8.1. Господин Счастливчик (1/2)

Если бы у Хистэо когда-нибудь спросили, что скучнее всего на свете, Первый Советник Короля не раздумывая ответил бы: заседания Ковена Верховных Магов. Причём сам ответ не поменялся бы ни от места, ни от времени, ни от изменчивых обстоятельств жизни. Просто потому, что в любом другом занятии Тэо находил куда больше смысла, чем в бессмысленном просиживании зада на собраниях придворных магов.

Да и разве можно было назвать это настоящими «заседаниями»? Во встречах с местными аристократами было мало смысла и много — праздной болтовни. А уж в Ковене, где состояли две главные сплетницы всего Норта, количество пустого трёпа превышало все допустимые границы.

Первая из этой пары, леди Фансира иль Йер, была главной по сплетням в замке, а может, и во всём Норте. Там, где появлялась она, всегда происходило что-то занятное и роковое: случались заговоры, вершились судьбы, начинались войны и всё тому подобное, на которое у достопочтенной леди только хватало фантазии. Причём эта фантазия работала так хорошо, что порой даже Тэо со всей его осведомлённостью не сразу понимал, где правда, а где вымысел.

Что касается второй сплетницы, то ей, ожидаемо, являлась подруга иль Йер, леди Эльвия эн Кэй. Ровно так же, как достопочтенная Фансира обожала разносить по замку до абсурда нелепые слухи, Эльвия любила быть центром этих слухов. Иногда Хистэо и вовсе казалось, что нет ровно ни единого происшествия или события в замке, которое обошлось бы без чуткого участия этой женщины.

Логично, что при таком раскладе обе предпочитали держаться друг дружки и совместными усилиями оплетать столицу паутиной самых невероятных историй. Они бы продолжили заниматься этим и сейчас, прямо на заседании Ковена, если бы не нашли себе дело поинтереснее. Ведь единственным, что могло привлечь леди больше, чем сплетни, было их безудержное стремление соединять свободные (и не очень) сердца.

А самым свободным и желанным сердцем в Королевском Замке, по мнению женщин, было сердце Первого Советника.

Неудивительно, что леди, скучавшие в ожидании последнего члена Ковена, дружно решили использовать время с пользой и в очередной раз прижали Тэо к стенке.

— Ваше Превосходительство, представляете, до меня доходили слухи… — словно заправская непоседа, ёрзая в обитом бархатом кресле, издалека начала Фансира иль Йер. — Так сказать, шепотки…

Хистэо, до этого момента сосредоточенно листавший документы, тихо хмыкнул. Он уже догадывался, о чём пойдёт разговор.

Эльвия эн Кэй тоже знала, а потому нетерпеливо прервала свою товарку:

— Говорят, что вы ищите себе невесту, Ваше Превосходительство. Это действительно так?

Первый Советник со вздохом отложил документы и окинул взглядом присутствующих.

За большим прямоугольным столом с золочёными ножками собрались не только шептавшиеся меж собой леди иль Йер и эн Кэй, но и Вивьеннэ иль Найтх с вновь пополнившей ряды Ковена Селиной эль Гратэ. В отличие от парочки сплетниц, Виви и Лина держались куда спокойнее. Вивьеннэ накручивала на руку блестящий чёрный локон, выбившийся из высокой причёски, и мягко постукивала пальцем по красноватой столешнице. Селина же отрешённо смотрела куда-то в сторону и, кажется, вообще не проявляла интереса к происходящему. По крайней мере, пока Тэо не ответил:

— Я не понимаю, о чём вы говорите, достопочтенные леди.

Да, разумеется, Хистэо знал, что, с точки зрения знати, он был просто идеальной партией для любой женщины: влиятельный, богатый, из великого рода эль Гратэ и к тому же не так плох собой. Замужество с ним могло сулить большую выгоду, особенно в свете последних событий. И — что самое главное — Тэо ещё не был уличён ни в одной дворцовой интрижке, хоть и пользовался славой местного сердцееда. Логично, что рано или поздно придворным дамам захотелось бы внести ясность в планы Первого Советника относительно его будущей невесты.

Вот только леди и не подозревали, что этих планов и вовсе нет.

— Ну как же, Ваше Превосходительство! — Несмотря на прохладный ответ Хистэо, продолжила допытываться Эльвия эн Кэй. — Разве вам не жаль всех тех девушек, что пытаются завоевать ваше неприступное сердце? Они ведь так мучаются, так страдают в ожидании вашего решения! Да и возраст у вас подходящий: вам же вот-вот исполнится восемь триплексов<span class="footnote" id="fn_30542715_0"></span> — лучшее время, чтобы завести семью.

От последней фразы мужчина чуть встрепенулся. Действительно, совсем скоро у него — а значит и у сестры — день рождения. Это очень важное событие, поэтому Тэо должен хорошо подготовиться.

Всё-таки его последний праздник...

— Достопочтенная леди эн Кэй, — мягко начал Первый Советник, с трудом натягивая привычную очаровательную улыбку. — Прошу, не делайте поспешных выводов о моих планах на будущее. Они в любом случае окажутся далеки от реальности.

Хистэо ожидал, что парочка сплетниц поймёт столь тонкий намёк, однако случилось непредвиденное — доселе молчавшая Селина повернулась к брату и резко парировала:

— А разве тебя не прельщает перспектива жениться? Судя по тому, как ты кружишься вокруг всех этих глупышек, вопрос времени, когда ты обрюхатишь одну из них. Так чего ждать? Давай же, сделай предложение какой-нибудь вертихвостке. Ах да, тогда ведь будет сложнее обхаживать остальных. Прыгать из постели в постель сложно, если под боком жена и ребёнок, не так ли?..

Леди иль Йер и эн Кэй испуганно застыли и теперь молча переглядывались друг с другом, словно в ожидании бури. Слова Селины эль Гратэ были неприкрытым нападением на честь и репутацию её брата, причём выраженным публично. Любой аристократ на месте Тэо обязан был ответить на брошенный вызов в самой жёсткой манере, а уж тем более Первый Советник — правая рука самого Короля.

Но улыбка, застывшая на лице Тэо каменной маской, даже не дрогнула: она была отточена целыми триплексами жизни при дворе. Разве что незаметно для присутствующих Первый Советник опустил ладони под стол и крепко впился пальцами одной руки в запястье другой. Это помогло успокоиться.

— Лина, если ты хотела что-то сказать, могла бы сделать это лично, — терпеливо заметил Хистэо, глядя прямо в карие, с золотинками, глаза сестры. — Необязательно выносить мелкие семейные неурядицы на обозрение общества. Особенно во время собрания Ковена. Напомню: мы встретились здесь для другой цели.

