10.2. Дэстино (1/2)

Приготовления к отъезду Королевы шли полным ходом, и Хаин с головой ушёл в хлопоты. Ему пришлось на несколько недель вперёд распланировать жизнь дворца, предусмотрев все возможные проблемы, а также назначить ответственных за безопасность города и королевской семьи. Немногочисленное свободное время менталист проводил на тайных встречах с Айдэрой Этос, где они беззаботно сплетничали, зная, что могут довериться друг другу и не будут подслушаны.

А пошептаться было о чём, взять хотя бы козни леди Дэнэвэр или похождения опальной Принцессы.

Первая, злопамятно возжелав мести, теперь искала любого повода, чтобы усложнить Хаину жизнь. Поначалу слуга даже не замечал этого, но вскоре случайности вроде пролитого на него кипятка или обвалившихся гардин стали повторяться так часто, что подозрения закрадывались сами собой. А когда к с виду безобидным мелочам добавились метко брошенные из-за угла кинжалы и долгожданный яд в еде, покушение не распознал бы только глупец.

Причём сама леди Дэнэвэр успешно выходила сухой из воды, поскольку всегда была при Гареме и толпе свидетелей, а её неуловимые исполнители умудрялись подстроить всё так, чтобы избежать разоблачения.

Пятому Генералу эти фокусы заметно подпортили жизнь, однако обращаться к Королеве он считал излишним. К тому же Её Величеству и без него хватало забот, поскольку ей приходилось вечно следить за своей сестрой.

Что до самой Кирсэнн, то этот плод любви заговора и расточительства ежедневно приносил головной боли ничуть не меньше, чем леди Эриса со всем своим Гаремом вместе взятым.

Во-первых, она оказалась до невозможности капризной: отказывалась от принятой при дворе еды, требуя невозможных изысков, всячески помыкала приставленными к ней слугами, каждый день норовила ускользнуть куда-нибудь из дворца и, наконец, с аппетитом оголодавшей пираньи издевалась над самим Хаином как над главным своим тюремщиком, утверждённым лично Высшей и отвечавшим за безопасность опальной Принцессы.

«Хотя, скорее, обезопасить нужно было от неё…» — часто думал слуга.

Таким образом Хаин вскоре оказался между молотом и наковальней, вынужденный спасаться то от словесных покушений Кирсэнн, то от вполне реальных покушений Эрисы Дэнэвэр. И задушевные вечерние разговоры с Айдэрой Этос были единственным, что ещё удерживало его ментальное равновесие.

Теперь же к этому добавился и второй фактор — скоро должен был состояться отъезд в Дэстино, а Пятый Генерал значился одним из главных его участников. Поэтому сейчас, ободрённый этим сладостным ожиданием если не свободы, то хотя бы избавлением от тяжких обязательств, маг шёл к покоям Королевы, надеясь услышать заветный приказ.

Но когда Хаин приоткрыл двери гостиной, где Высшая обычно встречала слугу, там её не оказалось. Заглянув в спальню, гардеробную и прочие комнаты Роксэнн, менталист наткнулся на ту же картину. Он бы и вовсе подумал, что Её Величество отошла по делам, но вдруг услышал чьё-то отдалённое шипение.

Звук был такой, как если бы дикую неприрученную кошку заставили ходить на задних лапах и изъясняться по-человечески вопреки всем законам природы. А самое удивительное — шипение исходило из самой отдалённой комнаты — кабинета Королевы, где та любила уединяться, когда занималась государственными делами и куда был запрещён вход даже слугам. Однако, движимый любопытством и плохим предчувствием, Хаин поспешил на звук и несмело приоткрыл двери комнаты.

То, что он увидел внутри, вызвало у него в равной степени изумление и замешательство.

Опальная Принцесса Кирсэнн, скрипя зубами и тихо бормоча под нос всевозможные ругательства, старательно выводила на листе бумаги слова и буквы, а Её Величество Королева Роксэнн стояла у неё за спиной и с невозмутимостью палача указывала леди на ошибки.

— Вот здесь непохоже, — в очередной раз заметила она. — Хвостик другой. А вон то очень даже неплохо.

Хаин, не смевший прерывать занятия сестёр, внимательнее присмотрелся к происходящему и с удивлением обнаружил, что Кирсэнн не просто занимается чистописанием, а пытается скопировать лежащий перед ней текст, выведенный рукой самой Королевы.

Правда, выходило у леди не то чтобы очень хорошо… её письмо, скорее, напоминало особый вид пыток над бумагой. Но Высшая, очевидно, смотрела на это философски и поощряла даже малейший прогресс.

От своего увлекательного занятия сёстры оторвалась, лишь когда присутствие слуги стало слишком заметным.

— Тёплого Светила, Ваше Величество, — следуя придворному этикету, обратился к близнецам менталист. — Тёплого Светила, Ваше Высочество.

— Проходи, Хаин, — благодушно махнула рукой Роксэнн. — Мы с Кирс уже заканчиваем.

Пятый Генерал опасливо приблизился, памятуя о распрях с королевской сестрой, однако не удержался от пытливого взгляда на объект своих ночных — да и дневных — кошмаров.

— Чего уставился? — с вызовом оскалилась Кирсэнн. — Не бойся, я тебя не съем. Не люблю костлявое мясо.

— Ваше невежество не знает границ, — холодно парировал мужчина, но смотреть перестал.

Её Величество, наблюдавшая за ними, не удержалась от улыбки:

— Просто она стесняется тебя, Хаин. Так уж повелось, что с самого детства Кирс отвечает грубостью тем, кто её смущает.

— Эй! — возмутилась леди, прожигая сестру яростным взглядом. — Думай, что говоришь!

Воздух в кабинете Королевы вмиг раскалился, однако Роксэнн вдруг слегка кашлянула, прикрыв рот ладонью — и опальная Принцесса как-то разом присмирела. Менталист не совсем понял, что именно произошло, зато между сёстрами вновь воцарилось если не спокойствие, то молчаливый нейтралитет.

«Как будто без слов друг друга поняли», — нахмурился слуга, силясь разгадать тайну близнецов.

Впрочем, додумать ему не дали: в это время из гостиной донеслись лёгкие звуки шагов, вероятно, принадлежавших служанкам, а потому Высшая коротко заявила:

— Побудьте здесь, я скоро вернусь.

И прежде чем Хаин сумел сказать хоть слово, Королева выскользнула из комнаты, оставив его наедине с этим монстром во плоти.

Он бы так и стоял, недвижимый и отстранённый, чтобы как можно меньше взаимодействовать с опальной Принцессой, но внезапно вспомнил слова Айдэры:

«Приглядите за Королевой и её сестрой. Мне кажется, они что-то скрывают».

До этого он почти не оставался с Кирсэнн наедине, да и всю свою наблюдательность использовал на саму Высшую. Теперь же, после стольких дней бесполезных попыток выяснить чужой секрет, в голову менталиста пришла простая и явно обречённая на провал идея.

— Ваше Высочество… — несмело начал он, опасаясь быстрого возвращения Роксэнн. — Могу ли я просить вас…

Заговорщица расхлябанно опёрлась руками о стол, нарочито сминая лежавшие там бумаги, и вызывающе ухмыльнулась:

— Смотрите, как заговорил! Наконец-то проявил уважение к королевской крови и начал лебезить передо мной так же, как перед моей сестрой!

Пятого Генерала эта наглость столь возмутила, что он мигом отбросил приличия:

— После всего, что вы натворили, мне меньше всего хочется проявлять к вам уважение. Считайте, что это было ошибкой. И зачем только Королева держит вас при себе…

В чёрных глазах опальной Принцессы мелькнула досада, но она тут же скрыла её за напускной язвительностью:

— А ты ещё не понял? Даже жаль, что у Энн такие глупые генералы, ха!

«Она точно знает, — убедился слуга. — Знает, но почему-то молчит. Ей запретила говорить Королева? Или это их общий секрет?»

Торопясь подтвердить или опровергнуть своё предположение, Хаин терпеливо начал:

— Я не понял, но хочу понять. Королева привечает вас так, будто это не вы ещё совсем недавно охотились за её головой. Более того, она постоянно держит вас при себе и забавляется, подменяя вами себя. Но Её Величество всегда хранит свои тайны, и напрямую узнать не получится.

— И поэтому ты решил выпытать ответ из меня? — понятливо усмехнулась Кирс. — А что если я откажусь отвечать? Может, мне выгоднее молчать?

