ГЛАВА 38. Арабеска (1/2)
ГЛАВА 38. Арабеска
8–9 июля 1989 года
Марсель, рю Парадиз, 110
Ресторан «Парадиз»
— Ты должен попробовать моцареллу из буйволиного молока! — непререкаемо заявил Вито и постучал брата пальцем по лбу, чтобы хоть так привлечь его внимание и заставить сфокусировать взгляд на меню. — Это новая позиция в ассортименте, и, пожалуй, лучшее блюдо сезона… Ум отъешь!
— Ты что, прикупил стадо буйволов? — хмыкнул Руди и стал рассеянно изучать список блюд, действительно обновленный к летнему сезону.
— Стадо? Мне одного хватает за глаза!
— Да? Не припомню, чтоб меня доили… — тут его взгляд упал на стоимость блюда. — Да ты смеешься! Сто двадцать франков за порцию вытяжного сыра! Похоже, молочко для производства этого сыра тебе доставляют каждое утро прямиком из… где эти самые буйволы водятся? Аргентина? Пакистан? Иначе, как высоченными транспортными издержками, такой цены конечного продукта не оправдать!
— Какая еще Аргентина, ты, горе-логист! — досада в голосе Вито смешалась с искренней веселостью. — Молоко из Мирпуа, с новой буйволиной фермы! И они с недавних пор — мои прямые поставщики, и потому у нас, Колонна, теперь самая лучшая моцарелла в городе! За лето я на ней заработаю больше, чем на золотых слитках, вот увидишь!
— Хорошо, ближе к осени похвастаешь мне доходом от своих буйволиных слитков! Но… есть это я не буду.
— Нет, будешь! — Вито сделал знак официанту, давно уже стоявшему наизготовке, и тот голубем подлетел к их столику:
— Патрон… Синьор Родольфо… готовы сделать заказ?
— Да, Баччо, все как обычно: салат, тапенаду (1), доб (2), ризотто, и — моцареллу. Две моцареллы! А пить будем бандоль (3), скажи Пьеру, пусть сразу приносит нужную бутылку.
— Братец, да ты смерти моей хочешь, что ли? — Руди, хотя завтракал давно и одним лишь кофе с печеньем, а полчаса назад сам охотно поддержал предложение брата поехать пообедать в «Парадиз», поймал себя на том, что смотреть не может не то что на еду — на столовые приборы.
— По-моему, это ты сам хочешь своей смерти, раз с самого утра мучаешь себя постом!
— Да я и рад бы поесть, но… пряное жирное мясо в такую жару! Да еще с ризотто! Считаешь, это хорошая идея?
— О-хо-хо… — Вито закатил глаза и сложил ладони домиком. — Чует мое сердце, скоро ты, Акула, совсем перейдешь на овощи, салатики и зеленый чай… Прости-прощай, старые добрые пирушки, ребрышки на углях, кебабы и стейки!.. И шоколадные фонданы — тоже прощайте! Боже, не дай мне влюбиться в того, кто установит на мою тарелку счетчик калорий! А потом и вовсе загонит под каблук!
Руди исподлобья воззрился на веселящегося брата:
— Не надо так громко завидовать, Прилипала. Найди себе повара или… кондитершу, и твое семейно-ресторанное счастье станет полным.
— Спасибо за совет, постараюсь ему последовать! Тогда позволь и мне дать тебе, встречный: перестань дёргаться, как псих, из-за того, что Анхель три раза не ответил на твой звонок, и Сонья тоже!
— Охххх, Вито, неужели ты все еще не понял, что у меня есть реальный повод волноваться о нем? И что этих мерзавцев ничто не остановит, если они захотят вернуть силой свою «частную собственность»?! — пока Руди в подробностях рассказывал брату историю Самума, то успел заново накрутить себя до панического страха. Теперь он очень жалел, что вновь поддался Анхелю и позволил уехать без него. Все принятые меры предосторожности казались недостаточными, а решение заплатить негодяям, чтобы выиграть время для контрудара — вовсе ошибочным.
Вито, несмотря на то, что рассказ брата впечатлил его до глубины души, все же считал тревогу преувеличенной, о чем и заявил напрямик:
— Эй, Акула, эти мерзавцы не олимпийские боги, а простые смертные! Что они его, прямо из университета украдут?! Или из-под носа у Энцо? Не смеши меня!
— Хорошо. Дай мне версию, почему он не отвечает на мои звонки.
— Потому что раздолбай! Или не привык к твоей мотороле и не может найти нужную кнопку! Или забыл телефон в машине! Или там стоит такой гвалт, что ни он, ни Сонья не слышат звонка! Хватит?
— Достаточно, но… неубедительно.