Сказать, что Селина опешила — не сказать ничего. Её ноздри начали трепетать, а тонкие серебристые брови почти сошлись на переносице — верный признак ярости. Казалось, ещё мгновение — и женщина просто взорвётся от гнева. Тем не менее она лишь сдавленно зашипела:

— Мне кажется… или ты посмел назвать меня твоей «семьёй»? Я ведь говорила, что никогда не признаю тебя братом, а теперь, когда ситуация в Норте обернулась таким образом, мне и вовсе нечего обсуждать с мерзавцем вроде тебя.

Тэо поморщился. Он понимал, к чему клонит сестра, как понимал и её опасения. Ему было неясно лишь то, зачем Лина упоминает обо всём этом при таких ненадёжных языках, как леди иль Йер и леди эн Кэй. Тем не менее Первый Советник терпеливо спросил:

— Что ты имеешь в виду, Лина?

Селина эль Гратэ возмущённо фыркнула, едва сдерживаясь, чтобы не накинуться на брата. К счастью, ей на помощь пришла Виви, которая холодно пояснила:

— Ты и сам знаешь. Наш Король при смерти, внезапная Душащая Хворь отмеряет последние дни его жизни, а мы все сидим здесь и делаем вид, будто у нас есть более важные проблемы, чем скорая кончина правителя, у которого даже нет наследников. Но хуже всего то, что ты остаёшься таким спокойным, словно всё идёт по твоему плану. Или, может, так и есть? Может, всё это — твой грандиозный план? Вот что имеет в виду леди Селина.

Хистэо отвёл взгляд.

«Ну вот, началось…» — пронеслось в его голове.

Конечно, предпосылки этого разговора зародились ещё несколько недель назад, когда Его Величество внезапно и непредвиденно слёг с болезнью, в которой придворный целитель вскоре распознал Душащую Хворь. Тэо как наяву помнил липкое ощущение страха, пришедшее после разговора с лекарем. Будучи Первым Советником, он не позволил окружающим ни на миг усомниться в своей компетентности и даже не выказал смятения. Его действия были чёткими и решительными, а приказы — целесообразными проблеме. Над Королём была установлена постоянная опека, происходящее сохранялось в тайне, насколько это было возможно, и даже те немногочисленные обязательства, которые лежали на правителе, Хистэо с готовностью взял на себя. Словом — он сделал всё, что от него зависело, хотя в случае с этой смертельной болезнью любые попытки удержать ситуацию под контролем изначально были обречены на провал.

Но тогда Тэо ещё не понимал это. Он судорожно бросился искать лекарства, способные повлиять на недуг или хотя отсрочить его исход, погрузился в прорву формальных обязательств и всё меньше думал о чём-то, кроме сохранения стабильности внутри страны. Только Душащая Хворь едва ли считалась с планами Хистэо и потому разрушила их в мгновение ока.

Его Величество стал чахнуть на глазах, и это стало невозможно скрывать. Слухи всё же хлынули за пределы королевских стен. А все тщательно выверенные планы Тэо накрылись одной бесконечной пеленой неопределённости.

«Бездна побери этот мир, — тихо ругался мужчина, волочась домой глубокой ночью после очередного тяжёлого дня. — Если так пойдёт и дальше, я не смогу контролировать происходящее. И что тогда? Вместо того, чтобы спокойно умереть от рук Тарии и тем самым избавить мир от Тени, я буду умолять Богиню дать мне день-другой отсрочки? Мол: «Я, конечно, сущее зло и вообще должен быть сожжён, как и мои предки, но тут такое дело… страна погружается в хаос, знать собирается устроить кровавую бойню за власть, а лийанки вообще со дня на день грозят вторгнуться в наши земли, если мы не заключим с ними взаимовыгодный мирный договор, так что ты, Святейшая Тария, подожди, пока я не решу проблемы или хотя бы найду нового правителя, а уж потом руби мне голову с плеч вместе с Тенью. Если, конечно, этот больной на голову ублюдок не лишит меня её раньше…»

Такая самоирония обычно чуть бодрила Тэо, и порой он даже посмеивался над собой и обстоятельствами. По крайней мере до тех пор, пока не вспоминал, что эта шутка на самом деле явь и Конец подкрадывается всё ближе и ближе.

В то время как Хистэо пребывал в своих безрадостных мыслях, члены Ковена продолжали давить. Теперь пришла очередь Селины сменить Вивьеннэ на посту «судьи». И сестра, пристально глядя на брата, продолжила выносить «обвинения»:

— Ты ведь что-то скрываешь, да? Втёрся в доверие Королю. Получил звание Первого Советника. Проворачиваешь за нашими спинами свои делишки. А в последние пару месяцев так вообще на себя не похож. И зачем тебе вообще эти перчатки?!

Тэо, готовившийся по порядку отвечать на вопросы леди, опешил.

— Это… — чуть стушевался Первый Советник, бросив мимолётный взгляд на облачённые в ткань ладони. — Просто руки мёрзнут.

Не мог же он сказать родной сестре, что на его теле под одеждой жуткие метки, оставленные паразитирующим в нём монстром?..

— И шея тоже? — сквозь зубы процедила Лина, указывая на кашне<span class="footnote" id="fn_30542715_1"></span>.

— И шея тоже, — стойко держал оборону Хистэо.

Он и сам понимал, как странно выглядит в этом облачении. Весь завёрнутый в одежду, словно подарок в праздничную обёртку, мужчина не снимал тонких чёрных перчаток даже за столом, чего уж говорить о плотных камзолах и шейных платках. Однако даже это было лучше, чем позволять хоть кому-нибудь увидеть кроваво-чёрные отметины.

В то время пока Тэо, внутренне содрогаясь, ждал очередной нападки со стороны Лины, удар пришёл от на время затихшей Фансиры иль Йер:

— Ваше Превосходительство, леди неоправданно жестоки по отношению к вам, но они в чём-то правы. Вы действительно стали вести себя иначе: похудели, странно одеваетесь, почти не появляетесь на балах и приёмах… работа отнимает у вас слишком много сил. Оттого мы и думаем, что вам стоило бы завести семью, остепениться и немного отдохнуть. Мы понимаем, ваша служба налагает обязательства, однако…

Хистэо шумно выдохнул и, поднявшись с места, упёрся руками в стол. Он и так слишком долго разрешал диалогу течь в опасном русле, чтобы позволить припереть себя к стенке, а потому решительно прервал оппонентку:

— …однако вы не представляете, насколько, леди. Не хочу расстраивать вас, но придётся напомнить, что Его Величество в крайне тяжёлом состоянии. А это представляет угрозу не только для безопасности Норта, но и для всего мира. Отложите мысли о сплетнях, танцах и делах сердечных хоть на секунду и посмотрите правде в глаза. Как только наш бездетный Король умрёт — что непременно случится — мы все окажемся втянуты в дворцовые войны, которые перетекут сначала в междоусобицу, а после — в настоящую резню. Поэтому будем реалистами: сейчас главная задача для нас как для Ковена Верховных Магов решить вопрос с назначением Регента и поиском будущего Короля. Так что, раз уж на то пошло и мы начали столь откровенно говорить о будущем Норта, лучше перейдём к обсуждению человека, который станет нашим новым монархом.

