Глава 23. Подгузник (2/2)

Кушает, пьёт, мочится.

Подгузник должен быть ещё тёплым.

Драко потрогал кулёк, ощутив под пальцами лишь холодный комок геля внутри него.

Мерлин, он правда сходит с ума.

Драко снова потёр веки, которые предательски пекло, и скосил глаза в угол, где лежал серый пакет.

Он так и не смог выбросить мусор.

Мало того, Драко как безумный прижимал к себе детские вещи, вдыхая еле уловимый молочный запах ребёнка.

Больно, больно, как же больно.

Дилан стал родным сыном. Драко забывал, что является лишь опекуном ребёнка.

Это слишком официальное обезличенное слово — опекун.

Он — папа.

И ему тяжко оттого, что сыну сейчас гораздо тяжелее.

Бедный малыш, как же ему было плохо от сильных головных болей. Каким же высоким было давление в маленькой головке, что прекрасные умные глазки закатились под веки с пушистыми ресничками.

Невыносимо до тряски думать об этом.

Это Драко виноват — не заметил сразу.

Ликвор наверняка начал скапливаться раньше.

А он ещё позволил себе накричать на несчастного ребёнка. Какой же Драко урод. Ублюдок. Мерзкий подонок.

Вдруг Дилану уже было больно, поэтому он плакал? А вместо утешений получил окрик от недопапаши.

Драко не вправе называть себя отцом.

Лишь бы Дилан поправился.

Драко поклялся сделать всё, чтобы малыш чувствовал себя в безопасности рядом с ним и находил в лице отца только поддержку.

***

Гарри вернулся домой под утро, выпил отрезвляющее и антипохмельное, умылся и, недолго думая, отправился к Драко домой.

Было слишком рано, но у Гарри скреблось внутри нехорошее предчувствие. Когда утихла обида, он немного поразмыслил и решил, что Драко не мог просто так взять и не прийти. Всё-таки казалось, что он больше не тот трус, каким был раньше.

Если же Драко решил подобным способом слиться, то пусть скажет Гарри в лицо.

Но интуиция подсказывала, что Драко не явился по какой-то иной причине, и сейчас Гарри выяснит её.

Подойдя к знакомой двери, он негромко постучался.

Дверь почти сразу открыла растрёпанная Паркинсон с подозрительно воспалёнными глазами.

— Поттер! Мерлин, кажется, ты есть на свете! — всплеснула она руками.

— Что случилось? — Гарри абсолютно не понравилось, как она выглядела, и сердце ухнуло куда-то в пятки. — Где Драко? С ним что-то произошло?

— С Драко всё относительно в порядке. У Дилана что-то с шунтом, нужна операция, — почти затараторила Пэнси, нервно кусая ногти.

— Где они? — у Гарри встали волосы дыбом от ужаса, но постепенно в нём просыпался внутренний доктор.

— В первой городской. Я вернулась за вещами, — Пэнси схватила увесистый пакет. — Гарри, у тебя получится помочь? Мы не могли с тобой связаться, всё произошло так неожиданно.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — заверил Гарри. — Но я не всесилен в нейрохирургии. Мне нужно посмотреть, смогу ли я исцелить магией. Давай я аппарирую нас к больнице.

Гарри перенёс их к служебному входу клиники, они с Пэнси быстрым шагом обогнули здание и поспешно вошли через центральный вход. Перепрыгивая через несколько ступенек, Гарри взбежал по лестнице на пятый этаж, где располагалось реанимационное отделение, не дожидаясь, пока Пэнси последует за ним, разобравшись с постовой сестрой.

В коридоре у дверей одной из палат он заметил Драко, сидящего на стуле и откинувшегося затылком на стену. Его глаза были прикрыты, а белые руки сжимали какую-то стопку цветастой одежды.

Заслышав шаги, Драко подскочил. Едва увидев, кто пришёл, серые глаза изумлённо расширились, Драко даже моргнул и, убедившись, что ему не показалось, спросил:

— Гарри? Как ты здесь оказался?

— Неважно. Как Дилан?

— Его забрали на операцию минут десять назад. Времени ждать больше нет, — устало ответил Драко.

— Покажи, куда увезли ребёнка, — решительно произнёс Гарри.

— Что ты задумал? — обеспокоился Драко.

— Я попробую помочь магией. Ничего не обещаю, но вдруг получится.

— Но как ты туда зайдёшь? Да и никто не позволит тебе там находиться!

— Оставь это мне, — процедил Гарри. — Давай, веди, мы теряем время.

Драко посмотрел на упрямое лицо Гарри Поттера и решил довериться ему.

Впрочем, как и всегда.