Часть 17 (1/2)

Осаму, натянув трусы, выглянул в окно.

— Быстро одевайся, — сказал он, собирая с пола вещи Чуи и кидая их ему, сам при этом надевая штаны.

Чуя поднялся с кровати и принялся натягивать на себя одежду, тем временем Осаму содрал грязную простынь с постели и сунул её в руки Накахары, который уже накинул рубашку и застегивал брюки.

— Эй, что мне с этим делать?

— Тихо, — буркнул Дазай, доставая из шкафа свежую простынь и быстро застилая кровать. Затем он подтолкнул Чую к двери, сунув ему в руки герметично упакованные браслеты, блокирующие запах альф, которые он также извлёк из шкафа, и сказал: — Надень.

Чуя быстро распаковал браслеты, надевая их и выходя из комнаты, Дазай вышел следом и, взяв Накахару за руку, куда-то его потащил. Пройдя две комнаты и остановившись у третьей, он открыл дверь и втолкнул альфу внутрь, тут же закрывая её и возвращаясь в свою спальню.

Чуя налетел на светловолосого паренька, чуть не сбив того с ног.

— Эй? — возмутился Ацуши.

— Тихо, — шёпотом сказал Чуя, оглядываясь по сторонам в поисках какого-нибудь укрытия. — Босс вернулся.

— А-а-а, — с понимаем протянул оборотень, ведь он видел, как Дазай вместе с Чуей закрылись в его комнате, и сразу обо всём догадался, к тому же звуки, которые доносились на протяжении нескольких часов из спальни Осаму, говорили сами за себя. — Туда.

Ацуши указал Чуе на постель и, подойдя к ней, немного стянул простынь вниз, так, чтобы она доходила почти до пола. Альфа поморщился, но всё же спорить не стал, а молча забрался под кровать, и оборотень, поправив простынь, сел на край, взяв в руки планшет.

Тем временем Дазай, накрывшись одеялом почти с головой, закрыл глаза и притворился спящим. Через минуту дверь в комнату отворилась, и на пороге появился босс собственной персоной.

— Ты всё ещё спишь? — спросил Огай, но Осаму не ответил, продолжая делать вид, что спит, поэтому Мори подошёл к нему и коснулся рукой его плеча. — Осаму.

— Что? — Дазай приоткрыл глаза, морщась от дневного света, пробивающегося через окно, и сонно потянулся.

— Всё ещё спишь?

— Да, — последовал ответ.

—Что, всё так же плохо?

— Ужасная слабость и тошнит, стоит только встать с постели. А ты что это так рано?

— Еду на встречу, заскочил за документами, — всё это время Огай обводил взглядом спальню, будто что-то выискивая, затем извлёк из кармана ручку, но она вывалилась у него из пальцев. Босс наклонился за ней, чтобы поднять, бросая при этом взгляд под кровать. Потом Мори подошёл к шкафу и распахнул дверцы, зачем-то сказав Осаму, когда вытаскивал костюм: — Нужно переодеться.

— А-а-а... — протянул Дазай.

Огай надел новый костюм и произнёс:

— Поеду, наверное.

— Давай, — кивнул Осаму, а когда за Мори закрылась дверь, он услышал шаги и то, как открывается дверь другой комнаты, откуда начали доноситься приглушённые голоса. Вскоре послышались отдаляющиеся шаги, и Осаму осторожно выглянул в коридор. Он увидел, как Огай открывает дверь кабинета и заходит внутрь. Взяв в руки телефон, Осаму быстро набрал сообщение Ацуши:

«В обувнице стоят тёмно-коричневые туфли, их нужно спрятать от Мори».

«Хорошо», — пришёл ответ.

Сам же Осаму запустил ноутбук и, подключившись к камерам, вновь включил их, точнее убрал фрагмент видео, который он зациклил, и теперь они снова вели съёмку в реальном времени.