Выдав столь обличающую и жёсткую речь, Тэо надеялся вернуть леди в рамки собрания, однако получил до смешного простой и уверенный ответ Фансиры иль Йер:

— Определиться с выбором нового Короля или Регента? Но это же очевидно, Ваше Превосходительство.

— Правда? — Первый Советник скрестил руки на груди, с усмешкой глядя на полное уверенности лицо леди. — И кто же наш «счастливчик»?

Он был уверен, что главная сплетница замка начнёт прилаживать на «тёплое местечко» кого-нибудь из своих многочисленных родственников или фаворитов. К его удивлению, женщина сделала такой вид, будто не было ничего очевиднее ответа на этот вопрос:

— А разве не понятно? Ведь это вы, милорд.

Хистэо так изумился ответу Фансиры, что пару минут стоял и молча сверлил взглядом невозмутимую леди. Затем из его уст вырвался нервный смешок:

— Ха! Что за бред?..

«Как ей в голову вообще могла прийти подобная чушь? — искренне недоумевал мужчина, пытаясь собрать части паззла воедино. — Я ведь всего лишь Советник и к тому же из рода предателей. Мою семью считают виновниками каждой мало-мальски важной неприятности в Норте, а меня самого — лицемерным выскочкой, обманом и лестью добившимся расположения Короля. Когда я осуществлю своё желание и погибну от рук Тарии, избавив мир от своего бесполезного и опасного существования, все эти лорды и леди даже не вспомнят обо мне. Для них я всего лишь неудобная пыль под ногами…»

Не дожидаясь, когда Тэо осознает происходящее, леди иль Йер продолжила:

— Я прошу выслушать меня, Ваше Превосходительство. Как мы знаем, испокон веков Нортом правил род эль Гратэ и лишь спустя триплексы на престол взошли нынешние Короли. Произошло ли это в ходе затяжной гражданской войны или вследствие чётко спланированного заговора — за пылью времён нам не узнать наверняка. Да и едва ли это имеет значение теперь, особенно в такой ситуации. А если взять во внимание не только ваше происхождение и вполне законные права на престол, но и вклад, который вы привнесли в развитие страны, становится очевидным наше желание видеть вас на престоле. Поверьте, я говорю не только от моего лица. Это мнение большинства придворных господ. Нет никого, кто заботился бы о Норте больше, чем вы.

Брови Хистэо приподнялись от удивления. Он никогда не слышал от главной столичной сплетницы ничего более связного и честного, чем эта речь, а потому растерянно посмотрел на Вивьеннэ, втайне надеясь на её протест. Но то ли Виви вняла пламенной речи Фансиры иль Йер, то ли у неё имелись свои соображения на этот счёт, однако женщина нехотя согласилась:

— Я всё ещё не доверяю вам, лорд Хистэо, и продолжу следить за каждым вашим шагом, но, выбирая между вами и кем-то другим, я бы, скорее, доверила власть над Нортом вам. Разумеется, под полным контролем Совета и Ковена.

Селина эль Гратэ возмущённо обернулась к Вивьеннэ и вперилась в неё непонимающим взглядом. Иль Найтх лишь пожала плечами, очевидно, решив отложить объяснения на потом.

Теперь пришёл черёд высказываться леди эн Кэй. Она жестом обратила на себя внимание Первого Советника и убедительно продолжила начатое другими леди:

— Даже отходя от личной выгоды, мы все беспокоимся за вас, Ваше Превосходительство, оттого и спрашиваем о ваших планах на будущее, будь то выбор невесты или готовность занять престол. К тому же я не вижу никого, кто мог бы заменить вас при дворе. Вы человек, который держит на себе весь Норт. И поэтому начиная с этого дня я как член Ковена и глава великого рода эн Кэй требую обеспечения вашей безопасности.

— На что вы намекаете?.. — совсем потерялся в происходящем Тэо.

Люди, которых он считал не более чем типичным представителями знати со всеми присущими ей пороками, вдруг оказались не так просты и примитивны. С одной стороны, это сильно впечатлило Хистэо, с другой — так же сильно напугало. Ведь для него куда привычнее было думать, что все эти лорды и леди вокруг — просто легкомысленные высокородные богачи, чем вмиг осознать, что они ничуть не менее проницательны, чем он сам.

— Мы намекаем на ситуацию, сложившуюся вокруг вас с распространением известия о Душащей Хвори Короля, — пояснила Эльвия. — Вы ведь не думали, что мы не знаем про покушения, которые некто организует в отношении вас?

Первый Советник закусил губу. Вот теперь его точно припёрли к стенке.

Дело в том, что уже которую неделю с периодичностью в пару дней кто-то кропотливо пытается отправить Хистэо прямиком в Сад Богов<span class="footnote" id="fn_30542715_2"></span>, причём всеми возможными способами. Началось это с относительно безобидных попыток отравить, которые Тэо с лёгкостью пресекал: невероятная выносливость вкупе с природной осторожностью делали своё дело. Но шло время — и яды начали кочевать с пищи на письма, подарки, даже ручки дверей. Потом стали происходить «несчастные случаи» вроде случайно упавшей сверху вазы, разбившейся рядом с лордом, или шального заклинания, пущенного неизвестным из толпы людей. А теперь, спустя множество неудачных попыток прикончить Первого Советника, заговорщики решили прибегнуть к самым отчаянным мерам и стали подсылать убийц.

Конечно, Тэо проводил расследование и даже находил виновных, но те либо оказывались ничего не подозревающими жертвами настоящих заговорщиков, либо и вовсе успевали покончить жизнь самоубийством до того, как их личности раскрывали.

«…или кто-то «помогал» им отправиться на тот свет», — мрачно размышлял Хистэо, осматривая очередной болтавшийся на гардинах труп.

Как бы то ни было, слухи распространялись очень быстро, и неудивительно, что знать оказалась в курсе дел. Напрягало другое: Тэо не знал, чего ждать от всеведущих аристократов. Поэтому и сейчас он лишь устало поинтересовался:

— Пусть так. Но чего вы хотите? Чтобы я отложил все свои дела и бросился изобличать преступников? Учитывая их провальные попытки, мне легче просто оставить всё, как есть.

Не терпящим возражений голосом леди эн Кэй ответила:

— Мы требуем приставить к вам гвардейцев и личную свиту. Это позволит нам пресекать покушения на корню, а вам — чувствовать себя в безопасности.

