фантазии»! Каков шалун!
– ЧТОО?!
– Да-к это не только в клане Мон. Вон по всему городу мерзость висит, – сказал третий прохожий, случайно услышавший разговор. – Я видел одну прям на заборе территорий клана Шу!
Тревога пульсировала в венах. Лю Вэй почувствовал угрозу, нависшую над кланом Сён.
«Художник нарисовал?.. Су Юн бы никогда!..»
Волнение за друга достигло предельной отметки. Лю Вэй быстро собрался с мыслями, понимая, что нужно действовать незамедлительно. Грязные слухи поползли по всему городу, но нельзя позволить им продолжить распространяться.
– Кто?! Кто там нарисован?
Лю Вэй догадывался, но очень хотел ошибиться.
– Да какой-то парнишка. Бантик у него на голове дурацкий, но тело, что надо. Такие сосочки...
– Фу, ты из этих, что ли? – скривился второй. – Я думал ты со мной, по бабам!
– Ты просто его не видел! Он красивее большинства баб в Журавлином Доме. Если трахать, так что-то красивое!
Лю Вэй понимал, что мужики ни в чем не виноваты, но ему непреодолимо хотелось им врезать. Ярость обуяла его разум, беря тело под контроль. Он навис над мужчинами, зло прорычав:
– Замолчите и никогда больше не произносите этих похабных слов! Это все ложь, поняли? Чьи-то дурацкие проделки!
– Раз так, то кто-то просто люто ненавидит этого парнишку! Шалость удалась, что надо!
Пьяный мужчина вообще не воспринял Лю Вэя всерьез. Говорить с ними было бесполезно. Нужно было действовать.
Лю Вэй сорвался с места, бросившись к кварталу клана Мон.
– Господин? – озадаченно позвал его Шэн. – Господин!!!
Но Лю Вэй уже умчался. Он несся сквозь город с яростью во взгляде и тяжёлым сердцем.
«Демонов клан Мон! Что они себе позволяют?! Сами всё проворонили, а теперь смеют похабить честь героя?! Не позволю!»
Лю Вэй ворвался в Дом Журавлиной Песни так, словно готовился взять его штурмом. Охрана пропустила его, но напряглась, видя агрессию на лице и держа клинки наготове. Уже знакомая Лю Вэю шуюй встретила гостя с лживо-сладкой улыбкой.
– Добро пожаловать, господин Кан Ву. Дом Журавлиной Песни рад Вашему возвращению. Полагаю, в этот раз целью вашего визита является нечто более сладкое и сладостное, чем в прошлый?
Девушка говорила так что Лю Вэю казалось, что она обо всем знает и специально ехидничает над ним, разыгрывая спектакль и потешаясь. Серебряный Дракон не собирался играть в её игры. Он осмотрелся и заметил десяток посетителей, что, хихикая и улюлюкая, разглядывали плакат на доске объявлений.
Лю Вэй протиснулся сквозь толпу и увидел рисунок, о котором рассказывали горожане. На нем изображался юноша, напоминавший Су Юна, но не являвшийся им. Внешне они были похожи почти как две капли воды, но Лю Вэй видел перед собой развратного двойника Су Юна, а не его самого. В глазах нарисованного Су Юна не было души. Юноша на плакате ласкал себя руками, закусывал губу и искушающе играл бровями. Развратные надписи, что окружали оголенную картинку с выразительными изгибами сексуального тела, попросту не могли родиться в светлой голове невинного богопослушного юноши. Лю Вэй не раздумывая сорвал плакат и разорвал его в клочья.
– Что Вы себе позволяете? – возмущенно воскликнула шуюй. – Вы испортили имущество клана Мон!
– Так это вашего клана работа? – оскалился Лю Вэй.
Посетители были раздосадованы тем, что рисунок порвали, но оживились, когда начался конфликт. Они навострили уши, приготовившись запоминать все происходящее, чтобы в скорейшем времени разболтать по всему городу.
– Нам передали этот шедевр в дар, так что он по праву мог называться нашей собственностью, пока Вы его не уничтожили!
– Кто его принёс?!
– Так парнишка с картинки и принес, – игриво пропела шуюй, прищурившись.
Лю Вэй оскалился.
– Этого не может быть!
– Зачем тогда спрашиваешь, если не хочешь верить правде? ~ Я слышала, Су Юн исключительно талантливый художник.~ Кто ещё мог нарисовать подобное? Видать, клан Сён платит ему слишком мало, вот он и ищет шанса заработать... Бедняжка.
– Это ложь! Он не мог принести этого сюда! – Лю Вэй обернулся к заинтересовано разглядывавшим его посетителям. – Слышите?! Это всё чья-то дурацкая шутка! Су Юн – безупречно приличный человек, он бы никогда!..
– Теперь у него крайне мокрая репутация! – хихикнул кто-то из толпы. Люди подхватили его гогот и продолжили похабно шутить.
Лю Вэй хотел сжечь Журавлиный Дом дотла, но сейчас было не до разборок, кто это натворил.
