Глава 27: Великий Северный Совет (2/2)

— Верно! Верно! — Раздался безошибочно узнаваемый голос лорда Амбера, и вскоре зал наполнился оглушительными возгласами.

— Наша ссора с Югом завершена. Джоффри умер на своей свадьбе, моя сестра Арья лично перерезала горло Уолдеру Фрею и залила кровью Близнецы за Красную свадьбу, а Тайвин Ланнистер был убит своим сыном в туалете. Бейлон Грейджой поскользнулся во время шторма и упал с моста, — смех прокатился по залу. — И каждый железнорожденный, кто осмелился остаться на Севере, потерял голову. Если кому-то нужен Север, что ж, пусть приходят! Ров Кейлин восстанавливается с помощью лорда Мандерли и кранногменов, его гарнизон под командованием Джорель Мормонт готов. Но у нас больше врагов на севере. Сир Бринден, давайте, — король кивнул в сторону Мастера над оружием, который быстро отослал человека.

— Ваша светлость, я думала, что одичалые, — Лиесса Флинт из Вдовьего дозора прожевала это слово, словно оно было кислым, — поклялись вам? Разве не вы позволили им пройти за Стену?

Торрен удивленно посмотрел на женщину. Она не знала?! Она носила имя Флинт, как и он, но ее ветвь откололась от Флинтов гор тысячи лет назад, и они больше не считали друг друга родственниками.

— Я пропустил лишь тех, кто поклялся соблюдать наши законы, защищать Стену, платить дань и отдал заложников Дозору. И только вождям, которые сражались со мной против Болтонов, разрешалось присягать на верность мне и моим потомкам! — Король возразил, и Леди Вдовьего Дозора дале слегка отшатнулась под его тяжелым взглядом. Она была одним из знаменосцев, которые не посылали никого воевать против Болтонов. — Но нет, Вольные люди больше не враги. Если кто-то из них нарушит королевский мир или закон, с ним поступят соответственно, как и со всеми остальными.

В этот момент двери Большого зала снова открылись, и пара дюжих гвардейцев внесла довольно большой дубовый сундук, полностью закованный в цепи. Они осторожно опустили его посреди чертога. Как только он ударился о землю, в сундуке загрохотало, и Торрен вздрогнул, несмотря на то, что находился рядом с жаровней. Запах гнили и разложения уже витал в воздухе, заставляя его сморщить нос.

После кивка короля, гвардейцы осторожно принялись снимать цепи со зловеще дребезжащего сундука. В конце концов, замок был снят и гвардейцы осторожно отошли. Крышка сундука распахнулась, и сердце Торрена на мгновение замерло. Полуразложившийся труп, с руками и ногами, скованными тяжелыми черными кандалами, выпал из ящика и стал яростно извиваться на полу.

Глаза существа были ярко-голубыми, а ноги и ступни неестественно распухшими. Запах гнили и разложения ударил ему в нос еще сильнее, и он обнаружил, что избавляется от своего обеда. Когда Торрену наконец удалось прийти в себя, он заметил, что некоторые лорды и дамы отступили спиной к стене и почти у всех в руках было оружие. Скаглорды громко ругались на старом языке. С большим стыдом он понял, что его одного стошнило. Он со страхом посмотрел на своего отца, Доннела, который, к счастью, был занят умертвием посреди зала. Увидь он его позор, шкуру бы снял.

— Ебаные боги, это упырь?! — крикнул лорд Амбер, держа свой двуручный меч наготове для удара. Решительным шагом он подошел к бьющемуся трупу на полу и полоснул, разрубив тело надвое.

Умертвие издало визг, от которого у Торрена зазвенело в ушах, и кровь похолодела. Обе части трупа продолжали биться в цепях. Большой Джон быстро попятился, держа перед собой двуручный меч.

Сапог наступил на верхнюю часть борющегося умертвия и без труда прижал его к земле. Джон Старк стоял на трупе с горящим факелом в одной руке и мечом в другой. Нижняя часть трупа все еще пыталась двигаться, несмотря на тяжелые кандалы, сковывающие его ноги.

— Да, Лорд Амбер. Похоже, древнее зло снова поднялось из Земель Вечной Зимы. Иные снова выходят за Стену, и они способны поднимать мертвых. Я сражался с ними при Суровом Доме. Вот почему я позволил Вольному народу пройти за Стену, — голос короля прогрохотал по безмолвному Большому Залу.

— Это правда, король-волк спас наши шкуры в Суровом доме! — высокий рыжеволосый мужчина, которого Торрен не узнал, заговорил раскатистым голосом. Вероятно, это был один из вождей одичалых, присягнувших королю. — Он даже убил Ходока в битве!

Когда зал наполнился шепотом, Джон Старк коротко кивнул в сторону одичалого.