Минут через тридцать Огай уехал, перед этим зайдя к Осаму и сказав, что приедет поздно. Дазай вновь зациклил видео и отправился в комнату к Ацуши, чтобы выпустить Чую.

— Огай заходил к тебе? — спросил он, когда Накаджима открыл ему дверь.

— Да, — ответил паренёк.

— И чего он хотел?

— Я так и не понял.

— Чуя, босс уехал, — произнёс Дазай, и Накахара вылез из-под кровати, сунув в руки Осаму простынь.

— С тобой не соскучишься, — проронил он, проходя к выходу из комнаты.

— А ты думал? — усмехнулся Осаму, следуя за Чуей, но вдруг остановился и, повернувшись к Накаджиме, сказал: — Спасибо, Ацуши, что прикрыл.

— Пожалуйста, — ответил оборотень, и Дазай вместе с Чуей покинули спальню тигра. Осаму зашёл в ванную и закинул грязную простынь в машинку, после чего они с Чуей вернулись в его комнату.

— Чего он приезжал? — спросил Накахара, присаживаясь на край кровати.

— Якобы за какими-то документами, — ответил Дазай.

— Якобы?

— Не знаю, он вёл себя странно, будто что-то заподозрил. Заглянул под кровать и в шкаф, потом к Ацуши заходил.

— Да, действительно странно. Может он почувствовал мой запах до того, как я надел браслеты?

— Не думаю, он тогда ещё в дом не зашёл. Я слышал, как Мори поставил машину на сигнализацию уже после этого, хотя кто знает? Не забыть бы купить точно такие же браслеты. Если Огай заметит их пропажу, то точно будет подозревать меня в измене.

Осаму сел рядом с Чуей, и Накахара обнял его, притягивая к себе.

— Я знаю, что это какое-то безумие. Особенно оставаться здесь после того, как босс нас чуть не застал, но я так не хочу уходить от тебя.

— Так не уходи, вряд ли он вернётся. — Осаму посмотрел в голубые озёра и потянулся устами к губам альфы; тот тут же завладел ими, углубляя поцелуй и проникая в рот омеги своим языком, сплетаясь с чужим в диком, безудержном танце.

Завалив Осаму на постель, Чуя ласкал его тело и осыпал поцелуями шею и грудь, расстегнув рубашку и стягивая её вниз, оголяя плечи.

— Браслеты сними, — прошептал Дазай. — Хочу чувствовать твой запах.

Чуя тут же расстегнул браслеты, о которых совсем забыл, и бросил их на пол, после чего снова накрыл губы Дазая своими. Осаму запустил руки под рубашку Накахары, которую тот так и не застегнул, да и остальные вещи надевать не стал: не слишком удобно одеваться, когда сидишь под кроватью. Осаму стянул её с альфы, и она улетела на пол, присоединившись к прочей одежде Накахары, которую тот бросил на стул, едва войдя в комнату; но она свалилась с него. Рубашка и брюки Дазая отправились следом, и Чуя принялся покрывать поцелуями грудь омеги, затянув в рот сосок и слегка прикусив его. Осаму застонал, выгибаясь, оглаживая спину Чуи, чувствуя, как учащается дыхание и сердцебиение альфы. Тот провёл руками по контурам стройного тела, сжав ягодицы Осаму и целуя его шею. Дазай вновь застонал, откидывая голову назад, подставляясь поцелуям, чувствуя, как палец Чуи проникает внутрь и надавливает на простату, отчего он вскрикнул и приятная дрожь прокатилась по его телу. Накахара протолкнул в него ещё один палец и массировал чувствительную точку уже двумя, Осаму вновь застонал, подаваясь бёдрами вперёд, желая усилить ощущения. Чуя вытащил из него пальцы и, быстро стянув с себя брюки вместе с трусами, вошёл внутрь омеги, проникая сразу на всю длину. Дазай вскрикнул, когда ощутил, как член альфы проехался по простате; тот закинул его ноги себе на плечи и принялся вбиваться в Осаму в ускоренном темпе, прижав его колени к животу, проникая внутрь с хлюпами и хлопками, постанывая и срывая стоны с губ партнёра. Через пару минут таких толчков Чуя отпустил ноги Дазая, и тот обхватил ими его за талию. Удерживая Осаму за бёдра, Накахара, ни на секунду не сбавив темпа, всё быстрее вколачивался в любовника, а тот стонал и выгибался, двигаясь ему навстречу, насаживаясь на член. Ощущение пламени внутри стало уже нестерпимым, и когда оно достигло своего апогея, Дазай вскрикнул, изливаясь на свой живот и чувствуя внутри образовавшийся узел альфы, который проник ещё глубже, доводя почти до безумия и вновь заставляя омегу кричать от оргазма.