Менталист замер, понимая, что от того, насколько его ответ понравится непредсказуемой и безумной сестре Королевы, зависит весь успех авантюры. Но времени раздумывать не было — и Пятый Генерал выдал все сомнения, что крутились в его голове:

— Если бы это было так, вы бы не давали подобных намёков, как на Совете Генералов. Но вас ведь тоже что-то беспокоит, верно? К тому же за всё это время вы имели столько возможностей совершить покушение. Почему же вы этого не сделали? Может, по той же причине, по которой не удались и ваши прошлые попытки свергнуть власть?..

Заговорщица, ещё мгновение назад излучавшая самоуверенность напополам с ехидством, так резко помрачнела, что Хаин уже приготовился выслушивать отборные ругательства и оскорбления.

Однако в этот момент со стороны гостиной послышался голос Королевы:

— Кирсэнн, подойди сюда. Ты нужна мне для одного дела.

Опальная Принцесса встрепенулась и бросила торопливый взгляд на приоткрытую дверь. Ей определённо не хотелось идти к своей сестре, но ослушаться приказа она не могла и медленно вышла из-за стола. Затем Кирс сделала шаг вперёд и, поравнявшись с менталистом, неожиданно склонилась над его ухом.

— Когда она достанет платок, не отрывай взгляда, глупый евнух, — тихо шепнула леди, перед тем как уйти.

Пятый Генерал застыл, поражённый откровенностью Кирсэнн и в то же время сбитый с толку её словами.

«Платок? — растерянно подумал он. — Что она имела в виду?»

Но поразмышлять над фразой Кирс ему не дали громкие звуки со стороны гостиной.

— Ваше Высочество?.. — послышалось тоненькое и вежливое.

— Сестрёнка?.. — раздалось чуть более звонкое вслед.

А потом Хаин услышал замогильный голос до смерти перепуганной Кирсэнн:

— Нет… нет… что угодно… только не это!

Заинтригованный происходящим, слуга поспешил на звуки паники и обнаружил поразительную картину: коварная заговорщица, гроза королевских Генералов и просто отвратительная женщина судорожно пятилась назад, а на неё синхронно надвигались две младшие сестры, Ноэми и Ноэль.

В какой-то момент перепуганная Кирс решила спасаться бегством и обернулась, чтобы вновь скрыться в кабинете. Однако Хаин, как раз стоявший у входа, не мог отказать себе в удовольствии расквитаться по старым счетам и нарочно прикрыл собой спасительную дверь.

— Гадёныш… — только и могла в бессилии прошипеть леди.

Королева тем временем подбодрила чуть оробевших младшеньких:

— Не бойтесь, сестрёнка Кирсэнн больше не будет делать плохие вещи. Можете подойти ближе и поздороваться. Обещаю, она будет вести себя прилично.

Услышав столь вопиющую ложь, заговорщица в ужасе взмолилась:

— Нет… только не заставляй меня…

Но Высшая была непреклонна и лишь выразительно улыбнулась, позволяя юным леди оккупировать свою опальную сестру.

— Сестрёнка теперь хорошая? — подкрадываясь ближе, задумчиво протянула Ноэми.

— Сестрёнка разрешит поздороваться с ней? — в тон произнесла Ноэль.

— Нет… не смейте подходить… — уперевшись спиной в стену, нервно забормотала Кирс. — Я не разрешаю!

Но девочки, ещё не познавшие в полной мере чувства страха, продолжили наступать и почти загнали свою старшую родственницу в угол.

— Энн, да сделай же что-нибудь! — окаменев от напряжения, воскликнула леди, невольно обратившись к ненавистной сестре по имени.

— Что я могу? — невинно хлопнула ресницами Королева. — Это же семья.

Осознав, что помощи ей ждать неоткуда, опальная Принцесса тихо зарычала, но даже это не отпугнуло её младших сестёр.

— Сестрёнка Кирсэнн, раз ты теперь хорошая, хочешь выпить с нами чаю? — пылко схватив ладонь заговорщицы, спросила Ноэми.

— Ваше Высочество, вы ведь побудете с нами? — чуть сдержаннее решила уточнить Ноэль.

— Хватит, перестаньте! Я не разрешаю! — отчего-то сильно покраснев, зашипела женщина и почти взвыла. — Энн, не уходи! Не оставляй меня с ними!

Но Высшая осталась непреклонной и, поманив за собой Хаина, вышла в соседнюю комнату. Как только они с менталистом остались наедине, обеспокоенный происходящим слуга поспешил узнать:

— Ваше Величество, что происходит? Разве это безопасно?

Роксэнн поспешила успокоить своего Генерала:

— Не волнуйся, у Кирс кишка тонка тронуть детей. Она немного побегает от них, но потом успокоится и будет просто ворчать.

От сомнений брови Хаина сдвинулись к переносице, окрасив его обычно спокойное и даже невыразительное лицо яркой эмоцией. Невольно прислушиваясь к звукам из гостиной, менталист уточнил:

— Почему вы так уверены?

Кашлянув, Роксэнн улыбнулась одними краешками губ:

— Потому что очевидно, как день, что моя сестра — отъявленная трусиха. Она может извергать сколько угодно ругательств, но на настоящее зло у неё не хватит смелости. Вот причина всех её провальных покушений.

— Рассуждаете так, будто Её Высочество Кирсэнн совсем безобидна, — с явным осуждением заметил Пятый Генерал.

На это Королева качнула головой:

— Не безобидна, нет. Но контролируема. А это прекрасное качество.

Менталист захотел оспорить слова леди, однако к тому моменту в покои Высшей нагрянула её прислуга с подносами, полными сладостей и душистого чая. Получив распоряжения от Роксэнн, служанки проследовали в гостиную, где занялись подготовкой чаепития, заодно приглядывая за сёстрами. Сама Королева присоединяться к ним не спешила и вместо этого поинтересовалась:

— Что насчёт готовности к поездке?

— Все ваши распоряжения выполнены, корабль ждёт отправки, — с готовностью ответил Хаин, в тайне ожидавший этого вопроса.

Вся его душа запела от радости, ведь поездка в Дэстино означала свободу от части неприятных обязанностей, связанных с жизнью во дворце. К тому же слуга ещё ни разу не был на знаменитом острове, о котором и в Лийа, и в Норте ходили настоящие легенды.

Но вот чего менталист не ожидал — так это последовавших за вопросом слов:

— В таком случае выдвигаемся сегодня.

— А ваша сестра?.. — озабоченно взглянув на двери гостиной, тут же засомневался Хаин.

— Останется здесь под чутким наблюдением Эльм и Айдэры, — как нечто само собой разумеющееся произнесла Роксэнн. — Я разрешила им применять силу в случае угрозы со стороны Кирс, хотя, думаю, всё обойдётся. И в этом мне помогут младшие сёстры. Они займут старшую на время моего отсутствия.

— Вы хотите свалить заботу о них на леди Кирсэнн? — ахнул слуга. — Сделаете её нянькой для юных Принцесс?

Будучи Пятым Генералом, он уважал любое решение своей Королевы, но всё же не мог опустить сомнения, связанные с заговорщицей. Уж больно много свобод и вольностей позволяла ей Высшая. А если вспомнить, что ещё совсем недавно Кирс чуть не похитила этих же младших сестёр, желание Роксэнн позволить им общаться казалось и вовсе… странным.

— Да, это хорошо повлияет на отвратительное поведение моей сестры, — задумчиво глядя в сторону гостиной, подтвердила опасения Хаина Королева. — К тому же я хочу показать Кирс жизнь, отличную от того, что знали мы в детстве. Искусственной конкуренции, зависти и заговорам не место в моей семье.

Высшая произнесла эту фразу как бы между делом, но стальные нотки в её обычно мягком и мурчащем голосе говорили сами за себя. И Роксэнн можно было понять: всё детство будущей Королевы и опальной Принцессы прошло в вечных мятежах, покушениях и убийствах, которые затевала, провоцировала или позволяла предыдущая правительница. Даже произошедшее между старшими дочерьми по большей части было виной той предыдущей Высшей, к счастью, нашедшей покой в королевском склепе вместе с большей частью своих интриг.

— Вы очень добры к своей сестре, Ваше Величество, — наконец выдохнул слуга, осознав мотивы Королевы.

В глазах Роксэнн блеснули лукавые искры:

— Кстати, об этом. Пойдём, посмотрим, как там мои сёстры. Сдаётся мне, что мы можем увидеть кое-что интересное.

Затем Королева чуть приоткрыла дверь гостиной и, дождавшись Хаина, незаметно заглянула внутрь. Сгорая от любопытства, менталист последовал примеру Высшей. То, что он увидел внутри, едва не заставило его вскрикнуть!

