Часть 35. В ожидании матча (2/2)

Её обнял сначала Саша. Потом Сёма и Ярослав. Со спины осторожно прижался Руслан. Они так и сидели, сплетаясь в тёплый, уютный клубок, пока не пришли взрослые и Святослав.

— Что тут происходит? — нахмурился Аивар.

Саша поднял голову и извиняюще улыбнулся.

— Эй, только я имею право обнимать её, когда на ней только рубашка! — шутливо возмутился Святослав, пытаясь протиснуться к невесте.

Тут Ильда, наконец, заметила свой внешний вид и с писком нырнула под одеяло. Теперь наружу торчала только растрёпанная макушка и кончик косы.

— Я могу попросить вас выйти? — Святослав посмотрел сначала на четверых друзей, а потом на взрослых. — Пока она одевается, я хочу кое-что сказать.

Аивар настойчиво посмотрел ему в глаза, улыбнулся сестре и первым покинул каюту. Когда вышел Дубыня Воимирович, напоследок метнув в них строгий взгляд, Святослав присел на краешек матраса и заглянул под одеяло.

— Можешь вылазить, все ушли.

— Да, но… Ты-то здесь, — наружу показалось ярко пылающее лицо девочки.

— У меня особые привилегии, потому что я тебя нашёл, уволок в лазарет и помогал раздевать. Учти, от взрослых сейчас прикуривать можно… Откуда это виноватое выражение на мордашке?.. Так, стоп, — он прервал неразборчивый лепет девочки. — Для начала вылазь, вон твоя одежда.

— А…

— Да не бойся ты, нижнее бельё всё на тебе. Кроме носков.

Ильда вздохнула и дрожащими руками откинула одеяло.

— Отвернись…

— Я бы отвернулся, если бы не боялся, что ты упадёшь.

— Тогда подай, пожалуйста, рубашку и отвернись.

— Ладно, ладно… Только не вставай. Так вот. Злы они не на твоё проявление дара и уж, тем более, не на тебя. Усекла?

— Угу, — вздохнула Ильда и попыталась встать.

Но ноги почему-то не держали, и если бы не жених, то она обязательно бы упала.

— Они злы на тех, кто не уследил, то есть на старост и вахтенных, — он усадил её обратно на койку и нежно, но твёрдо взял за плечи. — На этих импортных господ, начиная от директора. Наши-то знают, что в этом возрасте к родовитым лезть нельзя…

***

К следующему утру школа кипела. Все были потрясены рассказом о девочке-оборотне, капитане русской команды Чемпионата. Никто не ходил в одиночку — боялись. С наступлением сумерек ученики разбегались по своим гостиным и транспортным средствам. Количество ночных нарушителей упало до нуля, и не сказать, что преподаватели этому не обрадовались.

Стали бояться русских. Открыто над ними не издевались, но испуганные, откровенно враждебные взгляды выдавали все мысли.

— Я с этими, — Малфоя аж перекосило как от лимона, — соревноваться не буду! Вот так скажешь что-нибудь, а они нападут и будешь телом выталкивать маргаритки из земли<span class="footnote" id="fn_36905091_1"></span>.

Никто ничего не ответил. А что можно было сказать? Непонятное всегда пугает.

***

Первого марта студенты-язычники Колдовстворца праздновали Навий день. День, когда на смену студёной Марене приходит ласковый Ярило. Вот-вот должна начаться настоящая весна — с капелями и мокрыми, осевшими сугробами.

— Привет, воин, — стоило Ильде появиться в Комнате порталов, как её тут же сграбастал в объятия Святослав.

— Задушишь… Привет. Ты извини, мне бежать нужно — отец просил поторопиться. После полудня я вернусь, когда к курганам пойдём.

— Понимаю. Пошли вместе до жилищ… Не сильно тебя достают?

— Нет, — мигом посмурнела Ильда. — Только чепуху всякую про волкодлаков мелют. Я в замок не хожу теперь, ещё напасть на кого-нибудь не хватало.

— Успокойся. Наверняка есть какой-нибудь способ обуздать дар. Спроси у отца, нет ли чего-нибудь о нём в родовой библиотеке. И я бы хотел помочь в поисках.

— Спасибо, воевода…

Ильда появилась дома как раз к приготовлению треб — подношений на могилы предков.

— Наконец-то, я уж директору звонить собиралась! — воскликнула при её виде мама. — Бегом мыть руки и помогать собирать корзину.

Ильда, на ходу здороваясь с роднёй, кинулась в кухню, помогать. Там уже во всю хлопотала бабушка Ольга.

— Прилетела пташка, — ласково встретила она внучку. — Лети-ка в кладовую, принеси ещё браги…

Наконец, корзина собрана, все оделись и большой толпой двинулись к семейному кладбищу, на северный конец имения. Там, не пропуская ни одной могилы, разложили калачи и расставили чарки с брагой. Поклонились могиле Рюрика и отправились обратно в крепость. Детям ещё надо было вернуться в школу.

— Папа, — позвала его Ильда перед тем, как взяться за портал. — Можно мне и Святославу посмотреть книги про мой дар?.. Мне страшно…

— Можно. Только следи, чтобы никакие семейные тайны не разглашались. Сама книги нужные ищи. И не бойся ничего. Всё образуется.

