Глава 36. Таня и Катя (2/2)

Про Евлампиева Таня соврала, чтобы не расстраивать старшего политрука. Она больше думала о предстоящем полете. И тут ее озарила внезапная мысль. Ленинград! Там же Ленинград, будущий Петроград) в осаде мучается! Люди с голоду умирают! А не закупить ли продовольствие на собственные деньги (можно же продать серьги с драгоценными камнями!) и не отвезти ли в голодный сражающийся город-герой?! А по дороге подчистить предкам небо от пары десятков вражеских летающих коптилок с крестами?! Или устроить немцам локальный конец света на одном из участков фронта?! Наивная Таня почему-то думала, что здесь на каждом щагу ювелирные магазины и лавки, торгующие мукой.

- Товарищ полковник, разрешите доложить! Погрузку закончили! – доложила внезапно появившаяся в коридоре женщина в военной форме с двумя кубиками на темно-зеленых петлицах. – Сооружение, конечно, титаническое! Я видела, оно еще и вертикально садиться умеет!

- Все, давайте… С Богом, как раньше говорили…

- Таня, а ты на Луне была? – спросила ее прапрапрабабка, расстегивая на ходу планшет с картой.

- Была, конечно, - ответила Таня.

- И на Марсе?

- Угу.

- И чего, марсиан видела? Правда, они такие страшные, как у Уэллса, на осьминогов похожие?

- Я тебе в пути все расскажу и даже покажу, - пообещала Синицына-будущая. – Нет там никаких осьминогов! У нас один марсианин-десантник служит... Человек, как человек, только ростом высокий и худощавый. Но он колонист, потомок переселенцев.

- Переселенцев? Как в Америку с Колумбом?

- Полетели, расскажу, - ответила Татьяна, гордая тем, что ей доверили такое важное дело.

В лицо ей ударил морозный февральский воздух. Где-то вдали грохотала артиллерийская канонада, шел снежок... Над деревней пронеслись два самолета, но на этот раз своих, зеленых, с красными звездами. Видимо, советские летчики хотели рассмотреть диво дивное поближе, поэтому решили заложить еще один вираж.

У «Хилликии» столпились солдаты и мирные жители, глядя на такую страшную громадину, под которой можно было спрятать целую роту солдат. Где-то бурлила солдатская кухня, где-то рубили дрова, где-то пели песни… Предки… Простые люди, не знающие ни плазменных батарей, ни Галанета, ни квантовых суперкомпьютеров, не видавшие гигантских городов и километровых стратоскребов… Просто работающие, воюющие и верящие в будущее со своими примитивными технологиями... Чтобы была Таня, и ее друзья и родственники, и все последующие поколения.

У Тани комок в горле застрял. Ведь фактически все эти люди давно мертвы. В том числе и лейтенант Катя Синицына, и ее дочка Надюша, и ее муж Гена…

Мертвы ли? А может, они живы? Живы в ней, в Татьяне?!

- Катя! Катюш! – позвала Таня. – А теперь я тебе покажу, что такое «телепортация». Очень полезная штука… Иди сюда, возьми меня за руку…

… Перед глазами мерцали разноцветные огоньки… Таня не сразу поняла, что находится в медблоке «Хилликии», что она лежит на мягкой кушетке. Так, все это был сон?!

Хронометр показывал 20 часов… Земных часов… Так она, выходит, целый день проспала, до вечера?! А почему такая слабость? И почему так чешется правое ухо? И что это за новая маленькая сережка в ухе? Таня не была большой любительницей пирсинга.

- Тетя Стелла! – позвала Таня, держась руками за переборки. Очень хотелось пить… Пахнет куревом… Опять тетя Стелла здоровье отравляет!

- Тетя Стелла! Товарищ подполковник, прекратите отравлять атмосферу корабля! Напоминаю, что вы в положении!

- Да я и отвыкаю… - послышался из кают-компании виноватый голос Стеллы. — Буквально пару тяжек сделала… Все, бросаю, бросаю… Ты проснулась? Как самочувствие?

- Нормально... в целом…

Таня посмотрела на улицу через иллюминатор… Там уже была ночь… Каменная площадка между черных скал казалась безжизненной, безатмосферной поверхностью астероида, а в черном небе блистали, как совершеннейшая презентация Мироздания, бесчисленные ожерелья звезд и великий Млечный путь. И, - Татьяна обратила внимание не сразу, - две светящиеся голубые размытые линии пересекали звездный небосвод от севера к югу.

