Глава 19: Часовая башня и отголоски прошлого (1/2)

– Мейлир, ты идёшь? – спросила Камилла, обернувшись к застывшему на входе хранителю.

Тот брезгливо поморщился, покосившись на грязь и беспорядок, но всё же кивнул и подошёл ближе. Осторожно и быстро, стараясь ничего лишний раз не касаться. Несмотря на то, что он попытался вернуть лицу обычное спокойное с долей вежливой благосклонности выражение, глаза то и дело выдавали отвращение к увиденному.

К этой двери ключ искать пришлось дольше, так как он не торопился выдавать себя с той же очевидностью, что и прошлый металлический собрат. Ощупав несколько связок, Эрланн наконец приметил, что одна подозрительно потяжелела.

Издав противный скрип, единственный запертый замок открылся, а после второй попытки удалось отворить и саму дверь. За ней было достаточно темно, чтобы стало проблемой что-либо разглядеть, а свет из комнаты позволил заметить лишь покрытый каменной крошкой и ржавыми железками пол. Очевидно, что когда-то они были оружием.

«Странное место, действительно странное», – подумала Камилла, безрезультатно вглядываясь в темноту.

– Опять грязь… Отвратительное место, – тихо заметил Мейлир и протянул вперёд руку.

С раскрытой ладони сорвались три пятна света, позволявшие лучше разглядеть скрытое за дверью. Ничего примечательного, но примерно в полутора метрах от порога начиналась винтовая лестница, уходившая далеко вверх, в темноту, которую не удавалось развеять созданным светом. Ни намёка на то, что можно встретить далее, но если уж идти, то до конца, и потому все трое, не сговариваясь, а лишь переглянувшись, пришли к выводу, что надо посмотреть, куда ведёт лестница.

Несмотря на то, что Камилле очень хотелось пойти первой, сначала к лестнице направился Эрланн. Надо быть последним глупцом, чтобы позволить простому человеку, да ещё и слабой бедовой девушке, проверять новые пути в заколдованном замке. От камней веяло холодом, и почему-то казалось, что уже осень, но не начало, когда ещё тепло, а середина или даже ближе к концу. В замке всегда было прохладно, однако в данный момент Ками пожалела, что не надела что-нибудь потеплее бридж.

Лестница была достаточно широкой, однако перила сохранились очень плохо, из-за чего Камилла старалась идти вдоль стены, ведя по той рукой. Казалось, что из-за этого становилось только холоднее. Эрл шёл ступеней на пять впереди, постоянно норовя пропасть из виду, а Мейлир заметно отстал. О том, что он никуда не делся можно было понять только по мерному стуку трости. Правда иногда стук сбивался, и это вызывало беспокойство.

Камилла в очередной раз обернулась, чтобы посмотреть, где хранитель и, заметив, что звук стал тише, попросила Эрланна притормозить. Когда она повернулась, чтобы продолжить подъем, показалось, словно рядом мелькнул рукав тёмно-фиолетового цвета, но впереди никого кроме Мастера не оказалось.

«Наверное, померещилось», – попыталась успокоить себя Ками, спешно занимая мысли размышлениями о том, сколько ещё осталось идти. По ощущениям они поднимались уже минут так семь, если не больше, и сейчас уже, в каком направлении ни посмотри, не увидеть ничего, кроме стен и ступеней. Идти становилось труднее из-за того, что начинала кружиться голова. Раньше подниматься по винтовым лестницам почти не доводилось, но не заладилось с ними сразу.

На самом деле оставалось не так уж много, вскоре показалась новая дверь, которая, к счастью, была не заперта, хотя тоже поддалась не сразу. За ней обнаружилась очередная комната, в центре которой стоял круглый стол в окружении двенадцати стульев, больше напоминавший огромный циферблат с символами вместо чисел. Вдоль стен располагались книжные шкафы, половина из которых была почти или даже полностью пуста. Спереди находились два больших окна, разделённых тем, что в прошлом, наверное, было картиной, сейчас же там ещё виднелись тусклые пятна краски, но уже ничего не разобрать. Возле правого окна стояло кресло, на спинку которого была накинута чёрная шаль. Слышалось тиканье часов; достаточно ясное, чтобы не посчитать его за галлюцинацию. Похоже, они оказались в часовой башне, и всё бы ничего, вот только снаружи её видно не было, а ведь она определённо должна была возвышаться над остальным замком. С тем, чтобы отследить бой часов было сложнее, ведь их в замке достаточно. Хотя на улице это наверняка было бы заметно.

Бегло осмотрев комнату, Камилла обеспокоенно глянула на хранителя. Кажется, после подъёма он стал сильнее опираться на трость, а когда направился к ближайшему шкафу – едва заметно прихрамывал.

