Глава 10: Планы и наказания (2/2)

— Использовать живую сталь опасно, можно повредить клинки без необходимости, когда ближайший кузнец находится к югу от Стены. Особенно если использовать драконий меч.

— Здесь полно дерева, — сказал Джон.

— Лучше, чем просто ждать, — пожав плечами, согласился Дункан, забив последний кол своего тента.

Под их ошеломленными взглядами Джон Сноу несколькими размеренными, но сильными взмахами Темной Сестры быстро обеспечил им тренировочные мечи из толстых ветвей ближайшего дуба. «Древние повелители драконов прослезились бы, увидев, как их драгоценный клинок превратился в топор дровосека», успел подумать Джарод.

— Мы взяли с собой топоры для таких случаев, — возмущенно, словно прочитав мысли дяди, заметил Дунк.

— Хочу привыкнуть к его ощущению в руке, — пояснил Джон, протягивая им по грубой палке в форме меча. — Валирийская сталь не теряет остроты, так что вреда не будет.

— Сначала вы двое, а я подежурю, — предложил Джарод. Он хотел оценить навыки Джона и надеялся, что Дунк его утомит.

Не дело ему проигрывать двум молокососам. Но Дункан был яростным бойцом с мечом и топором, а Джон Сноу вел себя как ветеран многих сражений.

Джарод набросил на камень шкуру и сел, пока Дунк и Джон стояли друг против друга в пятнадцати ярдах от него на небольшой поляне. Минуту они смотрели друг на друга, не шевелясь, но Джарод видел, что Дунк начинает проявлять беспокойство, в то время как его противник выглядел спокойным, как стоячая вода.

Как ни странно, Дунк двинулся первым. Его племянник был быстр и яростен, но Джон, казалось, не напрягался, легко блокируя, уклоняясь или отражая все удары. Минуты текли, а он не сдвинулся со своего места ни на шаг, уйдя в глухую оборону, в то время как Дунк постепенно начал выдыхаться. Внезапно Сноу, наконец, двинулся с места. Дунк едва успел отразить первый молниеносный удар, но столь же быстрый последующий выбил деревянный меч из его руки, и остро заточенный дуб нацелился в горло Лиддла.

— Сдаюсь, — с уважением в голосе произнес его племянник. Тяжело дыша, с блестящим от пота лбом, Дунк подошел к нему и прошептал. — Остерегайся, он не только быстр, но и гораздо сильнее, чем кажется.

Дункан был одним из самых грозных воинов с мечом и топором в Малом Зале, уступая лишь самому Торрену, но он проиграл, не дав противнику даже вспотеть? Джарод отбросил опасения, встал и сделал несколько взмахов. Толстая ветка была тяжелее обычного тренировочного меча, но не намного. И у Джона была такая же, так что жаловаться было не на что.

Он стоял на поляне лицом к юноше шести и десяти именин. Несмотря на расслабленную позу, Джон не проявлял никакой открытости, и у Джарода возникло ощущение, что перед ним мастер. Джон сделал быстрое движение, и Джарод едва успел поднять меч, чтобы парировать. От силы удара у него свело запястья, и он не сомневался, что самодельное оружие сломалось бы, будь оно из другой древесины.

Мгновенно Джарод оказался в эпицентре бури, которой был Джон Сноу. Яростные и молниеносные удары ошеломляли, и он едва успевал защищаться. Было похоже, что он сражался с Амбером. Хуже всего было то, что удары становились все быстрее и сильнее.

После одного такого, с резким треском меч сломался, и Джарод обнаружил у своей шеи конец грубой деревянной палки.

— Сдаюсь, — со вздохом признал он. Последний раз он так проигрывал, когда был еще зеленым летним пацаном. Джарод знал, что возможно, и утратил часть своей силы, но его рука с мечом все еще была тверда, и у него было достаточно опыта, чтобы столкнуться с серьезным противником. Однако сейчас это мало ему помогло.

Но, как ни странно, это поражение заставило его улыбнуться: хорошо, что их ведет свирепый и умелый воин. Сын Винтерфелла не разочаровал и в этот раз. Боги, да он едва вспотел!

— Надо тренироваться каждый день, — сказал Джон, садясь рядом.

— Может не стоит изводить себя, путешествуя по незнакомой местности?

— Вернутся Певцы и смогут нести вахту. Практика необходима. Говорят, Иные нечеловечески быстры и сильны, владеют ледяными мечами неестественной остроты, — смертельно серьезным тоном объяснил сын Неда, и Джарод почувствовал, как по позвоночнику пополз озноб. — Мы не будем доводить себя до предела, просто будем тренироваться, чтобы не терять хватки.

