Глава 11 (1/2)

Гарри повертел в пальцах оставленное Джинни кольцо и горько усмехнулся. И почему всегда при одной мысли о Снейпе он практически выпадал из реальности? Оказалось, что за воспоминаниями прошло уже довольно много времени, а он и не заметил, как за окнами постепенно стемнело.

Дверь распахнулась, и в палату стремительно вошел Снейп для проведения ежевечерней диагностики. От его проницательного взгляда, разумеется, не укрылось обручальное кольцо, которое Гарри так и не положил обратно в коробку.

– Решились наконец сделать предложение мисс Уизли, Поттер? – ледяным тоном осведомился Снейп. – Поздравляю! Семья счастливой невесты наверняка будет в полном восторге.

Гарри хотел в ответ сказать что-нибудь не менее едкое, но слова застряли у него в горле.

«Хорошо, что Джинни из суеверия попросила сохранить нашу помолвку в тайне! – подумал он, тщательно пряча глаза от Снейпа. – Пожалуй, насмешливого замечания о том, что я не в состоянии даже удержать девушку, мне сейчас просто не вынести!»

– Выпейте, Поттер. Это должно уменьшить боль и ускорить процесс заживления, – Снейп поставил перед ним фиал.

– Очередное экспериментальное зелье? – поинтересовался Гарри, с трудом подавив стон: к вечеру боль в раздробленных костях становилась практически невыносимой.

– Да, – коротко кивнул Снейп. – Надеюсь, вы не против?

– Отчего же! – усмехнулся Гарри. – Я всегда рад помочь науке!

– Мне придется еще около часа понаблюдать за действием зелья, а затем я избавлю вас от своего общества.

Гарри послушно выпил отдающее горечью снадобье, буквально в ту же секунду ощутив, как боль в сломанных ребрах постепенно отступает. Он с наслаждением потянулся и вдохнул полной грудью. Нечего и говорить! Снейп, невзирая на его вечные желчность и язвительность, был непревзойденным мастером своего дела!

– Вам лучше? – возможно, Гарри выдавал желаемое за действительное, но в голосе Снейпа ему послышались нотки участия.

– Гораздо лучше! – улыбнулся он. – Благодарю за помощь, мистер Снейп!

– Очень рассчитываю, что впредь она вам не понадобится, Поттер! Война окончилась два года назад, и вы уже не обязаны рваться спасать всех подряд, рискуя собственной жизнью.

– Вы прекрасно знаете, что со временем это входит в привычку, – тихо ответил Гарри.

– Да, тут вы, пожалуй, правы, – неожиданно согласился Снейп.

Он слегка ослабил шейный платок, за которым, как Гарри доподлинно было известно, скрывались уродливые шрамы от укуса Нагини, и позволил себе откинуть голову на спинку кресла и устало закрыть глаза.

Только сейчас Поттер заметил, какой у него изможденный вид, да это и немудрено! Снейп приходил к нему каждый день около девяти вечера и оставался на час, а иногда и дольше. Учитывая его характер, Гарри не сомневался, что в лабораторию при Министерстве магии Снейп являлся первым, а это значило, что большую часть суток он проводил на ногах.

В палате воцарилась тишина. Прошло еще несколько минут, и рука Снейпа, соскользнув с подлокотника, свесилась вниз, а лицо приняло расслабленное и умиротворенное выражение. Он спал. Гарри устроился поудобнее на подушке и тоже решил вздремнуть.

Под мерное дыхание спящего Снейпа Гарри все дальше и дальше уносился от реальности...

***

Гарри сидит на мерзлой земле возле палатки, в которой спит измученная событиями этого страшного дня Гермиона. У него на шее болтается медальон с крестражем. В руке – чужая волшебная палочка, а ни на что не годные обломки его собственной бережно уложены в подаренный Хагридом мешочек. На коленях – книга «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора». Гарри пытается читать, чтобы хоть немного отвлечься от терзающей душу тоски, но строчки сливаются перед глазами.

Он снова думает о том, кого ненавидят сейчас все здравомыслящие волшебники магической Британии. Все, кроме, вероятно, сошедшего с ума Гарри Поттера. Иначе, чем помешательством, его состояние назвать невозможно.

Снейп – предатель и убийца. Гарри сам видел, как поднимается рука с зажатой в ней волшебной палочкой, как бледное лицо сводит судорогой отвращения, как губы твердо произносят:

– Авада Кедавра!

Нельзя отрицать факты. Дамблдор мертв, и убил его именно Снейп. И Гарри должен, просто обязан ненавидеть его. Как все остальные. Должен, но почему-то не может. И от этого его тоска усиливается во сто крат.

В его жизни не бывает ничего легкого и правильного. Даже любовь. Правильно было бы любить Джинни. Мечтать о том, как после войны он женится на ней. У них будет небольшой уютный дом и непременно трое детишек. Джинни научится у матери печь ее изумительные пироги, и по воскресеньям у них станут собираться коллеги Гарри по Аврорату. Они рассядутся за огромным столом в саду, непринужденно болтая, а вокруг будут носиться дети...

«Очнись, Поттер! Этого никогда не случится! Тебе не пережить этой войны! – в ушах раздается свистящий шепот. Гарри вздрагивает и роняет книгу с колен. – Зачем ты обманываешь себя? Ведь тебе хочется совершенно иного».

Гарри закрывает глаза и видит совсем иную картину.

Он стоит на пороге библиотеки дома на Гриммо. Помещение, в которое он ни разу не удосужился заглянуть, даже когда они с Роном и Гермионой жили в Блэк-хаусе. Снейп сидит спиной к нему и увлеченно читает какую-то книгу. Внезапно он оборачивается, словно затылком ощутив взгляд Гарри, вскакивает, в несколько шагов пересекает библиотеку и оказывается так близко, что у Гарри перехватывает дыхание.

– Как я скучал по тебе! – Снейп без предупреждения впивается в губы Гарри глубоким жарким поцелуем.

Поттер ощущает, как пол уходит у него из-под ног, и вынужден вцепиться в мантию Снейпа, чтобы не упасть. Он весь горит. Возбуждение становится просто непереносимым. Он прижимается к Снейпу всем телом, громко и абсолютно неприлично стонет и...

– Гарри, с тобой все в порядке? – из-за полога палатки выглядывает растрепанная Гермиона.

– Да... спи, – отрывисто выдыхает Гарри, поднимая упавшую книгу и пытаясь с ее помощью скрыть позорное пятно, расползающееся на джинсах. – Я уснул, и мне приснился... кошмар.

– Я так и подумала, – кивает Гермиона. – Хочешь, я сменю тебя на дежурстве?

– Нет, нет, не нужно, – поспешно говорит Гарри, – отдыхай. У тебя был трудный день.