В большом изящно украшенном зале, среди мягких диванных подушек и шёлковых одеял, сидели три сестры Роксэнн. Две из них держали в руках чашечки, выполненные из тончайшего фарфора, а стол перед близняшками был сервирован самыми изысканными и дорогими сладостями. Но обе не обращали на всё это великолепие и капли внимания, поскольку оно было всецело приковано к их старшей сестре.

И вскоре Хаин понял почему, ведь леди Кирсэнн, униженная своим положением, закованная в магические кандалы и всячески обезвреженная, сейчас попросту… чаровала!

Сначала менталист подумал, что ему кажется, но даже моргнув слуга не мог развидеть лёгкие всполохи огненных заклинаний, окружавших опальную Принцессу. А как только они начали трансформироваться, принимая форму огненных бабочек, змей и цветов, Пятый Генерал убедился окончательно.

Да, Кирсэнн из Дома Роз обошла руны магических оков только для того, чтобы развлечь магией своих младших сестёр!

— Как это возможно?! — шёпотом ужаснулся Хаин. — Она чарует, не снимая оков!

— Меня интересует тот же вопрос, — тихо ответила Королева. — Очевидно, за время своего отсутствия при дворе Кирс значительно улучшила магические умения. Но это лишь подтверждает мои прежние догадки. Кирсэнн не была серьёзна в дуэли с Вэлл и не хочет моей смерти так сильно, как пытается доказать. В противном случае у неё давно была бы возможность убить меня.

Прикрыв двери, менталист нахмурился:

— Думаете, это достаточное основание, чтобы доверять ей?

— Думаю, это достаточное основание, чтобы не бездумно убивать, а разумно использовать её, — парировала довольная увиденным Роксэнн. — Девочкам давно пора обучаться боевой магии, а Кирс отлично подойдёт на роль учителя.

Хаин неуверенно кивнул, втайне ужасаясь коварным, но безрассудным планам Высшей. С одной стороны, то, как расчётливо и бесстрастно Королева подходила к использованию собственной сестры-заговорщицы, поражало его. С другой стороны, вся его обострённая, как у любого мага интуиция, трезвонила об опасности, связанной с опальной Принцессой.

Впрочем, изменить что-либо он не мог, поэтому сосредоточился на приказах, которые отдала ему Королева. К счастью, их было достаточно, чтобы выбросить из головы все тревожные мысли.

Так, первую половину дня Пятый Генерал провёл в сборах и хлопотах, а ближе к вечеру процессия выдвинулась на пристань, к ожидавшему их кораблю. Там их встретила Диамант Росси, облюбовавшая красивое местечко на корме большого фрегата.

— Диамант, вы уже здесь? — хитро сощурилась Высшая.

— Да, удрала заранее, пока тётушки не достали своими причитаниями, — призналась Третий Генерал.

Сегодня она выглядела ещё роскошнее чем всегда, облачённая в дорогие алые одежды и мерцавшая нитями багряных рубинов в волосах. Даже рукоять церемониального меча Росси переливалась золотом и красными камнями.

Королева заметила этот щегольский наряд, словно созданный, чтобы произвести на кого-то впечатление, так же, как заметила и прекрасное расположение духа женщины.

— Вы сегодня в хорошем настроении, леди, — улыбнулась Роксэнн, поднимаясь на палубу в сопровождении гвардии. — Радостно видеть вас такой.

Она выглядела полной противоположностью своего Генерала, одетая в сдержанный чёрный наряд, расшитый изящными бриллиантами, и дополненный увитой драгоценными розами тиарой. Неудивительно, что толпа зевак — олицетворение толкотни и любопытства — собралась на площади, желая хотя бы украдкой посмотреть на Её Величество, окружённую лучшими воительницами Лийа и заметную даже в самых скромных одеждах.

— Конечно, я в хорошем настроении, меня ведь ждёт увлекательное приключение по соблазнению собственной бывшей, — нервно усмехнулась Диамант, как только Роксэнн чуть отошла. — И если это приключение не окончится успехом, Королева отрубит мне голову…

Хаин, оказавшийся рядом с Росси в этот момент, не удержался от ехидства:

— Что ж, я помолюсь за вас, леди.

Диамант ухмыльнулась в ответ и кивнула на Королеву, обсуждавшую что-то с Розарией Милагросс:

— Лучше помолись за Первого Советника Норта. Несладко ему придётся, когда за него возьмётся Энн. Если он не понравится Королеве, можно ожидать чего угодно.

Пятый Генерал задумчиво кивнул, вспоминая, что вообще ему известно о нортийской делегации, и внезапно поймал себя на полном отсутствии этой важной информации. В документах, подготовленных Королевой для своих Генералов, были описаны цели и задачи встречи вкупе с текущей политической ситуацией в Норте, а также всё, что удалось узнать от шпионов по поводу личности загадочного Первого Советника. Но вот о тех, кто мог сопровождать Хистэо эль Гратэ, там не значилось ни слова…

Будет ли это пышная процессия с главными сливками высшего света, в которую войдут представители великих родов? Или наоборот — маленькая группа приближённых, верных Некоронованному Королю этой холодной страны?..

«Ну не придёт же он один, в конце концов, — успокоил себя менталист. — А для того, что хочет от меня Королева, неважно количество людей вокруг, нужен лишь подходящий момент».

Может, он и вовсе отложил бы волнения, если бы порученная миссия не была так важна. Ведь ещё задолго до отъезда Высшая приказала ему воспользоваться переговорами с Нортом, чтобы тонко воздействовать ментальной магией на лорда Хистэо и узнать, какие планы он вынашивает на самом деле. И хотя Пятый Генерал был прекрасным менталистом, умевшим использовать свои силы как опытная швея — иглу, ему всё равно казалось волнительным подкрасться так близко к человеку, подмявшему под себя целый Норт.

Задумавшись, он пропустил момент, когда Высшая вместе с Розарией Милагросс подошла к ним с Росси и подслушала конец разговора.

— Ну-ну, Хаин, не слушайте Диамант, — тихо и потому зловеще рассмеялась Роксэнн. — От волнения она любит всё драматизировать. Но я же не зверь, чтобы убивать кого-то просто потому, что он мне не нравится?

Генералы застыли, обмениваясь красноречивыми взглядами. Каждый из них знал, сколь обманчивы мягкость и спокойствие Королевы, а потому ещё сильнее напряглись, услышав пространное:

— К тому же есть куда более интересные способы выразить своё недовольство. Например, медленный яд, ментальная магия или тонкие умения Роззи…

Розария, услышав эту сомнительную похвалу, растянула довольную хищную улыбку. Весь дворец знал, как безжалостна и методична в своих пытках леди Милагросс, а потому такие слова были вполне закономерны и ожидаемы.

Куда более миролюбивая Диамант поспешила перевести тему:

— Ну раз уж мы все здесь собрались и так долго будем в пути, то, может… партейку в ханк, господа?..

Хаин с готовностью закивал, Розария согласилась с меньшим энтузиазмом, а вот Роксэнн осталась полностью довольна предложением. Поэтому уже через некоторое время они вчетвером сидели за игральным столом прямо на палубе корабля и, готовясь к игре, наблюдали за тем, как специально обученные магички направляют воздушные заклинания в паруса, ускоряя судно и правя курс.

Когда карты уже были разложены и каждый предвкушал жаркую партию, Королева вдруг случайно закашлялась, как будто вдохнув слишком много воздуха. Генералы тактично предложили ей воды, на что Высшая поспешно согласилась.

Из-за этого маленького инцидента и необходимости срочно принести воду на корабле поднялась лёгкая суета. Пока слуги исполняли приказ, а Розария и Диамант больше от скуки, чем от нужды отчитывали бедных гвардейцев за то, что те не предусмотрели подобный момент, Хаин невольно взглянул на Роксэнн.

Но — вот же совпадение! — именно в этот момент правительница незаметно достала из кармана одежд маленький белый платок и, преодолевая желание кашлять, прикрыла им губы.

«Когда она достанет платок, не отрывай взгляда, глупый евнух», — как гром среди ясного неба прозвучали в голове менталиста слова опальной Принцессы.

И Хаин, следуя своей интуиции и не привлекая внимания Королевы, сделал вид, будто увлечён морским видом. Сам же судорожно попытался пронаблюдать боковым зрением за действиями Высшей.

Вот она чуть морщится от необходимости сдерживать кашель.

Вот снова подносит белый шёлк ко рту.

Вот делает усилие над собой.

И наконец, не сумев унять порыв, слегка прокашливается.

А затем молниеносно прячет платок обратно в карман, чтобы никто из окружающих не заметил того, что на нём.

Но Хаин и замечает, и успевает разглядеть…

…как на кристальном полотне ткани алеет маленькое пятнышко крови.

