Глава 13: С ума сойти (2/2)

— Честная служба всегда должна быть вознаграждена, — согласился Роберт и с любопытством посмотрел на друга, который стоял неподвижно. — Неужели тебе надоело самому вершить правосудие, и ты нанял палача?

— Нет. — Друг ответил спокойно, но в его глаза мелькнуло что-то. Злость?

В этот момент появился Робб Старк, в сером дублете со знаком своего Дома и светлом плаще. За ним следовал Джори Кассель, неся чудовищный меч, который мог быть только Льдом. С десяток грузных вооруженных людей потащили Манса Налетчика к плахе.

Уолдер без труда опустил голову дезертира на плиту. На лице Робба не было ни следа колебаний, когда он обеими руками вытащил из ножен родовой двуручник из валирийской стали. Наследник Неда посмотрел на Роберта, и король кивнул.

— Последние слова?

— Пошел ты, — Налетчик сплюнул на землю. — Всем вам, поклонщики, скоро придет конец! Иные придут за вами!

По толпе прокатилась волна мрачного ропота, и Роберт прищурился, глядя на самопровозглашенного короля-дикарей.

— Именем Роберта из дома Баратеонов, — прорезал шепот властный голос Робба, — Первого своего имени, короля андалов, ройнаров и Первых людей, короля Семи Королевств и защитника королевства, я, Робб из Дома Старков, наследник Винтерфелла, приговариваю Манса Налетчика к смерти!

В воздух взметнулся меч, и с одного уверенного удара голова Манса покатилась по грязи.

Парень Неда был хорош. Хотя он выглядел несколько неуверенно, рука его была тверда, и вел он себя достойно. Чем больше Роберт смотрел на тезку, тем больше ему нравился будущий добрый сын.

Роберт глубоко вздохнул.

— Голову на пику у ворот, чтобы все видели.

Робб бережно протер Лед от крови. Люди разразились одобрительными возгласами, скандируя «Старк» и «Баратеон», что вызвало бурный смех Роберта. Постепенно толпа начала расходиться.

— Нед, я отправляюсь в Черный замок, — сказал Бенджен брату. — Нужно уведомить Мормонта.

Первый разведчик выглядел еще более усталым, чем Нед.

— Пошли ворона, Бенджен, — фыркнул Роберт. — Или хотя бы хорошенько выспись. Зачем спешить обратно на эту вашу огромную ледышку?

Братья обменялись взглядом, словно безмолвно обмениваясь своими соображениями на этот счет. Роберта раздражала эта манера Старков, он не понимал этого. Он со Станнисом и вслух-то не мог договориться, не то, что… Роберту не хотелось раздражаться, поэтому он отбросил эту мысль. Тем более, что Бенджен спокойно пояснил, явно для него, то, что другим было очевидно.

— Кто знает, что приготовил Налетчик, а воронам легко заблудиться на Севере.

Что ж, это было разумно.

— Ах, вы, северяне, всегда у вас долг, дела и никаких развлечений. — Король не мог не жалеть Бенджена. Бедняга решил завязать с женщинами и теплом в неполные пять и десять именин. И ради чего?

— Возьми столько лошадей, сколько нужно для смены и десять всадников для сопровождения, — Нед не обмолвился не словом больше необходимого, но крепко обнял брата и похлопал его по спине.

— Береги себя, — слова дозорного были тихими, явно не предназначаясь даже для королевских ушей. Затем он повернулся к Роберту и поклонился. — Ваша Милость.

Бенджен ушел, а король посмотрел на друга, который прикрыл перчаткой рот, зевая. Роберт знал, что уставшие люди гораздо легче соглашаются на настойчивые просьбы, ведь именно эту стратегию Серсея активно применяла в отношении него.

— Итак, лорд Старк, каково ваше решение?

— Здесь слишком много ушей. Идемте в богорощу, — даже уставший Нед не терял бдительности. Роберт вздохнул.

Только Родрик Кассель, двое рослых гвардейцев Старка и Селми последовали за ними. Эддард шел все медленнее, поэтому путь занял гораздо больше времени, чем раньше. У сердцедрева Роберт приказал мужчинам отойти и оставить их наедине. Глаза Хранителя Севера только что мутные от усталости, вдруг стали холодными, взгляд впивался в короля так, что тот едва подавил желание поежиться.

— Я согласен, Ваша Светлость, но у меня есть несколько условий.

— Условия, Нед? — Боги, почему его друг пытается торговаться, как рыбачка на рынке? — Хорошо, назови их!

— Уменьшение вдвое налога для Севера до следующей весны.

Роберт растерялся. Он не ожидал от друга такого. И силился вспомнить все эти бесконечные суммы и бухгалтерские книги, но в голове было пусто как назло, виски запульсировали от бесполезных усилий. Недолгих, впрочем. В конце концов, он махнул рукой.