- Что это, полярное сияние? — спросила Синицына. — Вроде мы в низких широтах…

- Это не полярное сияние, - подошла к ней Стелла, обнимая Таню за талию. — Это магнитные потоки, часть магнитного поля планеты. Ты их теперь видишь…

- В смысле?! — отшатнулась от нее Таня. — Как это возможно?! Бомбардировка магнитного поля заряженными частицами?!

- Да… Красивое зрелище, да? Ты стала ведьмой, Танюша, поздравляю! Тебе дана сила ВИДЕТЬ и ВЕДАТЬ, как я и обещала! — улыбнулась Стелла и нежно погладила пальцами прядки Таниных волос.

- Но как?! А как же посвящение в ведьмы?! Уже не надо?!

- Оно уже было, посвящение твое! В твоем сне…

- Во сне? — переспросила Татьяна разочарованно… - То есть это был только сон? Жалко… Я же видела реальный мир прошлого… Война… Немецкие самолеты, совсем еще примитивные, с винтами… Раненные в госпитале, деревня с красным флагом… Катя… Все по-настоящему… Это вы мне этот сон запрограммировали?! Зачем?!

- Это был и сон, и явь одновременно, - твердым голосом сказала Стелла, обнимая за плечи и целуя в щеку ослабленную Таню, которая устало села за стол и оперлась подбородком на кулаки. — Я ничего не программировала. Твое сознание спустилось вниз по линии времени.

- По какой еще линии времени? — не поняла Таня. — Как на машине времени, да?

- Почти… Внутри каждого из нас есть такая машина… Это непрекращающаяся цепочка ДНК, в которой сокрыта информация обо всех наших предках, обо всех наших праматерях, прапраматерях, прапрапрабабках из глубины веков до самого палеолита, до каменного века или еще дальше… Или из Космоса… Земляне, гуриассийцы, болхианцы, шедарцы, другие цивилизации, - мы все единое целое, все связаны друг с другом незримыми связями. И вот по такой цепочке ты и спустилась в глубину веков. И вполне возможно, что все, что ты видела, существовало на самом деле. И все те люди, которых ты видела, возможно, были на самом деле. Ты спустилась ВНУТРЬ СЕБЯ, Танюша, внутрь своей генетической памяти.

- Я была в 1942 году, во время Второй Мировой войны… - сказала Синицына, кладя голову на грудь Стеллы. — Я видела своего далекого предка, девушку, чуть старше меня… Ее звали Катя, она тоже пилот… Она была очень на меня похожа… Она мне рассказала, что у нее муж, дочка… Наденька, которой три года… То есть родилась она в 1939… Я по вашему совету искала кого-то с фамилией Синицына, и нашлась она, Катя… Странно, что у нас фамилии совпадают. За четыреста лет столько фамилий теряется, к тому же в то время было принято брать фамилию мужа. Ой, а может, это и была фамилия ее мужа, танкиста?!

- Так распорядилась судьба, - таинственно ответила Жю Сет, нежно массируя Танины виски. — Вполне возможно, что такой человек действительно существовал, и ты просто встретилась со своей прапрапрабабкой ВНУТРИ СЕБЯ. А декорации уже дорисовало твое воображение… Расскажи мне вкратце, как все было.

Таня торопливо и очень сжато поведала тете Стелле о своих приключениях, о знакомстве с Катей, об их разговоре, о том, что Синицына-прошлая шепнула ей на ухо. Под конец своего рассказа Татьяна уже заметно нервничала и чуть не сломала себе пальцы, которыми беспрерывно щелкала:

- То есть все это могло быть на самом деле? Но я там была в нашей форме, и меня приняли за вражескую шпионку… Я стреляла из бластера по немецким самолетам… Я привела нашу «Хилликию», чтобы вывезти раненных. Мы же вдвоем в настоящий рейс сходили в Масловку, два раза линию фронта пересекли! Мы три «Мессера» сбили, разнесли в пыль плазметами! С нами раненные были, блокадники из Ленинграда, бойцы НКВД… Один из солдатиков, кстати, в гальюне вашу интимную игрушку нашел, тетя Стелла! Мне так стыдно было перед предками! И почему я, кстати, оказалась на Второй Мировой войне? Почему, например, не в царской России, не в древней Руси, не в китайский империи Цинь, например?

- Ну, вот это уже твои фантазии, хулиганка! — хихикнула Стелла. — По крайней мере нигде в исторических хрониках Второй Мировой войны не отражено, что их посещала бешеная летчица из 24 века на десантно-транспортном корабле типа «Алькор»! Возможно, твое подсознание само выбрало этот период. Ты же в историческом обществе своем увлекалась именно Второй Мировой?