***

Вопреки всем сыгранным за время пути партиям в ханк и многочисленным анекдотам, припасённым в закромах Диамант Росси, прибытие на остров оказалось самой яркой частью поездки. Особенно для Хаина, которого ни одна блестящая победа в игре и ни одна остроумная шутка не могли отвлечь от тревожных мыслей о Королеве, блуждавших в его голове.

Теперь же формальные обязанности и толика любопытства превозмогли над смятением и беспокойством.

— Ваше Величество! — раздалось ликующее из толпы. — Добро пожаловать в Дэстино!

— Приветствуем Королеву Лийа! — в унисон крикам торжественно отчеканили «Белые Маки» — личная Гвардия дэстинийской Правительницы.

Хаин поднял голову — и поразился увиденному.

Сначала ему показалось, что вокруг даже не люди — просто ворох цветов, настоящая поляна всевозможных красок и ароматов. Но затем пытливый взор Пятого Генерала выхватил один фрагмент, другой, третий… и так, постепенно, они сложились в целостную картину.

Первым, что изумило слугу, было количество людей на пристани. Конечно, он знал размеры Дэстино так же, как знал и примерное количество жителей острова. Но одно дело знать, а другое — видеть воочию всех этих разношёрстных обитателей легендарной страны.

Вот, к примеру, целая делегация лийанских торговок: предстали пред своей Королевой в подчёркнуто учтивых и чинных позах, развернув герб Дома Роз в знак уважения Высшей. Каждая из них богата не понаслышке, но к пристани они явились в строгих, если не сказать аскетичных, нарядах, дабы выглядеть достойными подданными Её Величества.

С другой стороны, исподлобья поглядывая на конкуренток, стояла такая же многочисленная группа нортийских торговцев — в противоположность лийанкам вызывающе роскошно одетых, словно выряженных в парадные туалеты. И конечно же — чего ждать от этих варваров с холодных земель! — они даже не удосужились склонить головы в присутствии Королевы.

Но куда больше чем эти два вечно враждующих народа Хаина привлекли сами коренные жители Дэстино: такие яркие и самобытные, словно в них намешали все народы Халла вместе взятые. Впрочем, оно неудивительно: говорят, сам остров когда-то был необитаем, а заселили его те люди, которые не хотели жить под гнётом Королей и Королев. Оттого они придумали свою собственную политическую систему, где Правитель или Правительница избирались народом раз в несколько триплексов.

«Надо же, все так по-разному одеты, — заметил менталист. — А некоторые и вовсе едва прикрыты… взять хотя бы эту шегрийку».

Девушка, о которой подумал Хаин, действительно была в наряде столь откровенном, что от вида его невольно выступал румянец. Вкупе с дерзкой улыбкой на лице, буйной каштановой шевелюрой, в которой виднелись маленькие рожки и белый цветок мака, наряд шегрийки, состоявший из короткой безрукавки и укороченных — выше бедра — штанов, выглядел ещё более развязным. Он так и говорил: моё тело не будет изнывать от жары, даже если этим я нарушу все правила морали!

Пятый Генерал окинул завистливым взглядом девушку и её соратников с такими же белыми маками в волосах — символом свободного и мирного Дэстино. Как бы он хотел тоже одеться во что-то лёгкое, а не придерживать руками ворох юбок, который вызывал неприкрытые смешки у нортийских мужчин…

Тем временем дерзкая шегрийка и её товарищи расступились перед королевской процессией Лийа, явив женщину, легенды о которой расходились далеко за пределы острова. Это была дородная, почти грузная на вид леди, чьи широкие бёдра и пышная грудь создавали обманчивое впечатление истомы и вальяжности, а изящная трубка в руках наводила на мысли о клубах терпкого дыма и роскошных будуарах дам полусвета. Но знающие люди не поддавались этой мягкой ленности, ведь они помнили, что Правительница Йольхе — одна из сильнейших магов мира, владеющая редким талантом — иллюзорной магией.

Королева тоже была осведомлена об этом, поэтому отнеслась к некоронованной хозяйке острова с должным уважением:

— Тёплого Светила, леди Йольхе.

Но не удержалась от тонкой насмешки:

— Давно мечтала увидеть вас лично, раз в предыдущий раз вы были в Ниммери инкогнито<span class="footnote" id="fn_38042927_0"></span>.

Едва ли кто-то из присутствующих, кроме самых доверенных лиц, понимал смысл этих слов. Однако Хаин, по стечению обстоятельств, не просто знал, но и лично присутствовал рядом с Йольхе в момент её посещения Ниммери. Тогда правительница Дэстино тайно встретилась со своей племянницей, Принцессой Вэллериэн, чтобы передать ей собственноручно сшитое волшебное платье и обговорить детали мирного соглашения между свободным островом и Лийа. А Пятый и Третий Генералы, сопровождавшие Вэлл, послужили гарантом формальности этой встречи.

Впрочем, Йольхе подобная осведомлённость Высшей не удивила, она лишь протянула ладонь и весело улыбнулась:

— Мне тоже не терпится познакомиться с супругой моей племянницы. Она говорила о вас так много лестных слов, что заинтересовала даже меня.

Роксэнн, довольная таким комплиментом, ответила на рукопожатие леди и, мельком оглядев эскорт Правительницы, уточнила:

— Кстати, об этом. Где Её Высочество?

Хаин тоже удивился, не заметив среди людей вокруг леди Вэллериэн, которая, по имевшимся данным, должна была приехать в Дэстино ещё несколько дней назад. Ему казалось, что непокорная Принцесса в любом случае будет здесь если не как Южная Лилия, то хотя бы как племянница своей знаменитой тёти.

Но Йольхе пришлось разочаровать Её Величество:

— Леди Кьяра Саторэ настаивала на том, чтобы Принцесса осталась во дворце Дэстино, поскольку опасалась возможного покушения. Мне не удалось убедить эту твердолобую женщину, что остров абсолютно безопасен и я лично отвечаю за каждого его жителя.

Чёрные глаза Роксэнн опасно сверкнули, как если бы в её личном списке неугодных внезапно стало на одну жертву больше. Тем не менее Высшая с удивительным спокойствием заметила:

— Вот как… должно быть, ваши аргументы прозвучали для леди Саторэ недостаточно убедительно. Я исправлю это.

Правительница Дэстино спокойно улыбнулась в ответ на эти слова, но в её взгляде промелькнула некая озабоченность. Правда, вскоре она сменилась на другую, более яркую эмоцию, стоило Йольхе увидеть Розарию, напрасно пытавшуюся затеряться в толпе.

— Роззи! — радостно воскликнула леди, заприметив изящное персиковое платье и чёрные волосы с нежно-розовыми прядями. — Давно не виделись, доченька!

Первый Генерал вся сжалась под обратившимися на неё любопытными взглядами и начала медленно отходить назад, тихо бормоча под нос ругательства. Но было уже поздно: все вокруг поняли, к кому обращается дэстинийская Правительница, и теперь вовсю глазели на хрупкую и миниатюрную на вид красавицу, прибывшую с Королевой.

Хаин и стоявшая рядом Диамант изумлённо переглянулись. Они оба помнили встречу Вэллериэн и Йольхе, где последняя передала Её Высочеству некое письмо.

«У меня будет ответная просьба, — сказала тогда дэстинийка. — Раз уж ты теперь живёшь в Ниммери и можешь ежедневно видеть мою дочь, передай ей это».

Кто бы мог подумать, что загадочная дочь, о которой упоминала Йольхе, это никто иная как… Розария Милагросс!

«А Её Величество, похоже, давно об этом знает, — украдкой взглянув на Королеву, ещё больше изумился менталист — и тут же был поражён новой догадкой. — Нет, даже больше… она специально взяла с собой леди Розарию, чтобы устроить ей встречу с матерью!»

Ему тут же вспомнились слова Королевы, брошенные незадолго до отъезда в Дэстино:

«…их Правительница Йольхе согласилась устроить переговоры и гарантировала безопасность сторонам… за одну маленькую тайную услугу».

Теперь не было сомнений: той услугой и стало временное воссоединение матери с дочерью. Хотя, судя по тому как вела себя леди Розария, не все стороны были рады такому событию.

— Ч-что вы делаете?! — густо покраснев и поспешно отступая назад, к кораблю, зашипела Милагросс, с ужасом глядя, как дэстинийская Правительница, не испытывая и тени смущения, идёт ей навстречу.

Без малейшего усилия расталкивая свою и чужую гвардию, озадаченно наблюдавшую за происходящим, Йольхе с торжественной радостью ответила:

— Что я делаю? Конечно же, я иду обнять свою дочь, которую не видела столько триплексов!