— Разрешаю! — Кому вообще было дело до подсчета медяков? Скоро это все станет проблемой Неда, а не его!

— И я хочу, чтобы нам вернули Дар.

— Сделано, — Роберта уже охватило великодушие. Пусть никто не сможет сказать, что он был скупердяем! Что забрал дракон, то вернет олень!

— И наконец, Юг увеличит поддержку Ночного Дозора.

— Я не могу заставить свободных людей надеть черное, Нед. Ты должен знать это, — покачал головой король.

— Не нужно заставлять. Я планирую реформировать Дозор и просто хочу заручиться вашей поддержкой.

— Зачем? — спросил Роберт, искренне недоумевая. — Король-за-Стеной мертв, и одичалые снова начнут ссориться между собой. Только не говори мне, что ты веришь в эту старую байку об Иных? Я знаю таких, как Манс Налетчик, они скажут что угодно, лишь бы насолить тебе!

— Может и байки. Но это наши байки, а Север помнит. И что, если кому-то удастся снова собрать одичалых под единым знаменем? Их итак уже десятки тысяч, даже половина будет проблемой. У Ночного Дозора просто не хватает людей, чтобы патрулировать всю Стену, не говоря уже о том, чтобы отбить вторжение. Будучи в Королевской Гавани, я не смогу справиться, если они прорвутся.

Роберт открыл было рот, но потом подумал и закрыл его. Хотя Робб был способным парнем, он все же был слишком молод, чтобы вести войну. А южным лордам потребуется не менее полугода, чтобы собраться и пройти весь путь до сердца Севера. Черт побери, Старк, как всегда, говорил слишком разумно. Да и не похоже, что Роберт придется напрягаться — лишь подписать пару указов. А там, пусть Нед сам разбирается.

— Получишь столько поддержки, сколько сможешь собрать, лорд десница, — согласился король. — Но я хочу увидеть свадьбу Мирцеллы и Робба до того, как мы уйдем на юг. Она — дева, давно расцветшая. Нет смысла ждать. А завтра мы отпразднуем это событие охотой!

***

Застенье

До замка Крастера оставалось еще два-три дня пути. На Певцов Земли холод почти не действовал: они медленно уставали, быстро двигались и ничуть не замедляли шаг. Более того, очень помогали людям: отлично охотились, готовили пищу или добывали съедобные коренья и травы. Даже сейчас несколько из них разведывали окрестности или охотились. Однако при всей своей ловкости и выносливости Дети Леса были довольно слабы в бою. По оценкам Джона, тренированный мальчик в возрасте десяти лет мог бы одолеть большинство из них, если не всех. Никто из них, кроме Листочка, не говорил на Общем языке. Некоторые понимали Старый язык и могли объясниться на нем. И их имена были слишком длинными и сложными, поэтому Джону пришлось придумывать их самому.

Они осторожно въехали в очередное поселение, Певцы Земли настороженно следовали за ними. Это едва ли можно было назвать деревней: простой полуразрушенный зал и горстка ветхих соломенных хижин, приткнувшихся вокруг. А неподалеку — скрюченное сердцедрево, даже лицо на котором выглядело испуганным.

— Это место покинули недавно, — указал Джарод на сухие дрова под грубой крышей в стороне. — И это уже третье подобное поселение.

— Мы не видели ни одного человека с тех пор, как перешли Стену, — добавил Большой Лидл.

Джон знал, что Иные уже пополняют свои ряды — по одной группе свободных людей за раз.

— Боюсь, что скоро мы встретимся с ними, — мрачно ответил он. — Листочек, пошли кого-нибудь из своих на разведку.

Короткий разговор на странном мелодичном языке, похожем на нежную песню, и один из Певцов скользнул вперед, стремительный и незаметный, начав проверять хижины. Джон сомневался, что здесь кто-то есть: Рыжая Джейн и Мод выглядели слишком спокойными, а для присутствия Ходоков было слишком тепло. О неестественном холоде, который несло с собой их присутствие, было нелегко забыть.

— Неужели с Призраком что-то случилось? — Дункан обеспокоенно потер густеющую щетину. — Мы не видели его уже пять дней.

— Призрак сейчас в нескольких часах езды на юго-восток, добывает себе пищу и обследует близлежащие леса, — усмехнулся Джон, немного раньше успевший взглянуть глазами своего волка. — Он нашел себе друзей.

— Друзей? — с любопытством переспросил Джарод.

— Да, волков.

За лютоволком увязались еще шесть волков и если Призрак будет продолжать в том же духе, то через несколько лун у него будет своя стая. Был даже детеныш лютоволка, оставшийся без матери, которого подкармливала одна из сук.