— Как любезно продемонстрировал лорд Амбер, обычная сталь им нипочем. За время моего пребывания в Дозоре мы нашли три вещи, которые могут убить умертвие. Огонь, — король бросил горящий факел на грохочущие ноги, которые быстро охватило пламя. Часть умертвия превратилась в пепел за считанные секунды, оставив после себя только обугленные кости и черные кандалы. — Огонь заставляет их гореть, как смазанный факел. Белых Ходоков, однако, не пугает пламя.

Затем он снял с пояса маленький черный каменный кинжал и поднял его. — Драконье стекло и выкованные заклинаниями металлы вроде валирийской стали могут убить их и их рабов-нежить.

Он вонзил кинжал в верхнюю часть тела, и та сразу перестала шевелиться. Ярко-голубые глаза потухли. Король поднял с пола слабо горящий факел и поджег другую часть трупа. Прогорклый запах гнили и разложения сменился зловонием обугленной плоти, которое быстро исчезло, как только от ранее двигавшегося трупа остался только пепел. Торрен наконец выдохнул и вздохнул с облегчением. Весь зал молчал. Некоторые из лордов и дам выглядели потрясенными, в то время как у других на ожесточенных лицах было мрачное выражение. Боги, значит ли это, что приближается Долгая Ночь?

Одна мысль заставила его замереть. Быть королевским оруженосцем теперь стало еще опаснее, поскольку ни один Старк никогда не уклонялся от лидерства. Если снова предстоит грандиозная Битва за Рассвет, Джон Старк, несомненно, окажется в гуще сражения, и Торрен должен быть рядом с ним, как его верный оруженосец. Он сжал кулак и стиснул зубы, пытаясь прогнать страх. Он был Флинтом Гор, а не каким-то трусом, и когда придет время, он умрет в бою с честью!

— Старые Боги, — услышал он бормотание Лиессы Флинт. Леди выглядела такой же бледной и потрясенной, как и Торрен.

— Лорд Гловер и вожди гор собирали драконье стекло, и мы начали посылать в Дозор партии кинжалов, стрел и наконечников для копий, — мрачно продолжил король. — Это означает, что у нас есть средства, чтобы победить этого врага. Но этого будет недостаточно.

— Что нам делать с этими… Белыми Ходоками? — через полминуты заговорил высокий молодой человек со шрамом от когтя на щеке. — Разве Стена не защитит нас? Разве не для этого ее возвел Бран Строитель?

— Да, для этого, лорд Дастин. Хотя мы не знаем, смогут ли Белые Ходоки найти способ обойти ее. И любая стена сильна людьми, которые защищают ее. Ночной Дозор давно пришел в упадок и едва ли имеет полтысячи воинов в трех замках. Одичалые, которых допустили к югу от Стены, уже заняли несколько заброшенных крепостей Дозора. Каждый северный лорд пошлет треть своих людей, чтобы поддержать Дозор. Мы не можем допустить, чтобы Стена оставалась без людей сейчас.

Торрен родился в начале прошлого лета. Он никогда раньше не видел зимы, но знал, что она близко. Все это знали. Солнечное тепло едва могло растопить лишь крошечную часть медленно сгущающегося снежного покрова, а это означало, что путешествие по Северу станет невероятно трудным. Он слышал рассказы своего дедушки о том, как снег может идти целую неделю без остановки и сугробы могут становиться выше крыши Флинт-Холла. Какая бы помощь ни была послана Дозору, она возможна лишь пока дороги еще проходимы. И Ледяная бухта, и Тюленья были слишком опасны зимой из-за плавающих глыб льда и свирепых штормов. Только король мог бы добраться туда на своем драконе. И Королева тоже, хоть и не выглядела бойцом.

— Хватит ли трети наших людей?! — Вопрос Большого Джона прогрохотал по большому залу.

— Это максимум, что мы можем послать, не дав им всем умереть с голоду. У Дозора почти не осталось припасов, и вам будет трудно послать больше или получить пропитание в Даре зимой, — мрачно сказал король, и на зал опустилась гробовая тишина. Слышно было только тихое потрескивание очага и близлежащих жаровен.

— Как долго наши люди будут оставаться в Даре? — спросил лорд Дастин.

— Пока нам не удастся реформировать Ночной Дозор, чтобы он не нуждался в нашей помощи в удержании Стены или полностью не будет устранена угроза Белых Ходоков. Все лорды у Стены должны быть готовы помочь Дозору в случае нападения.

***

Дженна Ланнистер, Риверран

Она воткнула вилку в лежавшую перед ней жареную крякву. Дженна изо всех сил старалась не обращать внимания на сочный запах, исходящий от стоявшего перед ней аппетитного блюда, и подняла глаза.

