Часть 4 (2/2)

— Ну что еще, Малфой? — Драко слишком часто называл Гермиону грязнокровкой? Ее реакции уже не такие яркие. Даже немного обидно.

— Дочитывай быстрее, я тоже хотел эту книгу почитать.

— Конечно, конечно. Сейчас же ускорюсь, только бы ваше нежное величество не скучало, — вяло ответила Гермиона.

Она считает библиотеку нейтральной территорией? Хотя, она и в коридорах стала вести себя куда более смело и язвительно. Даже смешно. Ладно, Драко сыграет по ее правилам.

— Эй, ты чего? — Грейнджер отвлеклась от чтения, когда услышала скрип отодвигающегося стула. Напротив волшебницы сел Малфой и уставился на нее.

— Обмен? — Драко держал в руках руководство по ментальной магии.

— С чего ты взял, что я ее не читала? — подозрительно глянула Гермиона.

— Во вкладыше нет твоей фамилии. Да и... Мерлин, учись контролировать блеск в глазах, Грейнджер. В жизни пригодится.

Волшебница раздраженно фыркнула и вернулась к чтению.

— Дай мне пять минут.

— Ну неужели.

***</p>

Настал день почты. Совы привычно влетели в обеденный зал, доставляя посылки своим владельцам. Стоило Драко поймать письмо и начать его читать, как в помещение зашла Амбридж с очередным объявлением. Малфой уже давненько перестал их слушать.

В письме Нарцисса рассказывала о том, что происходит в поместье, естественно, не вдаваясь в подробности. Матушка беспокоилась, что, возможно, в этом году не получится должным образом отметить рождество, хоть до него еще и достаточно времени. Она так же была возмущена происходящим в Хогвартсе, но говорила, что пока ничего не может с этим сделать. В общем, ничего нового.

— ...А также с этого момента ваша почта будет досматриваться для предотвращения распространения ненужных слухов или запрещенных предметов, — вот это объявление Драко услышал.

— Чего? — Малфой подумал, что ему послышалось, ведь подобная дурость просто не может быть правдой. Однако потом слизеринец увидел, как Долорес ходит по столам и собирает посылки.

— Похоже, она окончательно свихнулась, — злобно цокнул языком Забини.

Пока подростки возмущались, профессор подошла и к ним.

— Мистер Малфой, позволите ваше письмо?

— Да там ничего интересного, профессор. Просто письмо от родителей.

— Тогда у вас нет причин не показывать его мне, верно?

— Понимаете, это личное, — Драко наиграно улыбнулся, отводя руку со сложенным письмом подальше от Амбридж.

— Я надеюсь, что вы, как член инспекционной дружины, не будете перечить декретам об образовании, — даже глухой смог бы распознать фальшь в любезном голосе волшебницы.

Драко на секунду нахмурился, обдумывая план действий. Даже учитывая всю скрытность, с которой Нарцисса описывала происходящее в мэноре, текст письма все равно оставался весьма подозрительным. Малфой огляделся по сторонам, замечая, что некоторые ученики наблюдают за происходящим.

— Что ж, вы правы, — слизеринец тяжело вздохнул, всем видом показывая свое поражение.

Но стоило генеральному инспектору победно коснуться края письма, как бумага загорелась, превращаясь в пепел, разлетающийся в разные стороны. Амбридж вздрогнула от испуга и отошла на шаг назад, ожидая объяснений от аристократа. Малфой приложил все свои актерские навыки, чтобы изобразить удивление и досаду от случившегося.

— Какое несчастье! Видимо, матушка снова зачаровала бумагу на самовоспламенение. Знаете, она любит подобным заниматься. Недавно вот тестировала исчезающие чернила. К сожалению, тогда до меня дошел лишь пустой лист. Если хотите, я могу пересказать вам то, что было в письме.

— Не стоит. Но настоятельно рекомендую попросить миссис Малфой больше не использовать подобных заклинаний.

С этими словами Амбридж отошла от Драко, продолжая обход столов. Аристократ лишь ухмыльнулся и подмигнул Забини, который еле сдерживал смех. Чуть позже Малфой поймал на себе анализирующий взгляд Грейнджер, которая то и дело что-то нашептывала Поттеру. Слизеринский принц предпочел сделать вид, что не замечает этого. А Панси тем временем то и делала, что злобно оглядывалась на гриффиндорский стол.

На удивление, Драко пересекся с львиной троицей на выходе из обеденного зала.

— Чего вылупилась, грязнокровка? — тут же злобно огрызнулась Паркинсон, из-за чего даже Малфой удивился, непонимающе смотря на однокурсницу.

Гермиона тут же нахмурила брови и сделала шаг в сторону слизеринки.

— Тебе то какое дело? Что, запретишь мне глазами пользоваться?

Парни наблюдали за перепалкой, возникшей на ровном месте.

— Не остановишь ее, Малфой? — грубо спросил Поттер, уже удерживающий рыжего от какого-нибудь необдуманного поступка.

— А надо? — Драко не понял суть претензии. Ему бы для начала понять, из-за чего цапаются эти девчонки.

— Чего ругаешься, Панс? Злость тебе не к лицу, — Забини положил руку на плечо волшебницы, а та тут же ее скинула, но все же немного успокоилась.

— Грязнокровка весь обед на Драко пялилась. И как только посмела...

— Грейнджер? — Блейз перевел взгляд на волшебницу с гриффиндора. — Что, влюбилась?

Щеки волшебницы тут же порозовели, а сама она вспыхнула в возмущении.

— В кого? В Малфоя? Да кому он вообще нужен?!

— А что такое? Он парень видный. Богатый, влиятельный. Чего уж греха таить, красивый.

— Так, ну все, — Малфой поверить не мог, что когда-нибудь попадет в подобную ситуацию. — Надоело эту чушь слушать. Вы двое всерьез представили нас с Грейнджер? — Драко осуждающе посмотрел на однокурсников. — Просто нелепо. А ты, грязнокровка, с какой целью бы не пялилась, прекращай. Противно от одного твоего взгляда.

Грейнджер тут же изменилась в лице. Ее смелость и запал куда-то испарились, а взгляд теперь отражал какую-то непонятную эмоцию, направленную в адрес Малфоя. Она будто обиделась, но это ведь невозможно, да? Драко и не такое раньше ей говорил, но никогда подобной реакции не наблюдал.

— А ну заткни свой рот, Малфой, — не выдержал Уизли, но дорогу ему снова преградил Поттер.

— Рон, не надо, — поспешил успокоить друга избранный.

— Чокнутые, — Драко не понимал, что только что произошло. Вся ситуация выглядела нелепо, поэтому слизеринец не нашел лучше выхода, чем ”побег”.