Спустя несколько напряженных минут разведчик вернулся и кивнул. Джон понял все без перевода. Иные определенно убили здешних обитателей. Кругом были заметны следы борьбы, разбросанные поленья, несколько разбитых дверей. Они расположились в главном зале, немного прибрав там и повесив на вход тяжелую медвежью шкуру, чтобы отгородиться от холода снаружи. Большой бронзовый котел, найденный здесь же, был тщательно вымыт и использован для приготовления рагу из пары оленей, только что пойманных двумя Певцами.

На крыше и деревьях снаружи расположились несколько Детей Леса в качестве наблюдателей. Джон провел несколько быстрых тренировочных поединков со своими спутниками, а потом вышел на улицу. Снег хрустел под сапогами, пока он беспокойно расхаживал по небольшому поселению, ожидая, когда будет готов ужин. Рыжая Джейн, как обычно, рысила за ним, и в конце концов, он оказался у толстого и скрюченного Сердцедрева.

Джон преклонил колени в безмолвной молитве перед вырезанным лицом, на котором навсегда застыла агония. Когда-то давно он искал у чардрев наставлений, мира и удачи. Но с течением времени все это потеряло смысл среди снега и смерти. Теперь он молился не о себе, лишь о благополучии родных и сородичей.

Теперь, когда Джон был здесь, за Стеной, и не один, все изменилось. Должен ли он продолжать следовать намеченному курсу или стоит попробовать что-то совершенно другое? Он ощутил, как кто-то бесшумно приближается к нему сзади, и напрягся. Но вот Рыжая Джейна повернулась, и он увидел ее глазами: это был не враг.

— Неудивительно, что боги выбрали тебя, — раздался позади него мягкий, печальный голос Листочка. — За свою долгую жизнь я видела мало таких преданных людей.

Была ли его преданность истинной? В конце концов, у него остался только долг, а Старые Боги ушли, хотя Джон и цеплялся за них, как утопающий за соломинку. Он повернулся, чтобы взглянуть на невысокое, похожее на ребенка существо, стоявшее позади него. Как всегда, печаль и меланхолия прилипли к ней плотнее, чем плащ из листьев.

— Ты уже говорила, что я избранный.

— Да, — она повеселела. — Боги выбрали тебя.

Джон в замешательстве потер лоб. Листочек упоминала об этом уже второй раз.

— И что это значит?

— Не более чем благословение, знак Богов, подтверждающий потенциальную силу. Или дарующий награду за великий поступок, — ее кошачьи глаза с любопытством уставились на него. — Сырой сок чардрева очень ядовит, безо всякой подготовки смертелен даже для зеленовидцев. Только избранные Богами могут выжить после него; твои глаза, нос и рот подтвердили щедрость Богов. Твои способности варга изменились. Полагаю, ты можешь погружаться только в разум своего лютоволка и этих собак?

— Да, — подтвердил он. — Я пытался привязать ворона или снежную сороку, но тщетно. Хотя, возможно, все дело в моей неопытности.

— Я так и думала, — Листочек поправила спутанные пряди волос. — Я могу ошибаться, но твои способности навсегда связаны с даром варга. Твой талант к нему возрос в тысячу раз, но взамен пропала способность соединяться с другими существами.

— Откуда ты все это знаешь?

— Я живу на этом свете слишком долго и многое повидала, Джон Сноу, — вырвался у нее тоскливый вздох. — Возможно, даже слишком много. Истинный язык позволяет связаться с самой природой, если углубиться в него. У нас, Певцов, очень острые чувства, и я научилась видеть и слышать.

Джон подумал, что если бы Старые Боги сочли нужным избирать жрецов, Листочек стала бы одним из них.

— Поэтому Призрак так быстро растет?

— Возможно. Я не слишком хорошо разбираюсь в смене кожи, но кое-что знаю. Как зверь вливается в человека, так и человек — в зверя, — ее золотистые глаза смотрели на него с большим интересом. — Тем более с такой сильной связью, как у вас. Даже без благословения Старых Богов ты… больше, и, в свою очередь, твой лютоволк тоже.

— Тушеное мясо готово, — донесся из зала крик Джарода.

Они поужинали, потом улеглись отдыхать, но Джон бдил на крыше. Сон не шел, и он решил дежурить первым вместе с двумя Детьми Леса. Один примостился на страж-дереве чуть севернее, другой забрался на старый дуб на юго-западе. Растущая луна мягко освещала все вокруг. Внезапно в воздухе повеяло знакомым смертельным холодом, и его рука инстинктивно нащупала рукоять Темной Сестры. Рыжая Джейн заскулила внизу, а Джон проворно спрыгнул на землю и нырнул в зал, где дремали его спутники.

— К оружию! Они здесь. — Он не кричал, но Джарод и Дункан тут же вскочили на ноги, как и остальные Певцы. — Зажигайте факелы. Вихты горят, как хворост, от малейшего пламени. Лучники — на крышу, остальные оставайтесь в зале и вступайте в прямой бой с Иными.