– Если я увижу подобное в вашем доме ещё раз, вам мало не покажется, – прокричал Лю Вэй.
– Не могу ничего обещать. Люди сюда разное приносят… А за порчу имущества ты ещё ответишь.
Лю Вэй проигнорировал ее слова и покинул Дом Журавлиной Песни. Он мог бесконечно ругаться с Монами, которых ненавидел всеми фибрами души, но он слышал про плакат на территории клана Шу и догадался, что подобные рисунки развешаны на территории всех кланов. Неужели и в императорском дворце? Переживая за жизнь Су Юна больше, чем за свою, Лю Вэй пробежал через полгорода, чтобы отыскать плакат, о котором говорил мужчина из толпы, но его уже сорвали. Лю Вэй увидел Шэна Ву, что сгибал листовку втрое. Этот рисунок был нарисован рукой того же художника, но поза была ещё более непристойной – на ней юноша стоял обнаженными ягодицами к зрителю, уложив ладони на мягкие булочки и игриво подмигивая в эротичном наклоне.
Увидев Шэна, Лю Вэй был бесконечно ему рад.
– Тот, кто это сделал, настоящий извращенец, – прорычал Шэн в гневе. Глаза его блестели так, словно он уже видел нечто подобное.
– Можешь помочь? – попросил Лю Вэй, разрываясь между двумя одинаково важными задачами: сорвать плакаты и незамедлительно бежать к Су Юну, который, очевидно, находился в большой опасности.
– Я сам хотел предложить. Он ведь Ваш друг, да? Я слышал, Вы часто ходите в резиденцию клана Сён...
– Он этого не делал! – пылко заверил Лю Вэй, желая кричать об этом на всю империю Хао.
Шэну не нужно было объяснять подобное.
– Не сомневаюсь. Наверняка это Моны опять пакостят. Вы можете на меня положиться, господин Лю Вэй. Я оббегу весь город и сорву каждый плакат. Больше их никто не увидит.
– Спасибо, Шэн. Ты настоящий друг!
– Это лишь то немногое, что я могу сделать, чтобы отблагодарить Вас за помощь.
– В Журавлином Доме я уже избавился от плаката.
Лю Вэй сжимал обрывки рисунка в руке, не решаясь их выкинуть – вдруг кто-то увидит и решит их склеить.
– Когда закончишь – сожги. Не оставляй ни клочка бумаги.
– Конечно. Идите к нему.
Лю Вэй кивнул и ринулся к Су Юну, чувствуя, как сердце болезненно бьётся, волнуясь за друга. Тут и там мелькали разговоры. Весь город обсуждал два происшествия: прибытие клана Хэ и развратные плакаты с Су Юном. Имперская стража и клан Мон не снимали их, игнорируя и, быть может, даже защищая их существование. Народ веселился и осуждал юного ученика лекаря. О Су Юне поползли ужасные слухи, и Лю Вэю до мерзости было слышать даже отголоски грязных речей. Хотелось развернуться, закричать, что это не так, рассказывая каждому незнающему, насколько Су Юн – нежный и добрый человек, насколько робкий и скромный.
«Су Юн не мог нажить себе врагов. Он слишком порядочный.... Неужели… Это из-за меня?»
Сожаления и страхи кусали юношу за ноги. Он пытался убежать от них и через считанные минуты уже стоял у резиденции клана Сён. Лю Вэй увидел очередь, что выстроилась у дверей, и стражу, слегка изумленную количеством посетителей, но не задающую лишних вопросов. Лица посетителей не выглядели болезненными.
Самые страшные опасения подтвердились.
Лю Вэй перемахнул через забор прямо на глазах у стражи, уже привыкшей к Серебряному Дракону, и огляделся. В саду никого не было, кроме прислуги. Лю Вэй спросил у женщины, что подстригала кусты в саду, где Су Юн, но она лишь указала на дом и заверила, что он проводит время с подопечными.
Лю Вэй потемнел в лице и ринулся в дом.
– Су Юн! Су Юн, где Вы?
Он наугад отодвигал все двери без разбора, но комнаты были пусты. Пара больных зло и непонимающе глянула на дерзкое вторжение, но Лю Вэй просто задвинул дверь и пошел дальше, игнорируя возмущенные крики.
Наконец он зашёл в нужную дверь и увидел Су Юна. Он зажался у стены, непонимающе глядя на мужчину, что возвышался над ним.
– Ну же, сладенький ~ Покажи мне себя. Я видел, что ты написал! Или это такая игра? Будешь изображать робкого недотрогу, пока я не сниму с тебя все эти одеяния? Мммхх, мне это нравится!
– Пожалуйста, отойдите, – умоляюще прошептал Су Юн, стараясь сохранять остатки самообладания и вести себя подобающе уважаемому лекарю. Он боялся навредить репутации клана Сён. – Я осмотрю Вас, если Вам действительно плохо, но если нет, прошу Вас, уйдите...
– Оооо, мне очень плохо! Я жажду, чтобы твои руки сделали мне хорошо!