После сцепки любовники лежали в объятиях друг друга ещё минут двадцать, целуясь и обнимаясь, затем решили принять душ по очереди, в целях безопасности. А потом Осаму предложил Чуе поехать с ним в магазин, чтобы купить браслеты, дабы Мори не обнаружил пропажу. Конечно, пришлось взять с собой и оборотня, ведь Дазай не хотел оставлять его без присмотра.

Обойдя несколько магазинов, Осаму нашёл то, что искал, затем эсперы решили зайти в ресторан пообедать.

Заказав донбури и темпура, парни принялись за еду.

— А вы давно встречаетесь с Чуей? — задал вопрос Дазаю оборотень.

— Насколько мне известно, несколько месяцев, — ответил Осаму.

— Насколько тебе известно? — Ацуши удивлённо посмотрел на Дазая.

— Всё сложно, Ацуши, — проронил Дазай, отпивая несколько глотков кофе.

— Понятно, — кивнул Накаджима, хотя мало что понял, а о том, что у Дазая амнезия, он просто забыл. Осаму как-то упоминал об этом вскользь, но Ацуши не придал значения его словам тогда.

Неожиданно у Чуи снова разболелась голова. Дазай сразу заметил по виду эспера, что с ним что-то не так, и спросил:

— Что с тобой? Тебе плохо.

— Голова болит, пройдёт, — отмахнулся Чуя, однако боль меньше не становилась, а лишь нарастала.

После того как закончили с обедом, эсперы прошли к машине Дазая и вскоре тронулись в путь. По дороге Осаму, по просьбе Чуи, остановился возле аптеки. Накахара купил обезболивающее и выпил сразу две таблетки. Дазай подбросил его до места, где Накахара оставил свой автомобиль, а сам с Ацуши отправился домой. Чуя же поехал в порт.

Огай вернулся поздно, Осаму к тому времени уже лёг и пытался уснуть. Когда Мори залез под одеяло и обнял его, Дазай сделал вид, что спит, однако Огая это не остановило. Покрывая тело Осаму поцелуями и поглаживая бёдра, он пытался его возбудить, затем проник рукой под боксёры, обхватывая ладонью член, но Дазай убрал руки Огая, пробормотав, что хочет спать и вообще у него болит голова.

Босс был возбуждён, поэтому сдаваться не собирался. Прижав руки Дазая к постели, он накрыл его губы своими, сразу же углубив поцелуй, но Осаму высвободился и оттолкнул от себя мужа.

— Сказал же: голова болит, — раздражённо проговорил он.

— Как-то вовремя она у тебя разболелась, — сказал Огай, с недовольством глядя на Дазая. — Расслабься, я сам всё сделаю.

— Нет, — возразил Осаму, отворачиваясь от Мори.

— Ладно, — Огай встал с постели и вышел из комнаты.

На следующий день эсперы отправились на работу, после полудня Осаму покинул порт и поехал в отель, в котором они договорились вчера встретиться с Чуей.