- Я оказалась в месте, про которое никогда ничего не знала, - ответила Таня, прикрыв от удовольствия глаза и нежась, как котенок, в объятиях Стеллы. — Я про Сталинградскую битву знаю, про Московскую битву… Про взятие Берлина… А я оказалась в Тверской области… Помню названия: Копалки, Масловка… Демянск… Старая Русса… Старую Руссу я знаю, но не по войне, мы туда когда-то на тренировку летали… Там неподалеку озеро Ильмень, неподалеку Новгород… Сталинград был осенью 1942, а я была в феврале… Я даже не знаю, что в этот момент там происходило… То есть, если в сухом остатке выделить Катю Синицыну, то можно предположить, что это реальный человек, моя прапрапрапра… в общем, бабушка, которая участвовала в той войне именно в этой локации?! Невероятно! Я потом обязательно проверю, в архивы залезу, все раскопаю!

- И в то же время такая же прапрапрабабушка, по твоему мнению, жила в Китае? – переспросила Стелла. – Почему не Китай, а именно Россия?

- Не знаю… - пожала плечами Таня. – Подсознанию, наверное, виднее…

- Потому, Таня... - загадочно сказала Стелла. – …Что в тебе нет ни капли китайской крови. Поэтому ты по виду абсолютный европеоид.

- Как это? – удивилась Синицына. – Мой биологический отец китаец. Так, тетя Стелла..! Вы на что намекаете? Нет, Аделина Кировна, конечно, женщина жесткая, но… давайте выводов делать не будем!

- Где твое свидетельство о рождении? – спросила Стелла. – Что там написано в графе «Отец»?

- В графе написан прочерк! Я это и сама знаю! – раздраженным голосом сказала Татьяна. – Аделина Кировна говорила, что у них тогда с отцом был сложный период, они чуть не расстались, и она не хотел его вписывать. Он потом уже делал свидетельство об удочерении. Не знаю почему, но именно с тех времен Аделина его почему-то невзлюбила. По крайней мере, мне так показалось… А отец всегда тяготился чем-то…

- Тем, что ты не его дочь, - рубанула с плеча Жю Сет. – Ты извини, я тут по службе свои справки навела… И не обижайся пожалуйста, говорю как на духу. Твоя мать, Синицына-старшая, была беременна от другого, а твоего нынешнего отца просто френдила. Но тот «другой», кто тебя зачал, не захотел сходиться с ней, так как у него уже была семья. Тогда твоя прежняя родительница захотела абортировать тебя, чтобы не быть матерью-одиночкой, из-за чего даже летала на другую планету Федерации, но там этого сделать не удалось. Тогда Синицына пришла к твоему отцу и сделала так, чтобы привлечь его… Твой отец, Семен Пакович, знал, что ты от другого, но любил Аделину Кировну, или, может, были другие мотивы. Поэтому он удочерил тебя, как свою.

- Охренеть! – схватилась за голову Синицына. – Тетя, поклянитесь, что это правда! Мне Аделина Кировна ни о чем таком не говорила.

- А ты сама рассуди! – хитро прищурилась Стелла, испытующе глядя на молодую ученицу. – Ты теперь ведьма, ты правду и ложь видишь! Лгу я? Я твоя мать, Таня! Теперь лгу… Сравнила реакцию в голове?

- Сравнила… - прошептала обескураженная Татьяна. – Но, если это так… я понять ничего не могу… Почему она всегда ко мне так относилась? И, главное, почему так относилась к отцу… к Семену Паковичу… Она же ему должна быть бесконечно благодарна, он ведь сделал то, что она просила!

- Наивный ты человек, Танюша, не знаешь ты психологии таких женщин! – снисходительно и брезгливо скривилась Стелла. – Для них центр мира и единственный достойный в мире человек – она сама! Ну, иногда ее мама или старая подруга… Тот, кто оказывает им услугу, тот, кто в них влюбляется, - в лучшем случае партнер на время, в худшем случае раб, который обязан обслуживать Королеву! Мужчина, который ее отверг – тварь и подонок, но, как правило, привлекательный. Мужчина, который пожалел ее и принял с чужим ребенком – слуга и ничтожество, хоть бы он ее из огня вынес бы! Такие люди уважают только тех, кто может доставить им проблемы, и презирают тех, кто их любит, как презирают слуг, которым некуда деться. А когда такой слуга все же бросает ее и уходит к другой - он ненавистен вдвойне, потому что он ЕЙ ТАМ показал, что мужик, и что полезный слуга ушел к чужой бабе от нее. Ты – такая же служанка… Такие люди не умеют любить никого, кроме себя, в принципе. Твой юридический отец видимо, терпел-терпел, и поднял якоря.