Диамант, чуть склонившись над Хаином, прошептала:

— Ставлю сто золотых, что Розария и носа из своих покоев не высунет до отъезда с острова.

Пятый Генерал среагировал мгновенно:

— Ставлю двести, что леди Йольхе выкурит её оттуда в первый же день.

И оценив длину трубки дэстинийской правительницы, по слухам являвшейся мощным Артефактом, добавил:

— Может, и в прямом смысле.

Тем временем Йольхе-таки пробралась сквозь окружавшую Розарию толпу и прямо на глазах у своих и чужих подчинённых сгребла окаменевшую от напряжения Милагросс в свои объятия.

— Моя малышка, я так по тебе скучала! — не сдержав эмоции, с нежностью воскликнула мать.

Лицо Розарии, ещё мгновение назад бледное от ужаса, теперь стало ярко алым от стыда.

— Пусти! — пуще прежнего заскрежетала зубами леди. — Не смей позорить меня на людях!

Но дэстинийка уже не могла остановиться, обрадованная долгожданной встречей, поэтому Милагросс бросила умоляющий взгляд на Королеву — единственного человека, который хоть как-то мог повлиять на Йольхе. Однако Роксэнн сделала вид, что сильно увлечена живописными пейзажами Дэстино и проигнорировала молчаливую просьбу своего Генерала.

— Не беспокойтесь, она скоро уймётся, — вдруг раздалось весёлое рядом с менталистом, размышлявшем о том, как помочь леди Розарии. — Просто наша Правительница давно не видела свою дочь. Знали бы вы, как тщательно она готовилась к её приезду! Даже велела подготовить салют в эту честь.

Хаин разом обернулся на голос, обладавший явным нортийским акцентом, и обнаружил перед собой ту самую шегрийку в вольных одеждах, которую с интересом рассматривал несколько минут назад. Вблизи она оказалась ещё более яркой, словно пятно золотой краски на лёгком акварельном этюде.

Пятый Генерал, уверенный, что с ним, длинноволосым рабом в юбках, не захочет говорить ни один житель свободного Дэстино, так растерялся, что смог лишь неловко проронить:

— А вы…?

— Меня зовут Шайни, — с готовностью ответила девушка, как если бы беседовала с дорогим гостем, а не с простым лийанским рабом. — Я из Белых Маков — личной гвардии Правительницы Йольхе!

Очевидно, данный факт составлял особый предмет её гордости, потому как Шайни едва не искрилась, произнося эти слова. Другие Белые Маки, заметив такое поведение соратницы, дружно заулыбались: видно, это был не первый раз, когда шегрийка выставляла свой статус напоказ.

Менталист, в противоположность Шайни, не мог позволить себе роскоши назваться Пятым Генералом, поэтому слегка понурил голову:

— Моё имя Хаин. Я личный слуга Её Величества.

— О-о, значит, важная шишка! — по-своему поняла его Шайни. — Оно и видно: ты же от Королевы ни на шаг не отходишь.

— Это для безопасности, — осторожно заметил мужчина, но от приятных слов воительницы ощутил прилив гордости за себя.

— Для безопасности? — удивилась девушка и звонко рассмеялась. — А что может случиться? Вы же в Дэстино, самом безопасном месте в мире! Здесь даже мышь не проскочит без ведома леди Йольхе!

— Всё же стоит быть начеку, когда проходит столь масштабное и важное мероприятие, — буркнул менталист, чьё самолюбие было задето насмешкой наглой шегрийки.

— Ах, так вы трусишка? — с озорной улыбкой подначила Шайни. — Не бойтесь, Белые Маки защитят этот остров, даже если сюда вдруг решит свалиться вся семёрка Богов!

И не дождавшись ответа, шегрийка, смеясь, упорхнула к своим соратникам, оставив Хаина с носом.

— Какая наглая девчонка… — тихо буркнул менталист, завистливо глядя на свободную во всех отношениях Шайни. — Вот бы на этот твой Дэстино и впрямь свалилась семёрка Богов… посмотрели бы тогда, как ты запела бы о безопасности…

Но долго раздумывать о дэстинийке и её насмешках Пятый Генерал не смог: вся пышная процессия, вместе с городскими зеваками и представителями обоих государств, выдвинулись к тому месту, где должны были разместить Королеву и её подчинённых. Сама Роксэнн, желавшая прогуляться по острову в компании леди Йольхе, от гостеприимно предложенного паланкина отказалась, но взглядом указала своим Генералам быть настороже. Поэтому Хаин медленно шёл за своей госпожой, вскользь рассматривая окружающих на предмет опасности.

Однако никаких подозрительных личностей или всполохов магии менталист не обнаружил, да и в целом атмосфера в городе царила удивительно мирная, даже праздничная. Королева Роксэнн и Правительница Дэстино доброжелательно ворковали друг с другом, будто старые знакомые, а в их речи всё чаще звучало имя южной Принцессы. Диамант задумчиво оглядывалась по сторонам, как и Хаин рассматривая пейзажи острова. Розария Милагросс уныло плелась в самом конце, бросая недобрые взгляды на свою властную мать.

«Красивый город, — чуть расслабившись ввиду отсутствия угроз, заметил Пятый Генерал. — Только везде эти незнакомые деревья с маленькими плодами… может, это какой-то местный фрукт?»

К несчастью, рядом не было никого, у кого Хаин мог бы спросить, а снова обращаться к Белым Макам он не хотел. Впрочем, ответ вскоре сам нашёл его.

— Эти небольшие деревья, рассаженные по всему городу… — вскользь упомянула Королева, обсуждавшая с Йольхе особенности острова. — …это ведь источник того самого легендарного дэстинийского напитка?

— Вы очень проницательны, Ваше Величество, — довольная неожиданной славой острова, закивала Йольхе. — Позвольте рассказать вам легенду о нём, которую мы передаём из поколения в поколение.

— Окажите услугу, — согласилась Высшая.

Дэстинийская Правительница крепко затянулась своей трубкой и, выдохнув клубы ароматного дыма, начала:

— Давным-давно, в период древних войн между Лийа и Нортом, только разделившихся на два отдельных государства, одна небольшая группа людей, не желавших принимать ни одну из враждующих сторон, искала себе прибежище. Прибежище нужно было такое, чтобы ни нортийские, ни лийанские поданные не смогли просто так проникнуть в него, вооружённые силой или законом.

Йольхе выдохнула ещё немного дыма — и он внезапно превратился в живую иллюстрацию рассказа, изобразив силуэты странствующих беженцев.

— В своих скитаниях путники обошли много городов и земель, но не смогли найти места, где не было бы войн и распрей. Тогда они решили искать такое место за морем и отправились в долгое плавание.

Теперь волшебный дым принял форму кораблей, быстро идущих по волнам.

— Однако в море их настиг шторм, столь сильный, что разломал в щепки лёгкий корабль странников и вынес их на берег необитаемого острова. Но эти беженцы были сильными магами и выносливыми людьми, а потому не отчаялись и отправились исследовать неизведанные земли в попытке добыть себе пропитание и материалы для нового судна.

Вторя словам Йольхе, силуэты изменили очертания — и теперь в воздухе появились фигуры путников, бредущих среди растений.

— Однако сколько бы ни искали беженцы, им не удалось найти ничего кроме незнакомых деревьев с маленькими плодами. Когда они почти отчаялись выбраться или хотя бы отыскать пищу, то вдруг заметили в самом сердце острова… женщину. Не веря своим глазам путники бросились к ней, приняв за коренную жительницу этих земель.

«Кто вы?» — спросил один из беженцев.

Тогда леди ответила:

«Я странствующая целительница и прибыла сюда, чтобы собрать немного кофе для моей возлюбленной и порадовать её. Она любит этот сорт, поскольку он, впитав в себя окружающие запахи моря и свежести, благоухает для неё особенно приятно. Свободой, как она говорит».

«Кофе? — изумились путники. — Но что это?»

«Ах, вы не знаете… — догадливо кивнула женщина. — Тогда позвольте угостить вас».

Затем она пригласила беженцев к тому, что теперь принято называть кофейным столиком, за которым можно было сидеть лишь на мягких подушках или поджав под себя ноги, и вскоре поднесла этим несчастным уставшим людям по чашке чёрного терпко пахнущего напитка.

«Пейте, этот напиток придаст вам сил», — велела она и сама пригубила чашку.

Увидев, что опасности в чёрном вареве нет, путники с жадностью накинулись на угощение, закусив его остатками провианта. Напиток вышел очень странным по вкусу, кому-то он не понравился вовсе, другие, наоборот, нашли его удивительно изысканным, но в одном мнении все беженцы сошлись: кофе действительно бодрило и ощущалось на вкус самым необычным напитком в мире!

