Часть 18. Понедельник — день открытий (2/2)

— Своих, каких же ещё!.. А если не благодарить — сил не будет, магия ослабнет, несчастья будут, болезни.

— И без этих обрядов прожить можно! Вон, Дамблдору уже больше ста, а безо всяких этих богов живёт! — заявила Гермиона. — А все эти обряды — устаревшее и совершенно не нужное.

— Дамблдор или зелья вёдрами хлещет, или обряды проводит, — прищурился ещё один парень в голубом. — А может, просто видимость своей силы создаёт, или давно кто-то под обороткой живёт. Молодой и сильный.

От такого заявления друзья выпали в осадок.

— А без этих обрядов вы или умрёте лет в восемьдесят, или магией пользоваться не сможете, — продолжила Ильда. — Вы магию из собственных резервов качаете. Это сейчас ничего не чувствуется. А к сорока как приложит!

— А Гарри! Он самый сильный после Дамблдора волшебник!

— Кто сказал?

— Виктор Крам. Он говорил, Гарри делает то, чего он не умеет. А он был на последнем курсе Дурмстранга.

— И что с того? — прищурилась девочка в фиолетовом, которая с братом сегодня за завтраком уговорила их попробовать те пироги. — Крам, что, специалист в области изучения магии и магических ядер? А выучить-то кто угодно может, терпение только надо.

— Вообще да, — наконец вступил в разговор Гарри. — Патронус у меня получился не с первого раза, как и всё остальное.

— Но получился же! — воскликнула Гермиона.

— А когда Вы его учились вызывать? — спросил Ивась Костюк.

— На третьем курсе.

— В тринадцать?

— Да.

— Нас учат вызывать его в девять, — пожал плечами он. — Всех. Так что это не сила, а недостаток образования.

Постепенно подтягивались другие ученики и, приоткрыв рты, прислушивались к разговору. Наконец, прозвенел колокол, и Снейп загнал всех в кабинет, прерывая спор.

— Готовим Укрепляющий отвар. Рецепт на доске.

Снейп никак не показал своего отношения ни ко вчерашнему соревнованию, ни к результатам своих и чужих учеников. Только в своей ядовито-уничтожающей манере попросил американцев быть повнимательнее и постараться не устроить душ из отвара. Американцы смутились и поёжились от тона. Русские снова отступали от рецептуры, указанной на доске, и на замечания не реагировали.

— Каменные они, что ли? — задал вопрос Рон.

— Минус десять очков Гриффиндору, мистер Уизли. И я сниму в два раза больше, если Вы ещё раз отвлечётесь, — прошипел Снейп, непонятно как появляясь у него за спиной.

Рон мог поклясться, он за минуту до этого отчитывал какую-то американскую девочку, почти доведя её до слёз.

После зелий русские снова испарились. С ровными, ничего не выражающими масками на лицах, они прошествовали в холл и, вместо Нумерологии, ушли на улицу.

— Хотел бы я так же сделать, — буркнул Рон, карабкаясь на самый верх Северной башни.