Часть 5 (1/2)
Пальцы Оресты ловко открыли домофон старой пятиэтажки без кода. Роман даже не был уверен, что это правильный подъезд, но женщина уже скрылась в доме, и ему не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ней. Когда он догнал её, то она уже звонила в дверь шестнадцатой квартиры. Роман запыхался, пока поднимался на четвертый этаж без лифта и теперь стоял, уперев ладони в колени, пытаясь отдышаться. Ореста же дышала ровно, словно поднялась сюда лифтом.
В замке повернулся ключ, и на пороге явился небритый мужчина среднего возраста в спортивных штанах, видимо, отец Веры.
− Вы из полиции?
Воцарилось неловкое молчание. Ореста пихнула Романа локтем в бок.
− Нет, я парень Веры, Роман, − быстро среагировал он, и добавив, чуть расправив плечи:
− Роман Журавский.
Мужчина медленно отпустил дверь и отступил вглубь квартиры:
− Проходите.
Они расположились на кухне, Роман и отец Веры – Иван Демянович – за столом друг напротив друга, а Ореста возле окна, облокотившись на подоконник.
− Вы присаживайтесь, неудобно как-то сидеть в присутствии дамы, − Иван Демянович пододвинул к ней стул. Она в ответ усмехнулась.
− Некогда. Где Вера? − без предисловий начала Ореста. Она даже не представилась.
− Я не знаю, − отец девушки пожал плечами и опустил голову, − с тех пор, как она перешла в «Виват», моя дочь совсем перестала делиться со мной своей жизнью. Я ничего о ней не знаю. Она не ночует дома…
При этих словах Ореста резко вскинула голову и посмотрела на Романа. Он виновато ответил:
− Это было всего несколько раз.
− Значит, после той ночи, когда она была с тобой, дома она не появлялась, − Ореста говорила как бы сама с собой.
− На мои звонки она тоже не отвечает, − Иван Демянович посмотрел на Романа, − но я думал, что она с тобой. Я уже почти смирился, что у неё своя жизнь, в которой мне теперь отведено куда более скромное место…
Он не закончил, когда на кухню вошёл Богдан. Малой сонно потирал глаза:
− Пап, а Вера не звонила?..
Он не успел закончить, когда заметил на кухне неожиданных гостей. Изменился в лице и закричал:
− Папа, что она здесь делает? Ты знаешь, кто это?
Ореста приложила палец к губам, но Богдан уже напугал отца своим криком. Тот поднялся из-за стола:
− Кто? Я думал, что это мама Романа…
− Нет, − перебил его Богдан, − это та тётка! Тётка с биткой и пистолетом. Это она побила меня и Олега. И она угрожала мне, и…
Роман тоже встал и поднял руки:
− Стоп, Бодя, успокойся.
Но Богдан распалялся ещё больше:
− Как я могу успокоиться, если её, − он бесцеремонно ткнул пальцем в Оресту, которая так и продолжала стоять, опираясь на подоконник и сложив руки за спиной, − разыскивает полиция, нужно позвонить старшему лейтенанту Лысенку, он ищет её. Она дала мне наркотики.
Иван Демьянович словно очнулся от долгого сна:
− Точно, я же видел её фото в полицейском участке, − а потом, повернувшись к ней лицом, − Вы избили моего сына, парня Веры и их друга, Вас разыскивает полиция за криминал, и Вам хватило наглости явиться сюда и выспрашивать у меня про Веру?
Он почти кричал, а Роман ошарашено смотрел то на Бодю, то на его отца. Роман Демьянович бесцеремонно ткнул пальцем в Оресту:
− Может, это Вы украли Веру? У нас нет денег или наркотиков, что Вы хотите от моей семьи? Где она? Я хочу знать, где моя дочь!
Ореста могла бы так много возразить на это всё, начиная от того, что Влад уж точно не друг Веры, что она уже вроде бы разобралась с полицией и что ей вообще не упёрлась семья Веры. Она согласилась искать её только из-за Романа, хотя подсознательно всё же считала, что девушка в этот раз действительно требует помощи. А Ореста никогда не оставалась в стороне. Вот только у неё не было времени и желания вести долгие оправдательные беседы, поэтому она только разлепила губы и медленно процедила:
− Я просто хочу найти Вашу дочь. Если бы она была у меня, зачем бы я приходила?
Роман тоже добавил:
− С неё сняли все обвинения, и к пропаже Веры она точно не имеет никакого отношения. Кажется последний, кто видел Веру, я.
Ореста шумно выдохнула. Да уж, нужно и правда больше внимания уделять воспитанию Романа. Как можно ляпнуть такую глупость? Хотя она всё же отметила, что он попытался её защитить.
Время уходило, а она так и не выяснила того, за чем пришла сюда.
− Мне нужно осмотреть комнату Веры, её ноутбук, планшет.
− Только через мой труп, − Бодя выпер грудь вперёд и загородил собой выход из кухни.
− Богдан! – Отец прикрикнул и оттащил его от двери, а Ореста едва удержалась, чтобы не сказать: «Легко!».
− Не то, чтобы я Вам доверял и хотел с Вами вообще иметь дело, но я почему-то верю, что Роман и правда любит мою дочь. Я покажу Вам её комнату, но потом пойду в полицию, и если они будут задавать мне вопросы, я не стану молчать. Кажется, когда я был в участке в последний раз, у лейтенанта Лысенка висело около десятка Ваших фото, в том числе, кажется, права.
К огромной неожиданности Романа Ореста согласно кивнула:
− Хорошо, подавайте заявление, трое суток уже в любом случае прошло, пусть ищут, но я бы слишком уж не надеялась на этого Лысенка.