Первый Советник глухо рассмеялся, поражаясь наивности женщины:

— Леди, вы, должно быть, забыли, что я маг. И не самый посредственный. Козни заговорщиков мне угрожают не больше, чем мышь — опытной кошке.

— Все жертвы заговоров смеялись так же, — разумно заметила леди. — До тех пор, пока были живы.

Тэо поджал губы. Он не хотел доказывать что-то этим женщинам, как не хотел и терпеть рядом частое присутствие кого-то постороннего. Ни о каких гвардейцах и личной свите не могло быть и речи. К тому же Хистэо всегда был один. Это участь и неотъемлемое право Воплощения Заррэна, а потому он не позволит кому-то разрушить его будни своим назойливым присутствием.

— Мне не нужна охрана, — наконец решительно заявил мужчина. — И с заговорщиками я справлюсь сам.

— Нет, это вопрос государственной важности, — упрямо продолжала гнуть свою линию Эльвия эн Кэй. — Я уважаю ваше право на личную жизнь, но в текущих условиях оно теряет свой смысл. Вы ключевая фигура в Норте, и — пусть даже это звучит меркантильно — но мы не можем потерять вас из-за вашей надутой упёртости. Поэтому я настаиваю, чтобы вы отобрали группу людей, которые будут обеспечивать вашу безопасность. Со своей стороны мы обязуемся предоставить лучших слуг и гвардейцев, чтобы вам было проще выбирать.

— Слуги и гвардейцы могут оказаться на стороне заговорщиков, — холодно парировал лорд. — Ряд покушений уже доказал это. На людей легко повлиять деньгами или шантажом. К тому же я не потерплю рядом с собой толпу зевак. Они будут мешать моей работе.

«…и моему общению с Тенью, когда тот вернётся», — хотел добавить Тэо, но благоразумно промолчал.

Раскрывать наличие обезумевшего и опасного для всех окружающих Бога, желающего разрушить мир, было бы верхом глупости.

— Ваше Превосходительство, мы…

Несмотря на всю свою сдержанность, Тэо не выдержал и повысил тон:

— Я сказал, что отказываюсь быть окружённым бестолковыми и бесполезными людьми. Они всё равно не смогут меня защитить. Никто не сможет.

Наверное, во взгляде Первого Советника промелькнуло что-то очень убедительное, потому как леди эн Кэй мигом захлопнулась и перестала квохчать над ним, будто сердобольная курочка над цыплёнком.

Хистэо вздохнул, радуясь своей победе, но — как оказалось — преждевременно. Потому что со стороны послышался ледяной голос сестры:

— Тогда обойдёмся кем-то одним.

— Что?.. — обернувшись к Лине, переспросил Тэо.

Он не ожидал, что сестра вообще как-то отреагирует на происходящее, ведь она всегда относилась к нему более чем настороженно. Интересоваться своим братом и уж тем более его безопасностью было чем-то немыслимым для Селины.

— Я сказала, обойдёмся кем-то одним, — тихо, но уверенно повторила женщина. — Приставим к тебе наёмника. Какого именно — выберешь сам из числа тех, кого мы успеем найти к завтрашнему утру. Наёмникам нет дела до заговоров, они просто выбирают сторону тех, кто даст больше денег. А Ковен вполне способен заплатить больше всех в Норте.

Со стороны других леди послышались согласные смешки. Золота у этих женщин действительно было много. Хистэо был уверен, что к нему на «смотрины» приведут лучших из лучших. Только это не влияло на отсутствие согласия Первого Советника с поставленными перед ним условиями.

— Лина, я ценю твоё вмешательство, однако эти меры действительно излишни, — стараясь выбирать слова, чтобы не обидеть сестру, мягко начал мужчина. — Поверь, всё будет хорошо. Я вполне могу и сам…

— Не можешь. — Резко обрубила леди.

— Но… — попытался воспротивиться Тэо.

— Ты что… не понял? — звенящим от напряжения голоса процедила Селина. — Это моё слово. Моё желание. Или хочешь встать у меня на пути?

Хистэо вздрогнул. Меньше всего он хотел причинять неудобства сестре и уж тем более заставлять её волноваться. Душевное равновесие и безопасность Лины были для него превыше всего остального на свете. Ведь она самый близкий ему человек, его семья, его любимая сестра. И Тэо ни за что не подведёт её.

— Хорошо, — сдался Первый Советник. — Если этого хочешь ты, Лина, то я согласен.

Ему вдруг подумалось, что раз сестра так настаивает на обеспечении его безопасности — быть может, она… волнуется за него? Возможно ли, что теперь он не так уж омерзителен ей? Или это всё лишь для блага страны?..

Хистэо совсем робко, по-мальчишески неуверенно посмотрел в карие глаза женщины, с затаённой надеждой пытаясь найти там отголосок желанных чувств.

Селина не выдержала и торопливо отвела взгляд.

— Вот и славно, — с подозрением наблюдая за странными семейными переглядками, резюмировала Вивьеннэ. — Раз уж мы решили эти важные моменты, то можем перейти непосредственно к заседанию Ковена?

Тэо, абсолютно выжатый напряжённой беседой в кругу дам, уже хотел было вернуться к обсуждению менее острых проблем, как вдруг леди иль Йер и эн Кэй чуть ли не в один голос произнесли:

— Предлагаю перенести собрание.

Заговорщически переглянувшись, они попытались сделать максимально невинный вид, но были пойманы с поличным Виви:

— Что это значит, леди? Потрудитесь объяснить.

— Но ведь лорд нэ Кирис до сих пор не пришёл, — развела руками Фансира. — Мы не можем начинать собрание Ковена в неполном составе. Это нарушение правил.

— Да-да, тем более уже время обеда, меня ждут мои дочери, — подхватила Эльвия. — Легче будет перенести собрание, чем менять наши планы. К тому же действительно важные вещи мы обсудили.

С этим нельзя было поспорить, а потому Хистэо, после недолгих сомнений, согласно кивнул. Он уже понял, что на само собрание Ковена леди иль Йер и эн Кэй было, в общем-то, наплевать. Действительно острые вопросы они решили, как бы невзначай подняв их на обсуждение. Всё-таки хитрости у этих женщин было не занимать.

Селина продолжала без интереса сверлить взглядом стену.

Вивьеннэ иль Найтх пожала плечами:

— В целом, мне без разницы.

Они ещё некоторое время обменивались комментариями, но на этом собрание магов Ковена подошло к концу. Не сказать, что это радовало Тэо, однако он почувствовал облегчение. Напряжённые прения с леди истощили его в достаточной мере, чтобы он поддался влиянию дам и согласился отложить собрание.