Перспектива сражаться с такими страшными противниками взлновала Джарода. Не было ни доблести, ни славы в том, чтобы победить слабаков или умереть от их руки!

— Что будем делать, когда Дети придут? — спросил Джарод.

До сих пор он воздерживался от расспросов об их дальнейших планах, предпочитая наблюдать за Джоном. И пока что он не был разочарован.

— Отправимся в замок Крастера.

— Я думал, одичалые не обрабатывают камень и тем более не возводят крепости? — Дункан почесал за ухом.

— Это не каменная башня или что-то в этом роде, просто небольшой деревянный сруб, окруженный частоколом, — пояснил Джон, раскладывая хворост и сушеную кору для костра. Крастер — особенно мерзкий зверолов, у которого девятнадцать жен.

— Боги! Где он их тут нашел? — не удержался Джаред и присвистнул. — Он, должно быть, породил целую армию!

— И это так, — хмыкнул Джон в знак согласия, но глаза его опасно потемнели. — Он берет в жены своих же дочерей, когда они расцветают.

Джарод выругался себе под нос. Даже валирийские сволочи не спали с собственными сыновьями и дочерьми! Лицо Дункана начало опасно краснеть.

— Погоди, ты говоришь, что этот Крастер насильничает своих же дочерей?!

— Да, — бесстрастно подтвердил сын Неда. — Небольшая милость, ведь сыновей, как говорят, он приносит в жертву самим Хладным Богам.

Племянник сплюнул на землю. Не только кровосмесительный демонопоклонник, но и убийца родичей?! Джарод покачал головой: это было мерзко даже для дикаря.

— Откуда тебе знать, что происходит к северу от Стены? — все спросил он скептически. — Вряд ли этот Крастер проделывает такое открыто, иначе давно бы потерял голову.

— Он позволяет разведчикам отдыхать под своей крышей, это единственное строение на довольно большом участке пути. Мне рассказал об этом один из черных братьев, — пожал плечами Джон. — Вот почему мы отправимся туда — посмотрим на все своими глазами. Это самое подходящее место для начала поисков.

— Да, верно, — мрачно согласился Джарод. — Но что потом?

Джон начал ударять стальным бойком по кремню, высекая множество искр, и вскоре сухие щепки от коры вспыхнули. Костер начал медленно потрескивать, разгораясь, и сын Неда выпрямился.

— После этого мы поищем армию Манса Налетчика.

— Хочешь, чтобы мы присоединились к Королю-за-Стеной? — недоверчиво спросил Дункан.

— Нет, конечно, — покачал головой Джон. — Одичалые могут быть гордыми и свирепыми, но они не глупы. Манс собрал их от отчаяния, Иные гонят их на юг и они предпочтут использовать свой шанс, напав на Стену. Я намерен дать им надежду. Я научу их использовать обсидиан для борьбы с так называемыми Хладными.

Джарод признал, что это неплохой план. Его племянник молчал, погрузившись в раздумья.

— И как же ты заставишь их слушать? — вскоре спросил Дунк. — Большинство из них ненавидят нас так же сильно, как и мы их, и не поверят ни единому твоему слову. И они все равно могут напасть на Стену.

— Если не станут слушать, я покажу им. Если и это не поможет, я буду бить их, пока они не начнут слушать. Если и это не поможет, я их сломаю, — смело заявил Джон. — Пусть лучше полсотни тысяч человек сражаются с Иными, рискуя своими жизнями, чем у Иных будет еще полсотни тысяч вихтов в армии.

Лагерь погрузился в молчание от этих дерзких слов. Джарод назвал бы его сумасшедшим, но теперь был готов признать, что если кто и может такое осуществить, то только он. Дункан же вообще не сомневался — использовать одичалых для борьбы с Иными — эта идея ему нравилась. Любой человек к югу от Стены предпочел бы уйти от дикарей или даже убить их, чем заключить мир или сражаться вместе, общий враг или нет, и Джарод не был исключением. Слишком велика была вражда. Но он был поражен смелостью плана и понимал — как бы не повернулось, будет очень интересно в любом случае.

— Ты ведь не собираешься тащить доказательства нашествия Иных к югу от Стены, верно? — решил все же уточнить он.

— Нет, только не в одиночку. Я уже предупредил своего лорда-отца. Да и какой толк от доказательств? Что помешает им объявить это колдовским трюком? — В голос Джона просочилась горечь. — Даже если Север и Дозор признают, что Иные представляют угрозу, они все равно с радостью позволят одичалым погибнуть и пополнить ряды вихтов, надеясь, что Стена их остановит.