«Скажите, знаете ли вы, как выбраться с этого острова? — подкрепившись, спросил целительницу один из людей. — Мы давно ищем себе приют, но едва ли это место станет нам домом».

Затем путники рассказали незнакомке историю своих скитаний и безуспешных попыток найти новый дом.

Внимательно выслушав их, целительница кивнула:

«Значит, вы ищите мирное и безопасное место? Что ж, оно перед вами. Я расскажу вам, как сделать его своей крепостью».

Сначала путники не поверили словам этой загадочной женщины, но по мере того как она передавала им свои знания об острове, беженцы обретали надежду на спасение. Ведь таинственная леди рассказала им все секреты: как выращивать и обрабатывать кофе, как превращать его в напиток, а главное — как сделать из острова пригодное для жизни место и как защитить этот новый дом от врагов.

Путники сердечно поблагодарили целительницу за бесценное знание и хотели уговорить её остаться, но оказалось, что леди спешила вернуться домой. Тогда, опечаленные этим фактом, люди попросили её об одном:

«Милостивая госпожа, вы подарили нам надежду на мирную безбездную жизнь! У нас нет денег и почестей, которыми мы смогли бы одарить вас в благодарность за вашу помощь. Но памятуя о вашей безграничной доброте, мы просим вас дать имя этому острову — нашему будущему дому».

Подумав, целительница ответила:

«Хорошо, пусть будет так. Я назову этот остров Дэстино, поскольку значение этого слова — «судьба». Здесь, в этом месте, я сделала предложение моей возлюбленной, здесь же я собираю её любимый кофе и здесь же я встретила вас. Так пусть и впредь Дэстино будет местом судьбоносных встреч и решений, а я продолжу навещать вас, когда мне снова понадобится кофе для любимой».

Клубы дыма Йольхе, причудливо изменявшие формы, нарисовали в воздухе эту сцену, а затем испарились, оставив лишь лёгкий намёк на силуэт целительницы.

— Прекрасная легенда, — поблагодарила Королева Роксэнн. — Вы поистине хороший рассказчик, леди.

— Ваши слова греют мне душу, — кивнула довольная похвалой Правительница. — Правда, я слегка слукавила. История, которую вы услышали, не совсем легенда. Наши предки считали, что те события действительно имели место быть.

— Неужели? — с иронией откликнулась Роксэнн. — Значит, и та всезнающая целительница существовала на самом деле? В таком случае она должна была время от времени посещать остров, чтобы, как и обещала, собирать кофе для своей любимой.

Йольхе сделала вид, что не заметила тонкого подкола лийанской Королевы, и со всей серьёзностью пояснила:

— Так и было, судя по историческим данным, оставленным нам предыдущими поколениями. Но в какой-то момент посещения целительницей острова прекратились. Это задокументировано, а причиной считается разлад между той женщиной и её возлюбленной. По легендам, они расстались, и необходимость добывать кофе пропала.

— Печальная история, — задумавшись, с какой-то особой интонацией произнесла Роксэнн. — Зато напоминает нам о том, что нет ничего вечного. Рано или поздно любовь, как и жизнь, заканчивается.

В ответ на это дэстинийская Правительница философски заметила:

— Но ведь любить можно даже после расставания, а свою жизнь мы продолжаем в наших детях.

Кажется, эта простая мысль чем-то зацепила Высшую, и она удивлённо проронила:

— Да, точно… в детях всё наше будущее.

Пока леди беседовали, процессия мерно двигалась вперёд, вглубь портового города. За это время Хаин как невольный слушатель узнал интересные детали жизни дэстинийцев: например, о том, что основа экономики острова — это экспорт редкого и дорогостоящего кофе, а также наёмничество, поскольку дэстинийцы — хорошие моряки и суверенные воины, готовые сопровождать любые торговые суда. Также Йольхе поведала о своей гвардии — Белых Маках, названных в честь символа свободы и мира, рассказала про занимательную архитектуру города, сочетвшую в себе нортийский и лийанский стили, и закончила повествование описанием главной достопримечательности города.

— Это центр Дэстино, Площадь Свободы и Справедливости, — указав на идеально круглую площадку на возвышенности, пояснила она. — Здесь вольные жители нашего острова отмечают праздники и проводят вечера.

— Выглядит так пустынно, нет даже статуи Тарии, как в Норте, или Шестёрки Богов, как в Лийа, — удивилась Роксэнн. — Разве в Дэстино не поклоняются Богам?

Йольхе понимающе улыбнулась:

— Каждый житель Дэстино сам выбирает свою религию, мы не запрещаем веру и не препятствуем ей. Однако площадь — это олицетворение наших ценностей. Здесь никогда не будет верховенства Бога или Правителя, поскольку островом правит его народ. И когда этот народ собирается на площади, она возвышает только людей, в их единстве и равенстве.

Хаин даже ахнул от изумления. Подобные слова в Норте и Лийа могли бы счесть святотатством, ведь возвышать простых людей над Правителями и Богами — это значит в каком-то смысле бросить вызов и тем, и другим. Едва ли такие радикальные взгляды дэстинийцев по достоинству бы оценили другие народы…

Но Королева Роксэнн, отличавшаяся от своих предков весьма прогрессивными взглядами, среагировала на удивление спокойно:

— Какая занимательная политическая система. У неё есть название?

— Мы называем её «власть народа», — затянувшись волшебной трубкой, с гордостью ответила Йольхе.

Хмыкнув, Высшая не удержалась от нарочито сочувственного:

— И как же вы это допустили?

Дэстинийская Правительница с усмешкой отразила выпад:

— Насмотрелись на то, как живут соседи, и решили не повторять ошибок. Народ должен сам избирать своего Правителя, поскольку лучшее качество власти — её сменяемость.

Генералы Королевы и Белые Маки Йольхе разом напряглись, ведь обе леди ходили по тонкому краю, испытывая терпение друг друга и норовя развязать настоящий конфликт. Но обожавшая словесные битвы Роксэнн, найдя себе достойную соперницу, лишь с азартом парировала:

— Говорите, сменяемость? Вы поэтому столько триплексов у власти?

Обе стороны были хороши в своих тонких провокациях и по достоинству оценили это маленькое сражение. Когда же страсти чуть поутихли, дэстинийская Правительница уже спокойнее произнесла:

— Понимаю ваши сомнения, но так решили дэстинийцы. Я не могу подвести их, если они возложили на меня ответственность за остров.

— Благородное намерение, — согласилась с перемирием Высшая. — Хорошо, если оно не расходится с реальностью.

В итоге обе женщины, довольные взаимными колкостями, продолжили свой путь, а их подчинённые значительно расслабились, осознав, что накала страстей удалось избежать. Диалог продолжился, лишь когда впереди замаячило раскидистое малоэтажное здание, совсем без башен и зубчатых стен. Оно смутно напомнило Хаину дворец, но представить, что этот незащищённый домишко может быть жилищем дэстинийской Правительницы было трудно.

Каково же оказалось его замешательство, когда Йольхе, махнув в сторону здания, опровергла это убеждение:

— Здесь пройдут мирные переговоры между Нортом и Лийа.

— В том небольшом и назащищённом дворце? — едва сдерживаясь, чтобы не использовать слова более красноречивые, промурлыкала Роксэнн. — Крайне самоуверенно для такого опасного мероприятия как переговоры.

Правительница Дэстино стойко выдержала критику Высшей и с достоинством ответила:

— Мы называем этот дворец Обителью Свободы. Он спроектирован на основе наших ценностей как народа, поэтому имеет вид приземлённый и простой. Но сила дэстинийцев не в высоких и крепких стенах, а в единстве. Поэтому бояться врагов не стоит. По крайней мере изнутри.

Намёк был так очевиден, что Королева даже усмехнулась, правда, весьма холодно:

— Что ж, будем надеяться, что ваша пламенная речь тронет сердца нортийской делегации, если те решат пошалить.

— Едва ли им выпадет шанс, — неожиданно возразила Йольхе и лукаво улыбнулась.

— Вы говорите так уверенно, будто знаете наверняка, — в чёрных глазах Роксэнн мелькнул интерес.

— Да, я знаю наверняка, потому что Хистэо эль Гратэ, как и вы, заранее сообщил о составе своей делегации, — предвкушая реакцию собеседницы, протянула леди. — Так вот… в этой делегации, помимо него, будет всего один человек.

