Часть 2 (1/2)
Библиотекарша, женщина неопределённого возраста с ёжиком короткостриженых чёрных с проседью волос и строгим взглядом блёкло-голубых глаз, изучала удостоверение Северуса так долго, что он начал сомневаться, не обладает ли чрезвычайным сходством с кем-нибудь их тех, чьи портреты развешивают на стендах «Их разыскивает полиция». Наконец уголки поджатых губ приподнялись в подобии улыбки.
— Пого-о-одите, мистер Снэ-эйп, — произнесла она на валлийский манер растягивая гласные. — Я только сде-э-лаю копию.
Однако Снейп прекрасно разглядел, что библиотекарша, прежде чем положить документ в громоздкий копировальный аппарат, сунула его в висевшее на стене подобие почтового ящика и дождалась, когда тот выскочил из щели внизу.
«Очиститель от магии Джорджа Уизли», — констатировал про себя Снейп.
Спрятав копии удостоверения в одну из многочисленных папок, разложенных на столе по только ей одной известной системе, она выдала Снейпу пачку листов.
— Ознакомьтесь и подпишите.
На верхнем листе виднелся смазанный заголовок «Правила пользования библиотекой». Снейп перелистнул на последнюю страницу, скользнул взглядом по заключительной строке «ознакомился… настоящей библиотеки… обязуюсь» и вывел внизу свою фамилию.
— Извините, Сэвэрус, — вмешалась библиотекарша, коверкая его имя акцентом, — так не пойдёт. В мои обязанности входит информировать о наших правилах, не стоит относиться к э-этому как к формальности.
После смерти Альбуса Дамблдора по имени Снейпа звал… да, пожалуй, никто.
Снейп вернулся к началу и на этот раз прочёл все многочисленные нельзя: выносить книги, подвергать их порче одним из десятка подробно описанных способов, фотографировать со вспышкой, посещать библиотеку в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, пользоваться волшебной палочкой на её территории, вставлять в доступные читателям персональные компьютеры собственные дискеты, диски, а так же иные носители цифровой информации. Из этого пункта Снейп смог вычленить лишь слово компьютер — всё остальное с тем же успехом можно было написать на гоблинском. Однако Снейп ничем не выдал своей неосведомлённости и наконец получил запаянный в пластик билет.
— Все книги у нас в библиотеке делятся по секциям. В этом здании хранится медицинская и художественная литература, а также отдел…
— Чтобы воспользоваться Интернет, тоже нужно ехать в филиал? — перебил Снейп.
— Вы про компьютерный за-ал? — протянула библиотекарша с нескрываемым разочарованием. — Для этого существует предварительная запись, система очень простая…
По этой системе записываться на «машинное время» нужно было чуть ли не за неделю. Но, порывшись в папках, библиотекарша объявила, что «мистеру Снэйпу» очень повезло и время ожидания составит всего два часа. Она то ли старалась быть любезной, то ли окатывала ледяным презрением, а вернее успешно сочетала обе тактики. Снейп невольно вспомнил крикливую мисс Пинс, которая подозревала в каждом ученике Хогвартса вредителя, посещавшего школьную библиотеку исключительно для того, чтобы оставить на полях её драгоценных изданий кляксы и ничем не сводимые пометки, а то и порвать их на сотни бумажных самолётиков.
Назначенного времени Снейп дожидался на низенькой скамеечке в вестибюле. Народу вокруг было немного — в предпразничные дни люди предпочитают проводить время в магазинах, а не в библиотеках, и Снейп, убедившись, что никто из посетителей не обращает на него внимания, вынул из внутреннего кармана пальто открытку.
«Уважаемый С. (кстати, это начальная буква имени или фамилии?),
простите, что не ответила сразу. Обнаружив дома предмет магического происхождения, я не рискнула взять его в руки до проверки авроратом на наличие сглаза и проклятий. Конечно, я знала о существовании агентства «Напиши своей судьбе» (по-моему, не осталось уже человека, которому удалось бы избежать их навязчивой рекламы), но ничто не мешало и злоумышленникам воспользоваться рождественским спросом на их открытки.
Спасибо за пожелания! Не уверена, что готова что-то менять в своей жизни, но ваше послание меня ужасно заинтриговало!»
На этом свободное место на открытке закончилось, но незнакомка — предположительно «его судьба» — сумела втиснуть на поля три коряво написанных слова: «Счастья! Счастливого Рождества!», а вот на подпись размениваться не стала. Повинуясь какому-то неясному порыву, он сличил почерк на открытке с двумя строчками на отношении, которое дала ему библиотекарша. Нет, не она. Во всяком случае чёрточки, расставленные над «т», и петельки «в» категорически отвергали такую возможность.