— Ты что-нибудь выяснил? — спросил Чуя, обнимая его и прижимая к себе. Они лежали в постели, приходя в себя после отменного секса.

— Пока ничего не нашёл, — ответил Дазай, кладя голову на плечо Накахары. — И что это за артефакт, который хочет раздобыть Достоевский, узнать не удалось. О нём нет информации в интернете.

— Понятно, — Чуя чмокнул его в висок и, встав с постели, принялся одеваться. Осаму последовал его примеру.

Когда оба оделись, Осаму спросил:

— Завтра в это же время?

— Да, — кивнул Чуя и, поцеловав Дазая в губы на прощание, покинул номер отеля. Осаму вышел минут через десять после Чуи, а приехав в порт, столкнулся возле лифта на первом этаже с Огаем.

— Где ты был? — спросил Мори, с подозрением глядя на Дазая.

— На обед ездил, — ответил он.

— Чем тебя ресторан на первом этаже не устраивает?

— Не устраивает, потому что знаю, где готовят лучше. А что, какие-то проблемы?

— Не знаю, ты какой-то странный в последнее время.

— Разве? Хотя тебе лучше знать, я ведь не помню, каким был раньше.

— Ты обращался к врачу? — спросил Огай.

— Нет, но сегодня обязательно схожу в лазарет.

— Пошли, — сказал Мори, взяв Осаму под руку.

— Куда? — задал вопрос Дазай.

— На осмотр, — ответил босс Портовой Мафии.

— Хорошо, — Осаму кивнул и вошёл в кабину лифта вслед за Огаем.

Выйдя на десятом этаже, где располагался лазарет Портовой Мафии, эсперы прошли в кабинет главврача. Мори описал проблему Осаму доктору, и тот сказал, чтобы босс ни о чём не волновался: обследование проведут быстро и качественно, после чего Огай ушёл.

Медики взяли у Дазая кровь на анализ, после чего эспер прошёл УЗИ, так как глотать трубку, чтобы выявить гастрит, нужно было на голодный желудок.

— Всё понятно, — сказал врач, который делал Осаму УЗИ. — Вы беременны.

— Что? — Дазаю показалось, что он ослышался. Новость о беременности обескуражила его, и он сам не знал, что сейчас чувствовал. Он беременный, но от кого: от Огая или от Чуи? С кем он провёл свою последнюю течку, Дазай не знал, но предполагал, что с мужем: это было бы логично. — Чёрт, только этого мне не хватало! — выругался Осаму. — Как это не вовремя. Какой срок?

— Приблизительно пять-шесть недель.

Когда приехал Огай, который уезжал по каким-то делам, Осаму решил сразу сказать ему об этом, так как если не он, то расскажет врач; но когда Мори услышал о беременности мужа, последнему показалось, что тот напрягся и взгляд его был недовольным.

— Какой срок? — сразу же спросил Мори.

— Пять-шесть недель.

Они находились в кабинете босса Портовой Мафии, Мори встал со своего места и подошёл к окну, задумчиво глядя на улицу.

— Я вижу, что тебя эта новость не обрадовала, — произнёс Осаму, испытующе глядя на Огая.

— Я никогда не хотел детей, — решил немного соврать Мори. Не так давно, делая запись на странице, он как раз рассчитывал на то, что Осаму забеременеет и родит ему ребёнка, но по всем срокам выходило, что муж залетел не от него. — Да и ты тоже однажды уже делал аборт, по нашему общему решению.

— Вот как?

— Я не планирую становиться отцом в ближайшее время. Ты должен сделать аборт.

— Нет, — неожиданно даже для самого себя возразил Дазай. Он ведь тоже не обрадовался, узнав о беременности, но в голову пришла мысль, что если Огай настаивает на аборте, значит ребёнок не его, и он об этом знает.

— Что значит «нет»? — Мори посмотрел на Дазая. — Я не желаю этого ребёнка, он нам не нужен.

