VIII (2/2)

— это с ним ты был в ссоре, когда мы в первый раз встретились?

— да.

— не расскажешь, что стало причиной вашего конфликта?

— чанбин познакомил меня со своими друзьями где-то года полтора назад, если не больше. я влился в компанию, но все время чувствовал себя чужим в ней и вечно лип к бину. однако мне было весело с ребятами. потом в какой-то момент я устал. настолько устал, что сил общаться с кем-либо не было вообще. я не хотел никого волновать своими мыслями, поэтому решил на пару месяцев оборвать со всеми связи. а парни прилипли ко мне, доставали вечно в свободное время, пытались контакт наладить, но я все время убегал. на прошлой неделе так сделать не получилось — чанбин нашел. мы устроили ночевку, а потом он увидел меня в отключке, когда мне было плохо, — феликс пока что речь фильтрует, не желая рассказывать подробностей. — он помог мне оклематься, и на утро я зачем-то его спросил, из жалости он общается со мной или нет. тот вспылил и ушел, ничего не ответив.

хван замечает, как у ликса в уголках глаз скапливаются слезы и как он старается смахнуть их, часто моргая. старший радуется, что захватил с собой бумажные платочки.

— феликс, давай начнем с тобой по порядку. по какой причине ты начал прибегать к самоповреждению? — хёнджин потихоньку подбирается к тому, чтобы выяснить, были ли у подростка суицидальные мысли.

— когда мне было плохо, я обычно читал разные комиксы. в некоторых из них герои резались, после чего чувствовали себя лучше. все было описано достаточно ярко, что в свой первый раз я неосознанно взял в руки именно лезвие. и мне тоже стало так хорошо на душе, когда мои мысли очистились и я сосредоточился на том, как болела кожа на руках.

— произошло какое-то событие, из-за которого ты решил сделать что-то подобное?

— о да, ещё какое. в тот день я понял, что я — гей, — сердце джина начинает колотиться чаще. — мне и так было тяжело, а когда пришлось осознать, что в нашей консервативной стране я буду отбросом общества, стало только хуже.

хёнджин отлично понимает мальчишку и вспоминает момент, когда к нему тоже пришло озарение. слишком похоже на него самого.

— после этого случая ты делал с собой что-либо ещё?

— хах, у меня появилась целая традиция: для меня резаться — обычное вечернее времяпрепровождение, — ликс не сдерживается и сбалтывает лишнее. уже поздно что-то менять.

— как обычно у тебя идут дела?

ли идет на попятную и закрывается от разговора, потому что страшно услышать от такого приятного человека, как хёнджин, что-то осуждающее. только плечами пожимает и рукой крутит, показывая, что обычно все более-менее.

— не очень хорошо все-таки, да?

— да.

— в последнее время ты чаще испытываешь грусть? — ликс кивает. — все кажется безнадежным?

— в большей степени, да.

— иногда жизнь кажется тебе бессмысленной?

— думаю, да.

— ты когда-нибудь думал о том, что миру было бы лучше, если бы тебя не существовало? — хван жмет на больное, и понимает он это по тому, как феликс перестает отвечать словами вообще и переходит просто на кивки головой. — часто ли ты размышлял на тему того, что хочешь умереть? — кивок. — возникает ли у тебя сейчас желание покончить с жизнью?

— иногда… иногда накатывает, но я борюсь.

— обсуждал ли ты с кем-нибудь, как это сделать?

— было такое. как раз на ночевке с чанбином.

джин радуется тому, что сутками ранее все-таки прочитал про техники работы с подобными клиентами: тактика «постепенного» расспроса работает.

— что тебя побудило думать, что самоубийство — это выход? — почему-то ликс не чувствует, что сейчас хван прибегнет к морализированию и попытается отвлечь его от неприятных мыслей. прямолинейность этого парня поражает.