***

Когда многочисленная процессия прибыла ко двору, Хаин принялся раздавать приказы слугам, а Диамант и Розария — гвардейцам. И хотя в воздухе витала такая суета, что любые мысли должны были как птицы вылетать из головы, Пятый Генерал всё равно не мог перестать думать о том, что сказала Йольхе.

«Делегация из двух человек? — поражался он. — Как такое вообще возможно?! Неужели этот сумасшедший Первый Советник решил явиться сюда с одним сопровождающим? Если так, то этот его сопровождающий должен быть, как минимум, Богом, чтобы заменить собой хорошо подготовленную армию, магов и дипломатов!»

Судя по мимолётным комментариям Росси и Милагросс, они считали так же, да и сама Королева казалась слегка озадаченной происходящим. Как только она отдала распоряжения, то с тем же задумчивым видом устремилась вслед за Йольхе, желавшей лично проводить её к супруге. Генералы Высшей тоже присоединились к компании.

Обитель Свободы, как назывался дворец Дэстино, внутри оказался непритязательным. Без портретных галерей, изысканных гобеленов и пышной позолоты он выглядел так аскетично, что вызывал заметную скуку, а единственным украшением здания, судя по всему, был струящийся сквозь портьеры яркий свет. Впрочем, находиться в этом помещении было приятно, поскольку множество воздушных и водных чар охлаждало пространство, да и затейливые иллюзии Йольхе производили весомое впечатление. Клубясь небесным дымом под потолком, мерцая далёкими звёздами или отражаясь не стенах причудливыми узорами, эти фантомы невольно завладели вниманием лийанской делегации и принесли немало комплиментов дэстинийской Правительнице.

Йольхе с радушием гостеприимной хозяйки рассказывала про свою удивительную магию всё то время, пока Королева и её Генералы шли к покоям Вэллериэн. Из этой лёгкой болтовни Хаин узнал, как именно работает механизм заклинаний и сколько отнимает энергии при постоянном использовании. Последний факт отразился на коже менталиста мурашками, ведь судя по количеству сил, которые обозначила леди, её полный резерв магии должен был быть… впечатляюще огромным. К счастью, задуматься об этом глубже Пятый Генерал не смог: к тому времени их компания уже достигла нужного места.

По мановению руки Йольхе массивные двери открылись, явив собой столь поразительную картину, что Хаин поначалу не поверил своим глазам.

Внутри гостевых покоев Принцессы Вэллериэн, состоящих из одной большой, но скромной комнаты, в нелепом полусогнутом положении застыла женщина с длинными светлыми волосами, перехваченными на затылке старомодной заколкой. Леди была без доспехов, но с огромным мечом за спиной, изрядно мешавший ей проводить некие манипуляции над широкой кроватью, у которой она, собственно, находилась.

И звали эту воительницу… Кьяра Саторэ.

— …да где же вы бродите, Ваше Высочество? — донёсся до гостей обрывок фразы, брошенной Генералом Лилий мгновением ранее.

«Она что… ищет леди Вэллериэн под кроватью? — едва сдержал смешок менталист. — Нет, конечно, Принцесса любит найти себе укромное местечко вдали от посторонних глаз, но чтобы так…»

Кажется, звук распахнутых дверей отвлёк Кьяру от её увлекательного занятия, и леди, молниеносно обернувшись, впала в ступор.

Определённо красивое, но холодное лицо этой женщины начало стремительно краснеть.

Диамант, стоявшая за спиной Хаина, зажала ладонями рот, чтобы не расхохотаться в голос от представшей взгляду картине.

— Ваше Превосходительство леди Саторэ, — первой начала Королева, губы которой также тронула лёгкая улыбка. — Рада видеть вас в добром здравии и… увлечённой таким необычным занятием.

— Ваше Величество… — только и сумела проронить обомлевшая леди. — Т-тёплого Светила вам!

Краска залила всё лицо Кьяры, но особенно уязвимо она стала выглядеть, когда заметила среди присутствующих Третьего Генерала. Саторэ даже пошатнулась от неожиданности, глядя в небесные глаза бывшей одноклассницы, излучавшие спокойную весёлость.

— А где же моя драгоценная супруга? — оглядев комнату, невозмутимо поинтересовалась Высшая. — Разве она не должна быть здесь?

Генерал Лилий, ещё не отошедшая от конфуза с кроватью, нехотя выдавила:

— Да, она была здесь… совсем недавно.

— И? — безо всякой жалости продолжила наступать Роксэнн, одним своим видом заставляя леди подчиняться. — Где моя супруга?

Конечно, Кьяра Саторэ знала, что формально является поданной Королевы Роз, а не Первой Лилии, поскольку юг так и не стал отдельным государством. И властные вопросы, которые задавала ей Высшая, только утверждали это подчинённое положение. В ответ невозможно было молчать, хотя каждое вынужденное слово заставляло Генерала Лилий морщиться.

Вот и сейчас, загнанная в угол чужой настойчивостью, эта женщина лишь обсекураженно пробормотала:

— Так получилось, что…

Роксэнн не стала жалеть леди и догадливо хмыкнула:

— Вэлл дала от вас дёру? Неудивительно, вы же стережёте её, словно злая нянька.

Кьяра, которую отчитали, как шкодливую девчонку, раскранеслась пуще прежнего.

— Нет, я всего лишь обеспечиваю безопасность Её Высочества, — замогильным голосом проскрежетала она и бросила убийственный взгляд на едва не покатывающуюся от смеха Диамант. — Это первостепенная задача Генерала Лилий.

— Да, конечно, — с иронией в голосе произнесла Высшая. — Я рада, что вы так усердно заботитесь о моей супруге, но не стоит забывать и об отдыхе. На сегодня вы свободны, леди.

— Но… — растерянно развела руками Кьяра, у которой в планах явно была поимка беглой Принцессы.

Взгляд Роксэнн вдруг потемнел, а её мурчащий и мягкий голос неожиданно обратился в лёд:

— Вы забыли, кто ваша Королева и чьим приказам вы должны подчиняться?

Саторэ тут же умолкла, словно в рот воды набрала. Она могла быть грубой и резкой по отношению к своим подчинённым и даже к Вэлл, но когда перед ней стояла женщина, во власти которой был целый Архипелаг, любые слова становились излишни и любая власть — вторична. Не подчиниться значило бросить открытый вызов. А пойти против самой Королевы Роз, которой удалось победить даже Воплощение Лирии, было бы безумием. Кьяра же хоть и слыла горячей головой, но к сумасшедшим себя не относила.

— Нет? — переспросила Высшая, не сводя глаз с Генерала Лилий. — В таком случае, почему вы противитесь моим приказам?

— Прошу прощения, Ваше Величество, но… — наплевав на гордость, совершила отчаянную попытку Кьяра.

И тут же была прервана:

— Вместо того, чтобы разводить полемику, займитесь делом. Проводите моих Генералов в гостевые покои и покажите им город. Уж с этим-то вы справитесь?

Осознав всю тщетность сопротивления, леди Саторэ кисло буркнула:

— Да, конечно.

Она с поклоном прошла мимо Королевы и Правительницы, а затем, незаметно ткнув в бок улыбавшуюся Росси, покинула зал. Хаин и Розария, не смея оспаривать приказ Высшей, поспешили за ней.

Когда Йольхе и Роксэнн остались наедине, последняя заметила:

— Тяжко вам с ней пришлось.

— Лучше беспокойтесь о вашей супруге, — вздохнула дэстинийка. — Леди Саторэ из неё все соки выпила.

— Кстати, об этом, — вспомнила Высшая. — Так где же всё-таки Вэлл?

— Раз её нет здесь, значит прячется в ваших покоях, уповая на то, что Генерал Лилий не решится туда войти, — логично рассудила Йольхе. — Пойдёмте, я провожу вас.

Оставшись наедине, женщины значительно расслабились и завели куда более непринуждённый разговор, чем при встрече. Они побеседовали о делах семейных, обсудив леди Розарию и сестёр Роксэнн, обменялись мнениями насчёт предстоящего совета, договорившись о точном месте и времени, слегка посплетничали и под конец тепло попрощались, вернувшись каждая к своим делам. Тактично предоставив Королеве возможность встретиться с супругой наедине, Йольхе ушла отдавать приказы слугам, а Её Величество с приятным предвкушением открыла двери своих гостевых покоев.

Внутри было тихо и с виду безлюдно, поскольку слуги дэстинийской Правительницы не имели права входить сюда, а подчинённые самой Роксэнн, занятые первоочередными делами, ещё не добрались до этих просторных, но аскетичных комнат, чтобы облагородить их под стать королевской особе.