— Не тебе решать, что мне нужно. Я не стану делать аборт, а если тебя что-то не устраивает — подавай на развод, — с этими словами Дазай покинул кабинет босса, столкнувшись на пороге с Чуей. Накахара окинул его странным взглядом, и Осаму подумал, что он мог слышать обрывок их с Мори разговора, но, натянув на лицо непроницаемую маску, прошёл мимо, не сказав ни слова.

Вернувшись в свой кабинет, Осаму забрал Ацуши, и эсперы поехали домой. Вечером вернулся Огай и, подойдя к Осаму, спросил:

— Почему не дождался меня?

— Хотел уйти с работы пораньше, плохо себя чувствую.

— Да? Интересно, на днях ведь было всё нормально.

— Нормально? Меня тошнило вчера целый день, если помнишь.

— Но ты же пил. Кстати, если решил оставить ребёнка, то я не могу тебя заставить избавиться от него, но придётся бросить пить.

— Само собой.

В эту ночь Осаму снова избежал выполнения супружеских обязанностей, сказав, что его тошнит.

— Обычно при беременности тошнит по утрам, — возразил Огай, с недоверием глядя на мужа.

— А меня целый день мутит — токсикоз, — сказал Дазай, ложась в кровать и тут же отворачиваясь к стенке.

Конечно, Мори не мог не заподозрить неладное. Осаму изменился за несколько дней и отказывался спать с ним, да ещё и эта беременность. Огай был уверен, что ребёнок не от него, ведь пять-шесть недель назад они с Дазаем не спали. Как он мог забеременеть именно в тот период времени, Мори не знал, ведь это могло произойти только во время течки, а в те дни у Осаму её не должно было быть. Огай подсчитал сроки и вспомнил, что после развода Дазай несколько дней не появлялся на работе, сказавшись больным. Значит, у него была течка, причём началась она по какой-то причине раньше времени и, конечно, у Огая не возникло сомнений в том, с кем провёл её Осаму. Однако, даже несмотря на то, что муж забеременел не от него, Мори не собирался от него отказываться. Конечно, он очень рассчитывал на то, что Дазай согласится на аборт, но тот заупрямился, а заставить его он действительно не мог, и если бы попытался, то был уверен, что в этом случае потерял бы его навсегда.

«Проклятый Накахара, — мысленно ругал исполнителя босс Портовой Мафии. — Я уже могу представить, кто у них родится и, если внешне ребёнок будет похож на Чую, они всё поймут. Нужно избавиться от Накахары до того, как Осаму родит».

Огай вышел из комнаты и, взяв в руки телефон, набрал номер одного знакомого из Отдела по делам одарённых.

— Мне нужна информация обо всех эсперах Японии, — произнёс он в трубку. — Конечно, сколько?

Когда знакомый назвал ему сумму, за которую готов был слить секретную информацию, Мори сказал:

— Хорошо, сейчас переведу.

Затем Огай набрал номер знакомого детектива и попросил его провести расследование и выяснить информацию об Артюре Рэмбо и о том, где последний может находиться: Мори не был в курсе того, что Рэмбо был убит Двойным Чёрным при зачистке базы «Токийского ястреба».

— Мураками-сан, — добавил Огай, когда детектив уже собирался прервать звонок. — У меня будет к вам ещё одна просьба. Она может показаться вам странной, и то, о чём я попрошу, должно остаться только между нами.

— Хорошо, Огай-сан, — ответил детектив. — Я вас слушаю.

— Я хочу, чтобы вы несколько дней, может, неделю последили за моим мужем Осаму. Вы его знаете. В прошлом году, когда мы с вами встречались в суши-баре по поводу того дела, помните, я вам его представлял?

— Да, конечно, я помню вашего мужа, Огай-сан, и обещаю, что лично прослежу за ним и никто ни о чём не узнает.

— Благодарю, сейчас переведу сразу всю сумму на вашу карту.