— я так не считаю. просто… я вдолбил себе в голову, что без меня людям будет лучше. собственно говоря, я не хочу умирать. но я устал жить. может, жить так, как сейчас, или вообще, не знаю, — хёнджину все-таки приходится достать бумажные платочки, чтобы дать их ликсу. рыдания школьника он воспринимает слишком близко к сердцу. — спасибо, — ли видит, как в руки ему передают салфетки.

— как твой друг отреагировал на то, что ты решил обсудить с ним эту тему?

— на самом деле, чанбин нашел меня не просто в отключке. я тогда слишком долго просидел под горячим душем и оставил порезы глубже, чем обычно. поэтому и вырубился. бин очень сильно испугался за мою жизнь, да и я тоже. вот и решил сказать ему, что думал о том, как можно уйти из жизни, но пока умирать не планирую. он, вроде как, успокоился и не осудил за подобный разговор.

записывать ответы ёнбока уже нет нужды — хёнджин понимает, что, вероятнее всего, сам парню не поможет.

— феликс, как часто у тебя бывает плохое физическое самочувствие?

— практически всегда. но я знаю, с чем это связано.

ли молчит, не желая больше выворачивать душу наизнанку. студент дальше не копает.

— на основании твоих ответов на мои вопросы о том, как ты себя чувствуешь и что происходит в твоей жизни, я могу сделать вывод, что у тебя, возможно, депрессия. это не твоя вина и не твоя ошибка. ты не одинок, депрессия стала достаточно распространенным явлением, которое серьезно влияет на повседневную жизнь людей. помнишь, когда ты просил меня о встрече, ты говорил, что я могу найти лучший вариант для улучшения твоего состояния? — ли снова кивает. — ты согласишься с моим решением передать тебя под крыло моего старшего коллеги? он является психотерапевтом, который работает с такими проблемами. мне придется в этом случае рассказать ему определенные моменты из нашего разговора.

— и ты туда же? сначала друзья бросили, теперь и ты меня оставляешь? — ликс понимает, что несет чушь, но противный дьяволенок на плече так и шепчет высказать свое недовольство. — прости, я знаю, что ты не желаешь мне зла.

— если у тебя будет желание, мы можем видеться с тобой на занятиях по арт-терапии, которые я провожу. группа у меня дружелюбная. собираемся мы обычно по средам и пятницам, так что ты можешь совмещать сеансы у врача с моими. согласен с таким раскладом? — хёнджин не хочет отпускать феликса, а феликс — хёнджина.

— согласен.

хван прекрасно понимает, что ёнбок может пытаться манипулировать им, но в душе он надеется, что это не так. соблюдать дистанцию слишком сложно, и джин поддается своему желанию прикоснуться к парню: он протягивает руку к чужой ладони, невесомо касаясь её. ликс не спрашивает, зачем его собеседник это делает.

— пойдем? уже довольно поздно. час прошел незаметно, правда?

— и вправду, — ликс встает с насиженного места. — куда можно выкинуть? — ли указывает на смятые в руках платки. смешно и неловко спрашивать нечто подобное после душещипательной беседы.

— в холле есть мусорные пакеты.

хёнджин проходит к двери первый и слышит за спиной тихий голос:

— можно… можно тебя обнять? раз ты больше не будешь работать со мной лично, то нам позволено это сделать, да?

в голове хвана всплывают слова минхо, но он их пытается стереть из сознания. вот почему ему изначально не стоило консультировать феликса — все-таки он чем-то нравится джину.

— можно, — парень оборачивается и раскрывает руки для объятий.

ёнбок ниже него. он обхватывает худыми руками тихонько совсем, опираясь острым подбородком в плечо хвана. тот нерешительно отвечает, не понимая, зачем вообще в это ввязался.

— прости, что я так неожиданно попросил. просто я по жизни очень тактильный, и для меня одно объятие может быть лучше тысячи успокаивающих слов.

теперь понятно, зачем.

хван не знает, как он будет объяснять минхо то, что он натворил.