За компьютером Снейп сидел второй раз в жизни — программа интеграции Пожирателей Смерти в немагическое сообщество предусматривала знакомство с магловскими технологиями. Десять минут из отведённого ему часа ушли на то, чтобы сладить с «мышкой» и хаотично движущейся по экрану белой стрелкой, двадцать Снейп сражался с меню браузера, и ещё минут пять с собственной гордостью, не желающей признавать, что он не в состоянии справится без посторонней помощи… и, только когда изображение на мониторе вовсе перестало реагировать на любые его манипуляции, призвал сотрудника зала.
— Вы открыли слишком много окон, — заметил тот флегматично, нажал несколько клавиш и оживил впавшую в ступор машину. И, подсластив пилюлю отстранённо вежливым, но от этого не ставшим более понятным высказыванием: «многим сложно после мака переходить на новый интерфейс, я лично работаю с рар», в две минуты отыскал нужный сайт и указал Снейпу на его промахи.
Проглотив неловкость (так вот как, оказывается, чувствуют себя маглорождённые в Хо́гвартсе), Снейп принялся изучать пункты соглашения с таинственным агентством. Контракт вступал в силу в момент покупки открытки или написания ответа. С момента написания ответа вступает в силу «принцип притяжения», но договариваться о личной встрече стороны должны самостоятельно. Агентство обязуется не нарушать свободу воли своих клиентов, не использовать заклятие подвластия, Амортенцию (любовное зелье), афродизиаки и наркотические вещества. Волшебную открытку можно использовать для связи до Рождества включительно и, если до этой даты личная встреча между сторонами так и не произошла, артефакт теряет силу.
В оставшихся нескольких пунктах расписывались случаи отказа от ответственности, и по ним выходило, что при любом развитии событий — вторая сторона не захотела вступать в переписку, встреча не состоялась вовсе, повлекла за собой вред здоровью и порчу имущества, клиенты получили магические и психологические травмы или скоропостижно скончались — агентство не возвращает деньги и не производит выплату компенсаций.
— Нисколько не сомневался, — пробормотал себе под нос Снейп и перешёл на страницу, называвшуюся «принцип притяжения». Ему не приходилось слышать о таких чарах, и пока у него не было даже предположений по этому поводу. Впрочем, создатели сайта не спешили внести ясность, прикрываясь коммерческой тайной.
Снейп откинулся на спинку стула, тут же вонзившуюся ему в спину чуть повыше поясницы, и прикрыл глаза. По всему выходило, что составители контракта правы: кто купился на рекламу — тот сам себе идиот, и в том, что Снейп внёс в свою, в общем, не так уж плохо устроенную жизнь элемент неожиданности, винить было абсолютно некого. Но вместо досады на собственную недальновидность Снейп внезапно ощутил азарт — давно позабытое чувство, похороненное, казалось, четверть века назад. Он, много лет изо дня в день придерживающийся одного и того же плана — делай что должно и постарайся не сдохнуть сам и никого не убить (вторая часть перестала быть актуальна после того, как Тёмный Лорд пал, а Снейпа лишили лицензии на преподавание), — испытал казавшийся даже неуместным интерес: что же будет дальше? Этот вопрос занимал его настолько, что он готов был тут же, не сходя с места, написать незнакомке ещё одно послание, и наверняка осуществил бы своё намерение, если бы сотрудник зала не напомнил всем сидящим за мониторами, что их время вышло.
На спиртовке стояла джезва с кофе, многострадальные башмаки, кожа которых давно растрескалась от слишком частого применения осушающего, покоились на разложенной на полу вчерашней газете, а Снейп, сидящий за кухонным столиком, протянул ноги в потёртых носках к пышущей жаром батарее: он включил термостат на полную мощность, и в кои веки у него на кухне было по-настоящему тепло и даже почти уютно.
Аромат кофе смешивался с исходящим от открытки запахом омелы. Снейп почесал за ухом, взял в руки авторучку и придвинул открытку поближе. Он уже думал, что ему придётся писать поверх каракуль его «родственной души», но как только стержень авторучки коснулся картона, открытка полностью очистилась.
«Уважаемая, мисс…»
Ах, да, он по прежнему не знал ни её имени, ни фамилии, она даже инициалы не озаботилась проставить.
«Кажется, теперь моя очередь извиняться за то, что заставил Вас так долго ждать ответа. У меня были неотложные дела…»
Не успел Снейп дописать это предложение, как последние пять слов загорелись красным, мигнули и исчезли.