Однако Высшая не обратила внимание на скромное убранство так же, как не удостоила взглядом и великолепные цветочные иллюзии, которыми Йольхе лично украсила пространство. Все мысли Её Величества занимала рыжая девушка, упрямая и хмурая на людях, но нежная и ласковая в объятиях своей супруги.

— Вэлл? — осматривая комнаты одну за другой, позвала Роксэнн. — Вы здесь?

Королеву забавляла эта игра в прятки, хотя ей действительно не терпелось увидеть Вэллериэн. Бесшумно скользя меж предметами мебели, выдерженными в скупых приглушённых оттенках, леди пыталась угадать, где именно притаилась вечно ускользающая Принцесса, чей тонкий магический след ощущался в самом воздухе покоев. После пары неудачных попыток Высшая всё-таки обнаружила возлюбленную там, где её со знанием дела пыталась искать Кьяра Саторэ.

Под кроватью.

— Вэлл? — тихо шепнула Роксэнн, опустившись на колени и окинув взглядом супругу. — Вы спите?

Трогательно сжавшись в клубочек, Принцесса дремала прямо на полу, чуть прикрытая от посторонних взглядов краями ниспадающего покрывала. Её огненно-рыжие волосы сонно струились по угловатым плечам, защищая их так, как пёрышки оберегают птицу от холода. Выражение лица у Вэлл тоже было словно у встревоженной пташки, за которой гонится хищник. А чуть покусанные и недовольно поджатые губы красноречиво демонстрировали, что именно Вэллериэн думает о своём вынужденном прибежище и неугомонных преследователях.

Обычно спокойная и бесстрастная Королева, глядя на открывшуюся взору тайную сцену, вдруг ощутила прилив такой поразительной нежности к супруге, что не удержалась и коснулась рукой прядей её волос. Роксэнн многое скрывала от своей наивной юной супруги и ещё больше — недоговаривала, однако один этот жест говорил куда больше, чем любое слово. В нём было столько ласки, трепета и любви, сколько можно испытывать лишь к тому, кого искренне любишь.

Кажется, Её Высочество тоже почувствовала тепло, исходившее от Королевы, поскольку невольно потянулась к ладони женщины и потёрлась о неё, совсем как кошка. Только теперь, когда Вэлл чуть пошевелилась, Роксэнн заметила, насколько измождённо и хрупко она стала выглядеть после нескольких месяцев отсутствия при дворе. Её щёки впали от недоедания, черты лица заострились, а одежда казалась мешковатой и неопрятной, словно не по фигуре.

От столь жалкого вида Вэллериэн, ещё недавно излучавшей энергию, внутри Королевы поднялась волна негодования к тем, кто заставил Принцессу позабыть о своём здоровье. К сожалению, среди них была и сама Роксэнн, ведь именно она позволила супруге лично решать дела юга, вместо того чтобы уберечь Вэлл от лишних переживаний.

Тогда это казалось Высшей мудрым политическим и личным решением.

Сейчас оно выглядело для Роксэнн форменной глупостью.

— Ваше Величество? — словно узнав тепло мягких рук возлюбленной, сонно пробормотала девушка. — Вы пришли за круассанами, да?..

Сердце Королевы, давно отшлифованное терпением и выдержкой, а потому, казалось бы, утратившее любые слабости, пропустило гулкий болезненный удар. Это показалось женщине невероятным упущением, ведь она всегда считала себя слишком рациональной, чтобы сетовать на судьбу или горевать. Но теперь, сидя на коленях перед безмятежно дремлющей супругой, даже не подозревавшей, что ждёт её впереди, Энн впервые ощутила острую тоску и желание сгрести в охапку Вэллериэн, рассказав ей то, скрывает.

Однако личность Королевы, мудрой и последовательной в своих действиях, оказалась сильнее простой человеческой души, поэтому Роксэнн лишь мягко улыбнулась:

— Нет, я пришла не за круассанами, Вэлл. Я пришла за вами.

— Это что же получается… — довольно улыбнувшись во сне, залепетала польщённая девушка. — …я лучше миндальных круассанов?

Тёплая улыбка Высшей на миг дрогнула, оголяя постыдную для венценосной особы горечь напополам с нежностью, но поспешно вернулась обратно.

— Вы лучше всего на свете, — заверила Королева, не смея будить уставшую леди.

Они ещё некоторое время пробыли в этом сладостном переплетении грёз и реальности, где ничто не могло тронуть их покой. А затем Вэллериэн, видимо, ощутив рядом чужое присутствие, начала просыпаться. Она потёрла руками заспанные веки и, сладко зевнув, выглянула из-под кровати.

Глаза её значительно округлились, стоило Принцессе увидеть, кто сидит перед ней.

— Ваше Величество?! — ахнула девушка и непроизвольно подалась вверх.

Кровать, не потерпев такой наглости, ответила стойким сопротивлением, вследствие чего Вэллериэн пришлось ретироваться наружу ползком.

Роксэнн, наблюдавшая эту комичную сцену, не выдержав, тихо рассмеялась.

— Что вы делали под кроватью, Вэлл? — подав руку супруге, чтобы она могла подняться, хохотнула Высшая. — Это ваше стратегическое укрытие от Генерала Лилий? Или такой изощрённый способ соблазнения?

Щёки Принцессы залились краской, а губы её предательски задрожали. Если она как-то и представляла свою встречу с Королевой, то явно не так. Оттого смущение Вэллериэн было значительным.

Опустив взгляд, девушка некоторое время пыталась найти достаточно убедительное оправдание своему поступку:

— А… я… просто…

К счастью, никто и не собирался устраивать ей допрос с пристрастием. Истосковавшись по супруге, Роксэнн предпочла другой вид времяпровождения, поэтому подхватила Вэлл на руки, словно пушинку, и закружила в объятиях.

Всё ещё сонная Вэллериэн от столь резких и внезапных действий, невольно ухватилась за шею возлюбленной и прижалась к ней всем телом, чем доставила Королеве ещё большее удовольствие.

— Ваше Величество! — наконец осознав своё положение, возмутилась Вэлл.

Правда, возмущалась она без особого энтузиазма, а потому позволила Высшей и повертеть себя в воздухе, и уложить на мягкую постель и даже поцеловать таким долгим поцелуем, от которого у неё закружилась голова.

Но как только первые эмоции схлынули, и между леди снова воцарилась уютная доверительная тишина, настроение Вэллериэн странным образом ухудшилось, а лучезарная улыбка и здоровый румянец сменились затаённой тревогой.

Роксэнн быстро заметила это и, не прекращая одаривать возлюбленную ласками, чутко заметила:

— Любовь моя, на вас лица нет. Что случилось?

От этого выражение лица Вэллериэн стало ещё более сложным и робким, словно она боялась высказать то, что было у неё на сердце.

— Всё в порядке, просто… — в нерешительности забормотала леди.

Но осознав тщетность своих попыток скрыть что-то от бдительного взора Высшей, Принцесса в отчаянии воскликнула:

— Простите, просто это слишком глупо, чтобы произносить вслух!

Роксэнн склонилась над возлюбленной и, не сводя с неё пытливого взгляда, шутливо подначила:

— Вот теперь вы меня точно заинтриговали. Немедленно выкладывайте, что у вас на уме, иначе я буду вынуждена применить пытки.

— Пытки? — ахнула Вэлл, тут же представив себе всякое разное.

— Да, и очень жестокие, — нарочито серьёзным голосом подтвердила Высшая, а затем сурово добавила. — Заставлю вас съесть целый поднос круассанов!

Вэллериэн, притихшая в ожидании своей участи, даже не сразу поняла, что над ней подтрунивают. А когда до неё наконец дошло, то Принцесса едва не задохнулась от возмущения. Она уже хотела было обрушить на супругу весь поток своей праведной ярости, однако желудок Вэлл предательски заурчал в самый неподходящий момент.

Роксэнн не могла упустить такой момент для подкола:

— А может и заставлять не придётся, да?

Принцесса едва не запищала от стыда и попыталась ретироваться под покрывало, лишь бы Королева не увидела её крайнего смущения. Впрочем, Высшая не дала ей такой возможности и мягко, но уверенно откинула ткань назад. В качестве извинений за свои шутки, Роксэнн с готовностью осыпала плечи и лицо недовольной Вэллериэн самыми обезоруживающими поцелуями.

— Ну так что вы хотели сказать мне, Вэлл? — дождавшись, когда Её Высочество оттает, вернулась к обсуждению леди.

Вэллериэн, разомлевшая от ласк и едва способная трезво мыслить, уже не могла сопротивляться своей супруге. Она лишь жалобно поджала губы и, словно ребёнок, потребовала:

— Обещаете не смеяться?