Любимый ворон и странный цветочный друг (2/2)

Чимин чувствует странную неловкость. Вроде бы и хочется о чëм-то ещё поговорить, но вроде как Хосок не очень настроен на разговор. А он вообще хоть когда-нибудь на разговор настроен? Он всегда молчалив и мрачен, а цветочки в волосах не очень-то и скрашивают этот мрак.

— Ммм… Как ночь провëл? — интересуется Пак. Надо ведь хоть как-то завязать этот разговор… Хосок кажется интересной личностью, но эта личность почему-то себя сильно скрывает…

— Спал плохо. Часа три только… Остальное время я читал, — проговорил Чон.

Вот оно! То, за что можно зацепиться.

— Читал? А что? — с интересом наклонив голову набок, спросил Чимин.

Хосок почему-то мнëтся.

— Ну… Это запрещëнная литература. Я тебя недостаточно хорошо знаю, чтобы понять, как ты к этому можешь отнестись, — Чон посмотрел внимательно в глаза Чимина, будто бы сейчас как раз и пытался понять отношение Пака к данному вопросу.

— Это… — в голове Чимина усиленно закрутились шестерëнки. Что же за литература такая? — хм…

— Ладно, проехали. Потом как-нибудь узнаешь… — и после небольшой паузы Чон спрашивает, — а ты как ночь провëл?

Чимин краснеет. Хосоку лучше бы не знать, как прекрасно Пак провëл эту ночь. Вдруг он как-то не так отнесëтся к этому? Ведь и Юнги велел молчать по такой же причине.

— А, ну… — пробормотал Пак, пытаясь быстро придумать какой-нибудь ответ.

Хосок усмехается, видя румянец Чимина. У него всë на лице написано.

— Можешь не рассказывать, я понял, — хихикнул Чон. И вот это была, наверное, это первая достаточно искренняя улыбка за это утро. Лëд в глазах Хосока наконец-то тронулся, атмосфера между ним и Чимином слегка потеплела. От этого и сам Пак улыбнулся, а потом невольно посмотрел в сторону стола, где сидел Юнги. А он смотрел на Чимина, едва улыбаясь. Теперь Чимину не казалось, что он сверлит его взглядом, пытаясь прочитать его душу полностью. Теперь… Пак видит добрый и нежный взгляд, что таковым является только для него.

***</p>

Так проходит несколько дней. Отношения между Чимином и Юнги продолжают носить секретный характер, они лишь вечером могут встретиться в кабинете Мина, и то не каждый день… Но каждая их встреча заканчивалась предельной нежностью. Не обязательно в постели. Были и искренние разговоры по душам, в ходе которых Пак понял, как же сильно по Юнги ударила та разбитая колба с воспоминаниям. «Человек без прошлого не имеет будущего… Значит ли это, что я тоже теперь… Не имею будущего? А раз так… Зачем мне продолжать жить?» — рассуждал он, крутя в пальцах опустевший бокал из-под алкоголя.

Живи. Просто продолжай жить, и однажды ты точно будешь рад, что жив. Это может произойти очень не скоро. Но когда-нибудь радость от жизни накроет тебя с головой, и ты поймëшь, что вот оно. То будущее, к которому ты стремился, возможно, не осознавая этого.

Что-то такое ответил Рейвену Чимин. Тот в шутку ответил, что из Пака вышел бы неплохой мотивационный оратор.

Однако Мин не мог отрицать, что такова правда жизни. Случаются моменты, которые ломают слишком сильно, после которых жить совершенно не хочется, ведь такие моменты переворачивают твою реальность с ног на голову. Приспосабливаться к новой реальности тяжело. Больно. Но приходится. В этом, наверное, и суть жизни… А тот, кто не приспосабливается и ломается ещё сильнее, тот… Как Хосок. Живёт, по инерции работая телом но душа всë время погружена во внутренний нерешëнный конфликт, тянущий человека в стагнацию.

Чимин много общался с ним. Вернее, пытался. Он заметил, как сильно Чон просто… Пассивен. Он никогда первый не начинает диалог. Никогда не вызывается ни на какую работу. Но если с ним заговорить, диалог точно будет интересным, а если его попросить что-то сделать, он точно сделает это великолепно.

Пак помнит, что Чон сказал тогда про свой старый опыт с друзьями. Но ведь… Нельзя же так! Нельзя просто взять и из-за одного плохого окончания дружбы порвать со всеми. И быть таким пассивным, когда с тобой кто-то изъявил желание подружиться.

Чимин действительно чувствует обиду. Он старается, всë время начинает первым разговор, а Хосок… Всë продолжает быть такой тëмной и мрачной тучкой. Почему он такой?

***</p>

— Я думаю, у него депрессия, — сказал Намджун, отвечая на вопрос Чимина о Хосоке. Этот разговор произошëл где-то спустя две недели наблюдений Чимина за Чоном, — но точно я сказать не могу. Мне нужно понаблюдать за ним, а сделать это я не могу… Он приходит ко мне только с физическими травмами. Но его поведение… Действительно похоже на депрессию и избегание близких связей с людьми.

— А мне-то что с этим делать? — спрашивает Пак, — мне с ним в разведку идти, а он… Всë такой же закрытый от меня… Меня это… Обижает даже.

— Вот обижаться не нужно на него. Серьëзно, Чимин. Тут поможет только принятие и упорное терпение. Если не готов к этому… То лучше уйти, пока Хо не привязался к тебе.

Уйти или продолжить пытаться наладить контакт с Хосоком? Чимин выбрал второе. У него есть достаточно веская причина. Как тот, кто стал полноценным человеком с целой душой лишь недавно… Чимин решил, что, если такой закрытый человек, как Хосок, откроется ему, то тогда Пак сможет назвать себя полноценным человеком. Он хочет быть тем, кому можно доверять и на кого можно положиться. Вот Юнги же доверяет. И любит его… Но с Юнги Чимина связывает схожее происхождение. Поэтому… Несмотря на его характер и положение в обществе Сопротивления, получить доверие израненной души Мина было легче.

А что же Юнги в эти дни делал? Он продолжал руководить боевыми действиями, упорно пока не привлекая к ним ни Чимина, ни Хосока. Он видит, как Пак пытается наладить с ним общение. Поэтому пока не трогает их обоих. Это, наверное, странно со стороны выглядит, но всë же. Таково решение главнокомандующего.

Да и вообще. Даже в разведку Юнги не готов отпустить Чимина. Он боится за него. Переживает. Пак ведь теперь… Может умереть.

И Чимин это понимает. Но… Он хочет в бой. Теперь страх перед выстрелами и кровью не останавливает его. Он хочет… Ощутить весь спектр человеческих эмоций, на которые теперь способен, в том числе и страх перед смертью, от которого так сильно Юнги его уберегает. Пак чувствует любовь, чувствует печаль, доверие, сострадание, получает какое-то удовольствие от попыток сближения со своим новым другом. Но это не все эмоции, которые ему нужны.

Что ж, Пак Чимин… Раз так хочешь почувствовать страх смерти… Ты его почувствуешь.