Уже на выходе, придерживая дверь для аристократок, Хистэо увидел, как к Златозалу неспешно ковыляет старик нэ Кирис. Завидев процессию, он блаженно улыбнулся и спросил:

— Я что-то пропустил?

Тэо обернулся к спутницам, но к тому времени они уже разошлись, видимо, решив не отменять единожды принятого решения.

Его Превосходительству ничего не оставалось, кроме как развести руками.

***

После короткого собрания Ковена Хистэо решил чуть сдвинуть расписание дел и в очередной раз заглянуть в покои к Его Величеству. Это решение было продиктовано не столько внезапно появившимся свободным временем, сколько необходимостью личного контроля над здоровьем правителя.

Едва ли Тэо испытывал волнение относительно этого ленивого дилетанта. Нет, Король был совершенно не из тех людей, к которым вообще можно испытывать симпатию или сожаление. За то время, которое Первый Советник провёл на службе, это стало даже слишком очевидно.

Во-первых, Его Величество был самым глупым человеком из всех, кого Хистэо доводилось видеть. Он совершенно не продумывал своих действий, а потому лишь потакал собственным желаниям без оглядки на последствия. Тратить огромные суммы из казны на неоправданную роскошь и увеселения? Конечно. Использовать фавориток в своих грязных оргиях, а потом менять их как перчатки? Разумеется. Закрыть глаза на происходящее в стране и за её пределами, пока люди испытывают нужду, а берега Норта подбивают лийанки? Почему бы и нет? Вот в каком ключе размышлял правитель. А Тэо, стиснув зубы, расхлёбывал последствия.

Во-вторых, даже спустя триплекс Первый Советник не мог забыть инцидент, произошедший между Селиной и Королём. Его Величество, давно положивший на Лину глаз, недвусмысленно намекал наследнице рода эль Гратэ, что увлечён ею. В ход шли внимание, подарки и шантаж — одним словом, любые меры. Только вот Селина даже не смотрела в сторону правителя. Её куда больше привлекала бывшая одноклассница, Вивьеннэ иль Найтх, и это было очевидно для всех, кроме самого монарха. Однако давление на Лину усиливалось, а в решающий момент случилось то, что привело к настоящему конфликту: сестра не выдержала слишком явных приставаний и отвесила Его Величеству смачную затрещину прямо на одном из балов, посреди целой толпы людей. И хотя прошло много времени, Тэо до сих пор с содроганием вспоминал те напряжённые дни, когда ему пришлось использовать всё своё влияние, чтобы уберечь сестру от не знающего пощады гнева Короля.

Да, наверное, именно опасность, которую представлял собой наделённый властью и одновременно пустоголовый правитель, заставила Хистэо пойти на самые крайние меры. Ради безопасности страны и, прежде всего, ради безопасности сестры Первый Советник был вынужден установить над Его Величеством полный контроль. К счастью, Эйвиль и его уникальные способности Воплощения помогли в реализации идеи: Кольцо Повиновения сделало из Короля обычную пешку, не способную ни осознать, ни воспротивиться своей зависимости от кукловода.

«Знал бы я тогда, что это было лишь временной отсрочкой, а не по-настоящему надёжным решением…», — с досадой подумал мужчина, проходя по светлым галереям замка.

Действительно, просчитав все варианты и приняв с виду взвешенное решение, Тэо даже не подозревал, что в его идеальный замысел вмешается фактор случайности. Если быть точнее, Душащая Хворь. От этой страшной болезни не существовало лекарств, поэтому и план Хистэо рухнул, как карточный домик. Ведь нет смысла контролировать человека, который вскоре умрёт.

А если умрёт Король, в Норте начнётся хаос.

«Придворные вроде иль Йер и эн Кэй хотят видеть меня новым правителем, — вежливо отвечая на поклоны слуг, продолжал размышлять Тэо. — Но им невдомёк, какая судьба меня ждёт. Ведь мой Конец подступает всё ближе, а значит, я должен найти Регента до того, как встречусь с Тарией и погибну от её рук».

Стоило Первому Советнику задуматься о последнем — как вдруг его тело пронзила жуткая, ни на что не похожая боль. Любой другой на месте Хистэо заорал бы в голос, однако Тэо лишь стиснул зубы и торопливо окинул взглядом пространство в поисках укромного места. Такое нашлось в паре шагов от него — это оказался небольшой затенённый уголок меж двумя коридорами замка, и мужчина поспешил скользнуть в него, чтобы скрыться от посторонних глаз.

«Бездна, почему именно сейчас?! — скатившись по стене на пол, мысленно прошипел лорд. — Раньше приступы случались, лишь когда Тень заставлял меня использовать силы Воплощения».

Первый Советник зажмурился что есть силы, ощущая, как раскалённое жало боли обжигает даже не нутро, а саму его душу. Оно было острым и бесконечно мучительным, а потому Хистэо скорчился, сжался в комок, чтобы хоть на мгновение ослабить это чувство. Большой вазон с цветами и стены загораживали Тэо от шастающих мимо него людей, но едва ли смогли бы оставить незамеченным крик или резкое движение. Так что мужчине пришлось потратить всю свою выдержку на преодоление слабости.

«И как я буду выкручиваться, если ко мне действительно приставят телохранителя? — сдавленно выдохнув, усмехнулся лорд. — Я и глазом моргнуть не успею — как он выболтает мои проблемы всему свету. А там жди беды. Так и до встречи с Тарией не дотяну: какой-нибудь особенно проворный заговорщик, которому выдадут мою тайну, подгадает время и найдёт способ прикончить меня раньше, чем это сделает Богиня или Тень…»

Пока Хистэо боролся с приступом в своём импровизированном укрытии, совсем рядом послышались приглушённые голоса служанок. В попытке хоть как-то отвлечься от боли, Первый Советник прислушался к ним, решив провести время с пользой за сбором потенциально важной информации и заодно поживиться самыми свежими сплетнями.

К его разочарованию, в разговоре девушек не оказалось ровным счётом ничего важного.

— …ты видела его, видела?! — беспокойно шептала одна из горничных. — Он приходил обедать вместе с гвардейцами и сидел за одним столом с самим Капитаном!

— Конечно, видела! — раздражённо отвечала другая. — Я ведь лично подносила еду за капитанский стол. Вблизи он даже лучше, чем о нём говорили. Поверить не могу, что кто-то вроде него будет служить в Королевской Гвардии!

— Думаешь, его примут? — взволнованно предположила первая девушка. — Среди гвардейцев ведь одна знать, да и только. Простому безродному наёмнику там будут не рады.

— Пфф, — более матёрая служанка резко остановилась, — ты только вспомни его личико, манеры и осанку — да он вылитый лорд! Разве что не такой напыщенный, как все эти нэ Кирисы и дэ Мортэ. Так что помяни моё слово: вскоре мы увидим его при дворе и на хорошем счету.