— Кажется, я ослышалась. Не могли бы вы еще раз повторить то, что сказали? — она говорила опасно низким тоном и свирепо смотрела на него.

Через стол ее лысый муж нервно фыркнул и съежился на своем месте. После минуты молчания он, наконец, собрался с духом и снова заговорил.

— Я иду в Близнецы. Все потомки моего старшего брата Стеврона теперь мертвы. Переправа моя по праву!

Боги, ее глупый муж действительно сошел с ума.

— Разве Марианна Вэнс, его внучка, не все еще жива и здорова?

— Она не Фрей, Дженна, — хмуро ответил он и встал. Эммон всегда был маленьким и худым человеком, и даже когда он вставал и пытался принять позу, он выглядел в лучшем случае невыразительно. Дженна бы рассмеялся при виде этого, если бы он не был смертельно серьезен.

— Мой лорд-муж, согласно андальскому закону о наследовании, ее притязания предшествуют вашим. И вы действительно хотите отправиться в этот проклятый замок? — Дженна умоляла его. — Уже больше дюжины Фреев погибли, сражаясь за место лорда после Пира Незнакомца!

Именно так люди стали называть смерть каждого мужчины, женщины и ребенка в Близнецах во время пира. Простые люди говорили, что сами боги разгневались на такое гнусное нарушение права гостя и потому Неведомый пришел и забрал все жизни в Близнецах. Но скорее всего, это кто-то из многочисленных врагов Фреев отравил их, возложив вину на вымерший Дом Старк. По правде говоря, это не имело большого значения: имя Фрей теперь было навсегда запятнано, и каждый член Дома должен был постоянно оглядываться, если хотел выжить. Было много желающих вырезать всех выживших ласк. Да и после смерти Старого Уолдера, его глупые потомки охотно убивали родичей из-за титула лорда.

— Вот почему я должен пойти — мой внук Виллем легко станет следующим Лордом Переправы после меня! — упрямо настаивал ее муж.

Боги, почему он вдруг обрел хребет в самый неподходящий момент? Джейме только что был изгнан из Речных земель и теперь беззащитен перед Эйгоном. У нее было искушение вернуться в Утес Кастерли, как только она услышала об этом, но в итоге она передумала. Дороги сейчас, вероятно, кишели дезертирами, разведчиками Таргариенов и рейдовыми отрядами. Женщине вообще было небезопасно путешествовать.

Все, что она могла сделать, это остаться здесь, в сильно укрепленном Риверране. У речных лордов были замки, но не было армий, которые могли бы спасти их от приближающихся осад, они либо медленно умирали от голода, либо просто сдавались и преклоняли колени перед мальчиком Таргариеном. Но Дженна сомневалась, что они с Эммоном получат большую милость, даже если сдадутся. Она была сестрой Тайвина Ланнистера, и единственным хорошим концом, который ее ждал, было бы присоединение к Безмолвным Сестрам. Если бы только ее брат не был таким жестоким, сейчас они не были бы окружены врагами со всех сторон.

— Эммон, послушай же! Дом Фреев сейчас самый ненавистный Дом в Вестеросе после Ланнистеров. Едва ли найдется Дом с Севера и из Речных земель, который не потерял бы родственников на Красной свадьбе. А в Риверране едва ли триста стражников. Враги почти на нашем пороге! Ты не можешь опустошить гарнизон и оставить нас беззащитными перед Эйгоном!

— Я возьму только половину людей, а остальные могут легко удерживать Риверран годами. А Таргариенам нечего делать к северу от Красного Зубца. Нет, этот Эйгон хочет победить твоего внучатого племянника Томмена и пойдет на Запад, — усмехнулся он и потер лысину. — И северяне, и речные лорды разбиты. Они не представляют опасности — у них нет людей и их некому сплотить. Зима уже на пороге, и армия Эйгона должна будет либо рассеяться, либо умереть с голоду и замерзнуть в снегах. Став лордом Переправы, я буду командовать еще как минимум тремя тысячами человек!

В конце концов, Эммон мог быть не таким уж глупым, раз уж у него был план. При условии, что ее мужу все же удастся добраться до проклятого замка живым и успешно завладеть им. Может быть, было бы лучше, если бы он все-таки ушел. Если он умрет, ей больше не придется иметь с ним дела, а если он станет все же лордом, то ее второй внук получит после него Близнецы. Если вообще кому-то из них удасться пережить нашествие Таргариенов.

— Иди, если хочешь, но ты не возьмешь с собой ни одного из моих сыновей или внуков! — предупредила она его взглядом.

Ее муж кивнул и выбежал из комнаты, чувствуя головокружение от предвкушения. Дженна осталась наедине с уже остывшей жареной уткой. Она сердито ткнула ее вилкой еще раз и налила себе чашу Арборского золотого.