- Как все это дико… - не поверила своим ушам Синицына. – Но так не бывает!

- Будешь в Москве, - выкрои время, сходи в Исторический музей на Красной площади, - посоветовала Стелла. – Там в запасниках есть образцы женских журналов конца 20- начала 21 века. Период распада СССР 1.0 и становления буржуазной Российской Федерации… Там такое потребительское отношение к людям пропагандируется открытым текстом. Называется «быть эффектной стервой!» Тогда это слово имело немного другое значение. Ты знаешь, Таня, я сама феминистка и борец за права и свободы женщин, но даже я бы таких «эффектных стерв» сама взяла бы за одно место, привязала бы к козлам и всыпала плетей сто! А потом заставила бы… Так, ладно, проехали! Кстати, игрушки никакие я больше в ванной не забываю, заруби на носу! Если там что-то найдешь, то это не мое.

- Фу, как мерзко! – скривилась Таня. – Аж жить не хочется! А я на полном серьезе считала Китай своей второй родиной! Полюбила его, занималась кунг-фу, даже китайский язык выучила…

- Ну и считай дальше, - сказала Стелла. – Китай же не виноват, что у тебя такие беспутные родители! Не смотри на меня так, Таня, от меня тоже мать отреклась и хотела меня наследства лишить, за то, что меня чуть не убили. Сантиментов к таким людям не испытываю. А вот у моей настоящей мамы сердце не выдержало… Когда ей сообщили о моей смерти…

Таня встала, подошла к окну, вновь взглянула на магнитные линии, на дрожащие живые огоньки Галактики. Вгляделась туда, где в созвездии Куали мерцала маленькая золотистая звездочка, - земное Солнце. И рядом с ней – маленькая, едва заметная красная звездочка, Проксима Центавра. На душе у нее было погано, будто по ней грязными сапогами топтались. И тут она вспомнила заговор от Кати, точнее, от Катиной бабушки:

- Корнями на земле родной стою, руками к солнышку-Ярилу тянусь… Сердце мое огнем загорится, ветви мои цветами расцветут, плоды в землю упадут и новым стебелькам силу дадут… Из земли расту, в землю и лягу, огонь мой потомству отдам, душу к богам-дедам отпущу… Деды предо мной стояли, отцы со мной стоят, дети за мной встанут силою Рода моего. Род мой со мной и во мне и надо мной!

- Вот ты и активировала свой код, Ведьма русская! – улыбнулась Стелла. – Не забывай и про мой народ, ладно?

- Этому меня Катя научила… И она же сказала, что род продолжать надо, несмотря ни на что… А то в будущем никого не останется.

- Наверное, правильно сказала, - задумчиво сказала Стелла. – Мы с тобой носители величайшего благословения и величайшего проклятия - тяжкой бабьей доли. Через нас жизнь продолжается…

- Страшно… - произнесла задумчивая Таня. — Страшно… Целого человека воспроизвести! И это я уж не говорю, что еще вырастить и воспитать!

- Думаешь, мне не страшно?! — улыбнулась Жю Сет, поглаживая свой пока еще не изменившийся в размерах живот. — Неужели в этот раз доведу до родов? Нет, ну его, от греха… В репроцентр, в капсулу! Никаких больше выкидышей!

- Ага… - сказала Татьяна, почему-то побледнев.

- Танюшка! Ты чего испуганная такая?! — Стелла рассмеялась, сгрябчила девушку в объятия, посадила к себе на колени и расцеловала. — Не бойся ты! От тебя же никто не требует с завтрашнего дня рожать, план на-гора выдавать! Когда сможешь, от кого захочешь… Ну?! Улыбнись! Какой большой ребенок! Защекочу, защекочу...

Стелла ласково пощекотала носом шейку Тани так, что та засмеялась и стала вырываться, как ребенок. Эта любовная борьба продолжалась с минуту, потом Татьяна все же освободилась, вскочила, смеясь:

- Ну, хватит, тетя! Скажите лучше, как ты мне свои способности передала? Я слышала от тебя же, что они… скажем так, особым образом передаются! И, честно говоря, этого немного боялась! А как у вас получилось?!

- Я уже представляю, что ты там нафантазировала, хулиганка! — шутливо погрозила девушке пальцем Стелла. — Я еще не сошла с ума, чтобы дочь сестры в постель укладывать! Этот так называемый способ работает очень редко и только при определенных параметрах среды, то есть с вероятностью ноль-пять процентов. А в нашей культуре, где романтизируется связь девочки и девочки, знатоки черной, белой и розовой магии тотчас же создали целую теорию о любви наставницы и ученицы. Хрень собачья! Прикинь, сколько бы у меня в поместье ведьм бы водилось в таком случае?!