— Ну, я могу еще десяток причин накидать, но это ни к чему, потому что с Анхелем все в порядке! Просто вручение этих дурацких стипендий как всегда затянулось! Разве сам не помнишь, как это бывает?
Руди нехотя согласился:
— Ну да, никогда не начинают вовремя, и тянут кота за яйца, когда уже хочется свалить и отпраздновать…
— Так Энцо тебе ровно это же и подтвердил — что ни Анхель, ни Сонья еще не выходили! — Вито покровительственно похлопал старшего брата по плечу — в точности, как это сделал бы отец — и по-хозяйски распорядился:
— Перестань гонять паранойю и нормально поешь!
— Не хочу… — Руди посмотрел на часы: стрелка хронометра как раз показала половину первого.
«Какого черта они торчат там столько времени? Не сотни же этих стипендиатов! Все должно было закончиться к полудню, не позже!»
Ответ на его вопрос пришел неожиданно быстро — в лице метрдотеля, который приблизился к столику с радиотрубкой в руке:
— Прошу прощения, месье… Вам звонит… эммм… некто Анхель Корси…
— Дайте сюда! — Колонна выхватил трубку резче, чем позволяли приличия, и в нетерпении прижал к уху. — Анхель!..
— Хабиб…
— Наконец-то! — Руди всем телом ощутил, как со спины и плеч свалилась целая гора, и выдохнул:
— Где тебя носит, черт побери! Я уж хотел снова вызывать моих пиратов! Ну что, Сонья осталась довольна тем, как все прошло?
— О… не совсем. У нас тут кое-что случилось, я поэтому и не мог ответить на твои зво…
— Только не говори, что она уже повезла тебя обедать! Пусть даже не думает держать тебя при своей особе до вечера! Мы с Вито уже все выяснили и… ждем тебя в «Парадиз»!
— Руди, нет… Давай встретимся дома. Я не могу идти в ресторан.
— Святой Христофор! Да что у вас там опять стряслось?! — Руди до скрипа стиснул несчастную трубку.
— Эмммм… это не телефонный разговор. Я все расскажу тебе, но… ты бы и сам не захотел обсуждать подобные темы на людях.
— Хорошо… — против такого аргумента Родольфо возразить оказалось нечего, и он только вздохнул и потер глаза, предчувствуя новые неприятности — Но… просто пообедать с нами ты разве не хочешь? Ты не проголодался, раздавая студиозусам комплименты и пинки?
— Нет. Пожалуйста, скажи Энцо, чтобы он отвез меня домой, а то у нас тут с ним… небольшое взаимонепонимание.
— Что, Энцо не выпускает его из машины? — встрял Вито, то ли подслушавший, то ли догадавшийся, о чем идет речь. — И правильно делает! Что еще за капризы! Пусть везет его сюда…
Руди даже не взглянув на брата, продолжил разговаривать с Анхелем:
— Передай трубку водителю или сделай динамик погромче. Энцо! Ты слышишь?
— Да, синьор Родольфо. Какие будут распоряжения? Куда мне везти синьора Анхеля?
Вито замахал руками и прокричал:
— В «Парадиз!» Вези его в «Парадиз»! — но Руди сделал ему знак заткнуться и коротко распорядился:
— Пусть едет домой.
— Будет исполнено. А потом мне за вами приехать?
— Нет, не беспокойся. Оставайся там и дождись моего возвращения.
— Хорошо, синьор Родольфо.
Едва Руди закончил разговор, Вито обрушился на него с упреками:
— А ты, братец, оказывается, полная тряпка! Эй! Очнись! Когда это ты позволял любов… эээ… кому бы то ни было так крутить собой, а? Если он в самом деле Штальберг — так что же, Штальберги теперь будут указывать Колонна, где и когда обедать?.. Тогда я лучше позову снова его сестрицу… она по крайней мере ест!
Несдержанность брата на язык покоробила Руди:
— Заткнись, трепло! Я уже и так жалею, что посвятил тебя в чужую тайну! Давай, оповести всех вокруг! Еще журналистам сообщи, собери толпу побольше, устроим пресс-конференцию! — он встал из-за стола, намереваясь уйти, и требовательно протянул руку:
— Дай ключи от бугатти!
Вместо ключей Вито вложил в руку брата собственные пальцы и сказал извиняющимся тоном:
— Эй, ну прости, прости… мы просто все с утра нервные, как не знаю, кто… наверное, магнитные бури… Просто мне снова до чертиков обидно, что вот ты приехал со мной в ресторан… после всего, что мы сказали друг другу… и вроде все хорошо… но стоило Анхелю моргнуть — и все! Ты сразу забыл про меня, и какой уж тут обед — несешься, как бешеный, по щелчку его пальцев! Как будто это не он - твой джинн, а ты - его! И лампа как раз в его руках!
Руди сжал пальцы брата и невесело усмехнулся: