19 (2/2)
— Идиоты.
— Ага. Ты не расстраиваешься?
Я только глаза закатила:
— С чего бы это? Пусть думают, что хотят. И ты, кстати, недооцениваешь сплетников. Они бы решили, что я разлюбила Драко ради тебя.
Гарри снова хихикнул:
— Кто в здравом уме разлюбит Драко? То есть, — он кашлянул, — пойду к Милли тогда, она вроде на Рождество собиралась остаться в школе.
***
Дом встретил меня особенным ощущением родного места и запахом свежей хвои с глинтвейном. Едва выйдя из камина, я попала в крепкие объятия мамы:
— Панси!
— Здравствуй, мам. А где папа?
— В малой гостиной с милордом, — она подозрительно всхлипнула. — Как же быстро ты выросла!
— Ещё столько времени впереди, а ты уже исполняешь традиционный плач всех матерей. Не рано ли?
Она наигранно сжала губы:
— Будешь на моем месте — поймешь. Пойду скажу, что ты уже здесь.
Едва мама отвернулась, а я шагнула к лестнице, как из камина кто-то буквально вывалился мне на спину.
— Панс! — и я попала в крепкие объятия Драко.
— Что случилось?
— Где Темный Лорд? — Драко выглядел так, будто его лихорадит: растрепанные волосы, красные пятна на щеках и блестящие глаза.
Ойкнувшая от неожиданности мама молча указала в сторону гостиной. Драко умчался туда, едва не сбив её с ног. Было непохоже, что он вдруг собирался совершить какое-нибудь членовредительство с моим женихом, но я всё равно кинулась следом.
— Мой Лорд, — он остановился как вкопанный, открыл было рот, но снова закрыл, не находя слов.
Темный Лорд иронично приподнял бровь и обернулся к моему отцу:
— Теренс, Элоиза, не могли бы вы оставить нас?
Отец кивнул, взял маму под локоть, и они покинули гостиную.
Лорд снова повернулся к Драко:
— Можешь так не напрягаться в поиске нужных слов. Считай это благодарностью вашей семье от нас двоих — меня и моей будущей супруги. Забавно, — он хмыкнул, — что ты радуешься чуть ли не больше Люциуса.
Драко улыбнулся широкой и счастливой улыбкой, такой, какой я у него очень давно не видела:
— Спасибо.
— Иди уже, и Северуса не забудь потом поблагодарить — зелья всё же он варил. — Лорд махнул рукой.
Драко снова порывисто и крепко меня обнял и убежал обратно к камину.
На мой ошарашенный вид Лорд пояснил:
— Мы проверяли действие чаши Хаффлпафф на Нарциссе. Даже малфоевское семейное проклятие одного ребенка не смогло противиться способности чаши увеличивать силу действия налитых в неё зелий. Так что теперь у Малфоев будет в семье пополнение, правда, с почти стопроцентной вероятностью это будет девочка.
— Мерлин мой! Они и мечтать не могли о таком! Неудивительно, что Драко… Погоди, самый главный вопрос — ты ведь не мог отдать крестраж, верно? Где часть души?
— Перенес в другой предмет. Нужно было проверить, насколько подобное действие отразится на изначальном вместилище. Всё прошло успешно. Малфои… — он досадливо выдохнул. — Не такой я ожидал нашу встречу спустя четыре месяца, как мы виделись последний раз.
— Ничего страшного, — я улыбнулась, наконец-то осознавая, что можно уже расслабиться и вдоволь на него насмотреться. — Значит, Том Марволо Гонт. Том. Мне нравится.
— Неидеальное сочетание, но что есть. Тебе уже и чары не нужны, — он улыбнулся мягко в ответ, беря моё лицо в ладони и прижимаясь лбом.
— Очевидное преувеличение. Не так уж сильно изменилась я за четыре месяца.
— Мне со стороны виднее. В любом случае, сегодня даже зелья использовать нежелательно, надеюсь, ты об этом не забыла? Готова отправляться?
— Прямо сейчас?
— Дам тебе полчаса переодеться с дороги и немного перекусить. Лучше сразу сделать самое главное. Вернемся ближе к ужину и после него я отвечу на все твои накопившиеся вопросы.
Из-за наступивших сумерек и снежного покрова я не сразу узнала место, куда мы аппарировали — Литтл Хэнглтон. Не совсем было понятно, что изменилось, но ощущения от этого места были другие, чем в наше прошлое посещение.
На месте разрушенного поместья Гонтов возвышались стены первого этажа нового особняка.
— Решил заново выстроить поместье?
— У меня не было выбора, я же не могу никуда перенести родовой источник. Чудо, что он вообще оказался не разрушен до основания. Единственное, что оставалось — попробовать оживить. Как ты можешь почувствовать, получилось. Но в будущем придется ещё потрудиться.