Тэо замер, едва не задержав дыхание: настолько близко стояли горничные. Стоит им заметить спрятавшегося за вазоном Первого Советника, скорчившегося в дурацкой позе, — и позора будет не избежать. А потому Хистэо придётся слиться с полом, цветами, стенами — одним словом, сделать всё, лишь бы не выдать себя.

Впрочем, увлечённые слухами девушки были так сосредоточены на обсуждении предмета своих интересов, что даже не посмотрели в сторону мужчины. Тэо мысленно поблагодарил этого незнакомца за помощь: сплетни о нём в некотором смысле спасли достоинство Первого Советника.

— …думаешь, у нас есть шанс? — тем временем деловито прикидывала первая служанка. — Вряд ли такой человек, как он, посмотрит на кого-нибудь вроде нас. Мы ведь прислуга, не более. А ему уже прочат место в Гвардии.

— В том-то и суть, — назидательно пояснила вторая. — Этот новичок ничуть не менее привлекателен и приятен в общении, чем Его Превосходительство лорд Хистэо эль Гратэ, но, в отличие от Первого Советника, не такой уж знатный. Потому и задирать нос до видных леди не будет: едва ли человеку его положения светит брак с аристократкой. Так что успеет та, у которой хватит хитрости завлечь юнца первым.

— Да уж, нешуточная будет борьба, — тяжко вздохнула первая и мечтательно добавила. — А ведь он такой очаровательный…

Тэо закатил глаза, мысленно сочувствуя незнакомцу. Этот бедняга даже не представляет, что его ждёт. Уж если королевские служанки берутся за дело — быть беде. Лорд и сам чудом удирал от этих прелестных и крайне расчётливых созданий, чего уж говорить о совсем «зелёном» новичке вроде этого наёмника-гвардейца или кто он там…

— Кстати, ты уже знаешь, как его зовут? — вдруг спросила первая.

— Да, я слышала имя этого человека, но не могу припомнить, — озабоченно пробормотала вторая. — Понимаешь, оно было слишком… странное. Таких я в Норте не встречала. Впрочем, возможно, он и не из Норта. Внешность, одежда, акцент — всё как будто отличается. Однако это лишь придаёт ему шарма. Пойдём, нас уже ждут на кухне. Я расскажу тебе остальные подробности по пути.

Послышался шелест одежды, звуки шагов и стихающие голоса. Первый Советник с облегчением выдохнул.

К счастью для Хистэо, за время разговора служанок боль отступила, пусть даже позже, чем обычно. От неё остались только дрожь по телу и мерзкое ощущение чего-то чужеродного, что высасывало из Первого Советника последнюю энергию.

Однако Тэо не собирался предаваться страданиям. Отведённого судьбой времени оставалось так мало, что мужчина считал бессмысленным распаляться на охи и ахи. Поэтому лорд медленно поднялся с колен и спешно начал поправлять одежду, особенно те её части, из-под которых могло быть видно тело. Это было логично: вряд ли Первый Советник сумеет объяснить зоркому глазу местной аристократии, откуда у него на коже древние чёрные руны под спёкшейся кровавой коркой, а потому стоит быть осторожным.

«Этому телу осталось недолго, — с толикой грусти подумал Хистэо, глядя на свои обтянутые перчатками ладони. — Верховная Жрица была права: Тень высасывает из меня жизненные силы и не волнуется о том, останусь ли я жив<span class="footnote" id="fn_30542715_3"></span>. Моё существование нужно ему лишь до того момента, пока он не соберёт все Воплощения, запустит Артефакт и осуществит свой план».

Случайная мысль о Верховной Жрице внезапно сменила направление размышлений Тэо, и вскоре он снова зашагал по извилистым переходам замка, но уже в иных раздумьях. Ведь не так давно лорд решился отправить этой загадочной женщине письмо с просьбой о совете. Вопрос был чисто политическим и, в целом, не имел никакого отношения к Храму Тарии, но почему-то из всех людей, у которых Хистэо мог попросить помощи, мужчина выбрал именно Эстэр.

Возможно, как раз потому, что на деле она и не являлась человеком.

«Подумать только, настоящая Богиня… — до сих пор не мог поверить лорд. — Интересно, прочтёт ли она моё письмо? Сочтёт ли его глупым? Даст ли ответ?»

Ни в одном из предположений Тэо не был уверен, ведь кто знает, чего ожидать от Богов, особенно пришедших извне. А то, что Верховная Жрица не принадлежала этому миру, она намекнула сама несколько месяцев назад, когда встретилась с Первым Советником в заброшенном замке бывшей Королевской Академии Магии.

Хистэо до сих пор содрогался, стоило ему только оживить в голове события того дня. Он даже слишком хорошо помнил, как пришёл на очередную тренировку с Тенью, пробравшись внутрь огромной крепости через подземный ход. В туннель, соединявший между собой Королевский Замок, Академию и Зал Кристаллов, могли войти только Боги и Воплощения, а потому Тэо никогда не волновался, что его могут обнаружить. Наоборот, Тень специально приводил своего подопечного именно в заброшенный замок Академии, ведь там никто не видел и не чувствовал активации разрушительной мощи Воплощения, которым являлся Первый Советник. А учитывая то, что сам замок тоже был ограждён защитным барьером, конфиденциальность происходящего за его стенами была обеспечена.

По крайней мере, до момента роковой встречи с Богиней.

«Интересно, зачем она создала купол вокруг бывшей Академии? — на ходу размышлял мужчина. — И сколько же ей триплексов? Сведения о магическом барьере датируются первой смертью Тарии, а значит, в то время Верховная Жрица уже была в этом мире. Значит ли это, что она как-то связана с нашей Защитницей? Неужели они заодно? Но какие между ними отношения? Пусть в Халле Тарию и величают Богиней, на деле она просто человек, одарённый способностями Богини Риксы. Такое же Воплощение, как и я сам. Тогда почему Её Превосходительство леди Эстэр интересуется ей? Хотелось бы мне знать...»

Хистэо потёр переносицу и шумно выдохнул, чтобы сбросить напряжение. Каждый раз, когда он задумывался о Верховной Жрице, его голова буквально раскалялась от напряжения. И единственной мыслью, дарившей облегчение, были слова самой Эстэр, сказанные тогда, на площадке у старого тёрна:

«…я и есть чужая деталь для Халла. Подходящая с виду и абсолютно неприменимая на деле. Моё вмешательство обойдётся слишком дорого этому миру. Поэтому мы с вами в одной лодке. Смиренно ждём Тарию и того, что будет, когда она появится. Ждём исполнения вашего желания, Тэо».