— Разве Строитель не воздвиг Стену для этого?

— Любая стена сильна людьми, — вырвался у Джона тяжелый вздох. Тот факт, что Ночной Дозор сейчас был слабее, чем когда-либо за всю свою историю, не нуждался в упоминании. — А за последние полсотни лет во время суровой зимы Ледовый залив замерзал один раз, а Тюлений — дважды. Я лучше нанесу первый, быстрый и сильный удар, чем буду рисковать!

Как только он произнес последнее слово, Джон Сноу повернул голову на северо-запад, мгновенно встал и обнажил клинок. Дункан тут же потянулся к топору, а Джарод выругался себе под нос, схватив копье.

— Я ничего не пропустила? — Невысокая, стройная фигура Листочка появилась из-за старой, толстой сосны. Ее золотистые глаза сверкали озорством.

***

Винтерфелл

Это было глупо! Все пошло не так! Спина болела. Болели ноги, ступни и руки. Болело все. Пальцы и ладони были стерты в кровь от стирки одежды в течение последних пяти дней. Еда состояла из пресных остывших лепешек и безвкусного тушеного мяса, которое она едва могла прожевать, не говоря уже о том, чтобы проглотить. Она постоянно чувствовала голод.

Глаза все еще щипало от лука, который она нарезала ранее. Арья чувствовала себя усталой, грязной, несчастной и одинокой. Больше не было слуг, которые могли бы налить ей теплую ванну и выстирать одежду. Она думала, что отец просто шутит и простит ее, как он всегда делал, но нет. Его взгляд стал тогда твердым, как камень, а голос — холоден, как лед.

Мать не навещала ее, не пела колыбельную перед сном и не расчесывала ей волосы. От одной мысли о грубой, жесткой кровати в маленькой холодной комнате ей хотелось плакать. Отец запер Нимерию. Не было ни старой Нэн, которая рассказывала бы ей истории, ни Рикона, который бегал бы за ней, ни Робба с его легкой улыбкой, и, самое главное, не было Джона. С тех пор как он пропал, все стали вести себя глупо. Это было несправедливо!

Даже септа Мордейн говорила, что у нее руки кузнеца. В отличие от Сансы, швы у Арьи были кривыми, голос слишком хриплым для песен и она не была такой красивой и грациозной. Почему же тогда они так хотели превратить ее в леди?! Арья знала, что она будет ужасной, ужасной леди. Она смотрела на свое грязное, грубо сшитое одеяло и едва сдерживала слезы. Она упрямо держалась, отрабатывая все, что на нее взваливали, но это было невыносимо.

От одной мысли о том, что ей предстоит провести здесь еще одну ночь, хотелось плакать. В этот момент она наконец приняла решение. Арья выбралась из комнатенки, и, едва волоча усталые ноги, направилась в Великий замок. Если им нужна леди, она им ее даст!

Гигантская фигура Уолдера у дверей виднелась издалека. Она всегда задавалась вопросом, великаны такие же огромные?

— Привет, маленькая Арья, — добродушно прогудел он, наклонив к ней голову. — Ты не должна быть здесь.

— Я хочу поговорить с отцом, — сказала она. — Я передумала.

— Тогда иди, — согласился он. — Лорд Старк в солярии.

Подниматься по ступеням было нелегко: все мышцы ног болели, поясница болела, а сама она так устала. Казалось, прошла целая вечность, но в конце концов Арья добралась до самого верха, где находился солярий отца. Десмонд, стражник, охранявший дверь, вопросительно посмотрел на нее, прежде чем объявить.

Первое, что встретило ее в покоях — усталый взгляд отца. Он сидел за столом, под глазами у него темнели круги и вид был встревоженный.

— Прости, отец, — пролепетала она, не в силах больше сдерживать слезы. — Я постараюсь быть хорошей леди и больше не буду доставлять неприятности, обещаю! Мои швы м-могут быть немного кривыми… — она не выдержала и разревелась в голос.

Отец резко поднялся со своего места и крепко обнял ее. Боже, как она скучала по нему! Она так скучала по ним всем!

— Мне тоже жаль, Арья, — вздохнул он, и она почувствовала, как его большая теплая рука успокаивающе провела по ее спине. — Похоже, умения септы Мордейн не достаточны, чтобы воспитывать волчьих дочерей, таких, как ты. Ты больше не будешь посещать ее уроки. Вместо этого я позову северянку, чтобы она занималась с тобой, — его голос надломился, потяжелев от переживаний, — и если ты будешь вести себя как подобает леди во время королевского визита, я разрешу тебе тренироваться с луком.