— Мне стоит знать, каким образом ты его напитывал?
Том обернулся через плечо, внимательно посмотрев мне в глаза пару мгновений:
— Нет. Не так, как ты подумала. Я проливал только свою кровь. Но я ценю, что ты была готова к любому из вариантов, даже самому неприятному.
Мы поднялись по ступеням недостроенного крыльца на первый этаж и подошли к лестничному пролету, ведущему в подземелья дома.
— Осторожнее, еще не все завалы и камни убрали.
— Если честно, я подумала, что сохранившиеся подвалы — это утка для газетчиков.
— Конечно, нет. У каждого моего сказанного слова есть подтверждение и свидетели.
— Так вы с Малфоем этим полгода занимались в Европе? Подготавливали твою новую биографию?
— Тщательно составленную и выверенную. Не подкопаться.
Тяжелые старинные двери с барельефом из клубка змей медленно раскрылись перед нами.
В ритуальном зале, как и было положено, не было ничего, кроме алтаря. Несмотря на отсутствие факелов и какого-либо освещения, я всё равно хорошо видела не только своего спутника, но даже тонкие прожилки на каменных стенах.
Том, крепко сжав за руку, подвел меня ближе. Вплавленный в алтарь темный драгоценный камень, величиной почти что с куриное яйцо, был тусклым и будто припыленным.
— Это же черный сапфир? — я горестно вздохнула. — Что же нужно было сделать для того, чтобы перекрыть такой источник?
— О, Гонты очень старались. Каждый раз при мысли об этом не могу сдержать злость. Нам понадобится минимум лет десять непрерывных ритуалов в каждый праздник Колеса года, чтобы вернуть его силу хотя бы к приемлемому уровню. — Том провел ладонью над камнем, и в его темной глубине вспыхнули пару еле заметных искорок. — Давай лучше займемся тем, для чего мы здесь. Ситуация у нас не совсем стандартная. В теории, нам нужно сейчас скорректировать твою энергетику, наложить щиты и тем самым за три года уменьшить влияние рода Паркинсон, усилить влияние Гонтов, при этом сохраняя общий потенциал, но меняя вектор и, при необходимости, цвет магии.
— В теории? То есть, на практике что-то не так?
— На практике это бессмысленно, потому что у нас и так один вектор и цвет. Плюс ко всему, есть неучтенные факторы, — он начал загибать пальцы. — Во-первых, изначальная совместимость, во вторых — ситуация с притяжением душ, и, в-третьих, твоя кровь в зелье из Философского камня для моего возрождения. Очень сакраментальный ингредиент, и, фактически, он выполнил роль добрачного обязательства с моей стороны.
— Погоди, — я подняла руку, прерывая его, — но ведь проверку совместимости ты проводил уже после того, как получил новое тело? А если бы кровь для зелья Снейп взял у какой-нибудь другой девственницы, то получилось бы, что ты с кем-то помолвлен?!
Том посмотрел немного насмешливо:
— Панси, не могло быть никакой другой. Уже после Самайна я решил забрать то, что мне понравилось, и сделал шаг к этому при первой же возможности. Всё прочее, что мы позже узнали — приятное дополнение, которое решило много проблем.
Подобные фразы, вроде бы и не совсем романтичного толка, но заставлявшие растекаться в мыслях неприлично-влюбленной лужей, я намеренно оставляла без внимания.
— Всё еще не совсем понимаю, Том. Что тогда мы здесь делаем?
Он пожал плечами и сообщил так буднично, будто предлагал мне чай:
— Мы можем не ждать и сегодня же произнести брачные клятвы. Никакой подготовки нам не нужно, наши потомки и так возьмут всё лучшее из обоих родов. У тебя есть вопросы?
— Возможно, один? — улыбнулась я.
Том покачал головой, но не смог сдержать ответную ухмылку и ехидно ответил:
— Я уже увидел. Закрепление брака лучше совершить на Бельтейн, душа моя.
— То есть после моего семнадцатого дня рождения ещё два месяца ждать?
— А тебя так волнует этот конкретный момент? — вид у него стал чрезвычайно заинтересованный.
— Пожалуйста, не делай так, — я не выдержала и закрыла лицо ладонями, застонав. — На тебя порой невозможно спокойно смотреть, не задыхаясь от восхищения. Конечно, меня волнует! Можно подумать, меня одну!
— Возможно, — он осторожно убрал мои ладони от лица и приблизился губами к уху, — возможно, мы сможем что-нибудь себе позволить и чуть раньше. А теперь клади руки на алтарь и давай уже пообещаем другу другу то, что должны.