«Судя по тем словам и её поведению, Верховная Жрица не станет препятствовать моей цели, как не станет и вредить Халлу, — успокоил себя лорд. — А значит, мне она не враг. Только и союзником эту женщину не назовёшь. Бездна знает, что у неё на уме».

Первый Советник повернул в коридор, ведущий к покоям Короля, и дружелюбно кивнул двум гвардейцам, охраняющим дверь:

— Тёплого Светила.

— Тёплого, Ваше Превосходительство, — следуя этикету, поклонился и ответил тот из стражников, что старше. — Вы пришли проведать Его Величество?

Хистэо кивнул.

— В таком случае не могли бы вы подождать пару минут? — осторожно спросил воитель. — Девушки из Королевского Гарема ещё не ушли.

— Нет, пусть остаются, их присутствие необходимо для благополучия Короля, — покачал головой лорд. — К тому же мой визит не будет долгим.

— Как скажете, — стражники понимающе расступились в стороны.

Они знали, что идея организовать вокруг Его Величества постоянный надзор принадлежала Первому Советнику, а потому не считали чем-то греховным оставлять мужчину наедине с девушками из Гарема. Ведь Хистэо и был тем, кто лично отбирал сиделок для чахнущего на глазах Короля. К тому же о чести Тэо гвардейцы были наслышаны и ничуть не сомневались в благопристойности намерений лорда. Так что Первый Советник безо всяких препятствий вошёл в просторную роскошно обставленную гостиную и осторожно прикрыл за собой двери.

— Ваше Превосходительство! — донеслись радостные голоса со стороны мягких диванчиков, на которых любили отдыхать королевские наложницы. — Тёплого Светила!

Хистэо поднял взгляд и ласково поприветствовал пятерых девушек, как по команде вскочивших с насиженных местечек и почтительно склонившихся в реверансах.

Все они были удивительными красавицами, от одного вида которых сердце начинало стучать чаще. По крайней мере, у всех, кроме Тэо. Он смотрел на любовниц Короля так же, как на всех других женщин из его окружения, не более. Разве что эти девушки были ему чуть ближе из-за своего низкого происхождения и куда меньшей чопорности. Они никогда не задирали нос в его присутствии, не стремились показать своё превосходство, не чинили препятствий и уж тем более не плели коварных заговоров. Невольницы, в свою очередь, чувствовали уважительное и безоценочное отношение Первого Советника, поэтому всегда были рады его приходу и старались окружить лорда заботой.

Вот и сейчас не успел Хистэо приблизиться к девушкам — как они тут же деловито усадили его рядом с собой, заботливо налили чай и принесли сладости, а затем принялись расспрашивать о его самочувствии.

— Как вы, леди? — поблагодарив за угощение, с интересом спросил Тэо, тем самым переместив фокус внимания подальше от себя.

Наложницы, привыкшие к другого рода вниманию со стороны мужчин, наперебой принялись делиться своими новостями. Это были и забавные случаи из жизни, и мелкие неприятности, и любимые всеми девушками дворцовые сплетни. Первый Советник внимательно слушал рассказы невольниц, успевая не только поддерживать беседу, но и уделять внимание каждой красавице. Наложницы, в свою очередь, полными обожания глазами взирали на Хистэо и продолжали трещать без умолку. С их точки зрения, лорд был идеальным слушателем, и, соответственно, идеальным мужчиной.

Но всему рано или поздно приходит конец. Так и милой беседе Тэо с Королевским Гаремом пришлось завершиться, как только из покоев Короля вышла Старшая Наложница и жестом приказала девушкам уйти в соседнюю комнату. Едва опечаленные таким поворотом невольницы скрылись из виду, женщина приблизилась к Первому Советнику и сделала даже более глубокий реверанс, чем её товарки. Затем, не поднимая головы, она сообщила:

— Тёплого Светила, Ваше Превосходительство. К сожалению, Король сейчас отдыхает. Болезнь так сильна, что Его Величество почти всё время в беспамятстве или спит. Боюсь, это единственное, что я могу сообщить.

Голос у Старшей был глубокий и с явным лийанским акцентом, поэтому даже не глядя на неё, можно было догадаться о расовой принадлежности женщины. Но Хистэо всё равно не удержался и осторожно принялся рассматривать леди, одновременно начав диалог:

— Ничего страшного, леди Нэй, я всё понимаю. Его Величеству нужен покой и отдых. Не стоит беспокоить его моим приходом, мне будет достаточно и разговора с вами, чтобы понять, как обстоят дела.

Старшая кивнула, и её длинные замысловатые серёжки звонко тренькнули от движения головы. Женщина мельком поправила высокую, на нортийский манер, причёску, выглядевшую так аккуратно, что Тэо в очередной раз поразился умению Нэй укладывать жёсткие курчавые волосы до состояния шёлкового полотна. Впрочем, эта наложница была хороша не только в том, что касалось внешности. Помимо совершенного вкуса и хороших манер, Нэй была отличной собеседницей и крайне смышлёной женщиной. Именно поэтому Старшей Наложницей назначили именно её. И именно поэтому Хистэо знал, что Нэй будет крайне полезна.

— Присаживайтесь, у меня будет несколько вопросов, — жестом указал лорд.

— С удовольствием отвечу на них, — улыбнулась Нэй и аккуратно присела рядом с Тэо.

Она изящным жестом поправила пышные юбки лимонного платья, что выгодно подчёркивало её тёмную, как сандаловое масло, кожу. Первый Советник невольно залюбовался переливами золотых украшений на этой коже и сияющими чёрными глазами женщины.

«Неудивительно, что Нэй любимица Короля», — мысленно подметил Хистэо.

— Так о чём вы хотели поговорить, Ваше Превосходительство? — с той же милой улыбкой поинтересовалась женщина. — Я ведь угадаю, если предположу, что речь пойдёт не о самочувствии Его Величества? Ваши люди и так запрашивают отчёты каждый день, волноваться о вашей осведомлённости не приходится.

Первый Советник усмехнулся. Всё-таки у Нэй была поразительная для обычной наложницы проницательность, смешанная с не менее высокой способностью анализировать ситуацию. Скрыть очевидное лорд бы не смог.

— Вы правы, — Тэо взял в руки почти опустевшую чашку. — Узнать о здоровье Короля было моей главной целью, но не единственной. И раз уж первый вопрос решён, перейдём сразу ко второму.

— Как вам будет угодно, — согласилась наложница.

Она взяла в руки чайник и осторожно наполнила сначала чашку Первого Советника, а затем свою. Ароматный запах фруктового чая быстро распространился вокруг софы, на которой устроились собеседники. Хистэо вдохнул его и с удивлением ощутил согревающее чувство уюта.

