Часть 9 (2/2)
− Договорись с Романом, и выберите машину. Пока джип в ремонте нужно на чём-то же ездить.
− Меня и моя тачка устраивается, но я не против ещё одной.
Ореста скорчила ему гримасу в зеркало заднего вида.
− А ты какую хочешь?
Илона на несколько секунд выпустила руль из рук и почувствовала, как Ореста шумно втянула воздух.
− Я полностью доверяю тебе, ты сама выбери на свой вкус. Я могу только выбрать цвет, если вы не против.
Она снова выпустила руль, и правое переднее колесо въехало в яму, отчего машину занесло. Ореста успела левой рукой вывернуть руль, вернувшись на свою полосу. Со всех сторон им сигналили обладатели Шкод и Пежо. Роман отвлёкся от телефона и пробурчал что-то о том, что не для того дал им машину, чтобы они позорили его.
Ореста тоже почувствовала, что непроизвольно краснеет. Она так даже после коньяка не ездила.
− Илона, не отвлекайся за рулём, пожалуйста.
Ореста помигала аварийками и откинулась на сидении. Блин, с таким водителем она скоро закурит.
Ей несказанно повезло: после двух капельниц, УЗИ, кучи анализов и болезненных манипуляций доктор позволил Илоне забрать Оресту на домашнее лечение, но через неделю назначил повторный приём.
Илона снова сидела за рулём Камаро. Ореста полулежала в кресле рядом.
− Ты как? Очень болит?
Она отрицательно покачала головой.
− Во мне столько лекарств, что я уже не чувствую ничего, даже голода.
Илона резко нажала тормоз, отчего не пристёгнутую Оресту швырнуло вперёд.
– Знаешь, я не помню, говорила ли когда-то тебе, но до того, как стать моделью, я закончила колледж лечебного дела. Могла бы работать медсестрой или ассистентом доктора, но не сложилось.
– Из-за рождения Романа?
Илона отрицательно помотала головой:
– Нет, тогда мы только начали встречаться с его отцом, но я не смогла работать из-за того, что очень боялась вида крови. Я проработала в политравме три недели, но когда к нам в приёмный покой ворвался человек с ножом между лопаток, я потеряла сознание, и рассекла кожу головы при падении, зацепившись за тумбочку и разбив стекло, было принято решение признать меня профнепригодной.
– Жаль, – посочувствовала Ореста, – это сколько тебе было тогда?
Илона нахмурилась:
– Семнадцать. А Рому я родила в девятнадцать.
Ореста быстро подсчитала в уме: Роману шестнадцать, значит, Илоне сейчас тридцать пять. Она старше неё на восемь лет. Толик был младше на четыре. Какие они все малые, где все её сверстники? Но она сразу отмела эту мысль. Сейчас, годы спустя, она уже не считала, что возраст имеет хоть какое-то значение.
Ореста перевела взгляд на Илону, которая поправляла причёску, смотрясь в зеркало заднего вида.
− Так, Илона, ты будешь делать мне уколы только при одном условии.
− При каком ещё условии? – она повернулась, выпустив руль.
Ореста шумно вздохнула. Выдохнула. Расслабилась.
− Я научу тебя водить, потому что, прости, конечно, но я просто не могу на это смотреть.
Илона подняла руки вверх, наплевав на руль.
− Руль держи, Илона, так же нельзя.
− Я ни на что не претендую. Ты же знаешь, что я плохо езжу, да и вообще уже не помню, когда ездила сама, мне так нравится, что ты меня везде возишь, − она прижалась головой к плечу Оресты.
− Значит, нужно больше практики, и будешь ездить хорошо.
− А как ездит Роман?
Ореста пожала плечами:
− Нормально, но скорость любит, никак не могу его отучить.
− А ты скорость не любишь, значит? – Илона провоцировала, облизывая губы.
− Не особенно. Я больше люблю сам процесс вождения. Мне нравится долго ехать, рассматривать пейзажи за окном, слушать музыку, думать…
− Так ты романтик, Ореста, − Илона провела рукой по внутренней стороне бедра водителя.
Ореста покачала головой и рассмеялась.
− Урок первый: пока не будешь водить уверенно, никогда не выпускай руль из рук. Обе ладони на руль, быстро!
Илона задумчиво покусывала губу. Потом перестроилась и выехала на бульвар Перова.
− Куда мы едем, дом там, − указала Ореста.
− Ты знаешь, я вообще не очень люблю ездить за рулём. Ну, то есть, может мне это умение не нужно вовсе. Мне вообще танцы нравятся, фитнес, одежда, а машины больше Ромчику по душе.
Ореста подняла одну бровь вверх:
− Это ты пытаешься сказать, что мы сейчас едем на танцы?
Она посмотрела на свой спортивный костюм. Ну нет, танцы – это точно не про неё. Тем более не сейчас, когда она почти не чувствовала своё тело внизу живота.
Илона была одета в узкие джинсы и короткую кожаную куртку. Конечно, получше, чем Ореста, но тоже не особо для танцев.
Илона рассмеялась:
− Нет, мы едем в парк есть фаст-фуд.
− Тю… ты же говорила, что не можешь есть то, что едим мы с Романом.
− Я просто хочу сделать тебе приятное, − она потёрлась щекой об плечо Оресты, − я тоже иногда могу позволить себе расслабиться.