— Спасибо, папа…

В школе ходили с угощениями к курганам — могилам защитников Колдовстворца. За почти две тысячи лет школа пережила сотни осад, сражений и войн. За её стенами укрывались жители магических кварталов — тех, что не имели своей защиты — лазареты с ранеными, штабы генералов и главнокомандующих. Да и до сих пор в Колдовстворце размещается небольшой гарнизон — три роты и госпиталь…

А вечером развели костры и создали длинные качели-ладьи, на которых все попарно катались.

— Пошли, вон та ладья свободна! — Святослав вырос будто из ниоткуда и утащил Ильду к качелям.

А когда качели взмыли так высоко, что ветер, казалось, готов был унести их далеко-далеко, на душе остались только бешеный восторг и тихое счастье…

А через два дня весь Колдовстворец начал праздновать масленичную неделю с ароматными золотистыми блинами, уже тёплым солнцем, гуляниями и сжиганием чучела в воскресенье.

***

Во вторник, пятого февраля, едва закончились все дополнительные занятия и тренировки, Гарри, Рон и Гермиона собрали всё нужное для ночной прогулки (карта и мантия, по их мнению вполне способны были помочь избежать встречи с оборотнем) и необходимые для зелья вещи — хрустальные фиалы и куколки бабочек «мёртвая голова». Серебряную ложечку можно найти на месте, а уж слюна и волосы были доступны в любое время дня и ночи в любом количестве. Кроме того, они захватили подарки для Люпина — у него действительно скоро день рождения.

Уходили они камином в кабинете декана, а возвращаться должны будут через камин в Общей гостиной — чтобы и на занятия не опоздать, и зелье до рассвета убрать, и профессора Макгонагалл не побеспокоить.

Сириус был рад видеть Гарри и его друзей, как и они его. После лёгкого ужина занялись подарками — их нужно было упаковать и спрятать.

Трое друзей уселись возле окна и каждые три минуты беспокойно поглядывали на небо. Сейчас по нему неслись какие-то рваные клочья облаков непонятного цвета, на западе чуть подкрашенные заходящим солнцем в красные и рыжие тона. Голые кусты дрожали от резких порывов ветра. От моря полз низкий туман.

— Если нам повезёт, то ночь обойдётся без туч, — заметил Гарри, старательно завязывая бант.

— Брось, Гарри, тебе всегда везёт, — хмыкнула Гермиона.

Она уже справилась со своим подарком и теперь помогала Рону: он никак не мог завернуть бумагу так, чтобы она не топорщилась. Наконец, у них это получилось.

— Спасибо, Гермиона! — обрадовался Рон и быстро обнял подругу.

— Давайте, я отнесу подарки в кладовку, — Гарри протянул руку за свёртками.

— Да, конечно, — пробормотала Гермиона, заливаясь краской.

Гарри принял подарки и постарался побыстрее выскочить из гостиной. Когда он вернулся и осторожно заглянул в комнату, Рон и Гермиона целовались…

***

На подоконнике в ряд выстроились три хрустальных фиала, блестя гранями в лунном свете. На одной из граней каждого из них белела бирка с именем. Внутри уже находилась слюна и листик мандрагоры.

— Я сейчас поставлю будильные чары, — сказал Сириус. — Можете немного подремать. Они сработают в три утра. На всякий случай у вас будет два часа. Вещи соберите сейчас. Как проснётесь, сразу добавляете оставшиеся ингредиенты, берёте вещи и отправляетесь обратно. Мантия и карта у тебя, Гарри?

— Да. Не беспокойся, всё будет хорошо. Я тебе потом напишу.

— Ладно.

— А что будем просить у Выручай-комнаты? — уточнил Рон.

— Большую комнату с мягким ковром и сундуком, — зевнула Гермиона.

— Ладно, спите, — Сириус взмахнул палочкой, обнял Гарри и вышел.

Друзья устроились в ворохе одеял и подушек. Сегодня они будут спать в гостиной…

Чары сработали ровно в три, и друзья, недовольно зевая и потягиваясь, кое-как выбрались из-под одеял. Луна переместилась на другой конец неба и почти не освещала фиалы.

Гарри, Рон и Гермиона разобрали фиалы, добавили в них по волосу и спустились в подвал, к ящику с растениями. Серебряные ложечки уже лежали там. Гермиона отогнула край мешка. Каждый взял по ложечке и подрагивающими руками собрал росу. Вернулись в гостиную. Бросили по куколке бабочки «мёртвая голова». Тщательным образом закупорили фиалы.

— Давайте, полтора часа осталось, — взглянула Гермиона на часы.

У камина их ждал лохматый Сириус.

— Молодцы. Идите. Жду сегодня сову. Пока.

— Пока, Сириус.

Они по очереди скрылись в зелёном пламени камина. В гостиной было тихо и темно. Сумки составили за диван. Гарри вытащил мантию-невидимку и карту Мародёров. Тщательно спрятав фиалы с зельем в карманах мантий, трое друзей завернулись в мантию-невидимку.

— Клянусь, что замышляю шалость, и только шалость, — пробормотал Гарри. — Люмос.

Ночью карта была особенно интересна. Можно было даже узнать кто в какой спальне спит. Точки сгруппировались в четырёх местах: подземелья, подземелья у кухни и две башни. В коридорах второго этажа двигался Снейп. На третьем в своём кабинете бодрствовала Амбридж. Путь от их башни до восьмого этажа был свободен.

— Идём.

И началось путешествие по тёмным коридорам древнего замка, кое-где расчерченным пятнами лунного света.