- Не знаю, вам виднее! — прыснула со смеху Таня. — Ну, так как же тогда?

- Да очень просто… Мои способности дает мне особое строение мозга, в том числе одна железа, которой нет у обычных людей. Я взяла клетки этой железы, потом при помощи знакомых генноинженеров клонировала из этих клеток аналогичный орган и придала этому органу форму замкнутого кольца из биосплава. Потом сделала из этого небольшую сережку и поместила тебе в ушко. Я, конечно, нарушила запрет на биотехнологии, но с другой стороны я изготовила один аппарат для личного пользования. Если будет снят запрет на биотехнологии, я эту штуку запатентую, ей-богу!

- То есть… Вы теперь можете изготавливать такие аппараты, с которым каждый будет обладать вашими способностями?! — немного испугалась Синицына.

- Я сначала хотела вживить ее тебе в мозг. Но не умею проводить операции на головном мозге, - уточнила Стелла. — Поэтому я аппарат к твоем мозгу подключила дистанционно. Я сама когда-то стала жертвой несанкционированной операции, в результате чего не могла иметь детей до тридцать девятого года, поэтому аналогичный грех брать на душу не собираюсь. Если будут проблемы, ты можешь эту сережку свободно снять. Там до двух метров радиус покрытия… Извини, но в твою голову я не полезла и модернизировать тебя, живого человека, не стала.

- То есть я, получается, ненастоящая ведьма?

- А это зависит от тебя! Собственно, для гуриассийского мира, например, ты уже готовая ведьма, раз умеешь управлять такой сложной техникой. – Стелла приголубила Таню, снова прижала ее голову к своей груди. – Тебе когда-нибудь космические корабли дарили?

- Нет! – удивленно посмотрела на нее Таня.

- Я собираюсь написать дарственную на тебя на «Хилликию»! – объявила Стелла. – Теперь она твоя.

- Вы шутите сейчас?! – не поверила ушам Татьяна. – Зачем?! Не надо!

- Ты теперь Ведьма Сетта, - сказала Стелла. – Нам с Василием пришел приказ из Москвы… Мы остаемся здесь, для специальной работы... На Болхиа полетишь ты одна.

- Нет! – вскочила с места Татьяна. – Нет! Я не хочу без тебя! Не надо мне твоего корабля, я не полечу без тебя!

- Тань, мы не на гражданке, мы в армии, - грустно сказала Стелла. - И мы с тобой не девочки-глупышки в красивых платьицах, мы с тобой офицеры. И служим там, куда направит Родина. Мне и самой будет безумно плохо без тебя, без Моане, без ребят… Но дальше ты идешь сама, без меня… Будем созваниваться или на каникулы, в отпуска друг к другу летать… А Аурия внезапно решила остаться на Болхиа. Ты – моя наследница, моя любовь… Ты пилот, тебе летать… Вот только книгу колдовскую я заберу, а все остальное здесь – твое.

- Не надо… Не хочу! Я с тобой хочу… - разрыдалась вдруг Таня, рухнув перед Стеллой на колени и уткнувшись в грудь старой колдуньи. – Тетя Стелла, не оставляй меня одну!

- Ты не одна, ты с мамой, с Моане… - прошептала ей на ушко Стелла, нежно ласкаясь носиком. – А я не исчезаю и не умираю, я просто меняю работу. Будешь прилетать на Гуриасс, я буду здесь тебя ждать… Мы не расстаемся навсегда, мы просто переезжаем.

Таня ничего не ответила… Она взяла руки Стеллы и прижалась к ним щекой, потерлась об них, как котенок. А потом, глядя на Стеллу снизу вверх, с почтением трижды поцеловала ее ладони и сказала по-гуриассийски:

- Chemo ihenna!* Я люблю тебя!

- И я тебя… Знаешь, Таня… Если бы тебя не удочерила бы Моане, тебя бы удочерила я! – сказала Стелла, заключая стоящую перед ней на коленях девушку в крепкие объятия и нежно целуя в макушку.

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ПОЯСНЕНИЯ И РАСШИФРОВКИ - *

«Кому нужна эта скорость света, товарищи?!» - Здесь, надо признать, Таня откровенно хвастается перед предками, потому что в Солнечной системе световая скорость не применяется, из-за небольшого расстояния между ближайшими планетами. Субсвет начинает использоваться для полета к транснептуновым объектам.

- Chemo ihenna! - «Моя повелительница!» (хиллик.)