Мужская часть сразу заинтересовалась книгами, тогда как Ками решила выглянуть на улицу. Впрочем, ничего нового она не увидела, так как во всём замке вид из окна был одинаков: лес; различны были только части замковой территории, которые можно было разглядеть внизу. Отсюда были видны ворота, дорога от них и фонтан. Отойдя от окон, Камилла решила посмотреть, что такого в обнаруженных книгах. Разобрать не вышло не то что ни слова, даже буквы были какими-то странными. Они больше напоминали каракули, которые нацарапали просто для того, чтобы создать видимость исписанной страницы.

– Кажется, я одна здесь ничего не понимаю, – вздохнула она, отходя от Эрланна, в книгу которого заглядывала.

– В этом нет ничего страшного или предосудительного, – отозвался Мейлир, проведя пальцем по корешкам, – ведь эти книги написаны на уже устаревшем магическом языке. Большая часть уж точно. Даже мне бывает сложно понять некоторые моменты в них, и это без учёта вникания в суть, а просто говоря о возможности перевести те или иные слова. Удивительная коллекция, похоже, связанная какой-то одно тематикой. По крайней мере, я вижу здесь достаточно книг, посвящённых перемещениям между мирами и переселениям душ.

– Такому обычно не учат. Я удивлена, что ты в этом разбираешься.

– Я знаю об этом не так много, как хотелось бы, да и изучал несколько лет назад. Как и все прочие вещи, знать о которых было обязательно в моей семье. Признаюсь, тогда я и не думал, что подобное действительно может пригодиться, а потому не придал должного значения.

– Чем дальше, тем больше я думаю, что ты был из какого-то знатного рода... – пробормотала Камилла, присматриваясь к яркой вещице, завалившейся между шкафами.

Хранитель ничего не ответил, только улыбнулся, как-то очень странно, болезненно и обречённо, но стало ясно, что это предположение очень близко к правде. Слишком близко. Вот только пытаться узнать об этом побольше не стоило.

Ярким пятном оказалась заколка-цветок, которая очень напоминала заколку Боргхилль, только не фиолетовая, а оранжевая. Просто совпадение? Камилле казалось, что Боргхилль очень дорожила своим украшением, ведь оно было и на посмертном портрете, и на воспоминании, и на картине в магазине. К тому же тогда, как и всегда, должно было быть две жертвы. Возможно ли, что это заколка второй жертвы? Но что она делала тут? Что это вообще за место такое, которого не видно и путь к которому скрыт? Как часто кто-либо забредал в эту башню? Даже комнаты замка, в которые никому не было надобности заходить, не выглядели настолько заброшенными.

Осматривая остальные шкафы, Камилла заметила, что в одном месте расстояние между ними на порядок больше. Присмотревшись к этому месту получше, она поняла, что там находится небольшая и довольно хорошо замаскированная дверь. Очень хотелось узнать, что за ней, но, похоже, мужская часть была слишком увлечена чтением, а потому было решено проверить всё самой. Это слишком близко, чтобы умудриться сильно напортачить. Пригнувшись, чтобы не удариться головой о дверной косяк, Ками прошла в небольшую комнатку, попутно прицепив заколку к жилетке. По правую сторону полки были уставлены чучелами птиц, по левую расположились шкафы со стеклянными дверцами, за которыми виднелись неизвестные приборы. Напротив небольшого окна стоял самый обыкновенный письменный стол, к которому и направилась Ками.

Единственной примечательной вещью на столе оказался золотой обруч с четырьмя камнями и тонкими узорами, он прижимал к столешнице пожелтевшую записку, у автора которой почерк был ещё затейливее, чем у Боргхилль. Благоразумно ничего не трогая, Камилла выглянула за дверь и позвала остальных.

Убедившись в том, что на обруч не наложено никаких опасных чар, Эрланн поднял его и достал записку. Разобрать у него ничего не получилось, так что находка была передана Мейлиру. Тот некоторое время всматривался, слегка морщился, однако вникнуть в завитушки смог, после чего зачитал написанное.

«Если ваш бог действительно существует, то почему он позволяет совершать такие бесчеловечные поступки? Почему страдают невинные? Почему он молчит, когда вы взываете к убийствам? Убийствам во имя него!

Если бог милосерден, то почему подобное происходит вновь и вновь? Почему он сквозь пальцы смотрит на вашу жестокость?

Я всё больше уверяюсь в том, что бог либо слеп, либо его нет.

Заклинаю, если сегодня мы погибнем в стенах этого замка, в будущем он всё равно будет спасением для магов.

Заклинаю, пусть хотя бы один из нас найдёт здесь защиту.

Заклинаю именем королевы».

– Королевы? – эхом повторила Камилла. – Здесь разве была какая-то королева? Вроде же только о ведьме речь шла.

– Не могу ничего утверждать с абсолютной точностью, но на ум приходит только одна возможная королева. – Отдав записку Эрланну, Мейлир принялся рассматривать обруч. – По крайней мере, связь с ведьмами и этот обруч напоминают только о ней. О королеве-ведьме Изольде. Той, которая спасала не только ведьм, но и остальных магов во времена Великой охоты. Но кое-что меня во всём этом смущает.