− Хорошо, но, Илона, пожалуйста, я тебя очень прошу: категорически ни под чем за руль не садись. Это табу. Обещаешь?
Она положила ладонь поверх пальцев Илоны.
− Обещаю, не будь такой занудой, моя девочка.
Ореста усмехнулась. Да уж, к этой нежности точно нужно привыкнуть.
− Илона, послушай, мне нужен твой совет.
− Угу, если смогу то всё, что хочешь.
− Я не знаю, как сказать Роману, что его лучший друг делает у него за спиной всякие непотребные вещи.
Илона припарковала машину и отстегнула ремень.
− Делает? То есть они дружат и сейчас?
− Да, дружат. Но я только недавно узнала обо всём.
− О чём?
Ореста вздохнула и выбралась из машины.
− Гриценко спал с Анной-Марией за спиной у Романа.
− Но Роман ведь уже с ней не встречается. Она же в Америку уехала, разве нет?
− Да, но это не самое плохое.
Они медленно шли по парку. Илона взяла Оресту под руку, а Ореста от стеснения засунула вторую руку в карман спортивных брюк. Идти так вдвоём было неожиданно, но приятно. Она вообще в последнее время всё чаще ловила себя на том, что сама прикасалась к Илоне, и ей хотелось ещё.
Ну да, похоже, не просто так Толик подкалывал её разговорами про семью. Где-то подсознательно ей хотелось иметь семью. Особенно Журавских.
− Сегодня я, наконец, взломала базу номерных знаков, − при этих словах Илона закатила глаза, − к исчезновению Веры причастен Гриценко. И ещё есть информация, что он давно работает на Психа.
Илона остановилась.
− Ореста, может, ты накручиваешь себя?
Она прикоснулась к шраму на лице водителя.
− Я понимаю, что ты хочешь помочь Роману, но связать Веру и Психа – это как-то по-моему…
− Я найду доказательства, – отрезала водитель и отвернулась. Было видно, что ей не нравилось, когда так бесцеремонно рассматривали её шрам.
− Окей, только, пожалуйста, если вопрос можно решить законным путём при помощи денег, то пользуйся моим счётом, Роман не будет против, я думаю.
Они заказали бургеры и выбрали столик с видом на трассу.
− Ореста, я понимаю, что тебя бесполезно просить или убеждать, ты всё равно будешь делать то, что считаешь нужным, но я прошу тебя хотя бы быть осторожной.
Ореста кивнула и стёрла салфеткой кетчуп на щеке Илоны.
Она так ничего и не сказала Роману. Видела, как он продолжал общаться со Святославом, и пока они занимались музыкой в репетиционке, она слышала смех Романа. И вот ради этого смеха она не смогла ничего ему сказать. Чтобы продолжать слышать его и дальше.
Вот только добавила ещё пару камер во дворе у подъезда и пару микрофонов прослушки.
Ей нужно вернуться в форму. Она уже знала точно, что Гриценко связан с Психом. Правда была такой очевидной и такой чудовищной, что Ореста сомневалась, что ей кто-нибудь поверил бы. Такую правду лучше держать в рукаве подольше.
Она начала тренироваться понемногу и, как и обещала, брала с собой Романа, когда тот был свободен. Показывала ему боевые приёмы, учила защищаться и отражать атаки. Иногда во время пробежки к ней присоединялась Илона, и было видно, что это занятие ей куда больше по душе, чем вождение.
Через три дня Илона привезла Оресту в автосалон на Окружной, и они выбрали машину. Роман поднял с пола челюсть, когда вечером увидел на подъездной дорожке новый джип Ягуар тёмно-зелёного цвета. Ореста сказала, что на оранжевой машине не может ездить и точка. Выбрали компромиссный зелёный.
Тачка была охуенной. Высокой, мощной, шустрой и комфортной. На рынке только два месяца. Роман был так рад новой машине, что даже сам присоединился к её помывке и обдиранию заводских наклеек и упаковочных плёнок.
Ореста купила несколько пар тёмных очков и теперь всё чаще надевала их, а ещё стала по-новому убирать волосы, что очень заводило Илону.
Если бы не опасность, что грозила Вере, и нехватка времени, то жизнь была бы вообще зашибись. Ну и уколы были неприятными и болючими, хотя за ними всегда следовал оральный секс, что немного скрашивало их неотвратность.
Пальцы уже автоматически заплетались в распущенные волосы Илоны, а Ореста окончательно перестала стесняться, когда Илона прикасалась к ней без повода и в ответ всегда крепко обнимала свою начальницу.
Роман тоже пока плохо себя чувствовал, поэтому до конца недели они просто сидели дома и, хотя Ореста ни на день не прекращала поиски, пока не спешила делиться с Романом тем, что удалось выяснить.
Илона сказала, что в понедельник выходит на работу, у неё два новых контракта и какой-то проект, поэтому скоро ей будет нужна машина и Ореста постоянно рядом. И, так как выбирая между Илоной и Верой, Ореста не задумываясь выбрала бы Илону, была даже немного рада тому, что можно будет чаще бывать с Илоной, ведь ей ещё предстоит выяснить правду про её наркотическую зависимость.
И Ореста иногда позволяла себе на несколько коротких мгновений просто отвлечься от всего и насладиться мирным вечером с Илоной и Романом.
И пока никто из них троих не подозревал, как круто всё завертится с предстоящего понедельника.