— Я слышал, что своё детство вы провели в Лийа и попали в Норт уже будучи девушкой, — издалека начал Тэо. — Поэтому счёл логичным предположить вашу хорошую осведомлённость относительно лийанских традиций и культуры в целом.

Напоминать о том, что в Норте юная Нэй оказалась волей случая и пьяных нортийских моряков, похитивших беззащитную девушку с одного из островов, Первый Советник, разумеется, не стал. Бередить чужие раны было не в манерах, а потому мужчина ловко обошёл щекотливый момент.

— Так и есть, — без тени неприязни согласилась женщина.

Нэй было почти десять триплексов<span class="footnote" id="fn_30542715_4"></span>, но из-за особенностей внешности она выглядела младше. Тем не менее, Хистэо всё равно ощущал её зрелое спокойствие, которого обычно нет у молодых леди. Именно это спокойствие позволяло наложнице невозмутимо реагировать на любые реплики, даже те, которые косвенно могли задеть душевные раны Старшей.

— В таком случае я сразу перейду к моим вопросам, — не стал тянуть лямку Тэо. — Расскажите, как обычно проходят встречи в Лийа? Может, есть какие-то особенности и традиции? Особые жесты приветствия или вроде того?

Глаза Нэй удивлённо распахнулись, а улыбка лишь растянулась шире. Женщину настолько заинтриговало происходящее, что она подалась вперёд и теперь смотрела на Первого Советника с даже слишком очевидным интересом.

— Конечно, традиции у моего народа есть, — вёртко ответила наложница. — Но они зависят от ситуации. К примеру, на встрече с близким другом можно опустить формальности. А на приёме у знатных господ даже положение столовых приборов имеет смысл. Причём не такой, как в Норте. Если хотите узнать больше, уточните, какого рода встречу мы обсуждаем? И с кем?

Хистэо растерянно моргнул и отвёл взгляд. Ему не хотелось посвящать в подробности обычную наложницу, ведь информация носила характер государственной тайны. Однако в Норте было не так много лийанок, сведущих в светской жизни Архипелага, что ставило Тэо в крайне затруднительное положение.

И, кажется, Нэй смекнула в чём дело, потому как отставила чашечку и убедительным голосом произнесла:

— Я не стану трепать языком, Ваше Превосходительство. Мне слишком дорого моё положение при дворе и ваша благосклонность. Особенно в свете последних событий.

Первый Советник поморщился от этой фразы. С тех пор как правителя одолела Душащая Хворь, лорд начал слышать подобные реплики изо всех щелей. Словно окружающие пытались намекнуть на что-то такое, что было очевидно для всех, кроме Тэо.

Видя замешательство мужчины, Нэй мягко добавила:

— Вы можете положиться на меня, Ваше Превосходительство. Я расскажу всё, что знаю, если вы дадите мне чуть больше информации.

Хистэо вздохнул, глядя в чёрные глаза наложницы. Как бы мила и обходительна ни была Нэй, какие бы сладкие речи она ни говорила, Первый Советник знал: если он раскроет ей тайну, стоит позаботиться о последствиях и не сожалеть, если лийанскую невольницу в случае чего придётся убить.

— Хорошо, — наконец решился лорд. — Вы хотели знать, с кем будет встреча, которую мы обсуждаем? Я скажу. Это встреча с Королевой Лийа.

От слов Тэо Старшая Наложница так опешила, что едва не поперхнулась чаем. К счастью, Нэй было не занимать самообладания. Поэтому уже через минуту она вернула себе прежнее выражение лица и понятливо откликнулась:

— С Королевой Лийа? Полагаю, это деловая встреча?

— Да, — хмыкнул мужчина. — И вопросы, которые будут обсуждать на этой встрече, крайне важны для Норта. Поэтому всё должно пройти идеально.

— Вот как, — задумчиво откликнулась леди. — Значит, вы хотите понять, как вести себя при Её Величестве? Что ж, в таком случае я действительно могу быть полезна. Дайте минутку, мне нужно немного подумать.

Хистэо согласно кивнул и принялся допивать чай, пока Старшая размышляла над ответом. Сейчас Первый Советник чувствовал себя почти как в детстве, когда был на пороге овладения каким-нибудь знанием вроде особенно сложного заклинания или важных исторических событий. Это волнительное, но приятное возбуждение будоражило его душу и заставляло по-ребячески закусывать губы. Отличие от юности было лишь в том, что на кону стояла не оценка по одному из академических предметов, а — как бы пафосно ни звучало — судьба целой страны.

— Думаю, я собралась с мыслями, Ваше Превосходительство, — наконец вернулась к диалогу Нэй. — Если вы позволите, я начну.

Тэо нетерпеливо махнул опустевшей чашкой. Старшая Наложница положила ногу на ногу и убедительным тоном заговорила:

— Прежде всего хочу предупредить о самом важном моменте: никогда не забывайте, что вы нортиец и к тому же мужчина. Как бы вы ни старались, из-за этих двух факторов мои соотечественницы всегда будут смотреть на вас как на потенциального врага. Все ваши реплики, даже самые невинные, будут пропускаться через призму их восприятия и подвергаться критике. Но именно это знание позволит вам быть осторожным и не отпускать контроль. Особенно по отношению к самой Королеве. Я дам небольшой список советов, который поможет вам произвести хорошее впечатление на Её Величество.

Нэй перевела дыхание и продолжила:

— Во-первых, постарайтесь не разглядывать Королеву и её приближённых слишком откровенно. Если будете открыто таращиться на тела лийанок, они сочтут это аморальным. Старайтесь избегать всего, что ниже шеи, и смотрите в глаза леди: так вы сохраните и своё, и чужое достоинство. Особенно это касается супруги Королевы, если она будет присутствовать рядом с Высшей. Запомните: никаким образом не навредите Принцессе. Иначе вы обеспечите себе прямой путь в Бездну.

Хистэо представил себе картину, на которой лийанская Королева с кровожадной ухмылкой пытает его за один случайно брошенный на Принцессу взгляд, и невольно поёжился. Он второй раз в жизни пожалел, что не родился женщиной. Первый раз был, когда Вивьеннэ иль Найтх предпочла ему его же сестру.

«Хорошо, что Лийа хотя бы не связаны с планами Тени, можно не бояться его вмешательства в переговоры, — немного успокоил себя Тэо. — А со всем, кроме Тени, я прекрасно справлюсь сам».

— Во-вторых, не вздумайте явиться на встречу без подарка, — тем временем назидательно подняла пальчик Нэй. — В Лийа ценятся щедрость и внимание к деталям, поэтому приготовьте для королевской четы что-нибудь особенное. Но распаляться на роскошные дары не стоит — это лишь вызовет ненужные подозрения. Особенно позаботьтесь о презенте для Её Высочества: старшие супруги высоко ценят заботу о младших.