Она не стала уточнять, что он был без пистолета и наручников, когда случайно зашёл за тот угол, где она только что убила Психа и теперь удостоверялась, что он действительно мёртв. Она могла бы сто раз порешить и его, но вместо этого сама положила оружие на землю и подняла руки. А он даже не задал себе вопрос, почему. Как и его не слишком умный шеф.
И всё же, именно его появление во внутреннем дворе школы спасло ей жизнь, хоть и Толику пришлось пожертвовать своей. Но сейчас было не время вспоминать своих мёртвых.
Иван Демьянович провёл её в комнату Веры, и Роман последовал сзади, когда Ореста остановила его рукой:
− Подожди на кухне, Вера тебя не приглашала, вот и не следует лезть впереди паровоза.
Он хотел попререкаться, как делал это каждый раз, когда она пыталась что-то ему запретить или указать, но Бодя уже тянул его за рукав, поэтому ему не оставалось ничего другого, кроме как вернуться на кухню.
− Ты вообще не боишься её? − шёпотом спросил малой.
− С чего бы мне её бояться, если она мой водитель, − пожал плечами Роман.
Мгновенно вспомнились предыдущие разы, когда Ореста кричала на него, чтобы он не пачкал руки, когда он хотел кого-то отколошматить; сколько раз она спасала его задницу, да и вообще она уже так давно была рядом, что он почти не помнил, как же было до неё.
Она научила его водить, а он чисто из принципа ни разу не дал ей сесть за руль его Камаро. Он мог войти к ней в комнату, не озаботив себя стуком. Мог нахамить ей, если был не в духе.
Ореста с лёгкостью могла бы свернуть ему шею, но только он всё равно не боялся её. Иногда презирал за её щенячью преданность его семье, часто подкалывал, когда было нечего делать. Но страха не испытывал от слова совсем, хотя и знал, что у неё пистолет, да и, наверное, не один, и что она служила в спецвойсках, и что она действительно совершила все те ужасные вещи, о которых говорили Вера и Богдан. И её электрошокер он даже однажды «одалживал» без её ведома для разборок с бандой Влада.
− Но она же действительно совершила все те ужасные вещи?.. − не сдавался Бодя.
− Однажды она уже спасла Веру, и я надеюсь, что поможет нам найти её и в этот раз. Я ей верю, она не будет больше тебя трогать.
Бодя смотрел на него с уважением, что заставило бы его в другой ситуации посмеяться.
Отец Веры тоже вошёл на кухню и сел на табуретку возле холодильника. Роман даже удивился, как Ореста смогла убедить его оставить её одну в комнате Веры. Но Ореста умела добиться своего, если очень этого хотела.
− Тебе удалось узнать что-то полезное?
Она усмехнулась, перескакивая через две ступеньки, спускаясь вниз по лестнице.
− Вера действительно была отличницей в прошлой школе.
− Окей, но я хотел бы знать что-то более существенное.
Хм, она не считала, что Роману будет приятно узнать, что у Веры над кроватью до сих пор висит фото с её бывшим парнем Олегом, который целует её в щёку.
Роман едва поспевал за ней.
− Куда мы так торопимся, ты можешь объяснить мне?
− К Олегу, − ответила женщина, и тут же подняла руки, − знаю-знаю, Вера с ним уже не встречается, она любит тебя.
Ха, знала бы Ореста, что Роман даже сделал Вере предложение. Конечно он был уверен, что она любит только его. Вот только почему она исчезла?
Они уже были на улице, и Ореста быстро шла к соседнему парадному. Но Роман не отставал:
− Тогда зачем нам к нему идти?
− Потому что мне виднее.
Он поборол искушение дать ей пинка. Она ведь, вроде как, оставалась его последней надеждой найти Веру.
Олег был дома, и даже не испугался, когда Ореста первой вошла в квартиру, тщательно вытерев ноги. Выставил вперёд руки, сжатые в кулаки, приготовился к драке не на жизнь, а на смерть. Ореста бесцеремонно ткнула его пальцем под рёбра и сказала:
− Выдохни.
Роман проследовал за ней в квартиру.
− Журавский, что тебе здесь нужно?
Олег не хотел обращаться к Оресте, хотя и появлению Романа тоже был не рад.
Было видно, что он любит Веру, и его чувства никуда не исчезли, хотя он и встречался теперь с Любой, с которой вместе работал.
Вот только он уже давно не видел Веру и не говорил с ней, что, в общем-то, подтверждало слова Ивана Демьяновича, что дочь очень мало времени проводит дома. На работу в ресторан Вера не вернулась, как и в свою старую школу. Люба, которой Олег милостиво согласился позвонить, тоже не видела Веру уже около месяца.
Олег не знал, где она ещё может быть, хотя и кидал косые взгляды на Оресту, как бы красноречиво намекая, что уж если кто и мог обидеть Веру, то, очевидно, что именно Ореста.
Когда Илона спустилась на кухню, одетая в чёрное платье и чёрное пальто, Ореста поняла, что сегодняшний день отнюдь не будет лёгким. За завтраком Илона молчала, а Роман вообще отказался есть. «Виват» пока оставался опечатанным, хотя уже официально сообщили, что школа сменила инвесторов и скорее всего её переквалифицируют в лицей. Открыть его собирались после осенних каникул, а школьники пока доучивались эту четверть онлайн.
− Ореста, налей мне, пожалуйста, воды, − голос Илоны был слабым и каким-то равнодушным. Потухшие синие глаза. Полное отсутствие косметики.
Водитель протянула стакан с водой и посмотрела прямо в глаза Илоне: